Первые же попытки вице-премьера по стратегическим отраслям промышленности Уруского реформировать «Укроборонпром» с позиций государственных интересов натолкнулись на яростное сопротивление «соросят», которые продолжают добивать ВПК страны и использовать госконцерн для получения ими огромных зарплат.

Безусловно, назначение Олега Уруского вице-премьером по стратегическим отраслям промышленности с формированием под ним министерства с одноимённым названием не означает автоматического прекращения падения промышленного производства в Украине, а может иметь как положительные, так и отрицательные последствия. Однако его профессиональный и личностный бэкграунд позволяют надеяться, что на своей высокой чиновничьей должности он будет действовать с позиций государственнических интересов, а не хотелок отечественных олигархов или транснациональных корпораций, которые при Порошенко глубоко запустили свои «щупальцы» в отечественную экономику, а при Зеленском значительно усилили своё влияние на украинскую власть.

НО РАССМОТРИМ ВСЕ ВЫДВИНУТЫЕ ТЕЗИСЫ ПО ПОРЯДКУ.

История возникновения украинской дилеммы приватизация v/s управления госпредприятиями

Дело в том, что существовавшие «предтечи» нынешнего Министерства по стратегическим отраслям промышленности заработали за годы Независимости оставили за собой очень негативный след. Он обусловлен тем, что, с одной стороны, наша власть за весь период своего существования продемонстрировала свою неспособность эффективно переводить плановое народное (читай государственное) хозяйство, доставшееся нам в наследство от Советского Союза, на цивилизованные рыночные «рельсы». Как известно, в результате проведённой в 1990-2000-е годы приватизации в Украине сформировалась гипермонополизированная коррупционная экономика сырьевого типа и обслуживающий её олигархически-клептократический режим правления. С другой стороны, все попытки построить за 30 лет Независимости Украины более-менее продуктивную систему управления государственными активами, оказывались провальными. Не исключением является, как писал автор в своей отдельной статье, и сегодняшнее время.

Чтобы убедиться в объективности с исторической точки зрения высказанного утверждения, нужно прочитать статью «Зачем была нужна приватизация?», в которой автор хронологически проанализировал все предпринятые с 1991 года попытки власти построить хоть какую-то систему управления госактивами. Не будем пересказывать весь материал (кто захочет, тот прочитает его по гиперссылке), отметим лишь, что дилемма «быстрая приватизация по лекалам МВФ и других Международных финансовых институций» - построение эффективной системы управления госактивами» встала сразу же после принятия «Акта провозглашения независимости Украины» в августе 1991 года. Так практически одновременно летом 1991 года были созданы Министерство по делам разгосударствления собственности и демонополизации производства Украинской ССР во главе с Виктором Сальниковым и Фонд госимущества, председателем которого был назначен парламентом Владимир Прядко.

Каждое из указанных ведомств разработало свою программу приватизации. Но первое из них исходило из идеи медленного, постепенного в течение 20-30 лет разгосударствления бывшей общенародной собственности с глубиной приватизации для крупных госпредприятий не более 49%, а второе во главе с Прядко – за быстрое, в течение нескольких лет, до полной их передачи в частное владение. Так как «красные директора», фактически получившие безраздельный хозяйственный контроль над возглавляемыми ими госпредприятиями после «кооперативной» и «торговой» либерализации экономических отношений в СССР в 1997 году, и криминальный капитал, окрепший и значительно усиливший свои позиции во власти в годы «Перестройки» (1986-1990 г.г.), активно добивались как можно быстрейшей конвертации своего влияния и сакуммулированных ими на теневых операциях денег в собственность, в Украине был принят вариант «скоростной» приватизации, предложенной Фондом госимущества (авторы Владимир Лановой, Александр Пасхавер, Владимир Пилипчук и Владимир Прядко). Конечно же, под нажимом фракции Коммунистической партии Украины в Верховной Раде, которая имела тогда большинство в парламенте, в принятой 31 октября 1991 года «Концепции разгосударствления и приватизации предприятий, земли и жилищного фонда»,  была введена такая себе социальная составляющая: для удовлетворения интересов членов трудовых коллективов была предусмотрена аренда с выкупом (для малых и средних госпредприятий), льготной подписки на акции для работников крупных корпоратизируемых госпредприятий, внедрён механизм приватизационных сертификатов для всех граждан страны и формирование списка госпредприятий, запрещённых к приватизации.  Подробно об этом автор написал в своих книгах «Краткий очерк истории приватизации в Украине» (1992 год), «Українська приватизація у спогадах та роздумах» (1992 год) и «Краткий очерк сертификатной приватизации в Украине» (1993г.), и многочисленных статьях, опубликованных на их основе.

Однако СЕГОДНЯ С ПОЗИЦИЙ ИСТОРИЧЕСКОГО ОПЫТА МОЖНО УТВЕРЖДАТЬ, ЧТО УКРАИНСКАЯ ВЛАСТЬ В ЛИЦЕ И ПРЕЗИДЕНТОВ КРАВЧУКА И КУЧМЫ, И ВЕРХОВНЫХ РАД 1-ГО И 2-ГО СОЗЫВОВ ИЗБРАЛИ ОИШИБОЧНЫЙ ВАРИАНТ ПРИВАТИЗАЦИИ, КОТОРЫЙ В КОНЕЧНОМ СЧЁТЕ ПРИВЁЛ к захвату олигархами наиболее ликвидных госактивов, монополизации украинской экономики в конце 1990-х –начале 2000-х годов и формированию у нас антинародного клептократического режима правления. И что, фактически все рядовые украинские граждане не только стали заложниками данной ситуации, но и пострадали материально, и напрямую и опосредованно.

Но как бы там ни было, параллельно с реализацией украинской властью приватизационной политики наше государство с самого момента провозглашения Независимости вынуждено было управлять своими активами. Как автор уже отмечал выше первоначально этим занималось Министерство по делам разгосударствления собственности и демонополизации производства. Но в 1994 году оно было ликвидировано. Фактически Фонд госимущества его «съел», как наиболее «эффективный» из двух ведомств исполнитель воли перекрасившейся в 1991 году из красного в жёлто-блакитный цвет компартийно-хозяйственной номенклатуры. С этого времени ФГИУ стал совмещать в себе функции и продавца, и управленца госактивов, что, в конечном счёте, негативно сказалось на выполнении им и основной, и дополнительно возложенной на него задачи.

Однако, как выяснилось уже по результатам 1992 года, Фонд физически не справлялся с одновременным решением этих двух задач: развертыванием процессов приватизации и налаживанием системы управления промышленными активами. Поэтому последнюю задачу налаживания системы управления промышленными активами сначала распределили по профильным министерствам, а затем создали Министерство промышленности.

Фонду госимущества оставили в управление предприятия, которые передавались для приватизации, а также те, которые уже прошли этапы акционирования и льготной подписки - размещения акций среди членов трудового коллектива.

Министерство промышленности было создано в феврале 1992 года на базе госкомитетов по металлургии и химии. Оборонные и машиностроительные предприятия объединили в Министерство машиностроения, ВПК и конверсии. Их первоочередной задачей стал перевод промышленных предприятий из союзной собственности в собственность Украины.

