Данный текст от начала и до конца является продуктом бурной фантазии и художественного вымысла автора. Все имена и персонажи изменены, любые совпадения случайны. Ни одно животное в процессе написания статьи не пострадало. Вся информация, представленная в тексте, взята из открытых источников.

В первой части мы рассмотрели катастрофу золотовалютных резервов (ЗВР) Национального банка Украины, приключившуюся в 2008 году. Само событие было талантливо заретушировано экономистами-художниками, нечуждыми чувства прекрасного. Но явные последствия произошедшего с экономикой несчастья еще долго давали о себе знать.

Часть 2. Наши дни.

Все течет, все меняется. Правительство Гончарука сменилось правительством Шмыгаля. Тут подоспел коронавирус и показательный карантин. Экономику бездарно грохнули и уже нет никакой нужды занижать темпы роста ВВП – все и так валится. Выплаты по бумагам Яресько на основе 2020 года нам не грозят. Пришло время дорисовывать обнадеживающие цифры в статистику этого года, чтобы смягчить последствия возможного экономического роста в 2021 году. Но где же взять таланты, которые с этим справятся?

Летом 2020 года с поста председателя Нацбанка ушел Яков Смолий. В кратчайшие сроки новым главой НБУ был назначен Кирилл Шевченко.

Уход Смолия стал для всех неожиданностью. Его пытались объяснить неким демаршем главы Национального банка, его протестом против политики Офиса Президента. А может все проще? Может быть он знал что-то важное о состоянии ЗВР и просто не захотел брать на себя ответственность накануне критических событий?

Чтобы понять, что происходит с золотовалютными резервами сейчас, давайте выделим семь основных моментов, которые сопровождали прошлое фиаско НБУ в 2008 году. Во-первых, это – феноменальная величина резервов в публичных документах. Во-вторых – целый хор голосов в поддержку официальных цифр с вескими сольными партиями ключевых экономических фигур. Хотя, казалось бы, зачем заострять внимание на том, что все идет как надо?

В это же время на валютном рынке очень четко прослеживается укрепление гривны под веселые песни о заходе в страну дополнительных порций валюты. Через некоторое время происходит возврат к прежним позициям на фоне противоречивых объяснений природы этого явления. Это – третий признак.

Четвертым, ключевым и определяющим дальнейшую катастрофу моментом является то, что в структуре золотовалютных резервов веское место занимают активы, скажем так, не безупречной надежности.

В качестве спускового механизма выступает пятый, внешний, фактор. События внутри страны обрамляет неожиданный мировой кризис, возникающий буквально на пустом месте. Пока мы следим за продолжающимися реляциями официальных лиц о впечатляющих достижениях в деле накопления ЗВР, кризис за границами страны разворачивается и наносит удар по очень перспективным иностранным компаниям и банкам. Стоимость их бумаг внезапно падает или же постепенно опускается, иногда почти до нуля.

В этом месте наступает запоздалое прозрение о том, что золотовалютные резервы вложены как раз в эти самые очень надежные, как казалось, в прошлом, активы. Валютный рынок страны лихорадит, курс доллара взлетает в несколько раз. Это – шестой признак.

Седьмым и очень важным индикатором проблем с реальными резервами является обращение за помощью к международным организациям на фоне впечатляющих официальных цифр ЗВР.

Фактически, эти семь признаков не только описывают наступление кризиса золотовалютных резервов НБУ в 2008 году. Их повторное появление может свидетельствовать о созревании аналогичной критической ситуации. Если человек один раз наступил на грабли и разбил себе лицо, он смело может ожидать проблем с внешностью, если решится на еще одну прогулку по граблям.

Популярные статьи сейчас

Зеленский уволит ряд губернаторов

Кабмин разрешил штрафовать "евробляхеров"

Бывший нардеп и помощник Кравчука умер от коронавируса

У Зеленского хотят раздать деньги из ковид-фонда на патриотические сериалы

Показать еще

Рассмотрим текущую ситуацию 2020 года. Итак, у Нацбанка опять, как и в 2008 году, рекордное количество золотовалютных резервов. В междуцарствие в Национальном банке об этом громко заявил председатель Наблюдательного совета НБУ Богдан Данилишин. По его словам, на 1 июля 2020 года официальные резервы составили 28,5 млрд. дол.

Новый глава НБУ Кирилл Шевченко сразу после избрания сделал аналогичное заявление и спрогнозировал к концу 2020 года рост ЗВР до 30 млрд. дол., а в последующие годы до 32-33 млрд. дол. Мне нравится его оптимизм!

