«Мы, Народы Интремариума, дабы гарантировать свободы наших граждан, защитить их благополучие и процветание, обеспечить прогресс и развитие, создать общую защиту от внешних угроз и увеличить вес наших стран в мире — как всех вместе, так и каждой в частности — создаем данный союз свободных наций и постановляем…»

Эти или схожие слова смогут однажды заложить основу новой реальности в Центральной и Восточной Европе (ЦВЕ). Идея Интермариума — конфедерации центрально- и восточноевропейских государств, лежащих между Германией и Россией — продолжает покорять умы аналитиков как внутри, так и вне нашего региона. Данная статья направлена на рассмотрение одного из возможных сценариев практического воплощения этой идеи.

Кто? Из каких стран сформируется Интермариум

Существует множество подходов к определению географии основных участников, заинтересованных в появлении Интермариума и имеющих внутренние предпосылки к участию в нем. Джонатан Леви из Университета Цинциннати в своей диссертации «Интермариум: Уилсон, Мэдисон и Центрально-Восточноевропейский Федерализм» (1) отталкивается от исторических прообразов Интермариума в виде Прометеевой Лиги и идей Межморья Юзефа Пилсудского, которые охватывали все народы между тремя морями (Балтийским, Адриатическим и Черным) от белорусов и украинцев до сербов и хорватов. Другие авторы, такие как профессор Марек Ходакевич в книге «Интермариум: земля между Балтийским и Черным морями» (2), делают акцент, преимущественно, на государствах, территории которых входили некогда в Речь Посполитую (хоть и не отрицает роль карпатско-балканского региона).

С нашей точки зрения, ни один из этих подходов не является оптимальным, хотя аргументация д-ра Леви выглядит более универсальной и системной. В вопросах Интермариума предметный разговор может вестись исключительно об исходной точке, минимально возможной комбинации стран, совокупность которых делает цели и задачи Интермариума достижимыми. Конечные же границы Интермариума являются величиной условной и зависят от множества переменных факторов, а потому нет смысла превращать их в идею фикс.

Историческими предтечами Интермариума, безусловно, являлись две сетевые монархии региона, развивавшиеся под сильным влиянием духа парламентаризма (часто через столкновение с ним): Речь Посполитая и Австро-Венгрия. Обе стали первыми попытками нахождения формулы политического строительства в многонациональной среде Межморья, но их функциональность была ограничена недоразвитостью государственного понятийного аппарата того времени, а также окружавшей их средой монархического абсолютизма, влиявшего на мировоззрение правящих династий. Другими словами — их время еще не пришло. Вторым, и вероятно более существенным, фактором была «месть географии» используя терминологию Роберта Каплана в его одноименной книге (3). То есть обе монархии, ставившие своей целью создание устойчивого политического организма в Интермариуме, не смогли охватить территорию, требуемую для политического долгожительства и геопилитической устойчивости. Отсутствие трудноблокируемого выхода к морям, отсутствие четкого географического козыря в виде контроля над определенными транспортными корридорами, «угловое» положение на карте Европы предопределили уязвимую роль данных политических образований в долгосрочной перспективе.

Исходя из вышесказанного, попробуем определиться с минимально возможной комбинацией стран, договор между которыми способен породить устойчивый Интермариум. Для этого сперва определимся с главными задачами Интермариума в современном мире. Их всего несколько, но они должны быть четко и непротиворечиво определены:

1) Внешняя политика (геополитический вес союза в глобализированном мире, прежде всего, через общий голос в международных организациях вроде G20, ООН, ЕС и т.д.)

2) Оборонная политика (включая совместное глобальное проецирование силы)

3) Энергетическая безопасность

4) Инфраструктурные проекты

В качестве геополитического субъекта Интермариуму, в первую очередь, необходим элементарный людской и, соответственно, рыночный вес. Это условие недостаточное, но необходимое. В современном мире ориентировочной величиной такого веса является уровень порядка 150 миллионов человек, что примерно соответствует размеру России (144 млн) или фанко-немецкого дуета (146 млн), а также сопостовим с Бразилией (201 млн). Любая величина заметно ниже этого уровня априори делает «большую игру» недоступной для предлагаемого объединения, снимает его как адекватного контрагента во взаимоотношениях с иными субъектами, тем самым делая саму попытку создания Интермариума бессмысленной.

