Пределы устойчивости. Мир и Украина в 2017 году. Сценарии

Юрий Романенко, Украинский Институт Будущего, "Хвиля"

globalnyiy-krizis-2

Как будет развиваться ситуация в Украине и в мире? Как могут выглядеть сценарии развития ситуации на локальном и глобальном уровне? Что будет происходить с Украиной, если США, Россия и Европа достигнут договоренностей относительно своих общих интересов? Ответы на эти и многие другие вопросы вы получите в прогнозе «Пределы устойчивости. Мир и Украина в 2017 году. Сценарии» от  одного из основателей Украинского Института Будущего Юрия Романенко. Данный текст  частью большого ежегодного прогноза УИБ  «2017: Виклики та можливості«. 

«Хвиля» уже публиковала данный текст на украинском языке см. «Межі стійкості. Світ і Україна в 2017 році. Сценарії«, а также несколько частей доклада: Риски для России в 2017 году: три сценарияСценарии развития ситуации по Донбассу в 2017 годуУкраина — Южный Кавказ: новые реалииТуреччина: прогноз на 2017 рік. В ближайшее время будут опубликованы еще несколько частей доклада на русском языке.

***

Рассматривая сценарии развития ситуации в Украине в 2017 году мы должны определиться с базовыми факторами, которые определяют ход процессов в стране и в мире. При этом невозможно понять перспективы Украины вне мирового контекста, поскольку наше государство глубоко интегрировано в глобальную систему. Более того, тяжелейший экономический кризис резко увеличил зависимость Украины от внешней помощи, что, в свою очередь, позволяет внешним донорам диктовать свои условия такой помощи исходя из собственных интересов.

Поэтому, для того, для того, чтобы показать логику развития тех или иных сценариев в Украине, мы сначала должны определяться с ключевыми факторами, которыми определяют баланс государственной системы Украины.

Мы выделяем три ключевых фактора, формирующих рамки сценариев для Украины:

Первый фактор — легитимность.

Легитимность (от лат. legitimus — согласный с законами, законный, правомерный) —  законность режима, политических деятелей и лидеров, отражающая качества, вытекающее не из формальных законов и декретов, а из социального согласия и принятия их в качестве законных, т.е. соответствующих ценностным нормам со стороны самих граждан. Легитимность – это длительное согласие большинства принять правление данного класса, иерархии, власти в качестве законного и имеет множество интерпретаций (1)

Легитимность делится на внутреннюю и внешнюю.

В свою очередь, внутренняя легитимность можно разделить на легитимность политического режима в глазах масс и легитимность в глазах элит.

Политический режим может иметь высокую легитимность в глазах масс, но низкую в глазах элит. И, наоборот. Одновременно высокая или низкая легитимность в глазах элит и масс является одним из критериев высокой или низкой внутренней устойчивости политического режима.

Внешняя легитимность отражает законность политического режима в глазах внешних акторов.

Пример: Советский союз на начальном этапе имел низкую внешнюю легитимность при высокой внутренней. Потому Кремль старался постоянно ее расширить, совершая ловкие дипломатические маневры, как это было в случае заключения с Рапалльским договором 1922 (2) года, который устанавливал дипломатические отношения между РСФСР и Веймарской Германией.

Для Украины определяющей является внешняя легитимность со стороны США, России, стран Европы, Китая, в меньшей степени таких региональных игроков как Турция, Индия, Япония и прочих.

Второй ключевой фактор — ресурсы.

Мы делим ресурсы на несколько типов — экономические, силовые, организационные, идеологические.

Экономические ресурсы — есть совокупность совокупность материальных и нематериальных факторов и средств, обеспечивающих функционирование общественного производства, бесперебойный процесс общественного производства и воспроизводства. Выделяют следующие их виды: природные (сырьевые, географические); трудовые (человеческий капитал); капитальные (физический капитал); оборотные средства; финансовый капитал; предпринимательские способности; интеллектуальный потенциал и др (3).

Силовые ресурсы — это совокупность тех или иных инструментов, которые политический режим способен направить на защиту своих интересов.

Организационные ресурсы — системы отчетности, планирования, контроля, а также неформальные связи внутри социальной организации, направленные на максимально эффективное использование экономических и прочих ресурсов.

Идеологические ресурсы — система идей, определяющих отношения внутри данного общества и политического режима, а также его отношения с внешним миром.

Указанные типы ресурсов составляют совокупность ресурсов, определяющих внутреннюю устойчивость политического режима. Один тип ресурсов может компенсировать другой тип.

Пример № 1: Появление государства Израиль в 1948 году характеризовалось отсутствием мощных экономических и силовых ресурсов, которые были компенсированы наличием мощной социальной организации и идеологии, которая позволила мобилизовать социальную энергию еврейского народа и в кратчайшие сроки превратить Израиль в мощное в экономическом и военно-политическом плане государство.

Пример №2: Современной Россия представляет собой пример сочетания огромных экономических ресурсов с силовыми при слабой организации и мощных идеологических ресурсах. Хотя Россия очень неэффективно тратит свои экономические ресурсы из-за коррупции и низкого качества государственного менеджмента, но их запредельная величина позволяет компенсировать недостаток организации, чтобы поддерживать на достаточно высоком уровне военно-политическую мощь и работу пропагандистской машины, которая держит население в фокусе идеологии Кремля (Русский мир, духовные скрепы в формате связки РПЦ с властью и пр.)

Ресурсы являются динамичной величиной и баланс между ними может меняться в ту или иную сторону.

Третий ключевой фактор — внешняя поддержка.

Внешняя поддержка политического режима — есть совокупность действий, направленных на обеспечение его устойчивости с помощью экономических, идеологических, организационных и силовых ресурсов.

Внешняя поддержка не равна внешней легитимности, поскольку политический режим может иметь достаточно низкую внешнюю легитимность, но при этом получать внешнюю поддержку. В качестве примера можно привести Украину в 2016 году, когда внешняя поддержка существующего политического режима Петра Порошенко со стороны США и Европы осуществлялась в условиях падения доверия.

Базовые глобальные сценарии в 2017 году

После того, как мы обрисовали (пускай и в предельно упрощенном виде) ключевые факторы, определяющие баланс государственной системы Украины, мы сосредоточимся на прорисовке сценариев на глобальном уровне, поскольку зависимость Украины от внешних факторов делает ее крайне чувствительной к той или иной конфигурации, что может сложиться в 2017 году.

Для начала мы должны рассмотреть мотивации ведущих игроков, чьи интересы влияют на украинские процессы, либо важны с точки влияния на мотивации других геополитических акторов, которые имеют интересы касательно Украины.

Мотивации ключевых геополитических акторов

США — их мотивация носит стратегически оборонительный характер, но тактически на ряде региональных геополитических площадок действия Вашингтона могут быть наступательными. Америка заинтересована в том, чтобы сохранить свой текущий статус наиболее мощной глобальной державы в мире, которая имеет имеет преобладающие позиции в военно-политической, финансовой, экономической и технологической сферах. Однако, только закончившиеся президентские выборы в США показали, что Америка испытывает «имперское перенапряжение», которое заключается в усталости от многочисленных затрат на поддержку глобальной инфраструктуры гегемонии. Это привело к тому, что американский белый средний класс поддержал позиции Трампа, который указывал на необходимость возврата к изоляционизму.

В чем отличались точки зрения на внешнюю политику у Хиллари Клинтон и Дональда Трампа?

Демократы в США поддерживали необходимость сохранения глобальной инфраструктуры присутствия (доминирования) США, как ключевого элемента их мощи и благосостояния. С этой точки зрения, позиции Хиллари Клинтон можно охарактеризовать как глобальный консерватизм.

Дональд Трамп выступил с программой радикального консервативного изоляционизма, который должен решить задачу перезапуска американской экономики и резкого уменьшения издержек на внешнюю политику, путем их перекладывания на союзников (4). Это не означает, что внешняя политика Трампа будет менее активной, чем у его предшественников. Вряд ли это возможно, учитывая зависимость США от доступа к сырью, рынкам сбыта своей продукции и просто исходя из соображений национальной безопасности. Однако, Трамп будет кардинально сокращать расходы на те направления, которые будут выбраны как второстепенные.

Европейский Союз занимает и стратегически, и тактически оборонительную позицию. Фискальный кризис ослабляет его экономическую мощь и единство, а проблемы с мигрантами усилили давление на политические режимы в ряде ключевых стран ЕС. Брексит в июле 2016 года стал ярким выражением этой тенденции, которая может быть усилена в ходе президентских выборов во Франции и парламентских выборах в Германии. Поэтому Европа боится новых рисков, которые могут привести к потере управляемости и единства ЕС. Поэтому политика большинства стран ЕС будет носить консервативный характер и будет направлена на преодоление растущих дисбалансов. Таким образом, Европа проваливается в себя, что делает ее более пассивной во внешней политике.

Китай — стратегически его внешняя политика носит наступательный характер, но тактически Пекин может занимать выжидательную позицию в ряде регионов, чтобы не получить конфликты в которых он не заинтересован. Китай понимает, что если процессы будут развиваться в линейной логике, то через 20-30 лет он станет слишком большим, чтобы его интересы могли игнорировать США и Европа. Поэтому он избегает конфликтов, которые могут опрокинуть его модель, которая также находится под возрастающим давлением из-за роста глобальной турбулентности и роста конфликтности в отношениях с США. Как известно, Трамп обозначил Китай как одну из ключевых проблем Америки, поэтому отношения по линии Вашингтон-Пекин могут быть существенно пересмотрены после несколько десятков лет тесной кооперации, которая стала возможной после исторических визитов Никсона и Киссинджера в 70-е годы прошлого века. В этой логике Пекин подыгрывает время от времени России, которую использует для того, чтобы шантажировать Запад возможным альянсом с Москвой. Однако, на данном этапе реально КНР не заинтересована в педалировании конфликта с Западом, поскольку критически зависит от доступа на рынки США, ЕС и Японии с триллионными оборотами. Кроме того, Китай не контролирует глобальные коммуникации, потому не может пойти на конфликт с США, поскольку мгновенно будет отрезан от рынков сырья и сбыта своей продукции. Это чревато коллапсом экономики Китая и внутренними потрясениями. Поэтому Китай ведет консервативную и сдержанную политику в тех регионах, где у него нет базовых интересов.

Россия — проводит стратегически оборонительную, тактически крайне агрессивную политику. Цели Кремля лежат в сохранении контроля над периферией, куда в РФ относят и Украину для того, чтобы в условиях нарастающей глобальной турбулентности и внутреннего кризиса обеспечить вопросы безопасности. Россия рассматривает укрепление позиций США и Европы на своей периферии, как потенциальную угрозу базовым территориям. Здесь есть некий комплекс, связанный с российской историей, когда отсутствие внешних географический препятствий приводило к появлению волн завоевателей, которые несли угрозу Москве. Поэтому Россия испытывает постоянную клаустрофобию, связанную с тем, что ей все время кажется, что уменьшение территории приведет к потери обороноспособности. Хотя повода для этого у нее нет.

Сейчас логика действия Путина направлена на то, чтобы заключить с Западом большую сделку, которая бы гарантировала раздел сфер влияния и возобновление экономического обмена. Кремлю необходимо сбалансировать отношения с Западом, поскольку Россия критически зависит от доступа на рынки Европы. Страны ЕС покупают 74% российской экспортной нефти, а еще 10% берет Беларусь для переработки и перепродажи. При этом падение цен на нефть создало огромную брешь в российском бюджете, который угрожает загнать Россию в долгую яму уже в 2018-2019 годах, если ситуация не изменится. А для этого крайне необходимо примирение с США и Европой, которые имеют достаточно инструментов, чтобы влиять на формирование цен на нефть и газ. Особенно в свете обещаний Трампа резко увеличить добычу нефти и газа в США, что может зафиксировать цены на нефть на относительно низком уровне в 40-50 долларов.