Следующим в игру вступил экономический советник президента, велеречивый и златоустый Олег Устенко. Это уже тяжелая артиллерия. Весомее – только президент. В интервью Укрлайфу Олег возвестил нам, что ЗВР находятся на своем пике. Это он на что так тонко намекнул? На то, что после пика всегда следует падение?

Между тем, по данным НБУ к августу ЗВР составили 28,8 млрд. дол., а к сентябрю 2020 года достигли 29 млрд дол.

На фоне отчетов Национального банка и заявлений экономических руководителей страны стоит обратить особое внимание на заключение кредитных соглашений с МВФ в июне и с Евросоюзом в августе 2020 года. Страна с официальными золотовалютными резервами, в среднем превышающими в течение весны 25 млрд дол., а летом 28 млрд. дол., упорно и настойчиво продолжает добиваться международной помощи.

Весной, в процессе переговоров с МВФ, цифры желаемых вливаний достигали 10-12 млрд дол. А уже в конце лета Верховная Рада согласовывает удивительные уступки кредиторам ради получения помощи всего на 600(!) млн. евро при резервах в 28,8 млрд. дол. Очень интересно. Это вам ни о чем не говорит?

В 2008 году помощь от МВФ получили постфактум – после валютного кризиса. В этот раз хотят подстраховаться и подстелить соломку заранее, или все уже так плохо? Несопоставимые цифры официальных ЗВР и помощи от ЕС, в обмен на часть суверенитета страны, прямо сигнализируют о втором варианте.

Получается, что фактор внешних кредитов в 2020 году сыграл еще до явного проявления реального положения дел на валютном рынке. Итого, имеем три злополучных признака из семи – фантастически успешные отчеты НБУ о золотовалютных резервах, громкие заявления официальных лиц и, вроде бы необъяснимые на этом фоне, просьбы о помощи к международным организациям.

Теперь посмотрим, что происходит на мировой арене. Ой! Там вовсю идет сериал про глобальный кризис, внезапно свалившийся на нас под шумок эпидемии коронавируса. Главные герои фильма – массовая безработица, сокращение производства и падение финансовых рынков.

Хочу обратить ваше внимание, что падение финансовых рынков означает снижение стоимости ценных бумаг международных корпораций. Да-да, тех самых «надежных». В марте-апреле 2020 года бумаги упали на 30-40%. Пока что, это снижение в той или иной степени отыграно назад. Правда, кое-кто все же обанкротился. Но, то ли еще будет. Самые захватывающие моменты авторы сериала оставили на потом.

Первый сезон закончился падением ВВП США на 33(!) процента во втором квартале 2020 года. Это – цифры на уровне Великой Депрессии, которая началась в 1929 году и закончилась через 15 лет вместе со Второй Мировой войной. Так что сериал обещает быть очень долгим.

Второй сезон, запланированный на осень этого года, уже начался. Первой ласточкой стала Тесла – она немножко подупала. Примерно с 500 до 330 долларов за акцию на 9 сентября 2020 года. Это – повторение снижения стоимости ценных бумаг на 30%, но уже во втором сезоне кризисного сериала. Мировой рынок продолжает настаивать на своем.

Интересно, а Нацбанк в Теслу вложился? Хороший такой автомобиль, и президенту нашему нравится. Пока что, акции компании возобновили рост. Фондовый рынок не созрел для окончательного падения. У нас еще есть время.

Ключевым месяцем второго сезона сериала про кризис обещает стать ноябрь. Покупайте попкорн заранее! В самый интересный момент он может неожиданно закончиться. От слова совсем.

Итак, мы зафиксировали уже четыре преддефолтных признака. А теперь рассмотрим пятый – структуру золотовалютных резервов НБУ. Из каких же статей состоят наши ЗВР? Оказывается, что на данный момент они почти не состоят из каких-то статей. Текущие расширенные данные о своих резервах Нацбанк закрыл. И почему я совсем не удивлен?

 

Ладно. Для человека, хорошо умеющего рисовать и разбирающегося в истории экономических искусств, не составит труда в общих чертах отреставрировать небольшой кусочек яркого полотна, замазанный черной краской.

 

Скажу пару слов о структуре золотовалютных резервов из расширенной отчетности Национального банка. На основе такой отчетности, ЗВР можно разделить на две большие группы – относительно безрисковые и более рискованные. К безрисковым активам относятся металлическое золото, специальные права заимствования Международного валютного фонда и депозиты в центральных банках других государств. Центральные банки, в отличие от нецентральных, т.е. коммерческих банков, разориться не могут, впрочем, как и МВФ. А золото, как мы понимаем, ценится во все времена.