С 1993 года по 1997 год под крыло Минпрома сначала перешла деревообрабатывающая промышленность, затем легкая, добыча и переработка золота, а в последствие и  предприятия Минмашпрома, ВПК и конверсии.

Популярные статьи сейчас

Опубликовано видео тройного ДТП в Ирпене

Кабмин озвучил новые цены на электроэнергию

В Карабахе заявили о сбитом самолете ВВС Азербайджана

Синоптики дали аномальный прогноз погоды на октябрь

Показать еще

К 1997 году, когда в Украине в результате скоростной сертификатной приватизации был уже сформирован значительный (более 50%) частный сектор из крупных машиностроительных, металлургических, части горнорудных предприятий и предприятий лёгкой и деревообрабатывающей промышленности. И, соответственно, встал вопрос о целесообразности существования Министерства промышленности. Его инициировал Юрий Ехануров, который с 1994 по 1997 год возглавлял Фонд госимущества, а в 1997 году стал   министром экономики. Он исходил из той логики, что нужно менять присущую плановому социалистическому хозяйству министерско-плановую форму управления предприятиями на рыночную. А для этого достаточно было иметь отраслевые функциональные отделы в рамках министерства экономики, которые призваны были лишь помогать секторально регулировать частный бизнес.

Мысль была совершенно разумная. И хотя Ехануров пробыл в статусе министра экономики лишь с февраля по июль 1997 года, а затем возглавлял до конца 1998 года Госкомитет по развитию предпринимательства Украины, его идея была использована при проведении Президентом Кучмой в 1999-2001 годах Административной реформы. В её рамках Министерство промышленности и Министерство машиностроения, ВПК и конверсии, как управленческие рудименты советской эпохи, были ликвидированы, а их функции переданы Министерству экономики. Это стало возможным в силу того, что Юрий Ехануров занял должность первого вице-премьера в правительстве Виктора Ющенко, а для решения текущих проблем производственного сектора экономики была введена должность вице-премьера по вопросам промышленной политики, которую занял Олег Дубина.

 Однако после отставки правительства Виктора Ющенко в мае 2001 года и формирования Кабинета Министров во главе с Анатолием Кинахом, который с 1996 года являлся  президентом «Украинского союза промышленников и предпринимателей», Минпромполитики был восстановлен.

Как и до ликвидации Минпрома в 1999 году его основными функциями стало управление госпредприятиями и выбивание госдотаций отдельным отраслям – автомобилестроению, металлургии, авиапрому, химикам, кораблестроителям - путем разработки многочисленных лоббистских программ их развития. Так в 1999-2003 годах был реализован эксперимент в Горно-металлургическом комплексе страны, в ходе которого предприятия отрасли под предлогом необходимости модернизации основных средств получили огромные льготы по налогообложению. И тогда же впервые стал вопрос: а зачем тогда было приватизировать крупные заводы и фабрики, если их новые частные собственники (типа более эффективные) постоянно требуют и выбивают у государства льготы, различные преференции и дотации для осуществления своей производственной деятельности и зарабатывания сверхприбылей? На примере автомобилестроительных, металлургических, химических, судостроительных предприятий и «Мотор-Сич» автор проанализировал эту проблему в своей статье «Приватизация в Украине: мифы о неэффективности государственной и эффективности частной собственности».

В таком качестве лоббиста олигархов (причём не только украинских, но и российских) Минпромполитики просуществовало до 9 декабря 2010 года, вплоть до его ликвидации Президентом Януковичем.

Параллельно с попыткой реформирования системы административного (министерского) управления госактивами, украинская власть с 1995 года, несмотря на почти ежегодно сменявшиеся в период Президентства Кучмы лица премьер-министров, активно экспериментировала с внедрением «рыночных механизмов» регулирования госсектора экономики страны.

Якобы для улучшения ситуации в вопросах управления корпоративными правами государства в конце 1995 года была создана кредитно-инвестиционная компания «Госинвест». Предполагалось, что до 15 января 1997 года в уставный фонд компании должны были быть переданы пакеты акции Николаевского глиноземного завода, Одесского припортового завода, "Эксимнефтепродукта", "Укрнефти", "Укргазпрома", Запорожского алюминиевого комбината, Запорожского завода ферросплавов, концерна "Ориана", Мариупольского меткомбината им. Ильича и "Азовстали". Всего - на 395 млн грн (по тогдашнему курсу грн/дол - порядка $200 млн.). Однако этим планам не суждено было сбыться из-за, с одной стороны, принятия Верховной Радой закона о программе приватизации на 1997 год, который запретил передавать госпакеты акций в уставные фонды компаний. А с другой стороны, многочисленных махинаций руководства «Госинвеста» с переданными ему для наполнения уставного фонда госпакетами акций нескольких НПЗ, машиностроительных и автомобилестроительных предприятий (всего около десяти государственных АО) и компенсационными сертификатами при подготовке «29-го сертификатного аукциона», которые, в конечном счёте, побудили Президента Кучмы в начале 2000 года подписать указ о ликвидации этой структуры.

Еще одной формой управления государственной собственностью, получившей активное распространение в Украине в 1995-2000 годах, стало создание Государственных акционерных и холдинговых компаний.

По декларируемому замыслу они были призваны облегчить Фонду госимущества и Минпромполитике управление госсобственностью.

Однако практика 1995-2001 годов показала, что такая эффективная во всем мире форма хозяйствования, как холдинговая компания, в Украине стала лишь завуалированной попыткой опосредованного завладения госимуществом или присвоения себе ренты в результате его хозяйственной эксплуатации.

По состоянию на 1 мая 2001, в реестр ФГИ было включено 29 государственных холдинговых компаний - ХК - и государственных акционерных компаний - ГАК, в состав которых вошло или должно было войти 325 пакетов акций ОАО. В них было сосредоточено имущества на 10 млрд грн (по тогдашнему курсу грн/дол – $2 млрд.).

За 2000 год прибыль получили только шесть компаний. В госбюджет ХК и их дочерние предприятия перечислили всего 212,5 тыс грн дивидендов. Проведенный в 2000 году Межведомственной рабочей комиссией анализ выявил, что контроль за ГАК и холдингами утрачен и в центре, и на местах. В результате, началось неконтролируемое государством теневое отчуждение их имущества.

Указами президента Леонида Кучмы в 1998 году было создано Национальное агентство Украины по управлению государственными корпоративными правами.

Для размежевания функций управления государственными корпоративными правами и приватизации, Фонд госимущества должен был передать агентству часть своих специалистов и более 6 тыс пакетов акций, которыми руководил до этого.

С момента создания агентства резко усилился процесс, который, по меткому выражению Юрия Еханурова, получил название «приватизация менеджмента».

Значительные, а иногда и контрольные госпакеты акций привлекательных предприятий были переданы или готовились к передаче в управление негосударственным коммерческим структурам и даже физлицам на безальтернативной основе.

Первой ласточкой оказалось Калушское предприятие «Ориана», 50% + 1 акция которого были переданы в октябре 1998 году в управление украинско-канадскому СП «Шелтон». Это стало началом банкротства этого крупнейшего и высокодоходного при СССР нефтехимического концерна.