Если же Путину удастся договориться с новой администрацией США относительно базовых вопросов (разделы сфер влияния, снятие с повестки дня конфликтных вопросов), то вполне возможно, что США, Россия и Европа могут попытаться создать стратегический альянс, который будет направлен на Азию, как главного конкурента трех ключевых христианских блоков и сдерживание исламских государств.

Наоборот, Россия будет крайне заинтересована в том, чтобы разорвать евроатлантическую связку США с Европой, если не удастся нормализовать отношения с Вашингтоном. Тогда Кремль будет стремиться к укреплению отношений с ключевыми государствами Европы (Германия, Франция, Италия), используя их внутренние трудности, либо создавая таковые посредством комбинации политических, военно-политических и экономических инструментов.

Резюмируя, легко увидеть, что все ключевые глобальные акторы нацелены на удержание своих текущих позиций в условиях глобальной нестабильности, пытаясь переложить издержки на других. Только Китай имеет стратегически наступательные позиции, но он ограничен в своем маневре зависимостями от Запада.

Россия как наиболее слабый игрок в этой глобальной четверке подвержена наиболее рисковой игре, прежде всего, в отношениях с США и Европой. Через повышение ставок Путин пытается повысить свои переговорные позиции, пытаясь компенсировать недостаток прочих ресурсов. Путин играет как джокер, пытаясь через блеф выйти в наиболее выгодные переговорные позиции с Западом и Китаем, но те вполне осознают пределы возможностей России. При этом вряд ли можно говорить о том, что сегодня ключевые игроки мировой системы заинтересованы в обрушении друг друга, поскольку они боятся связанных с этим рисков.

Интересы других геополитических акторов важны для Украины, но мы не будем рассматривать их в этом разделе специально, ради сохранения лаконичности и компактности доклада.

Мы исходим из того, что в следующем году вероятны три базовых глобальных сценария, которые будут определять рамки маневра для Киева, формируя условия для трех базовых внутренних сценариев для Украины.

Рассмотрим сначала глобальные сценарии:

Сценарий G1 — “Миротворец”

Сценарий G2 — «Прагматичный»

Сценарий G3- “Конфронтационный”

Сценарий G1 — “Миротворец”

Изображение: vestifinance.ru

Изображение: vestifinance.ru

Сценарий «Миротворец» подразумевает, что США и Европа сосредотачиваются на внутренних проблемах, достигая договоренностей с Россией по ключевым темамБлижний Восток, Украина и Восточная Европа, цены на нефть, санкции, борьба с терроризмом, борьба с нелегальной миграцией. Наконец, стороны могут прийти к стратегическому договору о противодействию Китаю.

 

Действия США: Дональд Трамп основной вектор усилий направляет на внутреннюю политику. Используя большинство республиканцев в Сенате и Конгрессе, Белый дом запускает масштабное снижение налогов, создает законодательные условия для возвращения американского бизнеса в США. В общем, Трамп начинает реализовывать ключевые положения своей программе.

Вместе с Путиным Трамп достигает ряда стратегических договоренностей по Ближнему Востоку и Украине. Для США главным является первый пакет — Ближнему Востоку, здесь преобладают интересы Вашингтона и его союзников на БВ. Прежде всего, Израиля. Для России главным является второй пакет — по Украине, где будут преобладать интересы Москвы РФ и Европы.

Договоренности по Ближнему Востоку между США и Россией будут включать определение государственного устройства Сирии после окончания войны, которая превратится в федерацию или конфедерацию, где ключевые игроки зафиксируют контроль над своими зонами ответственности. Ключевые этноконфессиональные группы Сирии получат тот или иной вариант автономии. Турция будет контролировать буферные территории на севере Сирии с целью недопущения расширения курдского влияния. Асад получит гарантии неприкосновенности в обмен на совместные действия против Исламского государства.

Вашингтон и Москва также договорятся о координации противодействия ИГИЛу. Очевидно, что при этом роль Израиля повысится. Имея близкие отношения и с Вашингтоном, и с Москвой, Тель-Авив будет использовать открывшиеся возможности для решения задач по укреплению своей безопасности в рамках борьбы с исламскими радикалами и терроризмом.

Скорее всего, в таком сценарии произойдет охлаждение отношений США с Саудовской Аравией. Трамп вряд ли будет поддерживать той линии внешней политики, что демонстрировал Барак Обама, который блокировал судебные иски со стороны американских граждан к Саудовской Аравии, чьи граждане были причастны к терактам 11 сентября 2001 года.

В этом сценарии Трамп будет придерживаться той логики, которую обозначил во время избирательной кампании — будет проводится оптимизация затрат на внешнюю политику, которая перекладывается издержки на союзников в регионах(5). Поэтому новая администрация будет уделять меньше внимания НАТО, подталкивая Европу к большим затратам на безопасность. Этот процесс просматривается уже сейчас (6)

Действия Европы: ЕС будет продолжать находится в глубоком кризисе, который будет связан с укреплением позиций евроскептиков после Брексита. На президентских выборах во Франции в апреле 2017 года победят Франсуа Фийон или Марин Ле Пен, что усилит позиции России в переговорах по Украине. Осенью на парламентских выборах в Германии победу одержат СДПГ при усилении позиций пророссийской ArD «Альтернативы», что также укрепит позиции России. Ослабление брюссельских структур ЕС будет сопровождаться интенсификацией диалога Москвы с национальными правительствами. Результаты референдума в Италии 4 декабря демонстрируют, что вероятность прихода к власти политических сил, которые поддержат отмену санкций против России очень велика. (7)

Европа будет участвовать в сделке Трампа с Путиным как один из ключевых игроков пакетных соглашений. ЕС поддержит предоставление финансовой помощи Сирии на восстановление после войны. Правда, позиции Европы в этом в вопросе будут напрямую зависеть от того, какие территории останутся за Асадом, а также послевоенного устройства Сирии. Европейцы уже сегодня предупреждают, что в случае сохранения Москвой поддержки Асада, за восстановление Сирии должна будет платить Россия (8)

Европейцы будут также партнерами по антиигиловской коалиции, поскольку это напрямую отвечает их интересам по борьбе с исламским терроризмом в самой Европе. Это потребует укрепления оборонительных структур ЕС. Этот тренд будет набирать силу на фоне попыток Франции и Германии создать самостоятельные оборонительные силы, что будет соответствовать логике действий Трампа, который будет приветствовать более самостоятельные действия европейских партнеров США в их зоне ответственности будь то Магриб или Восточная Европа. Кроме того, протекционизм Трампа может привести к ослаблению торговли между США и ЕС. Однако, это вряд ли произойдет быстро (даже в течение 2017 года), поскольку потребуется время, чтобы бизнес отреагировал на новые условия.

Такие подходы в отношениях между США и Европой определят формат сделки с Россией касательно Украины. Путин будет требовать уступок относительно Украины, после того, как он сделает уступки по Ближнему Востоку.

В случае реализации сценария «Миротворец» соглашения США-Европы с Россией будут выглядеть следующим образом. США и Европа дадут согласие на выведение Крыма за рамки конфликтной ситуации между Россией и Украиной. Де-факто Крым признают за Россией, де-юре он останется за Украиной. Санкции за аннексию Крыма сохранятся, но секторальные санкции, которые были введены за Донбасс будут отменены как только будут реализованы Минские соглашения с Украиной.

Путин будет стараться продвигать Минск-2 на своих условиях, но возможно смягчит позицию по второстепенным вопросам. При таком формате, Россия даст обещание Западу, что возьмет на себя часть издержек, связанных с восстановлением Донбасса. Кроме того, Россия возьмет на себя обязательства открыть свой рынок для Украины, чтобы снять с повестки дня угрозу экономического коллапса Украины. Однако, Россия наверняка будет привязывать такие действия к изменению политического режима в Киеве, чтобы карт-бланш получили политические силы, которые поддержат такой курс. В случае реализации такого подхода Россия наверняка пойдет на ряд экономических уступок для Украины (снятие санкций на украинскую продукцию, уменьшение цены на газ, отсрочки по кредитам и т. д.).

Снятие большинства санкций с России, позволит активизировать ее экономические отношения с Европой, что будет способствовать стабилизации экономики РФ к чему и стремится Путин.

Базовые опции для Украины при таком сценарии:

Во-первых, Украина не получит финансовой помощи со стороны США. В отличие от демократов, Дональд Трамп будет тщательно требовать взятых Украиной обязательств. Инициатива по предоставлению кредитных гарантий США Украине исходила лично от вице-президента Джозефа Байдена. В 2017 году Украина окажется отсечена от этого ресурса, что негативно отразится на способности поддерживать позитивное сальдо платежного баланса в следующем году (9). Напомним, что в 2016 году оно осталось позитивным именно благодаря поддержки со стороны США, предоставивших кредитные гарантии.

Во-вторых, Украина не получит летального оружия от США, а финансовая помощь в размере 350 млн долларов для ВСУ в 2017 году может быть сокращена.

В-третьих, Украина может получить техническую помощь от ЕС на восстановление Донбасса в размере 0,5-1,5 млрд. Кроме того, наверняка заработает безвизовый режим с ЕС и ассоциация. Украина также может рассчитывать на кредитную поддержку со стороны стран Европы. Вряд ли она будет большой, но ее может быть достаточно, чтобы поддерживать квази-стабильное состояние стагнации украинской экономики.

В-четвертых, создаются условия для переформатирования постмайданного политического режима в Украине, поскольку выполнение договоренностей между США, Европой и Россией касательно урегулирования кризиса на Донбассе потребуют соответствующих действий со стороны президент, правительства и парламента. США, Европа и Россия потребуют от Украины:

1. Имплементировать Минск-2 в полном объеме

2. Для этого провести Конституционную реформу

3. Провести перевыборы в Верховную Раду, если это невозможно будет сделать в рамках существующего парламента.

4. Провести перевыборы президента Украины в случае, если он окажется в антагонистичных отношениях с новой Верховной Радой (этот сценарий мы рассмотрим далее).

5. ОБСЕ будет играть ключевую роль как посредник в деэскалации ситуации на Донбассе.

Данная логика напрямую завязана на мотивации ключевых игроков «большой тройки» в этом сценарии:

Россия — заинтересована в полном переформатировать постмайданного баланса сил в Украине, который не позволяет ей реализовать соглашения с западными партнерами.

Европа — заинтересована в изменении баланса сил в Украине, если сделка с Россией не будет выполняться. Ради этого она пойдет на ограничение помощи, которая будет очень нужной для Украины в следующем году. Именно поэтому экс-посол США в Украине Стивен Пайфер призвал Украину не выходить из Минска-2 (10).

США — не будут вмешиваться или, тем более давать поддержку, если Россия и Европа будут давить на Украину, чтобы она выполнила условия, необходимые для запуска «большой сделки».

Таким образом, Украина окажется в условиях, когда ее будут принуждать к выполнению сделки, которую не поддерживает значительная часть элит и населения. При этом Украина критически зависима от внешней поддержки. Из этого вытекает, что формируются условия для резкой эскалации конфликта внутри Украины по поводу имплементации Минска-2, либо последствий такой имплементации, когда другие регионы могут потребовать расширения своих полномочий, как для оккупированных территорий Донбасса. Варианты развития ситуации мы рассмотрим во внутренних сценариях далее.

Сценарий G2 — “Прагматичный”

Изображение: bbc.co.uk

Изображение: bbc.co.uk

Данный сценарий является логичным развитием сценария G1 в случае, если первоначальные договоренности между США и Россией не срабатывают в течение нескольких месяцев из-за того, что их невозможно реализовать на более низких уровнях.

Это, прежде всего, касается ситуации на Ближнем Востоке, где огромное количество людей и социальных групп вовлечено в войну в Сирии и Ираке. При этом очень часто за той или иной группировкой стоят интересы регионального или глобального игрока. В этой логике договоренности между США, Европой и Россией по Ближнему Востоку отнюдь не приведут к тому, что Саудовская Аравия или Катар прекратят поддержку повстанцев в Сирии, исходя из своих опасений относительно роста влияния Ирана в регионе. Более того, если при Трампе отношения США с саудитами будут становится более прохладными, то их мотивация поддерживать антиасадовские группировки не только сохранятся, но и, возможно, расширятся.

