В новой беседе Юрия Романенко с Павлом Щелиным мы разбираем финал президентских выборов в США. Впервые за 160 лет Америка оказалась на грани полноценного гражданского конфликта.

Друзья, всем привет. И мы начинаем наши ковидные эфиры с Павлом Щелиным, возобновляем, выборы закончились, времени из-за ковида у меня теперь много, дома я сижу, поэтому можно спокойно общаться. И ввиду того что в Украине местные выборы закончились 25 октября, а в Штатах 3 ноября будут президентские, то мы разберем президентские выборы в США, подведем эти итоги. Я не так как Павел все это дело отслеживал, потому что был в полях и у меня были другие наблюдения, в каких-то моментах наверное даже более интересные.

Но в любом случае, американские выборы, конечно же, очень важны, потому что то что они с собой принесут, будет иметь серьезнейшие последствия для всей мировой системы, и для Украины в том числе. Ну давай, ключевые тенденции, что ты видишь и на кого ты делаешь ставку в этот раз.

Если подводить ситуацию совсем в рамочной конструкции, то суммировать это можно так: математически победить шансов, разумеется, больше имеется у кандидата от Демократической партии, в целом в среднем по стране у него сейчас плюс 7%, это достаточно большой отрыв, выше статистической погрешности, что важно. Но в силу особенностей избирательной системы США, интрига сохраняется более чем.

Это вот важно понимать то, что в США, не знаю насколько слушатели знакомы с избирательной системой, но система подсчета голосов, система президентских выборов организована так, что наличие преимущества в количественном числе избирателей совершенно не гарантирует победу кандидату. И собственно сейчас я поговорю о тех факторах, которые являются самыми такими критически важными и которые скажутся на результатах предстоящих выборов.

Собственно есть два интересных момента, которые указывают на то, что шансы Трампа не потеряны. Первое – это сентябрьский опрос Gallup, согласно которому 6 из 10 американцев в среднем оценивают свое состояние по итогам четырех лет президентства Трампа лучше, чем до него. То есть в целом это более чем хорошая оценка работы президента на своем посту. И если бы мы говорили о нормальной ситуации, вне ковидного контекста и вне контекста вот этих больших протестов по типу BLM, переизбрание было крайне легкой задачей для Трампа, потому что в целом в Америке для президента проиграть перевыборы это сложно, это происходит достаточно редко в современной истории. Одним из последних, кстати, булл Буш-старший, который дело это проиграл.

Но в целом в американской политической традиции уже почти сложилось, что если президент выигрывает один срок, ему как правило публика настроена давать шанс доделать то, с чем он пришел на второй. Но понятно, что сейчас ситуация совсем не является нормальной. Трамп это президент не консенсуса. Отдельно поговорим, что вряд ли консенсус в Америке в целом может быть достижимым.

Но тем не менее, все 4 года против него были мобилизованы все силы СМИ практически, против него сейчас действительно активную роль сыграл ковид, который подкосил экономические достижения. Но тем не менее, несмотря на все эти данные, рациональный вот этот опрос, что 6 из 10 оценивают улучшение своего положения за 4 года президенства Трампа, это очень мощная цифра.

И второй интересный факт – если смотреть по опросам, ситуация в том, что в ключевых штатах (поговорим отдельно почему ключевые штаты это действительно ключевые штаты) Трамп сейчас показывает лучше результаты, чем он показывал 4 года назад против Клинтон. Что я имею в виду: например штат Пенсильвания, в 2016 году Клинтон там лидировала против Трампа на 6,2%, сейчас Байден лидирует там против Трампа на 5,4%. Но на собственно выборах в 2016 году Трамп победил в Пенсильвании с отрывом в 0,7%. То есть получается то, что если мы допустим, какое все вынуждены сейчас делать предположение после 2016 года: что очень большой процент избирателей, которые готовы голосовать за Трампа, они отказываются это делать, потому что это стигматизировано.

