Цивилизационную смуту, ближайшим историческим аналогом которой была Тридцатилетняя война, прогнозирую больше десяти лет. За это время предстоящая смута была максимально теоретически и прогнозно детализирована по территориальному и отраслевому параметрам и масштабу событий, которые будут происходить.

Начиная с 2008 года правительства всех ведущих стран, в надежде продлить модерн, как фазу ускоренного интенсивного цивилизационного развития, титаническими усилиями удерживали ситуацию под контролем, чтобы не допустить начала масштабной цивилизационной смуты, однако:

  • ускорения научно-технического и культурного развития так и не произошло;
  • вторичный модерн Китая и ряда других стран также завершается. Эти страны из двигателя мировой экономики постепенно превращаются в её тормоз;
  • резервы, задействованные для удержания ситуации, не только практически полностью использованы, но и негативное влияние их побочного действия стало преобладать над позитивным эффектом.

Одновременно с этим «семимильными шагами» начала распространяться регионализация, как процесс обратный глобализации. Даже те, кто 3-4 года назад в стиле «кораблей, бороздящих просторы вселенной» рассуждал о новом витке глобализации, поняли, что это «жжж» неспроста». Мой вывод о завершении глобализации был опубликован в 2008 году. А сам процесс регионализации, скорее всего, начался несколько раньше, просто цивилизационные процессы обладают большой инерцией, в силу которой сложно отследить время их начала. Сейчас мало кто себе представляет и сроки регионализации и её предельный уровень, но очевидно, что регионализация стала одной из важнейших причин, которая больше не позволяет удерживать ситуацию.

Для начала Второй Тридцатилетней войны нужен повод. При невозможности дальше удерживать ситуацию, поводом может стать мало значимое, но символическое событие. Протестантские дворяне выбросили из окон Пражского града наместников католического императора и это стало поводом для самой масштабной в истории цивилизационной смуты. Понятно, что поводы не прогнозируются, поэтому вместо копания в деталях рассмотрим картину, сложившеюся по итогам 2019 года. Некоторые элементы этой картины:

  • Снижение темпов роста мировой экономики в целом. При том, что в Италии и Франции уже рецессия. В Японии возможно рецессия. А в Германии масштабное падение промышленного производства.
  • Рост задолженности и бюджетных дефицитов на всех уровнях.
  • Рост пузырей на фондовых и товарных рынках.
  • Всё более опережающий рост денежной базы по отношению к росту ВВП.
  • Торговые войны и рост протекционизма.
  • Потеря эффективности традиционных регуляторных практик ФРС и центробанков ведущих стран.
  • Рост стоимости золота сделал сравнительно мало эффективными другие инвестиции и создал реальную альтернативу фиатным валютам.
  • Резкий рост массовых гражданских протестов по всему миру.
  • Обострение практически всех региональных войн и конфликтов, рост беженцев и мигрантов. Значительный и повсеместный рост военных расходов.

Опережающий рост цен на продовольствие.

  • Практически полная потеря эффективности международных организаций. Международного права, по сути, больше нет.
  • Традиционные геополитические, экономические и военные союзы, существовавшие много десятилетий, также теряют свою эффективность
  • Противоречия внутри большинства стран не менее острые, чем между странами. Некоторые, ранее великие страны, уже перестали быть таковыми.
  • Рост вероятности прихода радикалов ко власти во вчера ещё казавшихся стабильными странах, на фоне роста социальных диспропорций и снижения социальной ориентированности государственных расходов.

В итоге, к началу 2020 года резервы, позволяющие удерживать ситуацию были практически исчерпаны. Создалась иллюзия, что умеренный контролируемый обвальчик, с одной стороны неизбежен, а с другой стороны позволит снова восстановить контроль над ситуацией с перспективой её дальнейшего улучшения. Конечно кое-кто понимал, что иллюзия контролируемого обвальчика может в конечном итоге дорого обойтись, но выбора особого не было. На оси между «надежда, как глупое чувство» от одного литературного персонажа до «надеяться изо всех сил» от другого даже самые закоренелые скептики оказываются в зоне положительной надежды. В конце концов, думали они, если повезло в 2008 году, то почему не может повезти сейчас?  В 1618 году игравшие в национальный чешский вид спорта под названием «дефенестрация» тоже не думали, что это будет началом для тридцатилетней мировой смуты. Кстати, слово «дефенестрация» не происходит от слова «феня» . Дефенестрация — это акт выброса кого-то из окна. Инцидент в Пражском Граде в 1618 году, стал искрой, которая начала Тридцатилетнюю войну. Осталось найти приемлемый повод для обвальчика. Желательно не у себя в стране и желательно без жесткого военного обострения.

