Прошёл год с момента триумфальной победы Владимира Зеленского во втором туре президентских выборов, открывший новую главу в истории политических преобразований в Украине. Я думаю, уже можно смело говорить о некоторых итогах работы его администрации, правительства и парламента. Как человек, принимавший участие в рабочих группах предвыборного штаба Зеленского по вопросам внешней политики, я очень хорошо помню, какие программные задачи ставились тогда перед новым президентом и какие цели и проблемы вырисовывались перед ним. И вот, спустя год, мне кажется, я могу в полной мере говорить о внешней политике Зеленского и дать ей оценку.

В предвыборной программе В. Зеленского весной 2019 года озаглавленной «Я розповім вам про Україну своєї мрії...» внешней политике особого внимания не уделялось. Там присутствовали лишь отдельные, хорошо всем известные меседжи, разбросанные по разным смысловым блокам программы. Упоминался путь Украины в НАТО в качестве меры по усилению безопасности страны. В разделе про инфраструктуру мимолётом проскальзывало подписание договора об «Открытом небе» с ЕС. И, в принципе, всё. Больше никаких упоминаний о внешнеполитическом курсе Украины в программе Зеленского не было.

Мне вполне понятна такая ситуация. Украина — страна, которая никогда не отличалась особым интересом (как на уровне общества, так и на уровне политического руководства) к международным делам. К сожалению, события 2013-2014 годов не исправили этот прискорбный факт, и украинцы продолжали жить, больше внимания уделяя внутренним проблемам, нежели тому, что творилось за пределами границ, лишь иногда ограничиваясь повышенным (и не всегда трезвомыслящим) вниманием к тематике Донбасса, Крыма и России. Соответственно, внешняя политика всегда находилась на вторых ролях по отношению к другим сферам, несмотря на публичную браваду.

С моей точки зрения, это была первая ошибка Владимира Зеленского — недостаточная заинтересованность и осмысленность внешней политикой. Он пошёл на поводу у сложившейся традиции, и не захотел \ не смог \ не имел времени уделить этому внимание и сгенерировать несколько важных посылов и смыслов. В то же время, вокруг него не оказалось людей, способных объяснить суть происходящего вокруг Украины, пробудить интерес, объяснить ценность полноценной внешней политики, осмыслить мировые процессы с учётом глобальных трансформаций, кульминационную фазу которых мы нынче имеем удачу наблюдать.

Действительно, внутренние вопросы, требовавшие решений, в Украине занимали гораздо больше внимания общественности. И это нормально. В патриархально-консервативной стране с архаичным социально-экономическим укладом и обществом, деморализованным десятилетиями моральной и интеллектуальной деградации, наиболее остро ощущаются вопросы, связанные с первичными потребностями человека, если следовать пирамиде Маслоу. Собственно, на них (а ещё на противопоставлении с другими кандидатами) Зеленский и «выехал» на выборах, нанеся поражение своему дискредитированному сопернику.

Однако без внешней политики программа президента неполноценна. Международные партнёры не понимают, who is Mr. Zelensky, а мыслить категориями предвыборных лозунгов не всегда умеют и хотят. И если ты не можешь обозначить свою позицию относительно мира, то тебя либо не заметят, либо пойдут по старым схемам, продолжая внимательно следить, либо сами придумают тебе функционал. В случае с Владимиром Зеленским, ещё на самом старте он и мир не захотели познакомиться, и прошли мимо друг друга. А президент Украины остался для мира в основном малоизвестной, не до конца понятной личностью, которой, впрочем, можно было навязать любой дискурс, исходя из собственных интересов.

В результате, мы получили вторую из трёх фундаментальных проблем внешней политики Зеленского — инертность. По моему мнению, нигде больше Зеленский не косплеил так сильно Порошенко, как на внешнеполитическом поприще. Команда нового президента показала себя неспособной дополнить старые мотивы внешнеполитического курса Порошенко свежими сюжетными линиями, которые могли бы помочь Зеленскому привлечь ресурсы из-за рубежа, необходимые для реализации его политической программы. В то же время, практически все люди, которые при старой власти помогали реализовывать ту внешнюю политику, которую придумывали в администрации Порошенко, остались на своих местах. В условиях отсутствия новых рефлексий и импульсов со стороны новой команды, они принялись делать то, что уже умеют и делали 5 лет подряд. В итоге внешняя политика Зеленского продолжила быть такой же, какой она была последние годы правления Порошенко: пассивной и безынициативной, со слегка проскакивающим между строк чувством безысходности. А свою очередь, ближайшее окружение президента Зеленского, судя по всему, решило, что лучше этот курс не трогать. Ведь никто же никакого аудита не проводил, оценку не давал, верно? Значит, как-то оно работает, и уже хорошо.

В итоге, так и получилось. Страх перед изменениями, необходимостью национальных дискуссий и реакцией экзальтированной части общественности заставили Зеленского совершить абсолютно стерильный, бесполезный первый визит в Брюссель, закончившийся повторением хорошо известных, но мало что дающих, фраз эпохи Петра Порошенко: о стратегическом курсе на ЕС и НАТО, о великой помощи западных стран в борьбе против агрессора, о том, как надо помогать бедной Украине.