Затем «Украинскому кредитному банку» были переданы пакеты трех облэнерго. А в 1999 году ФГИ передал в управление тому же банку госпакет ОАО "Запорожский завод ферросплавов", а банку Виктора Пинчука «Кредит Днепр» – «Никопольского ферросплавного завода». Примерно тогда же контрольный госпакет "Запорожстали" перешел в управление от физического уполномоченного лица к юридическому.

За первый год своего существования Нацагенство ухитрилось погрязнуть в многочисленных коррупционных скандалах.  Поэтому решением Кабмина в конце 1999 года Национальное агентство по управлению государственными корпоративными правами было ликвидировано. Все его функции и объекты были возвращены ФГИ.

Новый вклад в совершенствование процесса управления госактивами попыталась внести Валентина Семенюк, которая в мае 2005 года была назначена главой ФГИ. Благодаря ее многолетним усилиям, в сентябре 2006 года Верховная рада приняла закон «Об управлении объектами государственной собственности». Этот закон более четко разграничивал полномочия между Кабмином и другими органами управления, сужая возможности теневого отчуждения госимущества. Однако он не смог принципиально изменить ситуацию в данном вопросе.

Кроме того, социалистка Семенюк, постоянно произнося зажигательные речи о необходимости соблюдения государственных интересов и подборе кадров по профессиональным признакам, не особо демонстрировала это на практике.

За три года ее работы были заменены на социалистов или близких к ним людей большинство руководителей крупных заводов, фабрик, комбинатов и учреждений, которыми на то время управляло приватизационное ведомство.

Примеры - назначение генеральным директором ОАО «Турбоатом» первого секретаря Харьковского обкома СПУ главы наблюдательного совета Мегабанка Виктора Субботина и назначение сначала президентом «Энергоатома», а затем генеральным директором концерна «Укратомпром» на то время социалиста Андрея Деркача - сына главы СБУ времен президентства Леонида Кучмы.

Первый до прихода на «Турбоатом» никогда ранее не работал не только в машиностроительной отрасли, но и в производственной сфере. А опыт второго в атомной энергетике ограничивался получением образования в Харьковском высшем военном командно-инженерном училище ракетных войск (г. Чугуев).

Не могла обойти своим вниманием проблему «повышения» качества управления государственными активами и Юлия Тимошенко. Формально она сосредоточилась на разработке нормативно-правовой базы для конкурсного отбора и материальной мотивации эффективного менеджмента на госпредприятиях. Однако дальше деклараций и подготовки многочисленных проектов нормативно-законодательных документов Тимошенко не пошла.

В конце 2008 года она сумела выдавить с должности председателя ФГИУ Семенюк и назначить на этот пост в статусе и.о. главы Фонда госимущества Дмитрия Парфененко. Заместителем председателя приватизационного ведомства, отвечающим за корпоративное управление, был назначен экс-сотрудник СБУ Сергей Бухаленков, который будучи выходцем из военных, сделал карьеру в Службе безопасности Украины в период руководства ей Александром Турчиновым (февраль - сентябрь 2005 года), и который длительное время  курировал в качестве начальника профильного отдела знаменитого управления «К» СБУ (борьба к коррупцией) работу ФГИУ.

ГЛАВНОЙ ЗАДАЧЕЙ ПОСЛЕДНЕГО СТАЛА ЗАМЕНА РУКОВОДИТЕЛЕЙ ПРЕДПРИЯТИЙ, КОТОРЫЕ НАХОДИЛИСЬ В УПРАВЛЕНИЕ ПРИВАТИЗАЦИОННОГО ВЕДОМСТВА, НА ПРИБЛИЖЕНЁННЫХ К БЮТ ЛЮДЕЙ, аккумулирование с их помощью средств для нужд партии и усиления, с прицелом на президентские выборы, влияния партии Тимошенко на трудовые коллективы.

В тот период ходили интересные слухи о «прайсе» на нужное назначение. Например, плата только за назначение на должность руководителя предприятия с долей государства якобы колебалась от $50 до $500 тыс., в зависимости от размеров, финансовой ликвидности АО и степени участия должностных лиц ФГИ в принятии кадрового решения. Хотя, по мнению автора, это были только слухи, специально распускаемые политическими противниками и недоброжелателями Юлии Тимошенко.

Однако в 2010 году, после избрания Президентом Виктора Януковича и утверждения Верховной Радой правительства Николая Азарова Кабинет Министров в рамках заявленной новым главой государства «административной реформы» вернулся к идее создания Государственного агентства по управлению государственными корпоративными правами и имуществом (ГАУГКПИ). Оно было сформировано на базе Министерства промышленной политики. Основанием для этого стал указ президента от 9 декабря 2010 года «Об оптимизации системы центральных органов исполнительной власти». Планировалось, что Госагентство станет монопольным управляющим всеми государственными предприятиями, которые находились в управлении других министерств и Фонда госимущества. Главой ГАУККПИ был назначен человек Ахметова Дмитрий Колесников.

Но в начале 2013 года правительство Азарова приняло решение о воссоздание Министерства промышленной политики. Причиной столь неожиданного «отката назад» стали результаты проведённой Счётной палатой в конце 2012 года проверки эффективности системы управления госимуществом Украины. В её процессе выяснилось, что после ликвидации Минпромполитики в 2010 году оно не передало в управление ни созданному Госагентству, ни ФГИ более тысячи госпредприятий. Они стали ничьими, два года работая на «карман» своих директоров.

Ну и, конечно же, главой воссозданного в 2013 году Минпромполитики был назначен … ставленник Ахметова Михаил Короленко. Он с 2004 по 2013 Короленко занимал руководящие должности на Центральном горнообагатительном комбинате, Северном ГОКе, в «Метинвестхолдинге», Южном ГОКе.

Назначение человека Ахметова руководителем Минпромполитики продемонстрировало, с одной стороны, что самый богатый украинец стремился в период президентства Януковича контролировать управление всей промышленностью страны. А с другой стороны, что он намеревался вновь по-взрослому «подоить» Госбюджет страны в интересах своего частного бизнеса. Так за несколько дней до назначения главой Минпромполитики Михаила Короленко Президент Янукович поручил премьеру создать рабочую группу по вопросу предоставления поддержки предприятиям Горно-металлургического комплекса. А поскольку большая часть предприятий ГМК находилась под контролем Рината Ахметова, на которого работал Короленко, нетрудно представить себе выводы рабочей группы.

Химики в лице олигарха Дмитрия Фирташа также были рады реанимации Минпрома, который в конечном счёте помог им выбить льготные цены на газ для производства минеральных удобрений, получить фактически в бесплатное управление Запорожский титаново-магниевый комбинат, а также в  «копеечную» аренду Иршанского горно-обогатительного (Житомирсткая область) и Вольногорского горно-металлургического комбинатов (Днепропетровская  область), на которых добывали и производили титановое сырьё.

После революционных событий конца 2013 – начала 2014 годов ни в обоих Кабминах Яценюка, ни Гройсмана, места Министерству промышленной политики не нашлось.