То есть, как будто в публичной политике для очень многих избирателей неприлично говорить, что они готовы голосовать за Трампа, потому что любой мейнстримный, настроения социальных сетей и основных СМИ делают такую позицию нелицеприятной, т.е. в чем стыдно признаться. Сейчас аналитики вынуждены учитывать, что возможно существует большой зазор между тем что люди говорят соцопросникам, и то как они реально будут голосовать. Если принимать этот вопрос во внимание, то во многих из колеблющихся штатов возможно очередное повторение 2016 года. Поэтому Трампа со счетов сбрасывать достаточно рано.

Поэтому сейчас поговорим о трех интригах, которые разворачиваются относительно вот этих колеблющихся штатов. Что такое колеблющийся штат – в американской политической системе каждый штата имеет определенное число голосов представителей выборщиков, за которые в каждом штате идет борьба между кандидатами. Допустим, если в штате 51% проголосовал за кандидата А, то все выборщики от этого штата будут голосовать за этого кандидата в общем пуле выборщиков все страны. Что это означает: что борьба ведется на уровне штатов, борьба ведется не за абсолютное число, а за число голосов, которое принесет максимальное количество выборщиков.

Это достаточно уникальная политическая система, созданная в определенном исторической контексте отцами-основателями, которые больше всего боялись возможности толпы, т.е. большинства такого, толпы, узурпировать политические институты, поэтому она действительно создана специально так, что она дает очень большие шансы побеждать не через большинство, а через такие более сложные системы, т.е. она своего рода такая специальная система сдержек.

Популярные статьи сейчас

Украинцы без стажа не смогут получать пенсии с 2021 года

Миллионы украинцев могут остаться без газа

Спутниковое телевидение в Украине вскоре станет платным

«Ощадбанк» сделал важное заявление о получении новых карт

Показать еще

И вот для этих колеблющихся штатов, Пенсильвания, Мичиган, Висконсин, Миннесота, теперь в этом списке оказался, сейчас вот в последние годы стал относиться и Техас, вот там сейчас идет ключевая борьба за них. Потому что есть штаты, которые голосуют за Трампа, есть штаты которые голосуют за Байдена, но есть штаты, которые, итог голосов которых неочевиден, но именно итог голосования в них определит, кто станет президентом.

Собственно три сейчас ключевые интриги, в том смысле три ключевых фактора, последствия которых мы собственно и узнаем в день выборов. Фактор первых: это война компроматов. Как мы и предполагали, за последние месяцы просто обе стороны вылили и продолжают выливать потоки компромата, что традиционный элемент предвыборной политики. Самым большим наверное против Трампа это была публикация The New York Times его налоговых деклараций, которые действительно выглядят мягко говоря нелицеприятно, в том смысле что человек мультимиллионер, платящий 750 долларов подоходного налога, это выглядит как надувательство.

Как украинские олигархи.

Ну да. Только в случае Америки это гораздо менее приемлемо для общественного консенсуса. Но на самом деле это именно то, что опять-таки ударяет по публичному имиджу. Из того что я смотрел, там очень мало за что можно прикопаться с точки зрения юриспруденции, потому что в Америке, как и в любом государстве с развитой налоговой системой для богатых людей есть множество лазеек эту систему обманывать и надувать и скорее всего то что показали по поводу Трампа – ну да, человек заплатил множество денег своим юристам, чтобы они снизили или по сути ликвидировали на него налоговую нагрузку. Это морально сомнительно, и это важно, потому что повторюсь, в американском контексте ты платишь свои налоги, идентичность налогоплательщика она крайне сильна, и возможно это повлияет.

