Больна ли Америка «английской болезнью»?

Барри Айхенгрин, профессор экономики и политических наук в Университете Калифорнии, Беркли

Обреченные на медленный рост, США сегодня выглядят, как надорвавшаяся Великобритания после Второй мировой войны. Это может привести к сокращению международных обязательств Америки, что увеличит возможности таких держав, как Китай, что в следствие усилит геополитическую неопределенность.

Размышляя об этих перспективах, важно понять характер британской болезни. Ведь дело было не только в том, что Америка и Германия росли быстрее, чем Англия после 1870 года. В конце концов, это вполне естественно для развивающихся стран, где модернизация началась позже, как это имеет место сегодня в Китае. Проблема была неудач Англии в конце девятнадцатого века, заключалась в неспособности вывести экономику на качественно иной уровень.

Англия не спешила переходить от старых отраслей первой промышленной революции к развитию современных секторов экономики, таких как электротехника, которые нуждались во внедрении методов массового производства. Британия также не смог развить точечное машиностроение, а также в других новые отрасли, такие, как синтетические химикаты, красители, и телефонию и т.д. В каждой из этих отраслей Великобритания не смогла создать плацдарм для рывка.

Становление новых экономических держав с более низкими издержками сделало уменьшение занятости в старых отраслях: текстиль, металлурги и судостроение неизбежным. Но Великобритания проигнорировала сигналы требующие замены устаревших отраслей 19 века на более современные.

Является ли Америка обреченной на такую участь? Отвечая на этот вопрос требуется понимание причин отсутствия у Великобритании стремления к технологическому прогрессу. Одним из популярных объяснений является британская культура, которая пренебрежительно относилась к промышленности и предпринимательству. С середины девятнадцатого века, лучшие умы Британии ушли в политику, а не в бизнес. Интересы промышленников, вышедших из заводских цехов, стали второстепенными.

Теперь мы, обратим внимание на аналогичные проблемы в США. По словам Дэвида Брукса из The New York Times: «После десятилетий изобилия, в США ушел на второй план трезвый практический менталитет, который превратил Америку в богатую страну. Сегодня в Америке лучшие умы ушли из промышленности и технических предприятий в более престижные, но менее производительные сферы: право, финансы, консалтинг или же занялись некоммерческой деятельностью».

Однако, на самом деле, подобные объяснения упадка Британии не выдержали испытание временем. Не существует каких-либо системных доказательств того, что британские менеджеры были хуже. Наоборот, расширение круга потенциальных руководителей давало прямо противоположный эффект.

В сегодняшней Америке, также трудно найти доказательства этой предполагаемой проблемы. Компании Силиконовой долины не жалуются на нехватку талантливых менеджеров. Нет недостатка и в новых выпускниках МВА, готовых работать даже в автомобильных компаниях.

Вторым по популярности объяснением «британской болезни» является снижение эффективности системы образования. Университеты Оксфорда и Кембриджа, созданные задолго до индустриальной эпохи, производили видных философов и историков, но слишком мало ученых и инженеров. Трудно, однако, увидеть, как этот аргумент относится к США, чьи университеты остаются в мировых лидерах, привлекая аспирантов в области науки и техники из разных стран мира — многие из которых потом остаются в стране.

Третьи объясняют британский упадок слабостью финансовой системы. Британские банки, выросли в начале девятнадцатого века, когда потребности промышленности в капитале были скромные, поэтому они специализировались на финансировании внешней торговли, а не внутренних инвестициях, тем самым оставив промышленность на голодном пайке, когда возникла потребность в капитале.

В самом деле, фактические данные о преобладании экспорта британского капитала, чем внутренние инвестиции являются достаточно слабыми. И, в любом случае, эта история сегодня также не имеет отношения к США, поскольку они являются получателем, а не экспортером инвестиций.

Окончательного объяснение ослабления Великобритании связано с экономической политикой. Великобритания так и не смогла ввести в действие эффективную конкурентную политику. В ответ на падение спроса в 1929 году, она установила более высокие ставки тарифов. Защищенная от иностранной конкуренции, промышленность Британии росла медленно. После Второй мировой войны, изменение баланса сил между лейбористами и консерваторами застопорило политические процессы, увеличила неопределенность и создало хронические финансовые проблемы.

В этом и заключается наиболее убедительное объяснение британского упадка. Страна не смогли выработать согласованных мер политики в ответ на финансовый кризис 1930-х годов. Ее политические партии, вместо того чтобы работать вместе для решения неотложных экономических проблем, вцепились друг другу в горло. Развитие страны свернулось вовнутрь. Политика стала капризной и беспорядочной, а финансовая система нестабильной.

Короче говоря, провал Великобритании носил политический, а экономический характер. Вот это,  как раз больше похоже на сегодняшнюю судьбу Америки.

Оригинал: Project Sybdicate

Перевод Юрия Романенко, «Хвиля»


Загрузка...


Комментирование закрыто.