Автор так подробно «прошёлся» по истории трансформации системы управления госпредприятиями с той целью, чтобы и читатели и фундаторы реанимации Минпромполитики осознали все риски, которые порождает воссоздание этой государственной институции.

Кто –то может сказать, что приведённые примеры неэффективного управления государством своими активами на протяжение фактически 25 лет противоречат неоднократно высказываемой автором в предыдущих статьях позиции, что в сегодняшних условиях продавать крупные потенциально ликвидные госпредприятия является настоящим преступлением.

Абсолютно, нет. ВО-ПЕРВЫХ, главная причина вышеописанного положения дел заключается не в том, что,  государственная собственность априори неэффективна, а частная эффективна (как ныне нам пытаются доказать «Соросята» в лице тех же Устенко и Сенниченко), а В ОЛИГАРХИЧЕСКО-МОНОПОЛИСТИЧЕСКОЙЙ МОДЕЛИ ЭКОНОМИКИ, КОТОРАЯ БЫЛА СФОРМИРОВАНА В НЕЗАВИСИМОЙ УКРАИНЕ ЕЩЁ К КОНЦУ 1990-Х ГОДОВ. И В НАДСТРАИВАНИЕ НАД НЕЙ плутократическо-клептократического режима правления, который уже в период второй президентской каденции Леонида Кучмы проявился в активном содействие им коррупционной приватизации его зятем Виктором Пинчуком «Никопольского южно-трубного завода»в 1999-2002 годах, «Никопольского завода ферросплавов» в 2003 году и «Криворожстали» в 2004 году. При олигархическо-монополистической модели экономики и соответствующим режиме правления даже запрещённые к продаже стратегические и общественно-значимые государственные предприятия из-за «приватизации» олигархами их менежджмента становились и становятся средством «выдаивания» властьпридержащими природной и монопольной ренты в целях получения ими сверхприбылей («Укрнафта» при менеджменте Коломойского, «Запорожский титаново-магниевый комбинат» при сталенниках Фирташа, «Центрэнерго» при менеджменте Кононенко-Порошенко, «Электротягмаш» при ставленнике Ахметова, «Объединённая горно-химическая компания» при менеджменте Медведчука и т.д.).

Причём утверждение автора, что главная причина «провалов» украинского государства построить эффективную систему управления своими активами являются сформированные в 1990-е годы олигархическо-монополистической модели экономики и базирующейся на ней плутократическо-клептократический режим правления, ухитряющийся сохранятся и воспроизводиться несмотря на все пережитые Украиной за последние 15 лет революционные катаклизмы, это факт, который демонстрируют соседние с Украиной Восточно-европейские государства. В качестве примеров можно привести и Польшу, и Словакию, и Румынию, где в результате более продуманной и менее коррупционной приватизации были сформированы дееспособный средний и мелкий бизнес, ставший социально-экономической основой произошедших в этих странах после крушения социалистического строя демократических трансформаций. И если, к примеру, в том же стратегически важном для любой страны энергетическом секторе экономики уровень разгосударствления в Украине доходит по теплогенерации и транспортировке/передаче электроэнергии до 75%, то в Польше – чуть более 40%.

 ВО-ВТОРЫХ, сегодня нельзя сравнивать историческую ситуацию середины 1990-х годов и нынешнюю ситуацию в экономике страны. Тогда почти на 100% господствовал государственный сектор, и важной задачей было формирование рыночных отношений. В  настоящее же время он составляет 15-16% от всех промышленных активов страны (вместе с огромными основными фондами «Энергоатома»). И на сегодня важнейшей задачей украинской державы является сохранение существующего государственного сектора в промышленности и энергетике прежде в целях обеспечения регулируемости и управляемости отечественной экономики. В УСЛОВИЯХ ПАНДЕМИИ КОРОНАВИРУСА И ПЕРЕХОДА БОЛЬШИНСТВА РАЗВИТЫХ СТРАН К ПОЛИТИКЕ ПРОТЕКЦИОНИЗМА ЭТО СТАНОВИТСЯ ДЛЯ НАС ВОПРОСОМ НАЦИОНАЛЬНОЙ БЕЗОПАСНОСТИ, СОХРАНЕНИЯ ОСТАТКОВ СУВЕРИНИТЕТА УКРАИНЫ И ПЕРСПЕКТИВ НАШЕГО ДАЛЬНЕЙШЕГО ЦИВИЛИЗАЦИОННОГО РАЗВИТИЯ.

Исходя из этого вытекает и главная задача, которую должно решить воссозданное Министерство по стратегическим отраслям промышленности – реиндустриализация страны на основе остающихся в собственности государства промышленных активов.

Пока же и назначение самого Олега Урусского вице-премьером по стратегическим отраслям промышленности, и появление под ним одноимённого Министерства, кроме уже высказанных автором опасений, вызывает закономерный вопрос:

Чем собираются заниматься и новый/старый орган исполнительной власти, и его руководитель: только такими высокотехнологическими отраслями, как космос, авиастроение, и, безусловно, жизненно важными для национальной безопасности страны в ситуации фактической войны с Россией предприятиями Военно-промышленного комплекса, про что недавно рассказывал Урусский в своём интервью «Интерфаксу», или более широким спектром промышленной политики?

И это не надуманный вопрос: дело в том, что за все годы украинской Независимости на законодательном или даже нормативном уровне не было определено понятие «стратегические предприятия» или «стратегическая отрасль». Единственно, что с середины 1990-х годов и до 3 октября 2014 года существовал Закон «О перечне объектов права государственной собственности, которые не подлежат приватизации», в который помимо действительно важных с точки зрения национальной безопасности и обороноспособности страны госпредприятий была лоббистски напихана куча госпредприятий, даже отдалённо не имевших  никакого отношения  к стратегическим и монопольным объектам, но с которых путём  коррупционных назначений своего менеджмента «кормилась» целая свора высокопоставленных чиновников.

 Показательно, что после принятия 2 октября 2019 года Закона №1054-1 «О перечне объектов права государственной собственности, не подлежащих приватизации» Кабинету Министров поручалось в 3-х месячный срок со дня его публикации разработать и подать на утверждение в парламент перечень стратегических предприятий, контрольный пакет акций которых государство не может передавать в частную собственность. И ТУТ НАЧАЛИСЬ СТРАННЫЕ МАНЁВРЫ ЗЕ-ВЛАСТИ.

«Зелёные» шараханья по ликвидации государственного сектора экономики Украины

15 января 2020 года Кабинет Министров Гончарука утвердил список стратегических предприятий, которые запрещены к приватизации. В этот же день правительство одобрило соответствующий Законопроект для подачи его на рассмотрение в Верховную Раду. Как сообщалось в комментарии на Telegram-канале премьер-министра, приватизации не подлежат предприятия, которые обеспечивают энергетическую независимость и обороноспособность Украины, являются естественными монополиями и имеют критически важное значение для общества.

Согласно доработанному законопроекту о перечне объектов права госсобственности, не подлежащих приватизации, предполагалось сохранение за государством, минимум, 50% акций ПАО НАК «Нафтогаз Украины», АО «Магистральные газопроводы Украины», АО «Укртрансгаз», ПАО «Укрнафта», АО «Укргазвыдобування», АО «Укртранснафта», АО «Черноморнефтегаз».