В принципе, эта будет повторение ситуации с договоренностями между США и Россией по Алеппо в 2016 году. Как мы все видели, договоренности были очень быстро нарушены обеими сторонами и война в Сирии продолжилась с новой силой.

Точно такая же ситуация вырисовывается и по Украине, где рассматривая сценарий G1, мы уже убедились, что попытка форсированного проталкивания Минска-2 в рамках нового издания «Мюнхенского сговора» приведет к поляризации украинского общества и групп влияния среди элиты.

Возникнет патовая ситуация на обеих площадках ( на Ближнем Востоке и в Украине) которая может быть преодолена с помощью ограниченной эскалации со стороны России.

Для России фактор времени становится ключевым, поскольку стабилизационные фонды заканчиваются и вопрос поиска ресурсов для сохранения устойчивости правящего режима в РФ становится ключевым (11). Россияне уже заложили в трехлетний бюджет сокращение финансирования обороны в два раза к 2020 году. Поэтому Владимир Путин должен поторопиться, чтобы выйти на тот формат сделки с Западом, который был рассмотрен в сценарии G1. Для этого он будет использовать контекст парламентских выборов в Германии (выборы во Франции к моменту вхождения в сценарий G2 уже закончатся), чтобы через давление на болевые точки Европы принуждать ее к сделке. Отсюда нельзя исключать новой волны беженцев из Сирии в Европу, что будет ослаблять позиции Ангелы Меркель в контесте парламентских выборов в ФРГ. Очевидно, что этому будет предшествовать очередной этап усиления столкновений в Сирии, которые эту волну беженцев могут спровоцировать. При этом Турция преследуя свои интересы в торгах с Европейским Союзом, может способствовать перемещению очередной порции беженцев в южную Европу.

Однако, ключевую роль в продвижении Путин к своим целям будет все же играть Украина, где он будет применять инструменты дестабилизации политической системы нашего государства в сочетании с эскалацией ситуации на Донбассе. Россия также будет поддерживать экономическую блокаду Украины и, возможно, даже расширит ее.

Пока Кремль не достигнет задачи по переформатированию постмайданного баланса сил в украинской политике, то реализация его планов по большой сделке с Западом будет затруднительна. Таким образом, ситуация будет носить характер «ни войны, ни мира» как в 2015-2016 годах. Но провоцируя эскалацию на Ближнем Востоке и в Украине, Путин рискует усилить позиции ястребов в окружении Дональда Трампа, а также в Сенате и Конгрессе США. «Ястребы» будут в стороне на первом этапе, когда Трамп зайдет в Овальный кабинет и попытается реализовать свои планы по смягчению отношений с Россией. Однако, по мере пробуксовки реализации сценария G1, их влияние начнет увеличиваться и позиция США станет ужесточаться.

Действия США: В этой логике действия Америки в сценарии G2 будут выглядеть следующим образом. Санкции касательно России сохранятся на нынешнем уровне. Европа тоже их продлит летом 2017 года. Трамп будет способствовать росту добычи нефти и газа, что либо сохранит цены на текущем уровне, либо не позволит им подняться слишком высоко, после того как ОПЕК принял решение 30 ноября 2016 года об уменьшении добычи нефти. (12)

В отношениях с Европой США начнут укрепление своих союзников в Восточной и Юго-Восточной Европе сфере безопасности, пока Германия и Франция будут стагнировать на фоне многочисленных проблем. Польша, Румыния, Прибалтика могут получить дополнительную помощь от США в форме кредитов на перевооружение их армий и передислокации дополнительных небольших контингентов американской армии на территории этих стран. Нет сомнений, что Великобритания будет активно поддерживать такие шаги.

На Ближнем Востоке США будут способствовать большой инициативности своих союзников, прежде всего, Израиля. Вашингтон также может возобновить поставки оружия повстанцам в Сирии, продолжит нанесение авиаударов по ИГИЛ, способствуя укреплению разношерстной антиигиловской коалиции в Ираке.

При этом Украину США не будут поддерживать финансово, но к концу года Киев может получить партии летального оружия в рамках программы помощи на 2017 год. Вероятность этого будет расти по мере усиления попыток раскачать ситуацию на Донбассе со стороны России, что будет усиливать позиции и аргументацию республиканских «ястребов».

Действия Европы: Прагматичному сценарию со стороны Европы будет способствовать победа Алена Жюппе на выборах во Франции, который занимает более жесткие позиции чем Франсуа Фийон, не говоря уже о националистке Марин Ли Пен.

В Германии при таком сценарии возможна неуверенная победа Ангелы Меркель с незначительным перевесом. Меркель при таком раскладе не будет иметь устойчивые позиции, чтоб будет толкать ее идти на компромиссы с других политическими силами Германии. Ирония будет заключаться в том, что Меркель фактически станет ключевым игроком евроатлантического лагеря в Европе в условиях, когда он дал серьезные трещины из-за победы Трампа.

Отношения Европы при сценарии G2 с Россией будут неустойчивыми. Санкции относительно России, как мы уже писали выше, сохраняться. Однако, некоторые европейские страны начнут в обход санкций восстанавливать экономические отношения с Россией.

На Ближнем Востоке Европа будет пытаться договориться с Турцией, чтобы не допустить новой дестабилизирующей волны беженцев. Поддержка повстанцев будет возобновлена в случае новой эскалации в войны в Сирии. Европа также будет поддерживать все усилия по нейтрализации ИГИЛ.

Относительно Украины Европа будет предоставлять минимальную помощь. Безвизовый режим с ЕС будет затягиваться, пока не появится определенность с политической архитектурой во Франции и в Германии после выборов. Евроассоциация также будет работать с перебоями.

Мотивации ключевых игроков касательно Украины будут выглядеть следующим образом:

Россия — изменить баланс сил в Украине как можно быстрее через инструменты дестабилизация политической ситуации. Широкомасштабный конфликт маловероятен.

Европа — будет выжидать, пока ситуация не изменится к лучшему. Поддержка Украины минимальная

США — будут выжидать, наблюдая за ситуацией, но могут оказать ограниченную помощь в случае эскалации на Донбассе.

Отсюда вытекают базовые опции для Украины при сценарии G2 на 2017 год:

Во-первых, это серьезная проблема с недостатком ресурсов, которых будет не хватать для покрытия платежного баланса. Это будет способствовать расшатыванию государства в условиях роста массового недовольства и конфликта интересов между различными группами элит.

Во-вторых, из этого вытекает необходимость проведения досрочных выборов в ВРУ, чтобы сбросить накопившийся «социальный пар». Однако, это рискованный шаг, который может ослабить позиции Порошенко и запустить процесс передела сфер влияния новой парламентской коалицией. Как следствие, неспособность проводить какие-либо реформы, пока этот конфликт не будет разрешен. Патовая ситуация.

В-третьих, понимание того, что выборы в ВРУ ведут к патовой ситуации, следовательно, углубляют кризис, формирует мотивации попытаться пойти на силовой вариант как со стороны президент, путем введения военного положения на фоне эскалации на Донбассе, так и со стороны его оппонентов через организацию уличных протестов или переворота с помощью силовиков. Эти варианты мы рассмотрим далее во внутренних сценариях.

Исходя из вышесказанного, напрашивается вывод, что после ограниченных эскалаций в Украине и на Ближнем Востоке в рамках сценария G2 большая тройка США, Европа, Россия выйдут на развилку, когда они будут вынуждены либо вернуться в сценарий G1, либо перейти в сценарий G3 – сценарий конфронтации.

Сценарий G3 — “Конфронтация”

Изображение: vestikavkaza.ru

Изображение: slate.com

Вхождение “большой тройки” в сценарий конфронтации маловероятно в 2017 году, поскольку его разворачивание требует времени, но он логично вытекает из сценариев G1 и G2, поэтому вероятность его реализации в конце 2017 года с переносом на 2018 годы существует.

Реализация этого сценария возможна, когда стороны так и не смогут прийти к большой сделки в условиях ограниченной эскалации на площадках №1 и №2. Ограниченность ресурсной базы, как мы уже говорили, заставляет Владимира Путина повышать ставки в отношении США и Европы, обладая при этом инициативой. Курс Трампа на изоляцию и критическое отношение к НАТО, может подтолкнуть Путина к тому, чтобы нанести символический удар по НАТО, в частности, к способности Североатлантического альянса выполнять 5 статью об оказании помощи членов оборонительного союза.

Это означает, что Россия пойдет на провокацию в Прибалтике, где осуществит вторжение с формате «зеленых человечков». Этот вариант не предусматривает захват Прибалтики российской армией, но в качестве главной цели преследует организационную неспособность НАТО ответить на данный вызов. Появление в Латвии, Литве или в Эстонии зеленых человечков в формате «народного восстания», «массовых волнений», которые создадут угрозу потери управляемости в данных странах поставит НАТО, а также ЕС и США как на это реагировать. Для Путина важно будет спровоцировать конфликт между США и Европой по поводу реакции на ситуацию. Нет сомнений, что многие европейские страны будут пытаться найти точно такие же аргументы в отношении вторжения в Прибалтику, как и в случае с Украиной. «Дайте нам аргументы», «это не вторжение российской армии, а бунт местного русскоязычного населения», «давайте попробуем договориться с Россией, она имеет право на интересы в регионе» — эти и прочие рассуждения в таком же духе в Берлине, Риме, Париже, Мадриде и прочих европейских столицах будут затягивать время, когда решения нужно будет принимать очень быстро.

Важным элементом этого сценария является то, что вторжение в Прибалтику будет сопровождаться ростом эскалации на Донбассе и Ближнем Востоке.

На Донбассе Россия может попытаться организовать наступление на Украину из ЛДНР с применением тяжелых вооружений с целью выйти на позиции на административных границах Луганской и Донецкой областей, а, возможно, и далее.

Нельзя также исключать, что Путин предварительно перекинет дополнительный контингент в Сирию, где также будет обострение, которое может привести к повторению эксцессов с уничтожением российского Су-24 турецкими ВВС.

Для Путина Прибалтика не имеет первостепенного значения, как и Ближний Восток, поэтому логика удара заключается в том, чтобы предложить обменять две важные площадки (Прибалтику и БВ), имеющих более важное значение для США и Европы на одну — Украину и далее вернуться в сценарий G1.

В этой ситуации ключевой будет реакция США во главе с Дональдом Трампом.

Для США ответ на этот вызов будет определять судьбу всей глобальной инфраструктуры Америки, на которой зиждется их мощь. Если Трамп не отреагирует на призывы о помощи, как это не сделал Барак Обама, когда Турция сбила российский Су-24 в ноябре 2015 года и оказалась в ситуации конфликта с Россией, что привело в дальнейшем Реджепа Эрдогана к тактическому сближению с Россией. После этого гарантиям Вашингтона больше никто не будет доверять и НАТО просто рассыпется, а США просто потеряют свой статус «первого среди равных» и мир скатится в состояние конфликтной многополярности, как во времена Венского конгресса в XIX веке после Наполеоновских войн.

Возникнет крайне опасная ситуация, поскольку именно в такой логике мыслили немецкие стратегии в 1914 году и Адольф Гитлер в 1939 году.

В 1914 году Германия думала, что Британия не поддержит Бельгию, после вторжения туда немецкой армии. Британия поддержала.

В 1939 году Гитлер думал, что Франция и Британия воздержатся от объявления войны Третьем Рейху после вторжения в Польшу, надеясь на повторение чехословацкого сценария. Эти надежды также рухнули и Германия проиграла .

Поэтому логика будет толкать руководство США к ответу на действия. Однако, учитывая наличие ядерного оружия у обеих сторон, тактика будет направлена на то, чтобы локализировать конфликты не втягиваясь в лобовое столкновение.