Но со стороны соответственно республиканцев гораздо больший поток компромата сейчас идет на Байдена. Подобно скандалам с эмейлами Хиллари Клинтон в 2016 году, сейчас идет скандал с ноутбуком сына Байдена, Хантера Байдена, относительно его вовлеченности в бизнес активность с украинскими и китайскими компаниями. Если совсем упрощать, идея в том что семья Байдена активно торговала в бытность Байдена на посту вице-президента именем Байдена, что входить в советы директоров различных инвестиционных фондов, по сути не предлагая ничего взамен, кроме политических связей и имени Джорджа Байдена и потенциально политических связей с высшим уровнем американского руководства, то что на английском называется compromised.

То есть, это с точки зрения политика, когда у тебя такие бизнес-связи, это в американской политической культуре не считается достаточно допустимым. То есть, у тебя конфликт интересов, вот как это называется по русски, впоследствии что создает конфликт интересов. В случает с китайской фирмой, во всех случаях речь идет именно об инвестиционных фондах, т.е. те, которые инвестируют в сделки, речь идет о многомиллионных сделках, и речь идет в случае Украины это Burisma, в случае Китая это инвестиционный фонд по энергетике.

И выглядит это достаточно плохо, и в такой короткий период перед выборами. Это достаточно такая большая компроматная бомба, которую республиканцы активно раскручивают. Вот бывший партнер Хантера Байдена Тони Бабулински буквально вчера выступил с часовым интервью на Fox News, в котором он подробно рассказывает о том как он был привлечен, откуда у него взялись все эти документы, о том что эти документы сейчас можно всем скачивать, смотреть в активном доступе и т.д.

И на этом фоне интересна реакция СМИ, социальных сетей, которая по сути в момент публикации, опубликовала это New York Post, это одна из старейших газет в США, и тем не менее в первые дни после ее публикации по сути все социальные сети крупные, Facebook, Twitter и разумеется все крупные СМИ, кроме Fox News, эту информацию по сути блокировали. То есть, по сути они решили, что самый лучший способ борьбы с этим компроматом на Джорджа Байдена это игнор этой информации, и они решили сделать вид, как будто никакой публикации не произошло.

Это интересный кейс с юридической точки зрения. Социальные сети в Америке они работают по лицензии платформы, а не по лицензии издателя. Юридически если ты платформа, ты не имеешь права цензурировать контент, ты не имеешь права цензурировать контент на основе политических предпочтений, ты обязан предоставлять площадку для всех своих пользователей. Если ты начинаешь его цензурировать, то ты переходишь в разряд издательства, но тогда ты несешь ответственность за вест публикуемый тобой контент.

И на самом деле это достаточно большой юридический кейс, последствия которого мы увидим после выборов – это эволюция соцсетей. То есть, то, насколько соцсети смогут удержать свой статус платформы, а не паблишера, потому что здесь сейчас республиканцы начали очень большую атаку собственно на Facebook и Twitter с тем чтобы они окончательно должны подтвердить то что они не будут заниматься цензурированием, либо меняйте свой юридический статус, что имеет очень большие негативные последствия. Собственно преимущество социальных сетей, причина их популярности была именно эта платформость. А переход в статус издательства рискует очень сильно подорвать их рекламные прибыли и ставит их в уязвимый юридический статус, потому что если ты получаешь статус паблишера, то какой-нибудь фрик, опубликовавший карикатуру с нацистами, условно говоря, ты несешь ответственность за то, что эта карикатура опубликована в твоем издании. Сейчас они такую ответственность не несут.

И вот интересно то что социальные сети на это по сути готовы пойти, чтобы не навредить Байдену больше, чем он сейчас наврежден. И это в принципе удалось бы довольно неплохо, если бы не дебаты.