В список предприятий, которые запрещено приватизировать более 50% вошли также НАЭК «Энергоатом», ЧАО «Укргидроэнерго», ЧАО НЭК «Укрэнерго», ГП «Оператор рынка» и ГП «Гарантированный покупатель», ГАХК «Артем», ПАО «Киевский завод «Радар», ПАО «Меридиан» им. С.П. Корольова, ОАО «Научно-производственное объединение «Киевский завод автоматики», АО «Завод «Маяк», ПАО «украинский научно-исследовательский институт авиационной технологии», «2-й ремонтный завод средств связи», «Научно-исследовательский институт электромеханических приборов», АО «Укрзализница»,АО «Укрпочта», АО «Хартрон», АО «Украинский научно-исследовательский институт огнеупоров имени А.С. Бережного», АО «Научно-исследовательский институт и проектно-конструкторский институт атомного и энергетического насосостроения».

Но как стало известно из информации с сайта Верховной Рады 3 февраля в парламент был внесён и зарегистрирован законопроект №2831 «О перечне объектов права государственной собственности, которые не подлежат приватизации», в котором, во-первых, оказалась лишь 1/10 часть предприятий из списка, который был утверждён на заседание правительства 15 января 2020 года. А, во-вторых, главный упор делался не на запрете их приватизации как стратегически важных для нашего государства, а на разрешение продажи до 49% акций «Нафтогаза Украина», «Укрзализныцы», «Укрпочты», «Хартрона», «Артёма», «Научно-производственного объединения «Киевский завод автоматики», «Киевско-Днепровского объединённого хозяйства железнодорожного транспорта», «Феодосийской судостроительной компании «Море» (?) и симферопольского (?) «Завода «Фиолент». То есть ЭТО БЫЛА ОТКРОВЕННАЯ МАХИНАЦИЯ, которая, с одной стороны, предполагала оставление «за бортом» запрета к приватизации целого ряда стратегических госпредприятий энергетики и военно-промышленного комплекса, утверждённых в списке Кабмина 15 января, а с другой стороны, фактически не запрещала, а разрешала продажу вышеперечисленных из законопроекта № 2831. Автор подробно описал эту ситуацию в своей статье «Враньё команды Зеленского-Гончарука по вопросам приватизации госмонополий».

В связи с отставкой правительства Гончарука 4 марта законопроект № 2831 от 02.02 2020 года был Кабмином отозван из Верховной Рады.  Но самое поразительное, что на этом приватизационные манёвры ЗЕ-команды на закончились. 17 июня 2020 года Верховная Рада отклонила два законопроекта этого направления. Один из них, поданный оппозиционными депутатами из «ОПЗЖ» Н. Королевской, Ю. Солодом и В. Гнатенко № 2831-2 «О возобновлении действия Закона Украины «О перечне объектов права государственной собственности, не подлежащих приватизации» предполагал восстановление списка запрещённых к приватизации госпредприятий, отменённого парламентом 2 октября 2019 года. Он набрал лишь 56 голосов. Показательно, что проголосовали «против» его принятия в первом чтение не только большинство нардепов фракции «Слуга народа», но и «Европейской солидарности» Порошенко, «Голоса» Вакарчука, депутатских групп «За будущее», «Доверие» и практически все внефракционные (за исключением А. Полякова).

Однако самое поразительное, что за другой законопроект 2831-1, поданный от имени 12-ти депутатов фракции «Слуг народа» проголосовало лишь 19-ть (!) народных избранников. Иными словами, «соросятская» и олигархическая часть парламентской команды Зеленского воспротивились восстановлению здравого смысла. А ВЕДЬ В 3-Х ПРИЛОЖЕНИЯХ К ЭТОМУ ЗАКОНОПРОЕКТУ БЫЛ БОЛЕЕ-МЕНЕЕ РАЗУМНО ОПРЕДЕЛЁН ПЕРЕЧЕНЬ ИЗ 216-ТИ ОБЪЕКТОВ, КОТОРЫЕ МОЖНО ОТНЕСТИ К СТРАТЕГИЧЕСКИМ, МОНОПОЛЬНЫМ И ОБЩЕСТВЕННО-ЗНАЧИМЫМ.

12 августа Кабинет Министров на своём заседании возвратился к вопросу рассмотрения списка запрещённых к приватизации госпредприятий и госкомпаний. Причём если в приложениях к указанному выше законопроекту «Слуг народа» было 216 объектов, то правительство его расширило до 324-х.

На том же заседание 12 августа правительство рассмотрело список из 211-ти госпредприятий и госкомпаний, которые министерства и ведомства должны передать Фонду госимущества для дальнейшей приватизации. И хотя из-за несогласия Минэнерго и Минэкономики по отдельным объектам правительство отложило принятие решения по данному вопросу на две недели, но к данному списку сходу возникли серьёзные претензии. Например, почему в него включили КБ «Топаз», которое в рамках оборонного комплекса и украинских инновационных разработок имеет стратегическое значение для ВПК и национальной безопасности? Как, впрочем, возникают большие вопросы-претензии и к списку запрещённых к приватизации госпредприятий. Почему в него в рамках тех же  объектов образования и науки не включены, к примеру, Национальный университет им. Т.Г.Шевченко,  Киевский Нархоз, Медицинский университет им. А.А. Богомольца, Педагогический университет им. М.П. Драгоманова, другие государственные столичные и областные Вузы, Институты философии, социологии, другие структурные подразделения Национальной академии наук. Что их тоже Зе-власть хочет приватизировать?

Но как бы там ни было, Кабинет министров на заседании 26 августа утвердил проект закона «О перечне объектов права государственной собственности, которые не подлежат приватизации». В него включено 659 объектов.

Из них - девять акционерных обществ, в уставном капитале которых государству принадлежит 50+1% акций, 74 предприятия и объединения с 100% государственных корпоративных прав, 474 объекта культуры, спорта и лесного хозяйства и 102 предприятия оборонного комплекса, которые могут быть трансформированы в хозяйственные общества.

Но возвращаясь после вынужденного отступления от темы статьи о возможной судьбе и перспективах решаемых задач  Министерства по стратегическим отраслям промышленности, которое возглавил Олег Урусский, хочется отметить, что хаотичные телодвижения депутатов и правительства вольно или невольно начинают вырисовывать перечень госпредприятий, которые нельзя приватизировать , и должны остаться в управление государством, так как имеют стратегическое, монопольное или общественно важное значение для национальной безопасности, экономики страны и граждан.