Сладостное, заманчивое чувство надёжной преемственности привели к аналогично слабым визитам в Париж и Берлин, в то время, как гораздо более важные и срочные для нас столицы оставались без внимания — Варшава, Будапешт, Бухарест, Прага. Даже в общем-то правильный и хороший визит в Канаду мало что дал, поскольку закончился без какого-либо логического результата. Идеи про закупку военной техники, привлечения массы инвестиций, строительство патронного завода при поддержке Оттавы, переформатирования отношений Киева и украинской диаспоры — всё это осталось повиснутым в воздухе, принесённое в жертву ощущению безопасности от привычного однообразия.

Третья проблема внешней политики Зеленского, пожалуй, самая страшная — бедность. Когда человек беден, то чаще всего, ему приходится искать способы удовлетворить свои первичные потребности несмотря на то, что будет дальше. Бедность в широком понимании (духовная, интеллектуальная, моральная, социальная и т. д.) делает человека ограниченным, занижая его планки требований и ожиданий по отношению к окружающему среду. В некотором смысле бедность приводит к глупости, и наоборот, если вспоминать бессмертную украинскую пословицу «бідні, бо дурні, дурні, бо бідні». С внешней политикой Украины именно это и происходит. Она становится ограниченной, глупой, тактической, вынуждая искать пути решения каких-то краткосрочных проблем, часто не имеющих отношения к общенациональным интересам. Бедность и ограниченность сковывают внешнюю политику, и делают Украину неспособной ставить стратегические задачи, определять приоритеты, видеть цельную картину или смотреть в будущее.

С бедностью приходит глупость, и Украина становится уязвимой. Не осознавая своих собственных интересов, с размытым понятием «внешней политики», не видя вокруг себя развивающихся процессов, мы становимся лёгкой добычей сильнейших, часто играя против собственного интереса и даже не понимая этого. А зачастую, ещё и попадая в совершенно идиотские и опасные ситуации. Будь то заключение невыгодных нам соглашений о ЗВТ с Израилем в ходе проанализированного мной визита Нетаньяху, и с Турцией во время приезда в Киев Эрдогана, лоббирование безвиза со всем миром, переговоров в «нормандском формате» или злосчастного, легендарного телефонного разговора с Дональдом Трампом 25 июля — всё это продукт интеллектуальной ограниченности, смысловой и идеологической бедности и кадровой несостоятельности внешней политики Украины, и в частности Владимира Зеленского. А всё потому, что внешняя политика Украины всё так же лишена:

  1. Определения самой себя (поэтому нет и критериев оценки работы посольств, отдельных дипломатов и миссий, понятия «успеха» и «провала», а потому невозможно проведение аудита в принципе);
  2. Чётко обозначенных национальных интересов (а не интересов узкого круга лиц в окружении президента, которым передоверили целые направления и регионы, которые они неспособны ни осязать, ни понять, ни пощупать ввиду описанной бедности);
  3. Смыслового и идеологического наполнения (которое даст возможность определить ценность того или иного внешнеполитического вектора и родить меседжи, объясняющие их населению);
  4. Морально-ценностных вкраплений (без которых Украина остаётся беспринципной, варварской страной с беспорядочной системой социальных взаимоотношений и авантюрной, рискованной средой, которая максимум, что может — это мимикрировать под внешнюю конъюнктуру);
  5. Понятного для мира функционала (который должен дать Украине понимание своей роли в мире, а для мира показать, к чему стремится Украина, и почему она ему нужна).

Все три фундаментальные проблемы, которые я обозначил, вместе формируют пустоту внешней политики Украины, характеризующую десятки лет независимости, которую, и это главная претензия к Владимиру Зеленскому, новый президент и его команда не смогли заполнить. Наиболее ярко эта пустота просматривается на примере отношений Украины с США, о чём я не так давно во всех подробностях писал по итогам официального визита госсекретаря США Майкла Помпео в Киев. Если у вас есть желание погрузиться в неё ещё глубже, советую прочесть внешнеполитический раздел плана действия правительства Алексея Гончарука, принятый 4 октября 2019 года, а также указ президента Украины Владимира Зеленского от 8 ноября 2019 года. Эти два документа очень гармонично вплетаются в мои вышеизложенные тезисы.

Моя оценка внешней политике Зеленского за год — негативная. Надо признать, что было несколько хороших и положительных моментов: деэскалация отношений с Польшей, активизация на турецком направлении, победа в судебных процессах против России, подвижки в энергетическом сотрудничестве с Беларусью и несколько обменов пленными с РФ. Однако всё это лишь точечные удары, совершённые в удачное время при хорошем стечении обстоятельств и, что самое важное, на фоне благоприятной обстановки. Но все они меркнут на фоне того, насколько просели у нас ключевые внешнеполитические направления.