Действия США: Произойдет резкое ужесточение санкций с возможным отключением России от системы SWIFT, а также с введением нефтяного эмбарго относительно России. Кстати, это может сыграть очень сильно в пользу США, поскольку скачок цен нефть приведет к тому, что компании США смогут хорошо заработать на ее продаже вследствие исчезновения объемов поставок из России.

«Ястребы» выйдут на первые позиции в руководстве Америки. США начнут переформатирование НАТО, с резким расширением военной помощи странам Восточной Европы, куда будут переброшены (прежде всего в Польшу и в Румынию) дополнительные контингенты войск. В Прибалтику, скорее всего, будут введены силы специального назначения из США и Великобритании для противодействия «зеленым человечкам».

В экономической сфере США будут ускорять строительство сети LNG-терминалов, чтобы

Вашингтон также поддержит своих союзников на Ближнем Востоке и введет дополнительные ограничения на режим Башара Асада в Сирии, вплоть до морской и воздушной блокады. Ситуация будет подстегивать США к тому, чтобы сблизиться с Турцией и дать дополнительные гарантии, чтобы зафиксировать ее в своем лагере и остановить дрейф на сближение с Россией. Кстати, нельзя исключать, что Турция вновь окажется в конфликтной ситуации с Россией из-за эскалации в Сирии.

Важно, что Украина в этом случае получит и летальное оружие, и финансовую помощь со стороны США.

Действия Европы: В ситуации конфронтации с Россией последствия для Европы могут развиваться в двух вариантах.

Первый — Европа консолидируется перед внешней угрозой. Увеличивает затраты на оборону , НАТО получает новое дыхание. Укрепляются позиции евроатлантического лагеря в политическом спектре Европы. ЕС поддерживает жесткие экономические санкции в отношении России. Кроме того, ЕС осуществляет финансовую, а, возможно, и военно-политическую поддержку Украине и своим союзникам на Ближнем Востоке.

Второй — фактически происходит дезинтеграция ЕС на «здоровое ядро» (Германия + Бенилюкс+возможно, Франция+некоторые страны Северной Европы) + кризисный восток Европы, который будут поддерживать США и Великобритания+ кризисный Юг «кредитных свиней»). В этом случае появится Европа “интеграции на различных скоростях”. Каждая страна будет сама определяться с позицией относительно России, потому одни страны будут поддерживать жесткие санкции, другие будут воздерживаться от резких маневров.

И в том, и в другом случае, Европа будет испытывать давление со стороны новой волны беженцев и получит значительные экономические потери.

Мотивы игроков в отношении Украины в сценарии G3:

Россия — уничтожение существующего политического режима через масштабную эскалацию

Европа — полная или частичная поддержка существующего режима.

США — поддержка существующего режима, как элемента сдерживания России

Для Украины такой сценарий G3 будет иметь самые серьезные последствия, поскольку фактически Россия будет делать ставку не на удушение, а на обрушение политического режима в самые кратчайшие сроки.

Поэтому возникает угроза, что сочетание трех базовых факторов — фискального кризиса, геополитического давления и социального недовольства, могут опрокинуть украинское государства на начальном этапе, когда западная помощь еще не успеет подойти в необходимом объеме.

Базовые опции для Украины при таком сценарии:

1. Коллапс существующей модели из-за нехватки ресурсов для поддержания жизнеобеспечения

2. Переход к авторитарному режиму в условиях внешней агрессии, когда страна сможет выстоять за счет мобилизации внутренних ресурсов и мощной внешней поддержке. Это вариант Южной Кореи в 1950-1953 годах.

Сценарий конфронтации имеет два возможных вариант окончания

  1. Выход на новый статус-кво в регионе и в мире, связанный с тем, что Россия быстро ослабнет из-за жестких экономических санкций и будет вынуждена пойти на уступки
  2. После кратковременной конфронтации возврат к сценариям G1,G2.

Сценарии развития ситуации в Украине в 2017 году

Как мы уже увидели выше, внешние факторы будут оказывать определяющее влияние на развитие ситуации в Украине в 2017 году. Критическая зависимость Украины от внешней помощи и угроза эскалации со стороны России делают нашу страну заложницей действий наших игроков. Но это не означает, что Украина должна безропотно выполнять то, что ей будут приказывать из Вашингтона и Москвы. Это вы поймете из наших дальнейших рассуждений.

На наш взгляд, в 2017 году для Украины вероятны три базовых сценария:

  1. Стабильный,

  2. Управляемая дестабилизация

  3. Неуправляемая дестабилизация

Прежде чем мы их начнем описывать, мы должны вернуться трем факторам, определяющим баланс в государственной системе, которые рассмотрели в начале доклада. Этих факторов три — легитимность, ресурсы, внешняя поддержка.

Теперь мы сведем их в таблицу, для простоты понимания, какая конфигурация факторов является определяющей для того или иного сценария.

После того, как мы рассмотрели глобальные сценарии, которые будут оказывать определяющее воздействие на ситуацию в Украине, определимся как будут выглядеть внутриукраинские сценарии.

Факторы Стабильный Управляемая дестабилизация Неуправляемая дестабилизация
1а. Легитимность внутренняя

1б. Легитимность внешняя

Положительная + или отрицательная —

Положительная или отрицательная

Отрицательная, низкая

Положительная или отрицательная, низкая

Отрицательная, низкая

Отрицательная, низкая

2. Ресурсы

Есть+

Недостаточно + или отсутствуют +

Отсутствуют

3. Внешняя поддержка

Есть +

Минимальный +

или —

Отсутствует

Определение сценариев

Стабильный сценарий: Возможен в том случае, если внутренняя и внешняя легитимность носит положительный или отрицательный характер. Ресурсов много или достаточно. Внешняя поддержка присутствует.

Политический режим очень устойчив, если имеет показатели плюс по всем факторам в таблице свыше (1а+1б+2+3+). Примером такого политического режима является Норвегия или Швейцария.

Другой вариант стабильного режима, когда он имеет отрицательную внутреннюю, но положительную внешнюю легитимность, но при этом у него есть мощные компенсаторы в форме больших ресурсов и внешней поддержки. Примером такого политического режима является Украина при Ющенко с 2006 по 2008 годы.

Третий вариант стабильного режима, когда у него есть высокая внутренняя легитимность, при низкой внешней при наличии большой ресурсной базы и отсутствии внешней поддержки. Это СССР в 20-е годы прошлого века или сегодняшняя Россия при Путине

Четвертый вариант стабильного режима, наличие положительной внутренней и внешней легитимности при отсутствии ресурсов, но мощной внешней поддержке. Это вариант Южной Кореи во время войны 1950-1953 годов и сразу после нее или Сингапура сразу после обретения независимости.

Сценарий управляемой дестабилизации: Внутренняя легитимность низкая. Внешняя слабо положительная с тенденцией к падению или вообще отрицательная с рядом геополитических партнеров. Ресурсов недостаточно, потому резко увеличивается зависимость от внешней поддержки. Поэтому внешние игроки получают возможность диктовать условия помощи. Отсутствие внешней поддержки или ее недостаточность приводит к коллапсу государства и переход ситуации в сценарий 3 (неуправляемая дестабилизация). По такому пути пошла царская Россия в 1917 году. Однако, при наличие внешней поддержки внутренние игроки из правящего класса сохраняют возможности для маневра и навязывания своей воли более слабым социальным группам. Такой политический режим выгоден внешним акторам, поскольку он вынужден учитывать их интересы в ущерб национальным. В качестве примера можно привести латиноамериканские режимы в 60-80-е годы.

Внутренние игроки могут уменьшить внешнюю зависимость путем реформ, чтобы расширить внутреннюю легитимность и ресурсную базу. Это делает его более устойчивым и создает предпосылки для переход в сценарий 1.

Сценарий неуправляемой дестабилизации: Все факторы имеют отрицательные показатели. Такой политический режим нелегитимен в глазах народа и внешних игроков, он исчерпал свои ресурсные возможности и он не имеет внешней поддержки. По факту происходит коллапс государства из-за внутреннего или внешнего конфликта, или вследствие их сочетания. Американский макросоциолог Рэндал Коллинз описывает коллапс как следствие сочетание фискального кризиса, когда государство неспособно выполнять базовые функции который совпадает с геополитическим трением за которым следует восстание масс. Это Австро-Венгрия в 1918 году, современная Сомали, Оттоманская империя в 1918 году, Гетманат Павла Скоропадского в Украине в 1918 году, Директория в Украине в 1919 г.

Теперь, дав определения сценариев перейдем к рассмотрению их вероятности в 2017 году в Украине.

Сценарий №1. Стабильный

Для реализации стабильного сценария в 2017 году в Украине отсутствуют несколько ключевых факторов.

Во-первых, мы видим низкое доверие ко всем ключевым государственным государственным институтам со стороны масс, которое продолжает снижаться. Никто из политических игроков не имеет рейтингов выше 12-15%, а большинство колеблются на уровне 4-7%. Рейтинги правящих партий либо уже упали к нулю (Народный фронт), либо снизились к 10% у БПП. Рейтинги оппозиционных партий растут вместе с заинтересованностью изменить баланс в свою сторону посредством перевыборов в ВРУ, что толкает Украину в сторону второго сценария.

Во-вторых, мы видим снижение легитимность правящей коалиции в лице западных партнеров Украины, которые устали от коррупционных скандалов и незначительных успехов в реформировании государственной системы. Сейчас оно приближается к критической черте и может быть поколеблено новой волной коррупционных скандалов и экономических проблем Украины.

В-третьих, налицо исчерпанность ресурсной базы Второй Украинской Республики (13), когда Украина за три года объективных факторов Украина лишилась половины экспортных поступлений (падение цен на сырьевые товары украинского экспорта), а субъективные (война с Россией, которая привела к обвалу в торговле и росту затрат на силой блок достигли 5% ВВП) издержки только усилили расшатанность экономики. Она углубляется популизмом, который заставляет декларировать увеличение минимальных зарплат в два раза, что не отвечает реальным возможностям экономики. В 2016 году Украине удалось достичь позитивного сальдо платежного баланса только благодаря кредитам МВФ и кредитным гарантиям США. Однако, в 2017 году возможности получения кредитных ресурсов будут еще меньше из-за результатов выборов в США, Франции и Германии.

В-четвертых, как мы сказали выше, из-за изменения администраций в ключевых странах Запада вероятность внешней поддержки со стороны США и Европы будет уменьшаться. При этом данная поддержка будет напрямую завязана на способность Украины идти в фарватере договоренностей между новым президентом США Дональдом Трампом и Владимиром Путиным. Однако, попытка реализации Минска-2 в русле предложений Путина обернется проблемами для Петра Порошенко во внутренней политике, потому он будет маневрировать, оттягивая принятие решения. Это ставит под вопрос получение помощи, что уменьшает устойчивость украинской экономики.

Президент Украины может сделать ставку на то, чтобы попытаться провести ликвидацию одной-двух ФПГ, чтобы получить доступ к их ресурсам под лозунгами восстановления справедливости. Это, несомненно, может привести к росту внутренней легитимности в глазах масс, но при этом нарушит шаткий постмайданный олигархический консенсус (14), который привел Петра Порошенко в президентское кресло (15). Олигархи получат мотивацию начать борьбу с президентом, что в условиях отсутствия внешней поддержки Петра Порошенко, может быстро свалить страну в хаос дестабилизации.

Поэтому стабилизационный сценарий выглядит маловероятным в 2017 году. Для этого нет ни внутренних, ни внешних предпосылок. Поэтому оценим его вероятность в 5-10%.

Сценарий №2. Управляемая нестабильность

Петр Порошенко8

Данный сценарий подразумевает внешними и внутренними игроками такой конфигурации, которая в максимальной степени защитит их интерес. При этом входя в этот сценария большинство игроков уверенно, что имеют контроль над ситуацией или получат на выходе из нее. Этот сценарий подразумевает наличие мотиваций на изменения в условиях исчерпанности ресурсной базы политического режима. На наш взгляд, данный сценарий имеет наибольшие шансы на реализацию в 2017 году.