Для тех кто не в курсе, прошли два раунда дебатов между Трампом и Байденом, и если первые были просто отвратительными, и это все комментаторы со всех политических сторон назвали это базарной перебранкой. По другому это назвать нельзя, кандидаты просто занимались взаимными публичными оскорблениями, продемонстрировав крайне низкий уровень политической культуры. То вторые дебаты прошли гораздо лучше, при том гораздо лучше они прошли именно для Трампа, на них он был в наименьшей степени тем Трампом который раздражает, и он говорил достаточно связно, он вынудил Байдена отвечать на вот эти вопросы относительно тех компроматов которые были против него опубликованы, и тем самым это создало минимальный уровень публичности для этой информации, что разумеется подстегнуло интерес той публики, которая условно говоря не читает Fox News, и тем самым полностью избежать распространения этого компромата не удалось. И сейчас буквально каждый день выбрасываются новые порции вот этой истории.

Если вкратце описать, раскрутка идет именно на тему того, что вся семья Байдена активно торгует политическим положением отца, при чем торгует не абы с кем, а торгует с китайцами, которые являются геополитическим противником Америки, и тем самым это создает потенциальный конфликт интересов Джорджа Байдена на посту будущего президента США, в его способность защищать американские интересы. Такого рода компромат идет, и слишком мало времени осталось проверить насколько он будет эффективным, узнаем по итогам выборов.

Вторая ключевой момент, который опять таки на этих дебатах Трампу удалось сделать: это вынудил Байдена публично признаться в том, что его целью является отказ от нефтяной индустрии, потому что это изменение климата. Он подтвердил свою приверженность вот этому новому зеленому мышлению. Но проблема в том что именно в колеблющихся штатах, таких как Пенсильвания, Техас, нефтяная индустрия является одним из основных источников и доходов бюджета, и источником рабочих мест, причем высокооплачиваемых. И насколько это заявление повлияет на действия избирателей в этих регионах, мы узнаем очень скоро. Исход выборов во многих этих штатах могут решать 50 тысяч голосов. И поэтому тут каждая такая потенциальная деталь играет место.

И вот то что Трампу удалось вынудить Байдена сделать какое-то жесткое заявление по этой теме, это можно записать ему в актив. Надо подчеркнуть, что основной стратегией Байдена на этих выборах является ничего не говорить. Чем меньше он произносит, тем лучше, потому что тогда это превращается вместо референдума по вопросу сравнения двух платформ, условно говоря, продемократической и прореспубликанской выборы превращаются в то, насколько сильно американская публика ненавидит Дональда Трампа.

Что выгодно для Байдена: чисто с точки зрения имиджа Байден выглядит гораздо более респектабельный, такой классический кандидат. А Трамп выступает в своем одиозном репертуаре. Но на последних дебатах Трампу удалось вынудить Байдена сделать эти заявления, которые ему в актив не идут.

В этом же контексте играет тот факт, не знаю, случайность, не случайность, но буквально вчера именно в Пенсильвании, которая является тем одним из ключевых спорных штатом, там произошла очередная стрельба, очередной инцидент, когда в результате криминальной обстановки на улицах полиция застрелила чернокожего мужчину, и в итоге началась новая волна беспорядков, поджогов, грабежей, и как следствие вполне возможно. Что это опять таки негативно скажется на избирателях Демократической партии. Потому что когда у тебя громят под окном магазин, скорее ты будешь голосовать за кандидата, который говорит о законе и порядке, а это именно кандидат в лице Трампа.

Извини, но с другой стороны, это может активизировать чернокожый электорат Байдена как раз за него.

Вот здесь мы подходим к ключевому моменту. Вот ключевая группа, которая в вот этих свинг штатах, на самом деле вряд ли ты угадаешь кто. Это не чернокожий электорат. Чернокожий электорат скорее всего и так уже проголосовал за демократов, и равно как хардкорный электорат Трампа проголосовал. Вся борьба ведется за индепендентов.

И вот эти индепенденты, я смотрел специально статистику, довольно неожиданная группа это католики. Те которые в штатах, которые без религиозных предпочтений, они почти все, подавляющее большинство голосует за демократов. Те, кто являются белыми евангеликал протестантами, они практически в полном составе голосуют за Республиканскую партию трампистов. А католики именно голосуют по свинг стейту. И почему это важно: потому что именно в этих штатах, которые свинг стейты, там их от 20 до 30%, в Пенсильвании 24%, в Висконсине 29%, в Техасе 23%.