И когда только ленивый не прогнозировал рецессию на предстоящий год в Китае началась эпидемия коронавируса…

Специалистов по вирусной микробиологии так мало в сравнении с финансовыми, политическими и военными экспертами и все они сейчас настолько заняты, что общественное мнение формируют не они. Также следует учитывать, что авторитет науки сейчас прогнозируемо резко снизился, а иррациональность массового сознания резко повысилась. Поэтому, является коронавирус  поводом или нет, решали не вирусологи и не так любимые конспирологами злодеи мирового закулисья, а массы менеджеров по закупке. Столкнувшись с первыми не поставками китайского сырья, полуфабрикатов, комплектующих и готовых товаров, именно они сформировали коронавирус, как повод для обвала. Китайцы проявили импровизацию —  пустые фабрики объявили работающими в режиме простоя, но это мало помогло. Менеджеры по закупкам сначала «по сусекам поскребли, по амбарам помели», в смысле выбрали товарные остатки на своих рынках. Затем скупили поставки на идущих в океане судах. После этого, где это возможно, срочно начали искать альтернативу китайскому импорту. В том, числе и в богом забытой и многими экспертами похороненной Украине. Закупить более качественную украинскую обувь можно быстро и дешево. Оформить заказы на комплектующие на  машиностроительных предприятиях несколько дольше, но это всё равно лучше, чем условному европейскому производителю продолжать работать в режиме простоя. Дальнейший ход событий пока не всем очевиден – выведенные из Китая заказы и производства больше не вернутся в Китай!

У меня есть тренинг по долгосрочным тенденциям развития Китая. Поэтому мало комментирую китайскую тему. Но прогноз закрытия всемирной китайской фабрики был обнародован ещё во времена, когда большинство повторяло мантру о том, что «экономически и геополитический центр мира перемещается в азиатско-тихоокеанский регион». Согласно этому прогнозу выводимые из Китая производства не вернутся ни в США, ни в большинство стран западной Европы, а будут распределяться по большому числу стран с благоприятными перспективами. Сейчас мы и наблюдаем процесс закрытия китайской мировой фабрики. Популяризаторы и ретрансляторы стереотипов, т.е. современные пропагандисты и агитаторы, могут смело прекращать громко восторгаться достижениями Китая и его перспективами. Но ведь масштабные эпидемии заведомо не прогнозируются, скажете вы. Это смотря на каком масштабе прогнозировать. Цитирую свой базовый прогноз 2009 года – «Большинство людских потерь было не среди военных и даже не в результате непосредственно боевых действий – огромное количество людей умерли от эпидемий, природных катастроф, последствий экономических блокад и разрушения сложившихся хозяйственных связей.» Эпидемии всегда были в числе основных поражающих факторов любой смуты, гораздо более разрушительным, чем прямые военные потери. А коронавирус  — это только повод. К сожалению, не последняя и далеко не самая масштабная по потерям эпидемия начинающейся Второй Тридцатилетней войны.

Не было бы коронавируса был бы другой повод. В качестве альтернативного поводов можно привести речи Помпео и Эспера на Мюнхенской конференции. На пару они сделали вариацию на тему Фултонской речи Черчилля, с которой началась Холодная война. Определили новую ось зла в виде трёх стран, которым собрались противостоять. Но коронавирус для всех является гораздо более удобным поводом для обвальчика. В том числе, как ни странно, для многих в самом Китае. А о том, что контролируемый обвальчик превратится в смуту они не понимают. Как не понимали мы в 1991 году последствий распада СССР.

Как это проверить? Прогнозным путём! Главный прогноз — ключевые показатели развития 2019 года не будут достигнуты в течение нескольких десятилетий! В 1991 года мы наблюдали закат социализма, сейчас наблюдаем закат капитализма, остатков демократии, либерализма, развитой рыночной экономики и прав человека. Но не везде, а в жестко неблагоприятных странах. С цивилизационной точки зрения это аналогичные процессы. В качестве глобальной иллюстрации предстоящей смуты, посмотрите на динамику ВВП Украины в постоянных ценах по паритету покупательной способности.

Для Украины это иллюстрация историческая, а для всего мира она прогнозная, в первом приближении. В этом графике следует сделать поправку на то, что украинская смута была во многом смягчена остальным миром, а смягчать мировую смуту будет уже некому. Поэтому среднемировое падение будет более жестким, чем постсоветское в Украине.

Популярные статьи сейчас

В Италии третий день подряд падает число тяжелобольных COVID-19

Кризис 2020 и контуры будущего человечества

Пенсионерам разъяснили, кто имеет право на надбавки

Переболевший COVID-19 Шахов огорошил заявлением о происхождении вируса

Показать еще

В общем, изучайте теорию, отраслевую и территориальную детализацию и прогнозы Второй Тридцатилетней войны и не говорите, что это не прогнозировалось и вообще – никогда такого не было и, вот, опять.

—————————————————————————————————————————

О перспективах Украины в этом контексте. Смотрите беседу Юрия Романенко и Руслана Бизяева. 

Подписывайтесь на канал «Хвилі» в Telegram, на канал «Хвилі» в Youtube, страницу «Хвилі» в Facebook,  на страницу Хвилі в Instagram.