Я прекрасно понимаю, что прощение неприемлемо для меня; может быть, лет через сто и будет возможно, но не теперь.

Малиновский Р.В.

Новогодний подарок

29 декабря прошлого года Верховный Суд Российской Федерации постановил реабилитировать Романа Вацлавовича Малиновского, осуждённого и поспешно расстрелянного в Кремле 5 ноября 1918 года. Почему спешили тогда, понятно: через два дня предстояло праздновать первую годовщину великой революции, что предполагало амнистию. А Малиновского никак нельзя было оставить в живых. Спешили так серьёзно, что «о дне слушания дела» адвокат «узнал только вчера, 4 ноября, не раньше как около 6 часов вечера, поэтому он не имел физической возможности ознакомиться с делом» (1, 180).

Почему вдруг заспешила российская Фемида, которую судьба гражданина Малиновского не интересовала 103 года, - загадка. Если б тремя годами ранее, можно было бы предположить, что это – юбилейная акция, к столетию расстрела. Если б мы были юмористами, то могли бы предположить, что Верховный Суд России руководствовался целью «восстановления исторической правды». Но это только в том случае, если б мы были юмористами. Потому что в аккурат накануне, - 28 декабря, - этот же Суд ликвидировал «Мемориал» - организацию, занимавшуюся «увековечиванием памяти жертв политических репрессий и восстановлением исторической правды» (согласно Устава). Совсем не похож на юмориста и судья Владимир Модестович Кулябин (2). Ну и, поскольку «ничто не возникает из ничего», нам остаётся только поискать причин…

В контексте

Как мы видим из «Карточки производства», дело поступило в Верховный Суд РФ 3-го декабря, и было закрыто 29-го. Что в это время происходило в России? Россия готовилась к вторжению в Украину. Если тут есть какая-то связь, то понятно, что вынести постановление было необходимо до того как. А связь, похоже, что есть…

Профессия – провокатор

Выше мы уже говорили, что Малиновского нельзя было оставить в живых. Он слишком много знал, поскольку работал одновременно на двух хозяев.

Провокаторство тогда, как и сейчас, было явлением обыденным. По информации первого послереволюционного хранителя этих архивов «в секретном фонде охранки содержалось от тридцати до сорока тысяч досье агентов, действовавших за последние двадцать лет». Далеко не все эти агенты были людьми рядовыми. Виктор Серж, со ссылкой на историка Щеголева, рассказал «о случае, произошедшем в одном поволжском городе. Комиссия, в которую входили известные члены партий левого спектра, допрашивала высокопоставленных чинов имперской полиции, в частности, о провокаторстве. Глава политического сыска извинился, что не может назвать двух своих бывших агентов, так как они входят в состав данной комиссии» (3, 120).

И в дореволюционной, и в современной России специалисты заботились о карьере своих протеже, которым иногда поручалось, буквально, творить историю. Например, директор департамента полиции С.П. Белецкий поручил своему агенту внести весомый вклад в будущую «Историю КПСС». Вот как об этом рассказывают современные историки: «Генеральный замысел Белецкого заключался в том, чтобы не допустить консолидации РСДРП. Желая ослабить силы революции, лица, возглавлявшие департамент полиции, полагали, что в интересах правительства сохранить и углубить раздробленность социал-демократического движения. Руководствуясь этой установкой, следовало парализовать любые шаги к сближению социал-демократов разного толка» (1, 16-17). С целью реализации задуманного, - рассказал в июне 1917-го Комиссии Временного правительства сам Белецкий, - агенту Малиновскому было поручено «войти в доверие к Ленину, остановить на себе внимание, как его, так и окружающих г. Ульянова лиц, собрать как можно точнее справки о задачах момента и произвести своими выступлениями известное впечатление в свою пользу» (1, 104). Агент выполнил это задание блестяще, вследствие чего был рекомендован Лениным для избрания в IV Государственную думу. Со своей стороны «охранка» приняла меры к устранению обстоятельств и личностей, могущих воспрепятствовать избранию провокатора в парламент. В Думе Роман Вацлавович блеснул: расколол фракцию социал-демократов и возглавил образовавшуюся микрофракцию большевиков. Белецкий горделиво подытожил: «Ленин вместе с командированным мною за границу Малиновским… осенью 1913 года совершая турне по Европе, судя по имеющимся в департаменте донесениям заграничной агентуры, окружавшей их сотрудниками и филерским наблюдением, оба были горячими проповедниками полной изоляции большевиков от меньшевиков» (1, 110).

Слуга двух господ

Популярные статьи сейчас

Глава Пентагона рассказал Резникову о разговоре с Шойгу

Украинцев предупредили об изменении погоды в начале недели

Появилась запись с истерикой экипажа затонувшего крейсера "Москва"

ПФУ объяснил, как получить пенсию, если закончился срок действия карты

Показать еще

Казалось бы, всё ясно: провокатор работал против революции, и поэтому победившая революция с ним расправилась. И опять мы не понимаем, зачем вдруг понадобилось его реабилитировать. Что такое вдруг случилось? Оказывается, в 2020 году вышел русский перевод книги Евы Фляйшхауэр «Ленин и Людендорф», который поколебал наши представления о прошлом, и представления некоторых из нас о будущем.