Для начала необходимо посмотреть на мотивации ключевых политических сил. Мы взяли все парламентские и непарламентские партии, которые имеют гипотетические шансы попасть в парламент в случае возможных перевыборов.

Политические силы

Мотивации на удержание или изменение баланса сил

Блок Петра Порошенко

Удержание

Народный фронт

Удержание

Батькивщина

Изменение

Самопомощь

Удержание

Оппозиционный блок

Частично изменение (Левочкин, Фирташ), частично удержание (Ахметов)

Радикальная партия Ляшко

Скорее удержание

Свобода

Изменение

Партия Михаила Саакашвили

Изменение

Укроп

Скорее изменение

«Демократический альянс»

Изменение

Партия “Відродження”

Удержание

Парламенская группа “Воля народу”

Удержание

Партия Рабиновича и Мураева “За життя”

Изменение

Гражданская позиция” Анатолия Гриценко

Изменение

Данные политические силы легко распределить по двум ключевым признакам — представительство в парламенте и рост/падение рейтинга и сразу проясняются почему они имеют такие мотивации

Мотивации на удержание

Мотивации на изменение

Фракция в Раде (чел)

Рейтинг

БПП 143

10-12% снижается

НФ 81

2% отсутствует

Самопомощь 26

6-7% стабильный

Радикальная партия Ляшко 21

6-7% стабильный

Группа «Воля народу» 19 Конгломерат мажоритарщиков

Партия “Відродження” 24

Рейтинг отсутствует, основные позиции на мажоритарке

Фракция в Раде (чел)

Рейтинг

Оппозиционный блок

43

7-10% растет

«Батькивщина» 21

10-14% растет

«Свобода» 4-5

3-4% колеблется

«Укроп» в орбите влияния около 15-20 человек, но своей фракции нет

Рейтинг минимальный, если вообще присутствует

«Демократический альянс» нет

0,6-1%

Партия Михаила Саакашвили нет

6-7%

Партия Рабиновича и Мураева “За життя” 2 чел

От 3 до 7%

Гражданская позиция” Анатолия Гриценко нет

От 2% до 4%

Политические силы в левой колонке теряют рейтинги или боятся потерять, но имеют контроль над институтами власти, либо удовлетворены текущими позициями, поскольку опасаются, что перемена баланса окажется не в их пользу

Политические силы в правой колонке набирают рейтинг, либо надеются, что изменение баланса расширит их влияние.

Поэтому формируются ситуативные альянсы исходя из мотивации удержать/изменить баланс.

При этом политические силы в левой колонке могут менять позицию и перетекать в правую. Например, если в 2017 году Петр Порошенко под давлением США, Европы и России попытается провести изменения в Конституцию Украины по Минску-2, то «Самопомощь» может уйти в более жесткую оппозицию. Радикальная партия Ляшко также будет чутко следить за меняющимся балансом, дабы не оказаться в лагере проигравших. Сегодня РПЛ играет в связке с БПП против Тимошенко, завтра ситуация может измениться на противоположную.

Таким образом, на развитие процессов в том или ином направлении влияют три группы субъектов со своими мотивациям: внешние, внутренние и массы. Последние действуют под воздействием политических организаций, но в условиях кризиса, когда мы видим падение легитимности государственных институтов и политических партий, массы могут действовать спонтанно, внося дополнительный хаос в игру политических субъектов.

Исходя из этого в рамках сценария управляемой дестабилизации мы видим три базовых варианта развития ситуации, которые в свою очередь включают свои подварианты развития процессов:

Вариант А: Досрочные парламентские выборы

Вариант B: Массовые протесты

Вариант С: Силовой переворот

Вариант А: Досрочные парламентские выборы

Верховная Рада

Социологическое исследование Украинского Института Будущего проведенное 21-28 ноября 2016 г. показало, что 23,9% украинцев уверены, что в 2017 году пройдут досрочные выборы в парламент (можно было давать три ответа на вопрос). В досрочных выборах президента Украины уверены 17,2% опрошенных респондентов. При этом в насильственное устранение Петра Порошенко от власти верят только 7,2% украинцев.

sotsopros-ukrainskiy-institut-budushhego-43

Интересно, что при этом только 37,7% украинцев считают, что Украине нужны досрочные выборы в Верховную Раду, а 45,4% считают что такие выборы не нужны. Еще 16,9% не определились с позицией.

sotsopros-ukrainskiy-institut-budushhego46

Досрочные парламентские выборы не выгодны действующему президенту Петру Порошенко и правящей коалиции. Президент прекрасно понимает, что в случае перевыборов он не получит такую же управляемую Верховную Раду как сегодня. Все социологические опросы показывают, что в случае досрочных перевыборов парламента в него пройдут 7-9 политических партий. При этом президент понимает, что такой парламент, скорее всего, будет более антагонистичным в отношении него. Поэтому президент будет оттягивать принятие решения по перевыборам в ВРУ настолько, насколько это возможно.

Однако, Петр Порошенко являясь на сегодняшний момент наиболее сильным игроком в украинской политике начинает испытывать все более сильное давление со стороны внешних и внутренних игроков. Рейтинг БПП и Порошенко постепенно снижаются, а после того, как беглый депутат ВРУ и газовый олигарх Александр Онищенко заявил о наличии записей бесед с президентом Порошенко, где якобы есть факты коррупции, де-факто запущен «черный лебедь», который по своим масштабам может сравниться с кассетным скандалом во времена Леонида Кучмы в 2000-2001 году. Мы не знаем, что что есть на записях Александра Онищенко, которые необязательно будут сразу обнародованы и если они вообще. Он уже заявил о том, что передал записи правоохранительным органам США. Кроме того, нельзя исключать, что записи были переданы и российским спецслужбам, учитывая, что Онищенко бывал и в Москве. В любом случае, если Онищенко действительно передал какие-то записи третьей стороне, то Петра Порошенко будут шантажировать, чтобы принудить выполнять глобальные договоренности между США и Россией в рамках сценария G1 описанные выше. Но президент прекрасно осознает, что если он будет выполнять Минск-2, то столкнется с жесточайшей критикой со стороны оппонентов внутри страны и эта ситуация может привести к потери управляемости. При этом он может апеллировать к Вашингтону и Берлину, что Минск-2 невозможно выполнить из-за отсутствия конфигурации в парламенте под изменения Конституции. Тогда внешние партнеры будут принуждать Петра Порошенко пойти на досрочные перевыборы парламента, чтобы провести в новую Верховную Раду коалицию, которая возьмет за себя ответственность за Минск-2.

Шансы на досрочные перевыборы Верховной Рады также увеличивают различного рода «черные лебеди» вроде трагического инцидента в Княжичах 4 декабря, когда из-за ошибки в ходе перестрелки между различными подразделениями полиции погибли пятеро человек. Сразу после этого со стороны оппозиции последовали призывы отправить в отставку главу МВД Арсена Авакова. Но президенту трудно сделать такой шаг, поскольку отставка Авакова фактически повлечет за собой развал парламентской коалиции. Порошенко не сможет заменить Авакова равноценным игроком из «Народного фронта». Кроме того, даже если бы такое решение было принято, то его было бы крайне сложно провести через парламент, поскольку другие фракции и депутатские группы начали бы торговаться по поводу преференций для себя. Если такая ситуация накладывается на кассетный скандал с Онищенко, то президент оказывается в слабой позиции. Сделав уступку один раз по поводу Авакова, он будет вынужден уступать и по другим вопросам, как следствие, потеряет контроль на парламентом. Что опять-таки делает перспективы досрочных перевыборов Верховной Рады реальной.

Этот пример показывает, что в условиях, когда государственная система Украины крайне разбалансированная, одно непредсказуемое событие способствует тому, что хрупкий баланс между ключевыми политическими группами влияния опрокидывается и борьба за власть обостряется.

Поэтому в ситуации возрастающего давления со стороны внешних и внутренних игроков, а также недовольных масс (не будем сбрасывать со счетов народ), Петр Алексеевич может прийти к решению, что перевыборы парламента являются меньшим злом, чем дальнейшее затягивание ситуации.

Данный вариант возможен уже весной 2017 года. Досрочные выборы в парламент запустят вилку, которая может привести к двум результатам перевыборов в Верховную Раду. Обозначим их как варианты А1 и А2

А1. Игра на понижение

sur12

Петр Порошенко понимая, что ему трудно будет получить большинство в новой Верховной Раде играет на понижение позиций всех ключевых оппонентов. В качестве примера можно привести ситуацию с рейтингом мэра Львова Андрея Садового, который обвалили из-за мусорного скандала летом 2016 года.

В данном сценарии президент будет стараться максимально понизить рейтинг Юлии Тимошенко и других антагонистов, используя партии-спойлеры. В этой логике для Петра Алексеевича, например,будет выгодно появление на оппозиционном поле Михаила Саакашвили, который будет откусывать сегменты протестного электората, который мог бы уйти к Тимошенко и другим игрокам, пытающимися мобилизировать данный сегмент под себя. При этом не имеет значения играет Саакашвили самостоятельно или в сговоре с Порошенко.

Если данная стратегия сработает, то Украина получит рыхлый парламент, где будет много мелких фракций. Как следствие, мы получим неустойчивое правительство, которое будет неспособно принимать быстрее стратегические и тактические решения. В итоге мы будем наблюдать постоянные торги, которые будут усугублять патовую ситуацию.

Спустя 3-4 месяца для внешних и внутренних игроков будет очевидно, что система не работает и дальше во второй половине 2017 года мы приходим к новому витку политического кризиса, где уже встанет вопрос не только по поводу недееспособности парламента, но и по поводу «токсичности» президента. Эта ситуация будет напоминать события в Украине в 1993-1994 годах. Дальше возникнет очередная развилка:

  1. Проводить досрочные выборы в Верховную Раду и (или) президента в начале 2018 года.

  2. Попытка силового переворота с той или иной стороны. Например, президент может ввести военное положение, используя эскалацию на востоке в качестве предлога. Подробнее далее в варианте С1 и С2

  3. Сформируются условия для заключения нового общественного договора через пакт между элитами, как это произошло в Тунисе в 2013 году. В этом случае будут объявлены Конституционные сборы (Конституционный конвент), создано техническое правительство на переходной период.

А2. Парламент и правительство против президента

Юлия Тимошенко Петр Порошенко

В результате досрочных перевыборов в Верховную Раду формируется антипрезидентское большинство, которое формирует собственное правительство. Здесь мы увидим повторение ситуации 2007 года, когда Юлия Тимошенко возглавила правительство. В данном случае, существует вероятность, что правительство может возглавить она же. Правда, вряд ли эта коалиция будет очень устойчивой, поскольку сомнительно, чтобы две политические силы набрали более 20% голосов. Если это каким-то чудом произойдет, то тогда премьер и правительство будут более уверенно себя чувствовать. Если нет, то им будет трудно проводить свои решения. Поскольку Тимошенко, либо другой фигуре, придется вовлекать более мелких партнеров со всеми вытекающими для устойчивости такой конструкции последствиям.

Допустим, если Тимошенко возглавит правительство, то она наверняка попытается реализовать Минск-2, поскольку ей будут необходима внешняя поддержка. Однако, она сразу же столкнется с позицией президента, который будет играть на том, что Украина не должна этого делать на условиях, которые предлагают Запад и Россия. И это только один из ключевых вопросов.

Поэтому можно определенно сказать, что в варианте А2 мы увидим жесткий конфликт президента с КМУ и ВРУ. Как следствие, мы увидим падение остатков рейтинга президента, как это произошло с Ющенко в 2007-2009 гг. Патовая ситуация приведет к точно такой же развилке, как в варианте А1

Bариант B. Массовые протесты

Майдан 1 декабря 2013 года

Как показали данные социологического опроса Украинского Института Будущего 21-28 ноября 2016 года в стране увеличивается социальное напряжение, что чревато социальным взрывом.