А ведь помимо чисто государственных предприятий существует  большое количество компаний со смешанной формой собственности – те же «Центрэнерго», «Электротяжмаш», «Турбоатом», «Моторсич», «Запорожский титаново-магниевый завод», «Одесский припортовый завод», «Объединённая горно-химическая компания», «Сумыхимпром», «Азовмаш», 4-ре облэнерго («Тернопольоблэнерго», «Запорожьеоблэнерго», «Харьковоблэнерго», «Хмельницкоблэнерго», «Николаевоблэнерго»), в которых держава владеет большим или меньшим пакетом акций, и  которые в нынешних кризисных условиях начинают уже играть для Украины стратегическую роль.  Именно данные предприятия наряду с государственными должны стать базой для реиндустриализации страны. В настоящее время они, как сообщалось в СМИ, переданы на приватизацию, но в силу запрета Верховной радой 30 марта 2020 года законом № 3275 продажи на период коронавирусного карантина, и некомпетентности/ коррупционности руководства ФГИУ, тот заваливает управление их корпоративными правами. Об этом автор подробно написал в своих статьях «Мировой кризис, приватизация и проблемы управления госпредприятиями в Украине» и «Фонд госимущества завалил управление переданными ему для приватизации госактивами».

Но вышеизложенными описаниями манёвров ЗЕ-власти по окончательному развалу государственного сектора экономики, и, соответственно, определению задач министерства Уруского по запуску процесса реиндустириализации страны в условиях господства олигархическо-монополистической модели экономики, ограничиться нельзя. Дело в том, что определение важности тех или иных госпредприятий и смешанных по форме собственности компаний можно проводить не только по степени инновационности производимой ими продукции (космос, самолётостроение, кораблестроение), не только по их значимости для национальной, энергетической и экономической безопасности страны, но и по той роли, которую, например, играют «Укрзализница» для «сшивания страны» и обеспечения её оборонного потенциала в условиях военной агрессии России на Востоке Украины, отечественный химпром для нормального функционирования АПК,  те же металлургия, ГОКи и сельскохозяйственное производство - для получения валютной выручки.

Однако вынужденное «погружение» Уруского в многочисленные проблемы последних из названных отраслей чревато его «увязанием» в отношениях с Ахметовым, Фирташем, Пинчуком, Новинским, Коломойским, Жеваго, Косюком, Верёвским и другими украинскими олигархами. Тем более, что и сам премьер-министр Денис Шмыгаль, и ряд других министров являются креатурами Ахметова и Ко. Это объективно создаёт условия для превращения Министерства по стратегическим отраслям промышленности не в функциональный орган по реиндустриализации страны, а в старый Минпромполитики, как инструмент лоббирования шкурных интересов наших властьпридержащих.

Как свидетельствует июльское интервью Олега Уруского «Интерфаксу» он осознаёт все эти вызовы, стоящие и перед страной, и им, как вице-премьером по стратегическим отраслям промышленности, и подчинённым ему Министерством. Сразу оговорюсь, что считаю назначение на высокий правительственный пост Уруского самым удачным и перспективным с точки зрения государственных интересов/запросов страны не только за периоды президентств Зеленского, Порошенко, Януковича, но и Ющенко. Даже более того, позволю себе утверждать, что за всю историю Независимой Украины государственного чиновника с таким мощным гражданским, управленческим и профессиональным бэкграундом в руководстве Кабмина не было.

И дело здесь не в том, что Олег Семёнович был в первом правительстве Юлии Тимошенко первым заместителем главы Министерства промышленной политики. На мой взгляд, это более недостаток, чем достоинство, так как Тимошенко использовала Минпромполитики подобно Фонду госимущества в 2009-2010 годах (факт описан выше) для расстановки своих людей на госпредприятия и получения через них для своей политической силы финансовых и электоральных преференций.

И дело даже не в том, что Уруского рекомендовал на должность Владимир Горбулин. По мнению автора, тот, будучи, с одной стороны, давним другом Кучмы, а с другой стороны, умным человеком и грамотным специалистом, занимавшим высокий пост секретаря СНБОУ (с 1994 по 1999 год) и советника главы государства, из-за своей конформистской позиции по отношению к «старшему» товарищу в его державо-творческой деятельности  несёт определённую долю личной ответственности за формирование в период первого президентства Леонида Даниловича олигархической системы правления в Украине, которая привела страну к сегодняшнему плачевному состоянию.

Гражданский, служебный, управленческий и личностный бэкграунд вице-премьера

В середине 1990-х Уруский возглавлял управление в Национальном космическом агентстве Украины, позже руководил управлением в аппарате СНБО. В 2000-2003 годах занимал должность первого заместителя председателя Государственной комиссии по вопросам оборонно-промышленного комплекса. В 2014 году Уруский занимал должность заместителя гендиректора Укроборонпрома, чуть позже — председателя Государственного космического агентства, но в августе 2015 года его уволили.

В апреле 2020 года он возглавил инжиниринговую компанию «Прогресстех-Украина», которая предоставляет инженерные услуги и разрабатывает программное обеспечение для предприятий высокотехнологичных секторов экономики. «Прогресстех-Украина» входит в состав холдинга Progresstechgroup, учредителем которой является гражданин России Владимир Кульчицкий. Из-за этого назначение Уруского подвергали критике.

Помимо впечатляющего карьерного опыта на госслужбе, Олег Уруский имеет не менее весомые для превращения в ведущего государственного и политического деятеля страны  личностные качества. Автор это знает не по слухам, а исходя из опыта совместной военной службы с ним в Центре оперативно-стратегических исследований Генерального штаба Вооружённых Сил Украины в 1991 -1992 годах. К личностным качествам, которые дополняют его управленческий бэкграунд, по нашему мнению, относятся следующие:

1) Высокая организованность, которая у него была сформирована во время учёбы в Киевском суворовском военном училище, а потом закреплёна в период учёбы в Высшем военном училище и службы в армии офицером;

 2) Прекрасное инженерное образование, которое Уруский получил в Киевском высшем авиационном инженерном училище. Без малейшей натяжки можно утверждать, что данный военный ВУЗ был ведущим в Военно-Воздушных Силах СССР;

3) Высокий уровень теоретической подготовки, который прежде всего выразился в защищённых им кандидатской и докторской диссертациях по профильной технической специализации;

4) Изобретательские способности, которые отразились не только в его авторстве и соавторстве в 50-ти научных трудах, но и присвоение ему в 1996 году Государственной премии Украины в области науки и техники; 

5) Опыт работы и руководства инновационной инжиниринговой компанией «Прогресстех-Украина», которая предоставляет инженерные услуги и разрабатывает программное обеспечение для предприятий высокотехнологичных секторов экономики;

6)  Высокая националистическая примативность Олега Уруского (термин введён Сергеем Дацюком), которая проявляется, с одной стороны, в несомненной его пассионарной приверженности идеалам Независимой и суверенной Украины, а с другой стороны, в разумном, а не «шароварном» узко-националистическом патриотизме, допускающим рациональное сотрудничество с демократически мыслящими представителями Российской Федерации;

7) Огромный харизматический (личностно-волевой) потенциал, который сразу же ощущается при первом же общение с ним, и который по-хорошему даже завораживает. Так автор статьи, будучи украинцем по паспорту, но воспитанным в русской культурной среде (отец был военным, служившим в частях преимущественно на территории Белоруссии и Российской Федерации), под воздействием харизмы Уруского выучил в 1991 году гимн Украины;

8) Незапятнанность связями с олигархами. По крайней мере автор статьи, чьи научные и журналистские взгляды уже 20 лет лежат в области сбора информации о фигурантах приватизационных процессов, олигархических и коррупционных отношений в Украине таковой в публичных и непубличных источниках не встречал;

9) Накопленная к 57 годам житейская мудрость, которая позволяет Урускому не быть марионеткой в руках тех или иных политических сил или высокопоставленных деятелей, а стать самостоятельным «игроком» в интересах своего государства, а не тех или иных финансово-промышленных кланов.