И опять таки, поскольку речь идет о таком узком пространстве для маневра за победу, их голоса становятся важны. И именно поэтому сейчас большая линия борьбы в американской политике идет за голоса католиков. И частью этой борьбы с одной стороны являются действия Трампа, с другой стороны являются действия Папы Римского. То есть, трамп пытается завоевать голоса католиков через Верховный Суд. Если кто не в курсе, в течении этих двух месяцев умер один из членов американского Верховного Суда, крайне популярная демократка, такая своеобразная личность, легенда, Руз Гинзбург, и вместо нее Трамп вот вчера, он окончательно, быстро, в форсированном порядке выдвинул кандидатуру Эми Кони Барретт, это белая женщина, она юрист, католичка, которая не скрывает своих принадлежности к Католической церкви, и не скрывает своих ценностей. И поскольку у республиканцев большинство абсолютное в Сенате, они эту кандидатуру за очень короткий промежуток смогли ввести в Конституционный Суд.

Насколько это повлияет на голоса католиков, с точки зрения рационального можно повлиять, это очень большой знак внимания, знак поддержки твоей группе. Но что интересно, параллельно этому по сути, в противовес этому Папа Римский недавно сделал ряд очень громких заявлений, он выступил с заявлением о том, что было бы хорошо, если бы был гражданский союз для гомосексуальных пар, он ввел несколько новых кардиналов, которые из Америки, из Вашингтона, которые в частности занимают очень яркую продемократическую позицию. По сути они занимают позицию в пользу Демократической партии. С этой стороны он по сути выступил в противовес позиции Трампа.

Вот это сейчас один из основных таких вопросов: как проголосует католики в колеблющихся штатах. Потому что с одной стороны Трамп делает очень очевидные шаги, заявления по очень важным вопросам для этой группы, в частности по вопросу об абортах. Трамп постоянно делает эти заявления. Для католических избирателей это очень важно. Но параллельно этому вся официальная иерархия Католической церкви по сути поддерживает Джорджа Байдена. Вопрос кто перетянет этот канат, но то что борьба за этот канат идет, и я вот не ожидал на самом деле что будет такая активная борьба за этого избирателя, и вот она разворачивается на наших глазах. Вполне возможно, что именно голоса этих избирателей могут решить итог этих выборов в конечном итоге.

Параллельно этому наблюдается ряд таких нехороших тенденций с самим Байденом. Опять таки, у него очень малое количество присутствия на публике, его уже несколько раз поймали на камеру с такими оговорочками по принципу того что сейчас вы выбираете между мной и Джорджом, ну очевидно Бушем. Такого рода вещи, опять таки республиканцы активно тиражируют…

Ну типа кандидат с деменцией.

Типа того, да. И здесь почему это важный момент, почему я обращаю внимание на вот такой активный компромат против Байдена, а не против Трампа. Трамп подвергался этому прессингу в течении 4 лет. По сути говоря, ничего хуже про Трампа, чем мы про него знаем, сказать уже вряд ли получится. Нет того дна, которое он в своей политической риторике не пробил, и поэтому любой компромат он вряд ли подействует на тех, на кого он не подействовал до сих пор. В то же время как Демократическая партия и Байден, они под таким воздействием по понятным причинам не были. И поэтому сейчас любая такая соломинка может сыграть плохую роль.

И здесь мы подходим к таким двум таким выводам, которые я хочу подчеркнуть. Первый вывод это то что в независимости от того кто победит, Байден или Трамп, это не будет президент США, это будет президент половины США. Все текущие дебаты, текущие выборы, текущая война компроматов, с каждым месяцем, с каждым днем становится все хуже и хуже. Стороны настолько расходятся в разные стороны, настолько уничтожают любую возможность для диалога, что на самом деле пугает.