Так 39.2% украинцев считают, что в Украине существует высокая доля вероятности, что в стране произойдет социальный взрыв. Еще 29.1% респондентов, опрошенных нашим Институтом сказали, что видят низкую вероятность такого сценария. 21.0% респондентов уверены, что такой вариант событий в Украине невозможен сегодня, а еще 10,1%.

Стоит отметить, что произошло существенное увеличение количества тех, кто считает, что в Украине существует высокая вероятность социального взрыва, если сравнить результаты майского опроса Украинского Института Будущего с ноябрьским опросом 2016 года.

Так в конце мая 2016 года, только 22,4% респондентов видели большую угрозу социального взрыва, а 41,5% были уверены, что она имеет низкую вероятность. 30,2% были уверены, что угрозы социального взрыва в Украине не существует, а колеблющихся было только 5,9%.

Украинский Институт Будущего 40а

Таким образом, количество украинцев, которые видят угрозу социального взрыва в стране увеличилось почти в 2 раза, или на 17%.

Таким образом, предпосылки для социальных протестов реально существуют.

Этот вариант может осуществиться в том случае, если:

  1. Порошенко не даст хода досрочным перевыборам в Верховную Раду в условиях обостерения внутриполитической ситуации и ужесточения внешнего давления в рамках глобальных сценариев G1 или G2.

  2. Вследствие патовой ситуации в вариантах А1-А2, когда президент будет блокировать действия набирающей вес оппозиции или антагонистичной парламентской коалиции.

В рамках такого сценария подразумевает повторение ситуации зимы 2013-2014 года, когда уличные протесты на Майдане привели к свержению президента Виктора Януковича.

Хотя на третью годовщину Майдана властям удалось успешно купировать протесты, которые пытались запустить Юлия Тимошенко, партия Рабиновича-Мураева «За життя» и прочие политические силы, чьи интересы ситуативно совпадают, предпосылки для уличных протестов в Украине не исчезли.

А с учетом «черных лебедей» (несчастные случаи, коррупционные скандалы, подрывная деятельность со стороны России) которые мы описывали выше, вероятность того, что мотивированные игроки вроде «Батьківщини”, “Оппозиционного блока” и пр. попытаются канализировать социальное недовольство резко увеличивается.

Алгоритм действий в рамках такого сценария выглядит приблизительно так.

После какого-то События (убийство публичной личности, факт брутального насилия в отношении невинных, коррупционный скандал, инфраструктурный коллапс, поражение на востоке в случае обострения ситуации в рамках глобальных сценариев G2 и G3) начинаются уличные протесты, которые переходят в фазу жесткого противостояния с МВД и СБУ. Если ситуация не уйдет сразу в силовой вариант С1-С2, который мы рассмотрим далее, то дальше президент теряет власть из-за того, что протестующие захватывают столицу, а в Верховной Раде происходит переформатирование парламентского большинства, которое выбирает новое правительство и лишает президент контроля над силовым блоком. Это будет возможно в том случае, если действующий президент покинет Украину, или же он будет арестован, или же он уйдет в отставку под давлением внешних игроков. Последний вариант будет повторением ситуации, которая была в Украине в 2004 году во время первого Майдана, когда Леонид Кучма отказался от дальнейшей борьбы за власть под давлением Запада, получив гарантии неприкосновенности для себя и своей семьи. Другой пример — уход Бориса Ельцина 31 декабря 1999 года под давлением своего окружения из-за проблем со здоровьем.

После этого назначаются президентские выборы, которые проходят под большим влияние со стороны внешних игроков — СЩА, России, Европы ( прежде всего, Германии). Их вмешательство может резко обострить ситуацию в контексте президентских выборов на фоне глобальных сценариев G2 и G3. Рост напряжения может привести ситуацию к вариантам С1 и С2, то есть попытки силового переворота на фоне новой волны социальных протестов или эскалации на востоке Украины.

С другой стороны, если они придут к консенсусу относительно геополитического статуса Украины в сценарии G1, то они могут поддержать консолидированную фигуру.

Ключевой вопрос в этой ситуации — на какую фигуру будет сделана ставка внешними игроками и внутренней элитой.

На первый взгляд, хорошие шансы имеет Юлия Тимошенко, которую наверняка поддержат Россия и Германия при непротивлении США. Однако, Тимошенко вызывает огромные опасения у украинских элит, которые не по наслышке знают неукротимый характер Юлии Владимировны. Ее фигура может выплыть в формате большого элитного сговора, например, в той форме, которую БЮТ и Партия регионов пытались реализовать весной летом 2009 года, когда договорились о широкой коалиции и распределили зоны влияния на 25 лет вперед. В такой схеме, премьером-министром мог бы стать Сергей Левочкин или Сергей Тарута (как более компромиссный вариант), а Тимошенко могла бы претендовать на пост президента. Или, наоборот.

Проблема Тимошенко, помимо больших опасений со стороны элиты, в ее (и всех остальных ключевых украинских политиков) низкой легитимности в глазах народа. Например, наш опрос 21-28 ноября показывают, что сегодня ее поддерживают только 8,4% украинцев, тогда как Порошенко 9,4%, т. е. они находятся на плюс-минус одном уровне.

Если брать процент о тех респондентов, которые пришли бы на выборы, то Тимошенко и Порошенко набрали около 12,8%-14,1%, а с учетом определившихся и тех, кто пойдет на выборы 19,1% и 21,1%

Однако, важно отметить, что во время проведения опроса не определились с ответом 21,7% респондентов, а 34,2% респондентов заявили, что не взяли бы участия в президентских выборах!   Еще один интересный момент из ноябрьского опроса УИБ — 84,9% украинцев не верят, что Юлия Тимошенко живет на депутатскую зарплату, как она указала в своей е-декларации.

sotsopros-ukrainskogo-instituta-budushhego-noyabr-2016-51

Поэтому преодоление недоверия со стороны масс и элит может стать «Ахиллесовой пятой» Юлии Владимировны.

Однако, если украинские стейкхолдеры даже под нажимом внешних игроков не смогут прийти к консенсусу относительно Тимошенко и схемы выхода из кризиса, завязанную на нее то может быть реализована ставка на другую фигуру.

Эту фигуру условно говоря можно назвать NoName, т.е. она на сегодняшний момент неизвестна широкому большинству и выскочит словно чертик из табакерки. Она должна будет обладать харизмой и потенциалом получения высокой легитимности на выборах при негласной поддержке элит и внешних игроков, либо части элит и части внешних игроков. Если смотреть на новейшую историю, то такую схему разыграл Леонид Кучма, который из малоизвестного директора «Южмаша» превратился в фигуру первой величины в 1992-1993 годах.

Наконец, третьей альтернативой на досрочных президентских выборах в варианте B может быть известная фигура, выступающая компромиссным вариантом в условиях неустойчивого баланса сил. Это вариант Юрия Еханурова на посту премьера в 2005-2006 году. При таком варианте, президент не будет иметь поддержки в парламенте, а, значит, будет сильно зависеть от расклада там. Однако, это не означает, что в президентское кресло обязательно достанется слабой фигуре, поскольку получив реальные полномочия, новый президент может обрести амбиции. Как говорил политолог Дмитрий Выдрин, президентская должность — это боксерская перчатка, которая может быть растянута рукой того, кто ее надевает.

В этой логике, кто бы не оказался в президентском кресле, он постарается провести перевыборы в парламент (на чем наверняка будут настаивать внешние игроки для того, чтобы довести до конца сделку по Украине в рамках сценария G1), как это сделал Петр Порошенко осенью 2014 года. При этом сильный президент возможно еще попытается провести на парламентских перевыборах референдум по новой Конституции Украины. При этом, если к тому моменту отношения между основными игроками будут оставаться в рамках сценария G1, то повестка изменения Конституции Украина будет прописана в соответствии с договоренностями достигнутыми между США, Россией и Европой.

Таким образом этот вариант идет в тесной связке со сценариями G1(Миротворец) или G2 (Прагматичый).

Вариант С: Силовой переворот

Петр Порошенко Десна

Сегодня многие в Украине говорят, что в воздухе витает ощущение того, что государственный порядок может быть сметен насильственным путем и в стране будет установлена диктатура. Радикализация настроений масс влечет запрос на авторитарные действия.

Наше социологическое исследование 21-28 ноября 2016 года показало, что запрос на диктатуру действительно существует, но большинство украинцев по-прежнему придерживаются мнения, что Украина должна развиваться как демократическое государство.

В частности, только 17,9% украинцев считают, что большая часть населения поддержала бы силовой переворот, а еще 22,6%, что такое вариант поддержало бы половина населения. 36,5% респондентов считают, что силовой переворот поддержали меньшинство украинцев, 8,6% никто бы не поддержал «путчистов», еще 14,4% колебались с ответами.

Эти показатели коррелируют и с ответами на другой вопрос — согласны ли вы с тем, что сегодня Украине нужна диктатура с жестким лидером во главе государства. Поддержали эту идею 34,5%, выступили против — 48,8% респондентов, затруднились ответить 16,6%.

Не менее интересно, что украинцы не меняют эту точка зрения, даже когда им пытаются показать, что диктатура может принести с собой благо. В частности, им был задан вопрос о том, «поддержали ли бы вы военную диктатуру, если бы она обеспечит реальный рост уровня жизни, борьбу с коррупцией и стабильность». Утвердительно ответили только 32,4% украинцев, а отрицательно — 50,7%, еще 16,9% не определились.

Такие результаты могут вселить осторожный оптимизм несмотря на то, что более трети украинцев поддерживают вариант установления диктатуры в Украине, большинство все же поддерживает демократический путь развития страны.

Однако, если мы посмотрим на ситуацию в динамике, то увидим тревожные тенденции. В майском опросе Украинского Института Будущего количество респондентов, которые считали, что большинство украинцев поддержит силовой переворот было почти в два раза меньше — 9,8%. Еще 19,4% (22,6% в ноябре 2016 г.) украинцев были весной уверены, что силовой переворот поддержит половина населения, 39,1% считали, что переворот поддержит меньшинств (36,5% в ноябре) . Наконец, в мае были уверены, что никто не поддержит путчистов 21,5% (8,6% в ноябре). Не могли определиться с ответом 10, 2% в мае и 14,4%.

Таким образом, за полгода произошло резкое сокращение тех, кто был настроен наиболее «пацифистки» и так же резко выросло количество украинцев, которые смотрят на силовой переворот, как приемлемый форсированный выход из сложившейся ситуации. Это является еще одним доказательством того, что революционная ситуация, т. е. запрос на кардинальное обновление государственной системы и изменения социальных отношений никуда не ушла, а только загнана вглубь и тлеет в недрах социума, готовая взорваться в любой момент.

Рассмотрим при каких условиях в Украине может быть реализован силовой сценарий и какими силами, а также каковы его перспективы в 2017 году.

Сразу оговоримся, что на наш взгляд, в Украине сегодня нет предпосылок для переворота по египетскому сценарию 2013 года или перевороту в Чили в 1973 году. Для этого необходимо наличие армии как института, который воспроизводит сам себя через кастовость. Это условие в Украине на сегодняшний момент отсутствует. Украинская армия субъективизируется, то есть военные начинают осознавать свою особую миссии и роль в функционировании государства, но этот процесс потребует еще, как минимум, нескольких лет. При этом ВСУ имеют один из самых высоких уровней доверия со стороны украинцев.

Как показал ноябрьский опрос Украинского Института Будущего украинской армии доверяют 39,9% респондентов, «настолько доверяют, насколько нет» — 35,1%. Не доверяют ВСУ — 20,1%. Для сравнения, Президенту Украины доверяют всего 9,7% украинцев, не доверяют — 56,7%. Верховной Раде не доверяют 66,6%, доверяют всего 5,2%. Кабинету Министров Украины не доверяют — 58,1%, доверяют — 6,6%.