Компетентность, разумность и взвешенность оценок и рассуждений Олега Семёновича проявилась, по мнению, автора, во всех данных им после назначения его вице-премьером интервью. Практицизм его деятельности сразу же проявился в стремление заменить «соросятский» менеджмент «Укроборонпрома» и реформировать госконцерн по ранее продуманной им модели. Об этом Олег Уруский заявил 12 августа в ходе круглого стола, трансляцию которого вело агентство «Укринформ».

Однако уже через два дня нынешний глава «Укроборонпрома» Абромавичус заявил, что у вице-премьера по стратегическим отраслям промышленности нет права на кадровые назначения и … предложил президенту своего преемника. «Это гарантирует продолжение начатой трансформации, сохранение скорости изменений, с которыми движется концерн, и команды, которая их воплощает», – заявил оборзевший  «соросёнок» 14 августа. При этом нынешний глава «Укроборонпрома» также сообщил, что на встрече у президента обсуждалась перезагрузка Наблюдательного совета госконцерна. По его словам, за 11 месяцев в «Укроборонпром» было заведено 70 профессиональных людей при штате 260 человек, в частности, заменены все заместители гендиректора (об их «профессионализме» ярко свидетельствует назначение того же журналиста Мустафы Найема). Помимо этого были назначены почти 30 новых руководителей наибольших предприятий.

При этом Абрамавичус аргументировал перед Президентом  свою позицию тем, что, во-первых, деполитизация назначения гендиректора (в его представление – доп. авт.) и возможность самостоятельно формировать свою команду - это золотой стандарт международного менеджмента и принципы ОЭСР, которые Украина обязалась внедрить на стратегических предприятиях государственной формы собственности в 2016 году, приняв  законы № 1405-VIII, №8331-д и № 1475-VIII, которыми  были предоставлены неограниченные полномочия «независимым» иностранным членам Наблюдательных советов крупных госпредприятий/госкомпаний/госбанков, и которыми они фактически были выведены из-под контроля и управления государства. А во-вторых, что нарушение этих стандартов именно в «Укроборонпроме» приведет к потере финансовой помощи Евросоюза в размере EUR1,2 млрд.

Иными словами, МЫ В ОЧЕРЕДНОЙ РАЗ ЯВЛЯЕМСЯ СВИДЕТЕЛЯМИ ТОГО, ЧТО КОМПРАДОРСКАЯ АДМИНИСТРАЦИЯ, НАВЯЗАННАЯ УКРАИНЕ НАШИМИ ЗАПАДНЫМИ «ПАРТНЁРАМИ» В ПЕРИОД ПРЕЗИДЕНТСТВА ПОРОШЕНКА, с одной стороны, не хочет выпускать из-под своего контроля и влияния военно-промышленный комплекс страны. По всей видимости, чтобы его окончательно уничтожить как конкурента на мировом рынке производства и продажи вооружений. А с другой стороны, что рассматривает госконцерн как свою вотчину для нехилого «кормления» (с зарплатами в несколько сот тысяч гривен) своих людей. Автор детально проанализировал этот вопрос в своей статье «Высокие заработки госуправленцев как способ насаждения в Украине компрадорской администрации».

 К артикулированному в вышеназванном материале можно добавить лишь следующее: скажите, пожалуйста, господин Абрамавичус, за какой такой профессионализм и заслуги надо было назначать членом Наблюдательного Совета «Укроборонпрома» главу «Укрпочты» Игоря Смелянского? Или почему нынешнее руководство госконцерна в период начала пандемии коронавируса ничего не сделало, чтобы помочь киевскому госпредприятию «Буревестник» (входящему в «Укроборонпром»), которое до 2011 года производило неплохие аппараты искусственной вентиляции лёгких, имеет всю необходимую для этого техническую документацию, и целенаправленно банкротится лишь для того, чтобы захватить его земельный участок и затем застроить её жилыми многоэтажками (левый берег Днепра в столице)? Автор подробно проанализировал эту ситуацию в своей статье «Госпредприятие «Буревестник» как приговор экономической «политике» Зеленского».

Таким образом, можно констатировать, что ПРОФЕССИОНАЛЬНАЯ И ПАТРИОТИЧЕСКАЯ ПОЗИЦИЯ ОЛЕГА УРУСКОГО СРАЗУ ЖЕ НАТОЛКНУЛАСЬ НА ЯРОСТНОЕ СОПРОТИВЛЕНИЕ СТАВЛЕННИКОВ ЗАПАДНОГО ВНЕШНЕГО УПРАВЛЕНИЯ. А все эти «притянутые за уши» отмазки «соросятских наёмников», которые ничего путного не смогли сделать за год правления в «Укроборонпроме», а лишь усилили его развал, являются лишь дешёвыми понтами-оправданиями для ничего не понимающего в данных вопросах Президента.

Самое трагичное в закономерно возникшем конфликте между новым вице-премьером и Абрамавичусом состоит в том, что он грозит стать дублем/повторением мартовской ситуации с Игорем Уманским, который через три недели после назначения его министром финансов был отправлен в отставку.  Главной причиной этого, несмотря на вроде бы разные фактологические обстоятельства между Уманским и Уруским, будет профессиональная и патриотическая позиция первого и второго, которые добивались/добиваются отстранения от должностей «соросят», продемонстрировавших свою должностную некомпетентность. Напомним, что экс-министра финансов уволили за то, что он стал добиваться увольнения на то время главы Налоговой службы Сергея Верланова и главы Таможенной службы Максима Нефёдова, которые завалили «службу» в своих ведомствах. Да и в целом Уманский на Кабмине высказывался против кабальных условий получения Украиной очередного транша МВФ, что, естественно, не могло было быть не замечено нашими внешними управленцами.

Показательно в ситуации с Уманским, что уволить то его уволили, но через короткий промежуток времени Зеленский вынужден был дать команду убрать с должностей из-за сохранения коррупционных схем (так называемых многомиллиардных «скруток») и Верланова с Нефёдовым.

Если Президент всё же поведётся на советы Абрамавичуса и в конечном счёте Уруский разделит участь Уманского, это будет свидетельствовать, что все заявления Зеленского и премьер-министра Шмыгаля о необходимости поддержки отечественного производителя и намерениях нынешней власти начать возрождать украинскую промышленность, являются для ЗЕ-команды не более чем трёпом, призванным в очередной раз обмануть своих сограждан. А введение должности вице-премьера по стратегическим отраслям промышленности - лишь «дымовой завесой» для ещё верящих в патриотизм «Слуг народа» избирателей накануне выборов в местные органы власти.

