Зачем президент Виктор Ющенко пошел ва-банк

"Хвиля"
Виктор Ющенко
С потеплением в Украине началось обострение политической ситуации, а в воздухе все явственнее пахнет разнообразными выборами. В маразме и алогизме политического процесса пытались разобраться эксперты на круглом столе «Президент играет ва-банк», который недавно прошел в «Главреде».

Юрий Романенко. Добрый день журналисты, добрый день уважаемые эксперты! Начинаем наш «круглый стол» на тему «Президент играет ва-банк».

Сегодня мы рассмотрим следующие вопросы:

— Оценка президентского проекта «Конституции и послание его Верховной Раде

— Перспективы досрочных президентских выборов

-Перспективы силового сценария развития ситуации в Украине

— Диспозиции основных политических акторов.

Сначала задам определенные рамки, от которых мы будем двигаться дальше. События нескольких последних дней, имею в виду сначала послание Президента Украины Верховной Раде, дальнейшая реакция на это парламента, принятие им решения о президентских выборах двадцать пятого октября, показывают, что мы переходим в некую ситуацию некоторой определенности — к весеннему наступлению и обмену ударами, контрударами со стороны всех ведущих политических акторов. При этом каждый из акторов имеет уже сложившуюся диспозицию, которая задает их поведение, указывая, какие ресурсы у них есть и так далее.

Кратко, все три основные действующие политические силы – БЮТ, Ющенко и ПРУ, на мой взгляд, являются «падающими звездами».

Юлия Владимировна. Незыблемость ее позиций (по сравнению с осенью 2008 года) и в конце марта — начале апреля 2009 года уже очень сильно поколебалась, в первую очередь, экономическим кризисом. Это нашло свое отражение в падении ее рейтинга. Оно, по всей видимости, будет и дальше продолжаться, если ситуация будет развиваться в линейном ключе. И соответственно с этим связывается общая нервозность, как Юлии Владимировны, так и ее окружения, поскольку очевидно, что при таком развитии ситуации, она начинает терять президентскую перспективу. Таким образом, ухудшение экономической ситуации и падение общественной поддержки – это та мощная рамка, которая в общем-то загоняет ее в определенный коридор, вырваться из которого она при таком развитии ситуации, на мой взгляд, не способна будет.

Президент. Перспективы Виктора Ющенко в этой ситуации выиграть президентскую кампанию в рамках линейного сценария развития ситуации, на мой взгляд, тоже является достаточно призрачными. В общем-то,  он оказывается в позиции актора, которому по большому счету нечего терять. Поэтому Президент может предлагать самые неожиданные варианты развития ситуации, и тем самым путать карты игрокам. На мой взгляд, перед Ющенко будет стоять две задачи на 2010 год: первое — вписывание в новый политический расклад, который произойдет после президентских выборов, и второе — спутать карты все остальным настолько, чтобы его вписывание в этот политический расклад было наиболее приемлемым с его позиции. Это означает, что если он и будет играть в президентской кампании, то на позиции спойлера, который забирает голоса Тимошенко и Януковича.

Янукович и Партия регионов. Эта политическая сила также является «падающей звездой», но в силу определенных, скажем так, факторов, они падают не так быстро, как остальные. Но, тем не менее, тенденция четкая. С одной стороны, Виктору Януковичу в отличие от Юлии Тимошенко удалось сохранить свое базовое электоральное ядро на востоке, которое, тем не менее, разжижается потихоньку, как мы видим в том же Крыму. Экономический кризис также играет не в пользу Виктора Федоровича. Во-вторых, произошел де-факто раскол внутри Партии регионов, который был следствием продолжительной борьбы,  в которой победил Януковича ценой фактического развала партии. Фактически в этих условиях «Партия регионов» уже не выступает как некий единый субъект, а превратилась в конгломерат политических акторов, как, скажем,  Югославская конфедерация фактически в конце 1989-1990 годов. На мой взгляд, Партия регионов сейчас выглядит фактически именно так.

Соответственно, с одной стороны, Янукович имеет, опять-таки по причинам выше указанным, достаточно неплохие стартовые президентские позиции. Но, с другой стороны, отсутствие такой командной игры, отсутствие новизны с точки зрения стратегии, с точки зрения проектного планирования превращает его в достаточно пассивного игрока в этом большом раскладе. Его позиция является подтверждением тезиса Сюн-цзы – ваша непобедимость зависит от вас самых, а победа зависит от врага. Т.е. Янукович пока что еще имеет достаточно устойчивые позиции, но его перспективы на победу зависят от того, как будут действовать конкуренты.