 

Популярные статьи сейчас

В Киеве показали очереди в лабораторию за тестом на коронавирус

Украинцам объяснили особенности использования одногривневых монет старого образца

Журналисты выяснили, кто в России производит "Новичок", которым отравили Навального

Аваков обратился к украинцам накануне выборов: видео

Показать еще

По определению, именно компромисс между крупнейшими странами региона, такими как Украина, Польша и Румыния, станет определяющим в вопросе быть Интермариуму или нет. Еще одной, в чем-то менее очевидной, силой Интермариума, является Венгрия «председательствующая» над 11-ю миллионами венгров, разбросанных по различным странам региона, и имеющая через них своеобразный “блокирующий рычаг” в региональных вопросах Межморья. Данная комбинация из четырех основополагающих стран, которые пока еще только должны осознать свою историческую ответственность за судьбу всего региона, представляет собой квартет, сочетающий две «старые» силы — Польшу и Венгрию, и две «новые» — Украину и Румынию, копромисс между которыми является залогом гармонично звучащей симфонии Межморья.

 

Вторую группу основателей составляют своеобразные страны-коннекторы. Их участие не является фундаментальным для Интермариума, но без них устойчивый Интермариум невозможен, как кирпичная стена невозможна без цементного раствора. Это Словакия и Беларусь. Именно эти две страны обеспечивают необходимую «сцепку» между различными частями Интермариума, сглаживая определенные противоречия, внося дополнительный баланс и замыкая транспортные коридоры. Именно Беларусь делает украино-польский союз органично законченным, в котором не происходит отчуждения ни Юго-Востока Украины, ни Северо-Запада Польши. Именно вовлечение и заинтересованность Словакии создает основу для баланса в карпатском регионе и позволяет Интермариуму подняться на уровень глобальных вопросов вместо сползания в региональные склоки. С Беларусью и Словакией Интермариум — глобальный игрок; без них — временный клуб.

 

Свою собственную отдельную категорию составляет Хорватия. Эта страна имеет принципиальное значение для самого существования Интермариума по целому ряду причин. Ключевых из них две: энергетическая безопасность всего союза и выход к Адриатике. Вопросы энергетической безопасности становятся понятны, если взглянуть на карту газовых потоков (разумеется, автономная газификация тут не рассматривается).

Без смычки с Адриатикой невозможен эффективный контроль над энергопотоками в Европу через Балканы (российский Южный Поток, потенциальные поставки с Ближнего Востока, и т.д.). Участие Хорватии и Венгрии нивелирует попытки обойти Украину. Именно принципиальная позиция Хорватии стала в свое время камнем преткновения для Газпрома в его стратегии «разделяй и властвуй». В дополнение, Хорватия — это источник сжиженного газа через СПГ терминал Adria LNG на острове Крк. Наконец, Хорватия — это выход к Адриатике через строящийся второй по величине торговый порт Средиземноморья в Риеке и бывшую главную военно-морскую базу Югославии в Сплите. Морской доступ для Интермариума через польскую Балтику и Черноморье является легко блокируемым и требует диверсификации через более свободный выход в Средиземноморье. Хорватия — это ключ от независимости Интермариума.

 

Наконец, Чехия. С геополитической точки зрения ее участие не столь важно и без нее, вероятно, данный союз сможет состоятьстя. Однако, специфика развития чешского бизнеса, ориентированного на страны Интермариума, а также прогрессивные чешские ценностные ориентиры делают ее уникальным балансирующим элементом в общей структуре. Если взглянуть на данные Исследования мировых ценностей (4), то становится видно, что именно Чехия помогает уравновесить Интермариум как по линии религиозных ценностей против рациональных, так и по линии самовыражения против общественной доминанты, делая Интермариум идеально сбалансированным. Если убрать Чехию из первоначальной формулы Интермариума, то данный блок окажется сильно перекошен в консервативно-религиозную сторону со склонностью к государственному диктату.