 

К рискованным активам НБУ можно отнести ЗВР, хранящиеся на депозитах в нецентральных, коммерческих, банках других государств, и резервы, вложенные в ценные бумаги. Вспоминаем разорившиеся в 2008 году банки Лемон Бразерс и Мерилл Линч, а также обанкротившиеся американские ипотечные компании, чьи бумаги упали практически до нуля.

Публичная расширенная отчетность НБУ дает только общую цифру ценных бумаг в резервном портфеле, поэтому даже наличие там сверхнадежных активов, к сожалению, не уменьшает риска присутствия активов потенциально бросовых.

Последние официальные данные по расширенной отчетности, которые у меня есть, относятся к марту 2019 года. Будем работать с ними. Дальше пойдут цифры, поэтому желающие могут сразу перейти к выводам. Я выделю их жирным курсивом.

На конец марта 2019 года общий объем ЗВР по официальным данным НБУ составил 20,6 млрд. дол. Из них, к безрисковым относились активы стоимостью 2(!) млрд. дол., а к рискованным – 18,6 млрд. дол.

Таким образом, рискованные активы в марте 2019 г. составили чуть больше 90% от всех золотовалютных резервов. Для сравнения, накануне прошлого эпикфейла, в августе 2008 года, рискованными были 96,5% ЗВР.

Теперь оценим стоимость рискованных активов в золотовалютном портфеле НБУ на 1 сентября 2020 года. Рассмотрим три сценария развития событий с марта 2019 года по настоящий момент – базовый инерционный, пессимистический и оптимистический.

Инерционный сценарий заключается в сохранении доли рискованных активов в размере 90% от общего объема ЗВР. Опираясь на общую цифру резервов в 29 млрд. дол. на 1 сентября 2020 года, мы получим для этого сценария 26,1 млрд. дол. в рискованных активах и 2,9 млрд. дол. в безрисковых активах.

Пессимистический сценарий предполагает сохранение в безрисковых активах всего 2 млрд дол – на уровне марта 2019 года. В этом случае, рискованные активы сейчас составляют 27 млрд. дол. или 93,1% от общей цифры ЗВР. Не намного больше, чем в базовом сценарии.

Оптимистический сценарий можно было бы попробовать построить на основе сохранения цифры рискованных активов на уровне марта 2019 года. В этом случае рискованные активы по-прежнему составляют 18,6 млрд дол. из 29 млрд. дол. или 64,1% от общей массы ЗВР на начало сентября 2020 года. Пожалуй, я бы назвал этот сценарий крайне оптимистичным и неправдоподобным.

Средневзвешенная цифра рискованных активов по всем трем рассмотренным сценариям – 82,5% или 23,9 млрд дол. На безрисковые активы остается 5,1 млрд дол. Пожалуй, именно эти цифры можно воспринимать, как более-менее реальный оптимистичный вариант нашей короткой зарисовки. Будем считать именно эти цифры оптимистическим сценарием.

Таким образом, на 1 сентября 2020 года рискованные активы составляют от 83% до 93% золотовалютного портфеля НБУ. А в безрисковой зоне у НБУ находятся всего от 2 до 5 млрд дол. из 29 млрд дол. официальных ЗВР. Думаю, все понимают, что даже 5 млрд дол. надежных активов из 29 млрд дол. – это крайне мало.

Вроде бы мы с вами прикинули, как обстоят дела с рисками ЗВР. Риск – это когда сейчас все хорошо, но есть вероятность, что что-то пойдет не так в самом ближайшем будущем. У нас получилось, что для золотовалютных резервов НБУ такой риск составляет от 83% до 93% в случае наступления мирового кризиса.

Как можно представить себе такой риск? Думаю, все слышали о русской рулетке. Это когда в револьвер вставляют один патрон и крутят барабан. Потом дуло приставляют к своему виску и нажимают на спусковой крючок. Говорят, нервы щекочет – не то слово!

Так вот, риск в 83% – это если в 6-ти зарядный револьвер вставить 5 патронов, оставив себе всего один шанс из шести. А риск в 93% – это если в барабан револьвера с 14-ю ячейками зарядить 13 патронов, с шансами выжить 1 к 14-ти. Вы сыграли бы в такую игру? А Национальный банк, судя по всему, собирается в ней поучаствовать.

Конечно, эта игра – чисто гипотетическая. И в нее придется играть только при наступлении мирового кризиса. Ах, да! Повторюсь. Мировой кризис уже начался. Просто кто-то проспал его первый сезон.