Однако, армия остается под политическими контролем со стороны Президента Украины и сегодня нет оснований говорить о том, что он может потерять его. Петр Порошенко имеет непосредственный контакт с командирами многих армейских бригад. Прежде всего, наиболее боеспособных, что позволяет поддерживать их лояльность. При этом не секрет, что на передовой есть определенная усталость от затянувшегося конфликта на Донбассе и скепсис относительно центральной власти, но наличие боевые столкновения с ЛДНР и российской армией являются тем фактором, который удерживает ВСУ в фокусе конфликта с внешним врагом.

Добровольческие батальоны как возможный фактор силовой дестабилизации в значительной степени нивелированы посредством включения их в состав ВСУ или Нацгвардии. Поэтому сегодня находятся на гораздо большем уровне подконтрольности, чем это было в 2014 году. Такие харизматичные командиры добробатов как экс-командир «Правого сектора» Дмитрий Ярош и командир полка «Азов» Андрей Билецкий четко обозначили, что избрали политический путь изменений государства, а не насильственный. Риторика обоих указывает, что они рассматривают попытку государственного переворота в текущих условиях как угрозу государственной безопасности.

Отсюда возникает вопрос — кто же тогда имеет реальные возможности пойти на силовой вариант управляемой дестабилизации?

На наш взгляд, таких субъектов немного:

1. Прежде всего, это Президент Украины, который имеет Конституционные полномочия по введению военного положения. В частности, статьей 10 Закона о военном положении принятого ВРУ 12 мая 2015 года предусмотрено, что в период военного положения полномочия Президента Украины не могут быть прекращены. Более того, указанный Закон определяет, что полномочия Президента в этот период не могут быть ограничены. В частности, согласно новому закону, военные и гражданские власти смогут запрещать мирные собрания, вводить комендантский час, ограничивать передвижение граждан и поднимать вопрос о запрете политических партий. Невозможно будет отправить в отставку премьера вместе с Кабмином, а также разогнать Верховной Раду.(16)

Это означает, что глава государства получает реальные рычаги удержания власти в случае угрозы его смещения с поста. Здесь следует сделать оговорку, что введение Президентом военного положения должна в течение двух дней одобрить Верховная Рада. Это означает, что глава государства должен иметь большинство в парламенте, которое согласится поддержать такую радикальную меру. В противном случае такой шаг будет рассматриваться как узурпация власти, что в условиях низкой легитимности института президента и ограниченной ресурсной базы быстро приведет к провалу.

2. На силовой переворот в сценарии управляемой дестабилизации может пойти игрок или коалиция игроков способная: а) сконцентрировать достаточное количество силовиков для взятия под контроль ключевых институтов государства в условиях низкой легитимности власти; б) ресурсы для удержания власти на первом этапе с) уверенная во внешней поддержке

Теперь рассмотрим два возможных варианта силового переворота в Украине в 2017 году:

  1. Вариант С1: Успешный переворот

  2. Вариант С2: Неуспешный переворот

С1. Успешный переворот

Президент вводит военное положение в условиях либо угрозы личной потери власти из-за протестов, либо угрозы утери управляемости процессами в стране в ситуации, описанных в вариантах А1-А2-B. Этому может предшествовать эскалация конфликта на Донбассе реальная или спровоцированная в рамках сценариев G2-G3.

Наоборот, конкурирующий с нынешней властью субъект может попытаться взять силовым путем власть

Президент или любой другой субъект который пойдет на силовой переворот может успешно реализовать свои замыслы, если будет совпадение нескольких базовых условий:

  1. Эффективный контроль над силовым блоком, который будет выполнять приказы. Лояльность или непротиводействие армии.

  2. Быстрое установление контроля над регионами, в том числе путем вовлечения в схему региональных элит.

  3. Быстрые посадки одиозных представителей режима Януковича или постмайданной власти.

  4. Укрепление внутренней легитимности со стороны масс, которые воспримут наказания как акт справедливости.

  5. Принятие таких действий внешними игроками, получение их поддержки. Ключевой в данной ситуации будет позиция США. Без легитимности со стороны внешних игроков политическому режиму будет крайне трудно получить помощь, которая будет крайне необходима на начальном этапе. Проведение же силового переворота в связке с Россией по-сути переведет ситуацию в сценарий неуправляемой дестабилизации, который мы рассмотрим дальше.

Успешность такого варианта для действующего президента увеличивается в случае угрозы конфронтации с Россией в рамках сценария G3. В случае отсутствия конфронтации, действующий президент имеет ограниченный период времени, когда можно реализовать такой вариант, поскольку по мере падения поддержки со стороны общества и элит, ему будет труднее обеспечить легитимность таких действий.

Логично, что вероятность реализации такого варианта будет выше к концу 2017 года, когда будут исчерпаны другие форматы действий в формате А1-А2B. Или, если не возникнет ситуация «черного лебедя», как это было в случае с Майданом или уничтожением российскими войсками малайзийского Боинга летом 2014 года.

В случае успешной реализации этого варианта, политический режим становится более авторитарным на период в несколько лет имеет карт-бланш на более радикальную политику. В качестве примера можно привести действия Реджепа Эрдогана в Турции летом этого года, который на контр-ходе сумел укрепить свои позиции после неудавшегося военного переворота.

С2. Неуспешный переворот

Этот вариант по-своей сути является антиподом предыдущего. Соответственно, действующий президент или другой субъект существляет попытки силового переворота в условиях, когда у него нет составляющих факторов успеха:

  1. Нет контроля над силовиками, как следствие другие игроки имеют возможность сопротивления, как следствие фактор времени критически важный на старте быстро теряется, как следствие борьба начинает затягиваться и сценарий начинает уходить в неуправляемую дестабилизацию.

  2. Следом за этим происходит потеря контроля над регионами, поскольку региональные элиты начинают видеть для себя угрозу в таком развитии ситуации и начинают закрываться от рисков. Высокая вероятность, что данную ситуацию будет использовать заинтересованная внешняя сторона. Например, та же Россия.

  3. Как следствие, происходит быстрое падение остатков легитимности государства, оно очень быстро коллапсирует.

  4. Внешней поддержки нет, поскольку некого поддерживать.

  5. По факту ситуация или быстро переходит в вариант B (в лучшем случае), или в сценарий неуправляемой дестабилизации.

Наилучшей иллюстрацией этого варианта является падение режима гетмана Павла Скоропадского в Украине в ноябре-декабре 1918 года:

Как известно, Павел Скоропадский пришел к власти в результате переворота, который был поддержан немцами в конце апреля 1918 года. Скоропадский сделал ставку на умеренных и крупную буржуазию, пытаясь практически с нуля создать украинское государство под протекторатом Германской империи согласно условиям Брестского мира в начале марта 1918 года. Ставка Скоропадского на умеренных и крупный капитал оттолкнула от него массы, среди которых преобладали левые настроения. Хотя гетману удалось достичь определенных успехов в налаживании работы государственного аппарата, как только рухнула внешняя поддержка стороны немцев после поражения в Первой Мировой войне, Скоропадский остался один на один с разъяренными массами, которых подняла на восстание Директория во главе с Симоном Петлюрой и Владимиром Винниченко. В течение месяца гетман Скоропадский потерял власть и бежал в Германию. Однако, Директория, которая триумфально вошла в Киев 14 декабря 1918 года за чуть более месяц потеряла контроль над ситуацией. Внешняя агрессии со стороны большевиков и Добровольческой армии во главе с генерал-лейтенантом Антоном Деникиным привела к коллапсу украинской государственности в 1919 году, поскольку оно оказалось без ресурсов, внутренней и внешней легитимности и внешней поддержки (17)

Сценарий управляемой дестабилизации с теми или иными вариациями, на наш взгляд, является наиболее вероятным в 2017 году. При этом наиболее высокую вероятность имеют варианты А1-А2, а к концу второй половины года увеличиваются перспективы варианта B с выходом на указанные развилки. Общая вероятность сценария управляемой дестабилизации 70-80%.

Сценарий №3. Неуправляемая дестабилизация

Киев постапокалипсис3

Данный сценарий подразумевает потерю контроля над процессами в стране со стороны управляющего центра, что приводит к росту влияния маргинальных, региональных субъектов политического процесса, которые действуют исходя из мотивации разрушения существующего статус-кво. Этот сценарий также включает вариант широкомасштабной агрессии извне, которая разрушает ее старую государственную организацию.

В данном сценарии на наш взгляд существует три возможных варианта:

Вариант 1. Геополитический, или внешняя агрессия.

Вариант 2. Региональный

Вариант 3. Восстание масс

Вариант 1. Геополитический, или внешняя агрессия.

Этот вариант является крайним развития глобального конфронтационного сценария G3, когда Россия начинает широкомасштабную эскалацию на Донбассе с параллельными ударами в Прибалтике или на Ближнем Востоке. Кремль пойдет на такой вариант в том случае, если ему не удастся достичь договоренностей с США и Европой, а исчерпание внутренних ресурсов поставит перед угрозой экономического коллапса. Тогда эскалация будет формой переключения внимание масс и элиты на внешние площадки. В этом случае Россия будет ставить задачу быстрого обрушения Украины посредством турборежима раскачки, сочетая комплекс мер силового давления на Донбассе с дестабилизацией ситуации внутри страны через своих агентов влияния.

В этом случае перед Украиной вырисовывается два подварианта, которые мы условно назовем «Польша 1939» — 3А1 и «Южная Корея 1953»- 3А2:

3А1 или «Польша 1939»: Быстрый коллапс государственности под внешними ударами РФ. Раздел украинского государства внешними игроками на сферы влияния. Россия при таком исходе событий попытается отрезать Украину от моря взяв под контроль юго-восток и обеспечив себе выход на границу с Молдовой и Румынией. Кремль вряд ли будет пытаться взять под контроль всю Украину, ему скорее будет выгодно подтолкнуть европейских соседей к разделу Украины, чтобы легитимизировать свои действия под вывеской гуманитарного кризиса, который требует немедленного вмешательства. Если Венгрия, Румыния или Польша пойдут на поводу этой стратегии, то тем самым запуститься мощный кризис внутри ЕС, поскольку актуализируются старые исторические обиды между европейскими странами. Украина в этом случае может сохраниться в формате куцого огрызка с ограниченными ресурсами и населением. Однако, на наш взгляд, такие действия будут настолько мощным вызовом для США, что Вашингтон не сможет проигнорировать такое развитие ситуации, потому появляются основания для следующего подварианта

3А2 или «Южная Корея 1953»: Эскалация конфликта на востоке может привести к тому, что Украина может потерять часть территории, как это произошло с Южной Корей в 1950 году, когда КНДР чуть не опрокинула Южную Корею в море. Это вызывает мобилизацию украинского государства под руководством либо действующего президента в формате С1, описанный в сценарии 2, либо вследствие переворота, который приводит более адекватную и жесткую команду. Администрация Трампа оказывает помощь оружием и финансами, как это было описано в глобальном сценарии G3 с одновременным введением жестких санкций против России. Спустя какое-то время ситуация стабизируется и между фиксируется новый статус-кво. Украина закрепляется на орбите Запада, возможно, ценой потери части территорий на востоке. Однако переформатирование государства в ходе конфронтационного сценария G3 позволяет сформировать более адаптивную модель, которая позволяет начать модернизацию общественных отношений и экономики.

Вариант 2. Региональный

Фискальный кризис в Украине создал предпосылки для появления напряжения между центром и регионами, что создает условия для потери управляемости при ускорении кризисных процессов.

Модель взаимодействия между центром и регионами, которая работала до этого заключалась в том, что центр через госбюджет обеспечивал потребности бюджетников на местах. В свою очередь, региональные элиты, которые контролировали черную коррупционную экономику (контрабанда, нелегальная добыча различного сырья (янтарь, уголь и т.д.), вырубка леса и пр.) были обязаны делиться коррупционной рентой с центром, либо его наместниками.