Популярные статьи сейчас

Украина передала Германии компромат на Путина

Перелом в Ливии. Турция превращается в региональную супердержаву

Климкин предупредил о приближении Третьей мировой войны

Цены на свет в Украине и ЕС сравнили в цифрах

Показать еще

Западная Европа переживает внутренний кризис вот уже несколько лет. Ей нет дела до спасения Украины, и помощь ЕС в противостоянии с РФ существенно сократилась под давлением национальных бизнесов, российского лобби, объективных кризисных явлений в структуре Союза. Владимир Зеленский не сумел убедить европейских лидеров в том, что проблемы в Украине, которые они надеялись решить при Порошенко, будут разрешены при нём. В контексте эскалации политического противостояния между либерал-глобалистами и национал-консерваторами, Европа медленно погружается в один из крупнейших в своей истории кризисов, угрожающий всем евроинтеграционным проектам. Но Украина этого не видит, или не желает видеть, продолжая настаивать на вступлении, повторяя старые мантры предыдущих властей, к которым никому нет дела, и рыская в поисках дешёвой финансовой помощи. За год в отношениях ЕС и Украины мало что изменилось. Зеленский не сумел придумать функционал Украины для ЕС, и не сумел выработать собственную повестку для треугольника ЕС-Украина-Россия.

Несмотря на вроде бы обилие событий и процессов, связанных с оккупацией Донбасса и российским направлением, оно всё ещё остаётся в некоем «лимбо» идей, выжидательной фазе, которая непонятно к чему ведёт. Коммуникация команды Зеленского с обществом и внешними партнёрами по вопросу Донбасса за этот год была не самой удачной, а переговоры в Минске и «нормандском формате» в Париже не закончились, разумеется, «сдачей» Украины, но и не дали нам никаких преимуществ. Даже наоборот, на фоне демонстративного «прогресса в переговорах», Россия усилила свои позиции и влияние в Европе, и приоткрыла окошко переговоров с европейцами о снятии санкций немного шире, чем раньше. Благо, мировой кризис нынче заставляет их заморозить ситуацию по Донбассу, и не предпринимать резких шагов. Однако Владимир Зеленский за весь год так и не представил никакого собственного видения завершения конфликта, плана реинтеграции территорий, о которой он часто говорит, или деоккупации Крыма, которую часто вспоминают многие политики.

Отношения с США за этот год получили тяжёлый удар. Унизительная и неприятная телефонная беседа Дональда Трампа и Владимира Зеленского втянула Украину в ненужные и опасные предвыборные игры в Штатах, которые будут продолжаться в 2020 году теперь, когда Джо Байден фактически стал кандидатом в президенты от Демократической партии. Тупые, ограниченные и недальновидные заигрывания украинских правящих сил с разными лагерями американского истеблишмента, начиная с 2016 года, подорвали доверие к Украине, сделали страну и её правящий класс токсичным и чуть не утилизировали двухпартийный консенсус в Конгрессе по поводу поддержки Украины с учётом противостояния Российской Федерации. Владимир Зеленский не виноват в том, что случился импичмент Трампа. В конце концов, идея нарыть компромат на своего соперника пришла не ему, а самому Трампу, да и демократы нашли бы другой способ подорвать рейтинги президента США. Однако Зеленский виноват в том, что отдал американское направление на откуп нескольким людям, которые начали мутить схемы, приведшие к катастрофе, а сам президент не выражал какого-то интереса к этой теме, да и до сих пор особенно ею не интересуется.

Китай был проигран Украиной в 2019 году. Растяжка с продажей завода «Мотор Сич», длительное отсутствие в Пекине нашего посла, практически нулевые контакты на высшем политическом уровне, скандалы времён Порошенко, так и не урегулированные новой командой, и беспорядочные меседжи, вырывающиеся из разных уголков команды Зеленского — всё это убило китайское направление. Сейчас, в условиях кризиса, я не представляю, как Украина будет выстраивать с ними отношения.

Ближний Восток, Латинская Америка, Африка, Юго-Восточная Азия, Центральная Азия, Кавказ, Восточная Европа — все эти направления до сих пор остаются неизведанными землями для зацикленной на однообразии, бедной внешней политики Украины. В условиях коронавирусной пандемии и мирового кризиса, я не верю, что 2020 год принесёт какие-либо изменения. Трагедия с авиакатастрофой украинского Боинга в Иране в январе 2020 года как раз показала, что полное отсутствие Украины в целых регионах, непонимание ею особенностей мировых процессов, незаинтересованность Киева в международной политике, может приводить к столкновением Украины с оперативной реальностью. Плот, который просто бросит дрейфовать в открытом море, конечно же рано или поздно с кем-то столкнётся, но будет ли это удачная встреча?

В целом, по итогам первого года внешней политики Владимира Зеленского, констатирую, что Украина остаётся оторванной от глобального мира. Она так и не смогла с ним познакомиться и нормально представиться. И мир нас проигнорировал. Потому что у него гораздо больше забот и проблем, особенно сейчас, когда вся мировая система летит в тартарары. 2020-2021 года будут тяжёлыми для Владимира Зеленского. Удача и везение уже не будут играть той смягчающей роли, которую играли до этого.

Подписывайтесь на страницу автора в Facebook, канал «Хвилі» в Telegram, на канал «Хвилі» в Youtube, страницу «Хвилі» в Facebook, страницу «Хвилі» в Instagram.