Наконец, есть еще четвертый игрок, который уже выходит на стартовые позиции и имеет неплохие перспективы — это Арсений Яценюк. Если  ему удастся удержать темп роста рейтинга (который напрямую связан с ожиданиями оранжевого электората на появление альтернативы Ющенко и Тимошенко), то он имеет достаточно высокие шансы пройти во второй тур и занять президентский пост. Если у него это не получится с силу тех или иных причин (черный пиар, активное противодействие той же Тимошенко, «регионалов», несбалансированность команды), то как минимум, он может существенным образом попутать карты остальным крупным игрокам.

Вот в принципе, такое видение нынешней диспозиции акторов.  Диспозиции остальных акторов (КПУ, Литвин, Тягнибок) важны, но второстепенны.

Конечно же,  ситуация будет существенно коррелироваться ходом экономического кризиса.

Поэтому, давайте начнем со следующих вопросов. Прежде всего, то, что Президент сделал в Верховной Раде, когда выступил с предложениями по реформированию Конституции — насколько это можно расценивать серьезно, как некий документ, который действительно можно провести в жизнь? Потому что многие наблюдатели  отреагировали на эту инициативу, как некий пиар-ход, с помощью которого Виктор Ющенко начал вот это весеннее наступление на конкурентов, возможно последнее в своей президентской каденции.

Андрей Золотарев. У Президента, увы, в последнее время все получается несерьезно, во время выступления он просто передал Конституцию в Верховную Раду. Но, насколько известно, вечером Шаров с недоумением восклицал: «Где же Конституция?!» Ее никто не видел. Основной Закона настолько тонкий документ, настолько «священная корова» для любого государства, что за благо было бы обезопасить процесс конституционных изменений от сиюминутных конъюнктурных влияний от нынешней ведущей политической троицы. Увы, Президенту с его нынешним рейтингом, качеством его нынешней команды, за Конституцию браться не стоит. Все получилось в рамках пиара и политических технологий. То есть, громко заявили, но даже на беглый взгляд там находится масса политико-правовых огрехов. Уж лучше было господину Мусияке поручить это дело, он бы, ей Богу, справился бы с этим гораздо качественнее.

Юрий Романенко. Наши читатели  на форуме «Главреда» ставят экспертам ряд вопросов, которые просили передать экспертам. Например, они спрашивают какая цель публикации президентского проекта Конституции — начать торги за свое неучастие в выборах или это начало тяжело просчитываемой сейчас многоходовки? Или же это предложение олигархам нового механизма контроля за властью, вместо существующего несовершенного на сегодня?

Андрей Золотарев. Что-то между вторым и третьим вариантами, на мой взгляд. Во-первых, увы, у Президента команда, скажем так, в ней нет Медведчуков, и людей, способных играть действительно серьезные многоходовки. Скорее, это все-таки торг за свое политическое будущее. Потому что Виктор Ющенко прекрасно понимает, что рано или поздно, то ли двадцать пятое октября, то ли январь 2010 года настанет, и с чем-то надо будет жить дальше. Солидарное голосование (четыреста один голос) в Верховной Раде показывает то, что он изрядно поднадоел политической элите Виктор Андреевич. В этой ситуации с его нынешним рейтингом надо задумываться о будущем.

И вот как раз проект Конституции — это такое послание своего рода политическим элитам. Проект сырой, начиненный массой противоречий, далекий от совершенства, и, скажем так, имея такой штат, такое количество людей все-таки с юридическими дипломами в штате Секретариата Президента, было бы стыдно выносить такой документ на обсуждение. Все-таки были разумные предложения, они еще год назад звучали, о том, что все-таки нужна Конституционная ассамблея. Действительно, Основной Закон должны творить люди свободные от сиюминутной политической конъюнктуры. А так получается, и год назад я об этом говорил, что у нас за Конституцию берутся те люди, которые не привыкли соблюдать правила дорожного движения.

Юрий Романенко. Спасибо. Прошу, Антон Финько.