Источник: World Values Survey (1999-2004)

 

Итого, Конфедерация Интермариума должна привести к общему знаменателю 8 стран для того, чтобы возникнуть в качестве устойчивого субъекта мировой политики: Украину, Польшу, Румынию, Венгрию, Словакию, Беларусь, Хорватию и Чехию (участие Молдовы в данных условиях будет весьма вероятным). Население Конфедерации Интермариума составит 147 миллионов человек, что превзойдет население России. По уровню ВВП в сопоставимых ценах Интермариум будет на уровне России и Бразилии ($2,3 трлн против $2,5 и $2,3 трлн соответственно), а при будущем выравнивании подушевого продукта на среднем уровне Венгрии данный показатель имеет потенциал оказаться значительно ближе к Германии ($2,9 тлрн против $3,1 трлн), что отражает перспективы развития, в первую очередь, за счет поднятия Украины.

Как? Шаги на пути к созданию Интермариума.

 

Конфедериция Интермариума не должна рассматриваться через противопоставление Европейскому Союзу, либо российским интеграционным объединениям, поскольку в среднесрочной перспективе главный акцент в ее деятельности будет на вопросах, не противоречащих другим, уже существующим, союзам и потому может реализовываться параллельно с ними. Более того, в долгосрочном разрезе конфедерация также должна работать в тесном сотрудничестве со странами Западной Европы и Россией через различные организации, чтобы строить общеевропейский дом, возможно даже выступать лидером этих процессов.

 

Тем не менее, восприятие, зачастую, является важнее, чем сама реальность. А потому нельзя не признать тот факт, что внимание к идее Интермариума будет усиливаться одновременно с кризисными явлениями в ЕС и России, с усилением поиска третьего, независимого пути для народов Межморья. Чем хуже будут дела в России и ЕС, тем сильнее будет давление с двух сторон на формирование собственного самодостаточного ядра в Интермариуме. Ядра, которое сможет учиться на ошибках соседей.

Основные области сотрудничества, которые должны заложить основу Интермариума, сводятся к следующим:

1) Региональная кооперация внутри мини-блоков

Примером является Вышеградская группа, объединяющая Польшу, Чехию, Венгрию и Словакию. Изначально данная группа создавалась как клуб пост-социалистических стран, находящихся на пути в ЕС. Но позже ее функционал стал расширяться. Следующим заметным шагом ожидается создание Вышеградской боевой группы (при сотрудничестве, но вне юрисдикции НАТО) к 2016-му году.

Расширяющиеся контакты между Вышеградской группой и Украиной являются наиболее закономерным и позитивным примером ее эволюции. Возможно, именно из данного тренда сможет выработаться общий голос стран Центральной и Восточной Европы в международных институтах. Ведь сегодня страны ЦВЕ не представлены на целом ряде уровней. Взять, к примеру, встречи Большой Двадцатки (G20). На них не присутствует ни единой восточноевропейской страны. В результате, интересы Интермариума в подобных глобальных институтах в теории ретранслируются либо через Брюссель, либо через Москву, а в реальности вообще отсутствуют в поле зрения.

2) Энергетическая кооперация

Восемь вышеназванных стран должны сесть за один стол и установить общую энергетическую стратегию в регионе, а также механизмы и институты ее воплощения. В первую очередь, речь идет о диверсификации источников поставок энергоносителей, а также о создании универсальной всеохватывающей сети по их распределению. Парадоксально, но элементарное отсутствие путей доставки (нефте- и газопроводов, линий электропередач, и т.д.) внутри Интермариума является кючевым фактором, сдерживающим конкурентную среду на рынке, а вовсе не зависимость от России. Старая инфраструктура была спланирована исключительно для тривиальных потоков с востока на запад. Возможность для их движения с севера на юг, а также в реверсном режиме изменит ситуацию самым кардинальным образом. Элементы такого планирования и инвестиций уже прорабатываются в Вышеградской группе и они должны быть расширены на весь Интермариум