Итак, мы разобрали пять уже сработавших в 2020 году индикаторов из тех семи, которые сопровождали кризис золотовалютных резервов НБУ 2008 года. Еще два признака катастрофы, один из которых успел проявиться к настоящему моменту, мы рассмотрим в следующей части, посвященной грядущим событиям. Эти два фактора тесно связаны между собой и напрямую влияют на прогноз валютного курса на ближайшие месяцы.

Уже сейчас понятны не радужные перспективы золотовалютных резервов Нацбанка в самом недалеком будущем. Остался еще один очень важный вопрос – а все ли так хорошо с резервами прямо сейчас? Нынешнее стремление руководства Украины получить как можно больше кредитов от международных организаций заставляет не на шутку задуматься о текущем положении дел.

Давайте попробуем оценить, насколько оправданы цифры ЗВР, которые мы сейчас наблюдаем в отчетах Национального банка. Для этого вернемся немного назад во времени.

Если верить цифрам НБУ, к концу зимы 2015 года золотовалютные резервы достигли минимального уровня по сравнению с августом 2008 года. Напомню, именно в августе 2008 года резервы добрались до своего пика в 38 млрд дол., а уже осенью надутость статистики проявилась в обрушении валютного рынка. Предельное сдутие украинских ЗВР в публичной отчетности произошло как раз к февралю 2015 года. В этом месяце они официально упали до 5,6 млрд дол. С тех пор и по настоящий момент официальные ЗВР в целом демонстрируют рост.

Рисковые активы в золотовалютных резервах НБУ вышли на минимум тогда же – в феврале 2015 года. Объем ценных бумаг за весь период падения уменьшился на 15,3 млрд дол. – с 18,8 млрд дол. в августе 2008 года до примерно 3,5 млрд дол. в феврале 2015 года. Объем депозитов в нецентральных иностранных банках за тот же период упал на 17 млрд дол. с 17,9 млрд дол. до 0,9 млрд. дол. Общее сокращение рисковых статей с августа 2008 года по февраль 2015 года составило 15,3+17=32,3 млрд дол.

На основе расширенной статистики НБУ сложно разобраться, какая часть этой суммы была реально потрачена на импорт и валютные интервенции, а какая была просто списана согласно меморандуму с МВФ.

А еще нельзя понять, был ли из золотовалютных резервов НБУ вычеркнут весь объем рисованных до августа 2008 года активов. Или часть нереальных активов все еще оставалась в отчетности в феврале 2015 года.

Так же нам неизвестно, списывались ли рисованные активы из золотовалютных резервов после февраля 2015 года. А значит, мы не знаем, сколько таких призрачных активов из 2008 года присутствуют в сегодняшних отчетах Нацбанка. И, тем не менее, попробуем их оценить.

Объем мусорных ценных бумаг и невозвратных депозитов в иностранных нецентральных банках в золотовалютном портфеле НБУ на самом минимуме, т. е. в феврале 2015 года, составлял не более 3,5+0,9=4,4 млрд дол. Из этого прямо следует, что на данный момент объем нарисованных до августа 2008 года фиктивных активов в золотовалютных резервах Национального банка также не превышает 4,4 млрд дол.

Повторю. Прямо в тот момент, когда вы читаете этот текст, липовые рисованные активы в золотовалютных резервах НБУ на первый взгляд не превышают 4,4 млрд дол. из 29 млрд. дол. на 1 сентября 2020 года.

Почему на первый взгляд? Потому что с 2015 года по 2020 год много воды утекло, а, возможно, и резервов. Потому что в 2020 году мы вошли в новый мировой кризис. И уже начались первые банкротства и снижение стоимости активов на мировом рынке.

Не будучи инсайдерами, мы пока не можем оценить потери вновь накопленных с 2015 года ЗВР. Но тесное сотрудничество с международными организациями, которые предоставляют Украине кредиты взамен на сдачу самостоятельности страны, вызывает глубокое беспокойство о сегодняшнем состоянии реальных золотовалютных резервов НБУ.

Благодарю всех, кто способствовал скорейшему выходу второй части этой статьи своими щедрыми донатами. В третьей части мы поговорим о перспективах валютного рынка и срочных мерах, которые необходимо предпринять для предотвращения приближающейся катастрофы.

Чтобы ускорить выход третьей части, пожалуйста, поблагодарите автора, пополнив его мобильный +380634806100 любой суммой от 1 грн.

(продолжение следует)

Подписывайтесь на канал «Хвилі» в Telegram, на канал «Хвилі» в Youtube, страницу «Хвилі» в Facebook, на страницу Хвилі в Instagram.