Немецкий историк утверждает, что взаимодействие Ленина с врагами Российской империи имело длительный и основательный характер, и отводит истории Романа Малиновского целых двадцать страниц (4, 77-96). По версии Е. Фляйшхауэр, - которую она подтверждает ссылками на Бурцева («охотника за провокаторами») и генерала Спиридовича, автора трудов по истории партий эсеров и социал-демократов, - Ленин знал, что Малиновский работает на «охранку», и намеревался использовать это обстоятельство в собственных целях: двойному агенту поручали работу, которую «охранка» не могла пресечь, опасаясь обрушить партийную карьеру своего человека. На допросах царские службисты показали, что их агент часто скрывал или искажал требуемую информацию, и отказывался от выполнения некоторых заданий. Когда прокурор Крыленко Н. В. спросил вице-директора департамента полиции Виссарионова С. Е. прямо: «В какую сторону от его деятельности было больше пользы?», тот уверенно ответил: «С моей точки зрения, его деятельность как социал-демократа превалировала» (1, 203).

Но, если Малиновский был не столько агентом Белецкого, сколько агентом Ленина, то почему было необходимо его срочно расстрелять?

Фляйшхауэр говорит об особо доверительных отношениях Малиновского и четы Ульяновых. Николай Крыленко, когда ещё не был прокурором, водил Романа Вацлавовича через границу, в гости к Ленину: «Он бывал там «чаще других» депутатов Думы, …задерживаясь более или менее надолго (до нескольких недель), чтобы отдохнуть и получить новые инструкции. Психологически дом Ульяновых, видимо, стал для него вторым родным домом. Он питал к ним обоим безграничное доверие и несколько раз в моменты крайнего душевного напряжения и страдания сбрасывал перед ними возложенное на него бремя двойной игры, становившееся все нестерпимее» (4). В свою очередь, Ильич тоже выделял Вацлавовича: фрау Эва (Eva) описывает совещание, где вождь, - стремясь ограничить число посвящённых, - удалил не только Каменева, но и супругу; а Романа оставил! Что же четыре года спустя пошло не так?

Жук в муравейнике?

Версия Евы Фляйшхауэр: «Как свидетельствуют рассказы самих большевиков, Ленин, Зиновьев и особенно Крупская вначале не торопились отдавать Малиновского под суд. Все решило его знание о тайных связях Ленина с центральными державами» (4). По свидетельствам С. П. Белецкого и А. П. Мартынова (1, 110,121,134), Малиновский докладывал о «предупредительном» отношении австрийской полиции к большевикам. Автор книги также выстраивает ряд предположений, базирующихся на косвенных уликах, о вовлечении Малиновского Лениным в его сношения с немцами. Поэтому, когда проваленный агент, вместо того, чтоб скрыться в Польше, явился вдруг в Питер, возникло подозрение, что его используют против Советской России, как в своё время использовали самого Ленина: «Малиновского репатриировало правительство Макса Баденского, в котором Ленин видел немецкий вариант Временного правительства. Он ему не доверял и ожидал, что «негодяи социал-шовинизма» Шейдеман и Эберт пойдут на союз с демократами стран Антанты ради уничтожения революционной Советской республики. Отправка Малиновского в Россию именно этим правительством бросала черную тень подозрений на его возвращение» (4). Случайно или нет, но суд над Малиновским состоялся именно в тот день, когда немецкое правительство разорвало дипломатические отношения с большевистской Россией.

Историк И. С. Розенталь, со ссылкой не серьёзные источники, сообщал, что «на заседании суда присутствовал Ленин, и после вынесения приговора Малиновский написал Ленину письмо с просьбой сохранить ему жизнь» (5). Но вождь не мог рисковать судьбой революции. Малиновский должен был умереть. В своём последнем слове он сказал: «Я прекрасно понимаю, что прощение неприемлемо для меня; может быть, лет через сто и будет возможно, но не теперь» (1, 236).

Через сто лет

Сто лет спустя немецким историком была опубликована книга, в которой, в частности, по-женски очень эмоционально была рассказана история двойного агента, спровоцировавшего внутрипартийный конфликт. Правда, на деле оказалось, что развала РСДРП добивался не только Белецкий, но и Ленин. Когда же агент явился к хозяину за печеньками, тот предпочёл избавиться от «дорогого друга», который слишком много знал.

По прочтении, тысячи агентов, внедрённых КГБ СССР и его преемницей, - ФСБ России, - в «Народний Рух України за перебудову» и другие националистические организации, и сделавшие блестящие карьеры, должны были задуматься о своём ближайшем будущем. Да, им удалось спровоцировать межнациональный конфликт, без которого России не удалась бы кампания 2014 года. Но не окажется ли так, что вместо медали «За возвращение Крыма» и ордена «За возвращение Украины» их ждёт судьба Романа Малиновского?

В своё время их спас Л. М. Кравчук, отказавшийся опубликовать списки кагэбэшной агентуры, как это сделали, например, в прибалтийских республиках. Полистав списки, Леонид Макарович понял, что ему попросту не с кем будет созидать новую Украину. А кто их спасёт сейчас? Будут ли аналогичные списки у лейтенантов, командующих группами захвата? И какая там будет резолюция?

Дабы снять все сомнения, пришлось достать из архива всеми забытое дело, и реабилитировать провокатора.

Источники:

  1. «Дело провокатора Малиновского» /сост. Б. И. Каптелов, И. С. Розенталь, В. В. Шелохаев./ - М.: «Республика», 1992. – 285 с.
  2. Сайт Верховного Суда Российской Федерации. Дело № 5-Н21-1. https://vsrf.ru/lk/practice/cases/11312751
  3. Серж В. «От революции к тоталитаризму. Воспоминания революционера» - М.: «Праксис»; Оренбург: «Оренбург. Книга», 2001. - 696 с.
  4. Фляйшхауэр Е.И. «Русская революция. Ленин и Людендорф (1905–1917)» - М.: «Политическая энциклопедия», 2020. – 823 с.
  5. Розенталь И. С. «Провокатор Роман Малиновский: судьба и время» - М.: «Российская политическая энциклопедия», 1996. — 272 с.