Только когда весь Интермариум превратится в одну большую замкнутую энергетическую сеть с множественными смычками и возможностями входа в нее (включая доступ к СПГ терминалам), только тогда политика энергетического шантажа станет невозможной ни для Газпрома, ни для кого другого. А это основа независимости Интермариума, а также каждой его отдельной страны

3) Трансграничное сотрудничество

Данная форма остается на уровне вялых попыток уже многие годы хотя обладает колоссальным потенциалом. И проблема заключается в том, что любые трансграничные проекты вплетены в более сложные внутренние национальные процессы стран-участниц. Эти процессы, правила и формальности висят на трансграничном сотрудничестве, как колодки на ногах у каторжника. Необходимо оторвать трансграничное сотрудничество от национальнтых оков и создать для него условия наибольшего благоприятствования. Примером таких условий должны стать специальные трансграничные инвестиционные парки.

Инициатива по созданию подобных трансграничных инвестиционных парков (или зон) должна принадлежать Беларуси и Украине. Именно они имеют максимальный запас гибкости, чтобы данные зоны создать в приграничных районах на своей территории при условии поддержки и участии со стороны стран Интермариума, входящих в ЕС.

В таких условиях наличие границы с ЕС становится вовсе не препятствием, а благом. Ограничивая перемещение людей, товаров и капиталов граница с ЕС может помочь направить эти потоки в определенные сфокусированные точки, находящиеся к тому же на территориях Украины и Беларуси. Поддержка и гарантии со стороны шести стран ЕС обеспечат свободный доступ из этих зон на рынок ЕС. Таким образом, трансграничные парки станут местом встречи европейских инвестиций и рабочей силы и ресурсов Днепровской группы (Беларуси и Украины). Точно так же, как специальная экономическая зона в Шанхае стала, по словам Дэн Сяопина, «головой дракона», так и данные зоны станут локомотивами сперва экономической, а позже и политической трансформации на северных и южных берегах Днепра.

Что? Какую итоговую форму должна принять конфедерация?

Конфедерация — слово расплывчатое и может подразумевать множество различных форм. В применении к Интермариуму речь идет о той, которую можно описать одним современным словом — Сеть.

Так уж получилось, что создание чего-либо централизованного в Межморье не возможно по целому ряду исторических причин. Над этим трудились спева наши враги. А после уже мы сами строили свои нации-государства, которые, как крепкие орешки, пережили все навалы и невзгоды и продолжают формироваться не смотря на видимую волатильность. Ранне наша разобщенность была основой слабости региона, его несубъектности. Но сегодня именно эта разобщенность и нуклеарность наций-государств является потенциальным источником силы региона, устремленной в будущее, его конкурентным преимуществом. В век, когда централизованные системы трещат по швам, открывается цивилизационная дорога для новых сетевых образований, более живучих, более гибких (вернее, антихрупких, пользуясь определением из бестселлера Нассима Талеба (5)), которые идут на смену вымирающим неоимперским динозаврам.  Развитие технологий — как компьютерных, так и социальных — развитие интернета и социальных сетей не только создали базу для появления сетей политических, но, главное, усилили наш понятийный аппарат в отношении того, как такие сети могут и должны функционировать.

Сеть-Интермариум не противостоит нациям-государствам, как это делает ЕС, либо неоимперская Россия. Наоборот, для сети крепкие нации-государства — это ее строительные кирпичики, на которых она возводится; а здоровый национализм — это механизм их честного и понятного взаимодействия. Сеть является гораздо устойчивее централизованных систем, поскольку лучше приспособлена выдерживать структурные сбои. В ней нет испочника политического диктата, а есть лишь простые, но четко обозначенные общие правила игры, равные для всех. Никаких скошенных углов, никаких маленьких привелегий для более равных. В ней нет доминантного центра, подверженного коррупции, а есть взаимозаменяемые передаточные узлы разных уровней (в том числе и крупные), которые дополняют и уравновешивают национальный компонент (как, к примеру, это смогут делать описанные выше трансграничные инвестиционные зоны). Сеть не делает из территории фетиша. Ее правила обеспечивают понятный механизм как входа, так и выхода из сети, и реакции внутри сети на эти изменения.

