Об этом  «Хвилі» рассказывает руководитель Центра военно-политических исследований Дмитрий Тымчук.

— Пентагон разработал план действий на случай дестабилизации ситуации в Сирии, — в частности, США якобы будут вынуждены направить в страну своих военных для защиты складов с химоружием. Хотя в Пентагоне якобы признают, что вторжение в Сирию, в отличие от Ливии, будет «трудным»…

— Странное заявление. Начиная с конца: не припомню, чтобы американские войска вторгались в Ливию. Сообщения о действиях британского и других спецназов были, но назвать это «вторжением», честно говоря, сложно. У спецназа иные задачи, нежели захват и удержание территорий. Потому если в Пентагоне признают подобные вещи, то, во-первых, это крупный международный скандал: оказывается, США провели против Ливии сухопутную операцию, а никто и не заметил. А во-вторых, сама подобная формулировка означает, что США официально признают: они уже сейчас ставят целью вторжение в Сирию. Опять-таки скандал, и еще какой.

— Ну как же, вот ИТАР-ТАСС приводит слова главы комитета начальников штабов ВС США генерала Мартина Демпси: «Сирия — совсем другая страна с точки зрения как географии, так и возможностей ее военных. У них есть, к примеру, современная интегрированная система ПВО. У них есть химическое и бактериологическое оружие. Пока что они не выказывали намерений использовать данное оружие. Я думаю, что осуществить вторжение в Сирию будет очень трудно».

— А, ну так с этого и стоит начинать, что это сообщение российского информагентства ИТАР-ТАСС. Очевидно, трудности перевода. Речь не идет о «вторжении», то есть агрессии. Американцы не были бы американцами, если бы действовали столь топорно, как это им приписывает российская пропаганда, и принялись «вторгаться» в Сирию, проводя сухопутную операцию.

В этом плане, кстати, стоит заметить: Россия проиграла информационную войну за Сирию, едва ее начав. Россияне научились блестяще проводить информационно-психологические операции, но у них один недостаток: они действуют лишь в российской среде, да на часть населения отельных бывших постсоветских стран — в частности, Украины. На создание международного резонанса, формирование общественного мнения вдали от границ РФ у них пока силенок явно не хватает.

Здесь на самом деле все гораздо тоньше, это же очевидно. США вовсю используют инструментарий международных организаций, в первую очередь ООН. И сражение за резолюцию Совбеза ООН по Сирии, понятно, именно потому и было столь яростным — как и в случае с Ливией, Западу нужна легитимность действий против Асада. Конечно же, Пентагон может рассматривает вариант сухопутной операции — но в самом крайнем случае, и уж точно сегодня не признается в этом.

Пока мы видим точное повторения ливийского сценария — попытка выработать консолидированную позицию в ООН, чтобы под прикрытием обычных и уже поднадоевших «благородных» целей ввести определенные санкции против Асада. Далее сюжет понятен: удар по ПВО Сирии, командным пунктам, важным стратегическим объектам, дезорганизация системы управления вооруженными силами, а затем постепенное уничтожение очагов сопротивления и поддержка тактических успехов повстанцев.

— О чем же тогда сейчас ведут речь американцы?

— Российские СМИ просто малость переврали заявления американцев под заказ Кремля. Здесь речь идет о том, что делать после свержения Асада. Как видим, США под благовидным предлогом «сохранения безопасности» и взятия под контроль запасов сирийского химического оружия собираются провести нечто вроде «миротворческой» операции. Думаю, если войска НАТО вступят на сирийскую землю, то именно в этой роли, по мандату ООН — с целью «стабилизации ситуации» после победы повстанцев. Юридически назвать это вторжением будет невозможно. Кстати, выдавить из Совбеза ООН мандат на такую операцию после свержения Асада трудно не будет — здесь объективно нужно будет наводить порядок.

Очевидно, в случае с Сирией США хотят провести операцию, формат которой находится между форматами предыдущих операций в Ираке и Ливии. В Ираке они провели сухопутную операцию, взяли страну под свой контроль, сформировали правительство, обучили армию, а убедившись, что все налажено, как им надо, уходят из страны. Но это потребовало слишком много ресурсов и человеческих жертв среди самих американских солдат — при том, что западное общество очень болезненно воспринимает потери, особенно когда рядовым гражданам не особо понятны цели войны. Потому операция в Ливии проводилась по кардинально иным правилам — без сухопутной активной фазы.

Однако в Ливии после свержения Каддафи в итоге вышел иной эффект — повстанцы вышли из-под контроля и в стране началась анархия и правовой беспредел. Согласимся, трудно объяснять, что сражение идет за пресловутые права человека, если после войны с ними хуже, чем было при диктаторе. Да и кому нужна побежденная держава, если в ней невозможно контролировать ситуацию? Потому Пентагон, совершенно очевидно, рассматривает новый «гибридный» сценарий — активную фазу войны с Асадом проводить по ливийскому образцу, т.е. силами повстанцев с их поддержкой авиацией и высокоточным оружием. А после свержения Асада ввести в страну контингент и перейти к «иракскому варианту».

— Но если даже Россия проиграла информационную войну, у нее есть иные рычаги влияния на ситуацию…

Популярные статьи сейчас

Украина проиграла Австрии в третьем матче на Евро 2020

Кравец из «Квартала 95» показала редкие кадры с мужем и сыном

Под Киевом загорелся многоквартирный дом: видео

Каменских показала фото одесского отдыха с Потапом

Показать еще

— Вне всяких сомнений. Если бы не позиция России и Китая, американские «Томагавки» давно бы нашли свои цели в Сирии, это ясно. Но положение Москвы тоже двусмысленно. После ее поведения, точнее — молчаливого согласия с США и НАТО в случае с Каддафи (а ситуация, как помним, была практически аналогичной с нынешней сирийской), мало кто верит в чистоту помыслов Кремля. Действительно, с чего бы это — Каддафи сдали, а за такого же Асада вдруг поднялись горой? Для постороннего наблюдателя, даже не обремененного познаниями в геополитике, совершенно понятно, что Россия борется за свои интересы, а не за «справедливость» и «правду».

Здесь важен иной вопрос: как будут развиваться события, как будет реагировать Россия, если Запад с ней не договорится (а сейчас это уже трудно представить) и начнет операцию? Думаю, здесь сыграют роль два фактора: во-первых, нельзя начинать операцию до президентских выборов в России — на волне предвыборного пиара обитатели Кремля могут сделать самые непредсказуемые шаги. После выборов все будет намного проще.

А во-вторых, будет играть роль, сами США начнут самостоятельно проводить воздушную операцию «по оказанию помощи» повстанцам, или она будет проводиться силами НАТО. В последнем случае реакция Москвы будет менее жесткой — у европейцев есть чем поторговаться с россиянами и выторговать свержение Асада. Но в любом случае, будет интересно.