Условно говоря, эта номинация Эми Кони Барретт в Верховный суд, такая реакция всей Демократической партии на эту номинацию, по сути они объявляют чуть ли не актом Гражданской войны. Риторика идет на уровне того, что это решение равносильно тому, что вы объявляете Гражданскую войну, ив ответ на это, как только мы возьмем власть мы введем еще 4 дополнительных судей в Верховный Суд. По сути говоря, речь идет о том, что мы готовы сломать все институты, чтобы никогда снова Республиканская партия не взяла власть.

Да, для восточной Европы это в принципе знакомая риторика, и никто не удивлен. Для Америки, страны, которая гордилась своей центристской позицией, то что прежде всего институты: не важно кто побеждает, но нам самое важное сохранять институты, сохранять процедуру. Потому что если мы сохраняем институты и процедуры, тогда не так страшно проигрывать. Мы проиграли – победим через 4 года.

Что мы видим сейчас: ни одна из сторон по сути, ни республиканцы, ни демократы, каждый из них боится поражения, каждый из них хочет взять власть именно потому что абсолютно нет доверия к другой стороне. Каждая из сторон подозревает оппонентов в том, что они будут использовать институты против них, то что институты потеряли свою ценность сами по себе, то что институты имеют ценность исключительно как способ достижения политической цели. И это кардинальный переворот для американской внутриполитической системы сдержек и противовесов, которую не факт что им удастся сохранить.

Ближайшие 4 года и далее будут очень бурными. И первым признаком этой бури на самом деле является второй пункт, вот самый худший сценарий по мотивам выборов. Самым худшим сценарием вот этих выборов будет не победа Байдена или не победа Трампа, а отсутствие внятной победы одного из этих кандидатов. Как мы помним, вот эта американская система выборщиков часто приводит к тому, что исход выборов решается буквально несколькими тысячами голосов, или даже пересчетом голосов в каком-то штате на нескольких участках.

Мы все помним, как в 2000 году в время избирательной кампании Буша против Альберта Гора им пришлось пересчитывать голоса во Флориде, и в итоге победу по результатам пересчетов присудили Джорджу Бушу. Тогда доверие к институтам было. И несмотря на то что многие были недовольны, многие были разочарованы этим подходом, это не вызвало кризиса всей политической жизни, всей политической структуры американского общества.

Предположим что будет сейчас, в условиях ковида: начинается подсчет части голосов по почте в каком-либо штате. Заявляется о победе одного кандидата. Потом приходят дополнительные данные с участков. Заявляется о победе другого кандидата. Начинается спор о том, кто собственно победил. Дело может дойти в конечно итоге до Верховного суда. А как только что заметил, после введения вот этой новой женщины-католички в Верховный суд, демократы по сути говоря не доверяют этому Верховному Суду.

Может сложиться если не ситуация двоевластия, но ситуация даже по сути полу двоевластия, когда оба кандидата объявят о своей победе на выборах, оба кандидата откажутся признавать свое поражение, и в в условиях того, что последние 6 месяцев американцы и так уже по сути активно вовлечены в уличные бои, протесты, ночь эта может выйти очень жаркой в прямом и в переносном смысле. И это самый худший сценарий. Понятное дело, что хаос такого масштаба – это самый худший сценарий для страны.

Да, потому что это гражданская война по сути.

И самое главное то что это в перспективе прогнозировать невозможно. Допустим, СМИ очевидно за демократов, у Трампа с другой стороны допустим большинство полицейских профсоюзов выступают на стороне Трампа. С точки зрения количественное большинство избирателей да, это скорее всего избиратели демократов. Но при этом наибольшее количество оружия на руках у республиканцев.