Ранним примером антихрупкой политической сети, как описано у того же Н. Талеба (5), является Гельветская Конфедерация, более известная как Швейцария. Никто никогда не ассоциирует Швейцарию и ее мировое влияние с «бернской закулисой» или с “железной рукой” знаменитого швейцарского коллективного президентства, где главой государства является семь человек сразу — так называемый Швейцарский федеральный совет. Нет, Швейцарию ассоциируют, прежде всего, со швейцарскими правилами игры: четкими и незыблемыми. Потеря или добавление кантона, сильная или слабая личность во главе страны, мировые кризисы различных порядков — ничего этого не оказывает принципиального значения на развитие Швейцарии в длительной перспективе. Сетевое устроиство Швейцарии способно абсорбировать удары самой различной силы, которые могли бы надломить хребет любой существующей «сверхдержавы».

В условиях Интермариума мы должны взять лучшее из опыта существования Швейцарии, из принципов учреждения США первыми тринадцатью штатами, из элементов федеральной немецкой системы, помножить эти знания на современное понимание работы социальных и информационных сетей, и вынести полученный результат на глобальный уровень в виде нового геополитического объединения, которое станет шаблоном для эволюции международных отношений внутри всей Европы.

Выводы

1) Для самоорганизации Интермариума в геополитический субъект необходим первоначальный компромисс между восьмью центрально- и восточноевропейскими странами — Украиной, Польшей, Венгрией, Румынией, Хорватией, Беларусью, Словакией и Чехией — который установит исходные правила игры нового союза.

2) Подписание подобного союза является среднесрочной целью, которой должна предшествовать региональная кооперация по следующим направлениям: развитие локальных блоков, энергетическая кооперация, трансграничные инвестиционные зоны.

3) Главные задачи итоговой конфедерации должны свестись к четырем четко обозначенным функциям:

i) Общая внешняя политика

ii) Общая военная политика

iii) Единый энергетический рынок

iv) Общие инфраструктурные проекты

4) Формой организации конфедерации должна стать политическая Сеть, основанная на сочетании национальных государств и транснациональных узлов. Механизм принятия решений внутри сети должен быть основан на четко обозначенных правилах и являться продуктом реакции сети на влияние извне, а не объектом длительных внутренних споров. Каждый член сети должен иметь ясные правила и порядок входа-выхода из сети, неся при этом соответствующие риски и затраты, сравни входу-выходу инвестора из инвест-проекта.

5) Главная цель Конфедерации Интермариума — это превращение региона из объекта в субъект мировой политики, сопоставимый с основными глобальными игроками, в период, когда процессы глобализации сменяются усилением региональных блоков. Конфедерация Интермариума должна иметь достаточный потенциал для конкурентной борьбы за лидерство в Западной цивилизации. Любая цель меньше этой делает усилия по созданию Интермариума бессмысленными.

—————————————

Список литературы:

1) The Intermarium: Wilson, Madison, & East Central European Federalism, Jonathan Levy, Dissertation.Com (June 6, 2007)

2) Intermarium: The Land between the Black and Baltic Seas, Marek Jan Chodakiewicz, Transaction Publishers (October 17, 2012)

3) The Revenge of Geography: What the Map Tells Us About Coming Conflicts and the Battle Against Fate, Robert D. Kaplan, Random House (September 11, 2012)

4) World Values Survey, the Inglehart–Welzel Cultural Map, 1999-2004

5) Antifragile: Things That Gain from Disorder, Nassim Nicholas Taleb, Random House (November 27, 2012)

Изображение: «Рождение русалки», автор  SweediesArt