Ближайшим индикатором какую в ближайшее время выберет позицию Зеленский - освобождения от внешнего управления или дальнейшего усиления зависимости ЗЕ-власти от давления западных «партнёров» - станет голосование на ближайшей осенней сессии Верховной Рады законопроекта №3739 от 24.06.2020 г. «О публичных закупках для создания условий для устойчивого развития и модернизации отечественной промышленности» (о так называемой локализации промышленных производств), который был принят парламентом в первом чтение на последней сессии 23 июля в рамках антикризисного пакета экономических мер правительства. Как известно, это вызвало негативную реакцию сначала посла Евросоюза в Украине, а затем Госдепа США. К ним присоединились внутренние агенты западного влияния – парламентская фракция партии «Голос», которая сразу же «набросала» 2 тысячи замечаний к законопроекту № 3739, и находящееся под контролем «соросят» «Национальное агенство по вопросам предотвращения коррупции». Детально проанализировала эту ситуацию в своём видео-блоге «ЕС против украинской промышленности. История одного закона» Олеся Медведева.

Однако, к сожалению, результаты голосования депутатов от «Слуг народа» на внеочередном заседание Верховной Рады 25 августа по законопроекту №0063 о ратификации подписанного правительством Шмыгаля Меморандума с ЕС о предоставление Украине кредита в размере 1,2 млрд. евро, получение которого  обусловлено ещё бОльшими кабальными экономическими, правовыми и политическими условиями, чем были даже для получения кредита МВФ, свидетельствуют, что надежды на освобождение от внешнего влияния при ЗЕ-власти уменьшаются до «нуля». ЭТО РЕШЕНИЕ ПАРЛАМЕНТА ФАКТИЧЕСКИ ИНСТИТУАЛИЗИРОВАЛО ЗАПАДНЫЙ НЕОКОЛОНИАЛЬНЫЙ ПРОТЕКТОРАТ НАД УКРАИНОЙ.

Поэтому служебный и личностный конфликт между Уруским как представителем патриотической позиции и соросятско-олигархическим окружением Зеленского неизбежен. Вопрос лишь во времени: когда он - раньше или позже - произойдёт.

ВЫВОДЫ:

1) Назначение Уруского вице-премьером по стратегическим отраслям промышленности с формированием под ним министерства с одноимённым названием не означает автоматического прекращения падения промышленного производства, а может иметь как положительные, так и отрицательные последствия.

2) Карьерный, гражданский, служебный, госуправленческий, интеллектуальный и научный потенциал Олега Уруского позволяет надеяться, что он в своём высоком чиновничьем статусе будет отстаивать интересы не олигархов или западных транснациональных корпораций, а украинского государства и своего народа.

3) В случае, если Уруский сможет вопреки сопротивлению «соросят» добиться реорганизации по своему плану «Укроборонпрома» и в целом предложить и начать практически реализовывать программу реиндустриализации экономики страны на базе остатков промышленных госактивов, он станет тем новым политическим лидером, которого давно ждёт Украина, чтобы восстановить свой суверенитет и возродиться «из пепла» дикого капитализма. По крайней мере, он станет претендентом №1 на должность главы правительства после неизбежной отставки осенью 2020 года Дениса Шмыгаля.

4) Если же Зеленский в очередной раз поддастся влиянию Абрамавичуса и других западных «друзей» Украины, присосавшихся к природным и промышленным ресурсам страны, и уволит Уруского с должности вице-премьера в угоду кукловодам внешнего западного управления, или Олег Семёнович сам вынужден будет уйти из-за продажности и непатриотичности позиций нынешней ЗЕ-команды, то  он должен начать самостоятельную политическую карьеру, главным идеологическим лейтмотивом  которой призваны стать возвращение суверенитета и субъектности  Украины.

5) Чтобы вырасти до политика и государственного деятеля всеукраинского масштаба Олегу Урускому нужно умело пройти между «Сциллой и Харибдой» интересов не только отечественных олигархов и западных агентов влияния, но и узконационалистических и демократических стереотипов мышления. Вплоть до готовности установить в стране политический режим просвещённой автократии неоимперского образца.

6) Конфликт между Уруским и Абромавичусом  в отношение их видений реформирования «Укроборонпрома» ещё раз продемонстрировал, что вопрос отмены принятых Верховной Радой в 2016 году законов № 1405-VIII, №8331-д и № 1475-VIII, которыми предоставлены неограниченные полномочия иностранным членам Наблюдательных советов крупных госпредприятий/госкорпораций/госбанков, и которыми они фактически выведены из-под контроля и управления украинского государства уже перезрел. Без снятия этого ярма с шеи нашего народа, которое выливается для Госбюджета в ничем не оправданные ежегодные траты на содержание иностранных дармоедов типа Абрамавичуса в несколько десятков миллиардов гривен, Украина никогда не сможет освободиться от неоколониальной зависимости, и восстановить свою экономическую и внешнеполитическую  субъектность.

7) Проблема реформирования системы управления госпредприятиями и госкомпаниями должна лечь на «плечи» Уруского как министра по стратегическим отраслям промышленности не только в отношение «Укроборонпрома», но и всех крупных госпредприятий и госкомпаний страны.  Соросятское руководство Фонда госимущества во главе с Сенниченко ничего продуктивного в этом направление сделать не может, да и не желает делать. Вернее сказать, оно способно лишь продуцировать дальнейшее усиление коррупции в данном вопросе.

8) Голосование парламентской фракции «Слуг народа» на очередной сентябрьской сессии Верховной Рады за поданный Кабинетом Министров законопроект о списке запрещённых к приватизации гособъектов наглядно продемонстрирует куда больше склоняется Зе-команда: к дальнейшей распродаже страны, или всё же у какой-то части её членов осталась хоть капля патриотической «совести». Как это ни парадаксально будет звучать, но в случае повторения ситуации 17 июня, когда за поданный от имени 12-ти депутатов фракции «Слуг народа» законопроект, аналогичный принятому 26 августа правительством, проголосовало лишь 19-ть её представителей (см. выше), станет свидетельством, что наши западные кураторы дали ЗЕ-команде и её «соросятским» сателитам категорическое указание полностью добить государственный сектор экономики Украины и окончательно превратить нашу страну в аграрно-сырьевой придаток Евросоюза и США, без малейшей надежды и права на реиндустриализацию.  БЕЗ ЗАКОНОДАТЕЛЬНОГО ЗАПРЕТА ПРИВАТИЗАЦИИ СТРАТЕГИЧЕСКИХ, ОБОРОННЫХ, МОНОПОЛЬНЫХ И ОБЩЕСТВЕННО-ЗНАЧИМЫХ ГОСПРЕДПРИЯТИЙ ОТКРЫВАЕТСЯ КОРРУПЦИОННАЯ ЛАЗЕЙКА (ПРАВИЛЬНЕЕ СКАЗАТЬ ДЫРА) ДЛЯ БЕСКОНТРОЛЬНОГО ДЕРИБАНА ОСТАТКОВ ГОСАКТИВОВ как западными транснационалами, так и отечественными олигархами, выполняющими функцию компрадорской буржуазии.

Подписывайтесь на канал «Хвилі» в Telegram, на канал «Хвилі» в Youtube, страницу «Хвилі» в Facebook, на страницу «Хвилі» в Instagram