Можно позаниматься конечно конспирологией, попросчитывать самые такие хаотические варианты, но на самом деле не хотелось бы. Поэтому будем надеяться на то, что как минимум все-таки по итогам этих выборов американскому политическому истеблишменту хватит здравого смысла соблюсти честность процедуры, и победившему кандидату победить с достоинством, а проигравшему кандидату уйти с достоинством.

Но сейчас впервые за наверное всю американскую историю эта вещь, которая для американцев была базовой, стала стоять под вопросом. И вот это такой тревожный знак накануне американских выборов, за которыми мы будем наблюдать.

Ну да. Впервые со времен Гражданской войны они подошли к схожему вызову с точки зрения глубины кризиса политической системы, глубины противоречий, которые в рамках существующей системы невозможно разрешить стандартными методами. Собственно говоря, поэтому все выходят за пределы привычной политической риторики и логики политических действий. Поэтому да.

Ну да. Тут надо подчеркнуть, что это достойно отдельного стрима, как такое случилось. На самом деле, если даже смотреть на результаты этой номинации. Был такой судья Скалиа, он очень известен своей консервативной позицией, но когда он в свое время, по моему в 1980-е годы назначался в Конституционный Суд, за него проголосовал весь Сенат. Условно говоря, еще там 30-40 лет назад было понимание, что твоя политическая позиция при назначении тебя, допустим, в Верховный Суд, не играет никакой особой роли. Если ты юрист хороший, и все процедуры правильно соблюдены по твоему выдвижению, почему бы за тебя не проголосовать. Собственно так оно и происходило. И за него проголосовало порядка 99% Сената.

А сейчас просто все политические институты очень четко разделились по вот этим партийным линиям. Далеко ходить не надо: американская избирательная система действительно уязвима. Буквально 20 лет назад был уже прецедент, где потребовался пересчет голосов. Она позволяет кандидатам побеждать с минимальным перевесом голосов, и даже побеждать, набрав меньше голосов на общенациональном уровне. Это ее особенность. И когда у тебя есть нормальные работающие институты, это не является проблемой. Но когда у тебя есть глобальное недоверие всех ко всем, когда каждая из сторон воспринимает оппонента не как оппонента, а как в буквальном смысле дьявола, от которого надо избавиться чтобы построить рай на земле.

Я сейчас не преувеличиваю. Мы говорим о риторике, а она идет именно примерно в таких терминах внутри американской политической дискуссии, то это очень тревожно. И очень тревожно это именно по всем, потому что если мы посмотрим, что происходит в мировой политической системе, когда американцы окончательно оказываются неспособны заниматься внешней политикой, мы видим то что региональные игроки начинают активно заполнять эту нишу, как мы видим сейчас на примере Турции.

Это такой самый красноречивый пример – Турция с Азербайджаном. В какой-то степени мы видим даже конфликт между Францией и Турцией начинается интересный. Но если мы заметим то, что Америка говорит о том, что она там присутствует, но по факту нет. По факту она это пускает на самотек. И понятно почему: потому что сейчас очевидно там вопрос идет немножко не об этом.

Подчеркну для слушателей: интрига есть. Несмотря на весь соблазн с 7% лидерством Байдена, я бы не советовал делать ставки. Есть интрига, есть риск непредсказуемости очень большой.

Да, согласен. После выборов разберем, что там можно будет разобрать. Я думаю что там будет масса всего. И ситуация после выборов, думаю, будет очень запутанной.

Ну как я и сказал: если не будет явной победы в одну калитку одного из кандидатов, то ситуация может стать очень интересной.

Хорошо. Спасибо тебе за такой развернутый анализ.

На этом заканчиваем. Обнимаем, целуем. Подписывайтесь, ставьте лайки.

Пока.

Подписывайтесь на канал «Хвилі» в Telegram, на канал «Хвилі» в Youtube, страницу «Хвилі» в Facebook, канал Юрия Романенко на Youtube, канал Юрия Романенко в Telegram, страницу в Facebook, страницу Юрия Романенко в Instagram