Сегодня такая модель начинается изменяться, поскольку у центр под тем или иным предлогом отказывается от своих обязательств финансировать потребности бюджетников из-за фискального кризиса. Киев говорит, что необходимо осуществлять децентрализацию и готов передать часть полномочий и сбор налогов на места. Однако, в реальности это заканчивается тем, что Киев прекращает финансирование бюджетных учреждений, что вызывает протесты на местах. Центр говорит, что это не его головная боль, поскольку он не имеет к этим проблемам какого-либо отношения после старта децентрализации.

Теоретически из конфликта центр-регионы достаточно легко выйти, если центр отдаст 60-70% налогов в регионы (выводя при этом теневую экономику на свет), оставив себе базовые функции: безопасность, арбитраж, стратегирование, стратегическую инфраструктуру. Но это нарушило базовый принцип государственной модели в Украине — перераспределение. Тот, кто перераспределяет бюджетные потоки, определяет кому сколько ресурса достанется, а поскольку ресурсы убывают из-за массы ограничителей и запретов, то конкуренция за них обостряется. Поэтому центр старается не отдавать самые важные потоки ресурсов, а все издержки (и ответственность) пытается переложить на регионы. При этом Киев требует от региональной элиты, чтобы та с ним делилась коррупционной рентой.

По факту получается, что региональные элиты оказались с проблемами бюджетников и необходимостью изыскивать средства. Бесспорно это не проблема для крупных городов, где уже накопились миллиарды излишков на казначейских счетах. Однако, для дотационных регионов эта проблема приобретает все более явственный характер (18).

Это создает предпосылки для бунта региональных элит в момент, когда они увидят слабость центральной власти. И на этих мотивациях могут сыграть внешние игроки, причем не только Россия. Данные тезисы касается, прежде всего, таких регионов как Закарпатье. В зоне риска могут оказаться Одесская, Черновицкая, Херсонская области. Этот вариант не является базовым, но он несет риски взрыва в момент наибольшей слабости вследствие сочетания других факторов.

Вариант 3. Спонтанное восстание масс

Это вариант социального взрыва из-за перенапряжения, когда людям на местах не некому обратиться, чтобы защитить свои права. Периодически в Украине случаются инциденты конфликтов с милицией-полицией, как это было во Врадиевке или Кривом Озере. Властям удавалось купировать подобные микро-конфликты после огромного медийного резонанса, но если не будет преодолен фискальный кризис, то напряжение будет увеличиваться. Поскольку микро-конфликты будут разрастаться, а на затыкание дыр у властей может просто не хватить ресурсов. При этом оппозиционные силы будут быстро садиться на такие темы, чтобы получить региональную поддержку. Этот вариант тоже не является базовым, но накладываясь на вариант 3B2, может взорвать ситуацию, как взорвала гетманат Скоропадского Директория.

На наш взгляд, вероятность сценария неуправляемой дестабилизации в 2017 году можно оценить 5-10%, поскольку

Выводы:

  1. В 2017 году кардинальное изменение внешнеполитической ситуации несет для Украины целый букет рисков к которым она в текущем состоянии не готова.

  2. Власти придется решать несколько ключевых задач: а) как покрыть негативное сальдо платежного баланса; б) как избежать навязывания кабальных условий Минска-2 и возврата в зону влияния России; в) как избежать социального взрыва в условиях поляризации настроений и ограниченных ресурсов.

  3. Заключение пакетных договоренностей между США и Россией не должно шокировать Украину. Это резко сократит пространство для маневра, но Украине нужно помнить, что ей нужно выигрывать время. Румыния в 1917 году фактически капитулировала перед Австро-Венгрией и Германией, но оттягивала официальную капитуляцию до последнего дня Первой мировой войны. А в последний день она выступила против Германии и по Трианонскому мирному договору как союзник Антанты в два раза расширила свои территории. Этот пример показывает, что мы не должны впадать в отчаяние от каждой перемены балансов на глобальном уровне.

  4. Постмайданному режиму Петра Порошенко будет крайне сложно сохранить стабильность в 2017 году, если не будет решена проблема внутренней легитимности или внешней поддержки.

  5. Сценарий управляемого хаоса будет базовым в 2017 году в Украине и приведет к досрочным выборам в парламент. Выборов в Верховную Раду будет трудно избежать из-за давления внешних игроков и роста «черных лебедей» в форме коррупционных скандалов и прочих неприятностей, которые нарастают из-за углубляющейся разбалансировки государства.

  6. Серьезная эскалация с Россией вряд ли будет вероятна до конца 2017 года, пока Кремль будет пытаться задействовать весь арсенал дипломатических средств с новой администрацией США.

  7. Перевод отношения Вашингтона из сценария «Миротворец» в сценарий «Прагматичный» будет увеличивать давление на Украину со стороны России. Сценарии «G1 Миротворец» и G2 «Прагматичный» будут базовыми в 2017 году.

Рекомендации:

Украина имеет не так много приемлимых вариантов выхода из ситуации с минимальными потерями для себя.

В случае реализации сценария «Миротворец» Украина должна быть готова предложить свой вариант выхода из ситуации, иначе ключевые игроки могут поставить ее перед фактом, как Чехословакию как в 1938 году Это могло бы быть предоставление Украине статуса нейтрального государства с соответствующими гарантиями в форме международного договора со стороны США, Европы и России. Этот договор должен был бы включить следующий пакет:

  1. Снятие Крыма с повестки дня и негласное признание де-факто его российским. Де-юре Крым должен быть за Украиной.

  2. Украина готова вернуть ЛДНР на условиях без Минска-2. Или ОРДЛО возвращаются на общих условиях, или пусть Россия сама их обеспечивает.

  3. Трехсторонний договор Украине с гарантиями безопасности от США, Европы и России. Предоставление нейтрального статуса.

  4. Открытие доступа на рынок России и Европы, после заключения договоренностей

  5. Введение безвизового режима с ЕС

  6. Техническая и финансовая помощь на восстановление пострадавших территорий со стороны Запада

В принципе именно о таком варианте говорили Збигнев Бжезинский (19) и Генри Киссинджер (20). Это так называемый австрийский вариант, который был реализован в 1955 году, когда СССР и США пришли к договоренностям относительно нейтралитета Австрии, как необходимому условию достижения паритета интересов в регионе. (21)

Ключевой проблемой при реализации такого варианта заключается как его подать украинцам со стороны власти. Не представляется как данная проблема может быть разрешена без переформатирования парламента, но это чревато ростом влияния пророссийских сил.

Другой приемлемый вариант для Украины привязан к противоположному сценарию — G3Конфронтационный», он был описан в форме варианта «Южная Корея 1953». Его несомненный минус — огромные издержки и человеческие вследствие эскалации с Россией.

Третий вариант тунисский, т. е. договоренности между ключевыми игроками и социальными группами о новых правилах игры, принятие новой Конституции, формирование технического правительства и запуск политической системы. Тунис пошел по такому пути в 2013 году (22). Однако, для этого придется предпринять усилия представителям городского среднего класса. Олигархи не могут договориться между собой. Им нужен арбитр, а им сможет стать только тот, кто сможет возвыситься до осознания интересов всех социальных групп от пенсионеров до олигархов. Через организацию среднего класса к позиции арбитра и новому общественному договору — вот путь, который выглядит более долгим и сложным, но по факту наименее затратный с точки зрения издержек и жертв.

Ссылки:

1.Легітимність // http://iphras.ru/elib/1641.html

2.Рапалльський мирний договір // https://uk.wikipedia.org/wiki/%D0%A0%D0%B0%D0%BF%D0%B0%D0%BB%D0%BB%D1%8C%D1%81%D1%8C%D0%BA%D0%B8%D0%B9_%D0%B4%D0%BE%D0%B3%D0%BE%D0%B2%D1%96%D1%80_(1922)

3. Економічні ресурси // http://abc.informbureau.com/html/yeiiiiexaneea_danodnu.html

4. Програма Трампа на перші 100 днів президентства https://www.facenews.ua/columns/2016/310207/

5 Трамп обещает прекратить политику интервенций //

http://www.dw.com/ru/%D1%82%D1%80%D0%B0%D0%BC%D0%BF-%D0%BE%D0%B1%D0%B5%D1%89%D0%B0%D0%B5%D1%82-%D0%BF%D1%80%D0%B5%D0%BA%D1%80%D0%B0%D1%82%D0%B8%D1%82%D1%8C-%D0%BF%D0%BE%D0%BB%D0%B8%D1%82%D0%B8%D0%BA%D1%83-%D0%B8%D0%BD%D1%82%D0%B5%D1%80%D0%B2%D0%B5%D0%BD%D1%86%D0%B8%D0%B9/a-36673698

6. Евросоюз резко увеличит расходы на оборону – СМИ // http://ru.golos.ua/suspilstvo/evrosoyuz_rezko_uvelichit_rashodyi_na_oboronu__smi_

7. Битва за Європу. Референдум в Італії //

Битва за Європу. Референдум в Італії

8. Russia should foot Syria reconstruction bill, European leaders say // https://www.theguardian.com/world/2016/nov/29/russia-should-foot-syria-reconstruction-bill-european-leaders-say

9. Платежный баланс Украины в январе-октябре сведен с профицитом 1,1 млрд долл // http://ubr.ua/finances/macroeconomics-ukraine/platejnyi-balans-ukrainy-sveden-s-proficitom-452630

10. Стивен Пайфер про те, що буде з нами у випадку відмови України від Мінських угод //

https://politeka.net/375508-chto-budet-s-ukrainoy-v-sluchae-otkaza-ot-minskikh-soglasheniy/

11. Бюджет-2017 в режиме демилитаризации http://www.ng.ru/economics/2016-10-31/4_6848_budget.html

12.ОПЕК приняла решение о сокращении добычи нефти. // http://oilnews.com.ua/a/news/Otkritiyu_sammita_OPEK_predshestvuyut_neformalnie_peregovori/225443

13. Юрий Романенко. «Вторая украинская республика: от рассвета до заката”

http://hvylya.net/interview/politics2/vtoraya-ukrainskaya-respublika-ot-rassveta-do-zakata.html

14. Сергій Дацюк. “Суть нинішьї політичної кризи” http://blogs.pravda.com.ua/authors/datsuk/56b9c58c2ec90/

15. Виталий Кулик «Олигархический консенсус и картельная партия»

http://glavred.info/avtorskie_kolonki/oligarhicheskiy-konsensus-i-kartelnaya-partiya-373091.html

16. Рада прийняла новий закон про режим воєнного стану http://www.unian.net/politics/1077004-vr-prinyala-zakon-o-pravovom-rejime-voennogo-polojeniya.html

18. Правительство готовится скинуть соцрасходы на местные бюджеты, где денег нет//

http://strana.ua/articles/analysis/43816-zrada-byudzhetoobrazuyushaya.html

17. Павел Скоропадский и наше время: уроки, которые мы так и не выучили http://hvylya.net/analytics/history/2010-06-29-00-58-28.html

19. Zbigniew Brzezinski ‘We Are Already In a Cold War’ http://www.spiegel.de/international/world/interview-with-zbigniew-brzezinski-on-russia-and-ukraine-a-1041795.html

20. Kissinger’s Vision for U.S.-Russia Relations //

http://nationalinterest.org/feature/kissingers-vision-us-russia-relations-15111

21. Нейтралитет Австрии — дитя холодной войны // http://www.ng.ru/courier/2002-11-18/13_austria.html

22. Три сценария будущего для Украины: сирийский, египетский и тунисский. http://hvylya.net/analytics/politics/tri-stsenariya-budushhego-dlya-ukrainyi-siriyskiy-egipetskiy-i-tunisskiy.html



# # # # # # # # # # # # # # # # # # # # # # # # # # # # # # # # # # # # # # # # # # # # # # # # # # # # # # # # # # # # # # # # # # # # # # # # # # # # # # # # # # # # # # # # # # # # # # # # # # # # # # # # # # # # # # # # # # # # # # # # # # # # # # # # # # # # #

Комментирование закрыто.