«Я порубил зелень, как красный комиссар жителей украинской деревни». Неосторожная острота Ивана Урганта вскрыла главное – Россия не «отпустила» Украину в категорию «другой страны», а Украина так и не научилась жить самодостаточно.

Ведущий программы «Смак», сам того не желая, попал в топы украинского яндекса. Его острота про шинковку овощей спровоцировала протесты украинской оппозиции и возмущенные комментарии украинцев в сети. Но удивляет как раз не это, а то, что никто не попытался понять, что именно обнаружил своей репризой российский шоумен

То, что шутка задела «политических украинцев» – неудивительно. В условиях полного отсутствия контроля над информационной повесткой страны (которой управляет Партия регионов – как страной, так и повесткой) нечаянные слова Урганта стали для оппозиционеров прекрасным поводом попасть в топы инфолент. Слово «нечаянные» не случайно – вряд ли Иван специально накануне всю ночь придумывал сравнение, чтобы затем блеснуть им в эфире.

Но важно не то, что Ургант сказал, а то, как его поняли по обе стороны границы. Потому что для российской столичной тусовки, которую сложно заподозрить в симпатиях к комиссарским методам, в этих словах звучала даже не шутка, а аллегория. Мол, мы же знаем, как вели себя большевики, знаем, что они в методах не стеснялись – так что уж тут скрывать: да, шинковали, да в мелкую стружку. Вот, мол, можем улыбнуться над темными страницами своей истории.

Их вполне можно понять. Ургант же не говорил про «хохлятскую деревушку» — не было в его фразе ничего уничижающего. Ни «саложеров», ни «коллаборационистов» — ничего того, что можно услышать от леонтьевых-жириновских во время их украинских каникул. Простая констатация факта: как красные комиссары – деревушку. Пошинковали. И Адабашьян поддакнул – да, мол, не вытираем нож, а чистим его от жителей деревни. Ха-ха

А вот стал бы смеяться Александр Артемович, если бы Ваня сказал, что он нарезал овощи как турецкая армия армян в 1915-м? Встрепенулся бы Берл Лазар, если бы в эфире Первого канала шутили про еврейское местечко и отряд карателей? Что-то мне подсказывает, что в этом случае мои московские знакомые скептически кривили бы губы уже не в адрес «обидчивых украинцев», а в адрес редакторов телеканала, пропустивших неоднозначную фразу на монтаже.

Где скрывается грань, отличающая допустимость первого варианта от недопустимости двух остальных? В какой момент беззлобно-ироничный отсыл к кровавым историческим реалиям становится крамолой и моветоном?

Возможно, главный водораздел кроется во вполне обыденном делении по линии «свой-чужой»

Иван Ургант мог бы пошутить в «Смаке» насчет голодающих Поволжья? Безусловно. Кто-то бы почесался после этого? Да ни в жизнь. Нет пространства для протеста в ситуации, когда один гражданин страны беззлобно иронизирует над событиями (пускай и печальными) истории своего собственного государства. В конце концов, не случайно в почившем уже «Прожекторепэрисхилтоне» Гарик Мартиросян фактом своего присутствия оправдывал шутки про жителей Закавказья. И нравы «Севкав-ТВ» обсмеивал тоже Михаил Галустян. Потому что иначе нельзя. Не комильфо. Не поймут.

И это правило знает редактор любой качественной юмористической программы. Про «своих» могут шутить только «свои». Про «чужих» — только те, кого объекты шуток воспринимают как «своих». А Ваню Урганта в Украине хоть и любят, но «своим» все же не считают. Поэтому украинцу Владимиру Зеленскому шутка бы сошла с рук. А его российскому коллеге по цеху – нет.

Возможно, что причина непонимания во всей этой ситуации как раз и кроется в том, что в России продолжают считать Украину – своей. Не проводя границ между историями двух стран. Не замечая того, что сегодня право на трактовку, обшучивание и интерпретацию украинской истории переехало в Киев. Как стала «заграничной» история Чехии, Финляндии или Азербайджана. А украинцы, это очень остро ощущают – и не менее остро реагируют, возмущаясь в твиттере и в комментариях. И не потому, что они «бандеровцы», а потому что речь про «их» деревеньки. И даже то, что «комиссары» тоже, скорее всего, украинские – сути дела не меняет

Хотя и это правдой будет лишь отчасти. Особенность Украины в том, что она не научилась главному критерию – самодостаточности. Пока ты оглядываешься на прошлое чаще, чем заглядываешь в будущее — будешь обречен внимательно читать по губам соседей, а любой наполовину заполненный стакан — старательно полагать наполовину пустым. Финны научились быть содержательными – их внутреннее наполнение достаточно самоценно, чтобы не обижаться на «Особенности национальной охоты». А Украина – пока еще – этим искусством не овладела.

Россия и Украина в одинаковой степени не научились жить порознь – как минимум в плане самоощущения. А потому Иван Ургант искренне не поймет, за что ему пришлось извиняться в твиттере. А его разочарованные поклонники в Украине не возьмут в толк то, почему их искреннее (и справедливое) возмущение не вызывает сочувствия на одной седьмой части суши. И все одинаково не хотят признаваться себе в том, что залеченные раны не болят лишь у здорового человека.
Источник: Росбалт 

Популярные статьи сейчас

В США предупредили Украину об угрозе нападения России

Названа дата возможного открытия КПВВ на Донбассе

Нацбанк придумал, как пополнить казну за счет украинцев

Украинцам объяснили, что влияет на размер пенсии

Показать еще