Антон Финько. Это чистый пиар-ход — данный проект Конституции, попытка перехвата инициативы. Окружение Президента отдает себе отчет, что принять этот проект невозможно ни при каких обстоятельствах, он не получит не то, что трехсот голосов, вряд ли он получит больше пятнадцати голосов в Верховной Раде, а, может быть, и пятнадцати не получит. Одновременно также понятно, что никакой референдум также не сможет обеспечить утверждение данного проекта, потому что референдум, когда с его инициативой выступает глава государства, это всегда является с точки зрения избирателей процедурой выражения ему доверия или недоверия. Учитывая крайне низкий уровень популярности действующего Президента, в случае проведения референдума, при любом раскладе сил, этот проект Конституции обречен. Поэтому, видимо, его нужно рассматривать как часть пиар-игры, направленной на борьбу за проведение досрочных парламентских выборов. На этом, по всей видимости, настаивает часть президентского окружения, что позволяет ему ввести хоть и небольшую, но свою фракцию, в состав Верховной Рады, и обеспечить депутатской неприкосновенностью и мандатами ряд видным представителей нынешнего режима.

Проект Конституции играет в данном случае роль определенного прикрытия, но он интересен с точки зрения того, как все-таки действительно представителям нынешней власти, Виктору Ющенко, хотелось бы видеть роль Президента в тех условиях, когда ему действительно удалось бы добиться принятия этой Конституции. Можно сказать, что в проекте содержится сигнал руководителям финансово-промышленных групп, если не сказать, олигархических групп. И, действительно, этим проектом намечена попытка усилить власть сверхкрупного капитала, обеспечивая ему господство в верхней палате и влияние, таким образом,  на внутреннюю политику. Но, повторяю, все это особого значения не имеет, это пиар-ход действительно в рамках торгов за будущее руководителей нынешнего режима и пиар-ход в борьбе, в попытках борьбы за проведение досрочных выборов в Верховную Раду.

Юрий Романенко.
Спасибо. Виктор Небоженко.

Виктор Небоженко. Вы помните, в 2004 году, когда подписывали в пакете третий тур выборов Президента одновременно с изменениями Конституции, то, по-моему, очень многие тогда говорили о том, что это будет резкое обрезание в десять раз полномочий Президента. Ясно, что те, кто это делал, знали, что проигрывают политику, и усложняют жизнь будущему президенту, и новому политическому классу. И им надо отдать должное, что это получилось. Поэтому сила того же Медведчука не в том, что это Медведчук, и он обладает какой-то большой политической ненавистью к своим противникам, а в том, что действительно они с Кучмой испортили жизнь Ющенко, начиная с 2004-го, потом в 2006 году и так далее.

Сейчас Виктор Ющенко полностью повторяет движения Виктора Медведчука — он хочет создать наивным образом, хотя мы уже помним 2004-й и 2006-й годы, он хочет создать большие проблему будущему политическому классу, который сейчас идет, «Геть усіх!» или кому-то другому, кто придет на этой волне.  Если сейчас между парламентом и премьер-министром всегда конфликты, еле-еле они разрешаются за счет минимального большинства, если сейчас конфликты между Кабинетом Министров и Президентом, то все страшно усложняется при появлении двух палат, которые мгновенно будут выяснять отношения друг с другом.

Я уже не говорю, что  нужно два спикера и Литвин видит личную персональную угрозу расчленения своего политического тела на две части. А два Литвина — это уже конфликт, а еще две палаты, плюс у каждой из которых Литвин, — это двойной конфликт, плюс конфликт между исполнительной и законодательной властью. Таким образом, мы имеем матрицу четырехразового ухудшения прохождения политического решения. Зачем человек, клянущийся в любви к Украине, сознательно ( он не может этого не понимать!) это делает, не понятно. Тем более, что когда мы говорим часто про авторитаризм, мы ведь не только говорим о справедливости, как она связана с авторитаризмом, а с неким убыстрением процесса принятия решения. Вот придет какая-то «сильная рука» закроет границу, наведет порядок, и все очень быстро начнет двигаться, и, может быть, мы так быстрее выберемся из кризиса, а потом, естественно, мы его тоже посадим, избавимся от него. Но это потом.

В этой ситуации, почему Ющенко сознательно предлагает нам систему не просто противоречивую, а принципиально неподходящую к условиям кризиса? Вот это очень важно. Можно сказать, что он скрытый украинский националист и он боится, что Россия захватит одну из палат, а тогда другая палата спасет? Но технологически, так как мы все принимали участие в выборах, то хорошо видно, что вторая — верхняя палата, если мы посмотрим на карту многочисленных выборов, начиная с 2002-го, 200-го, 2006-го годов и так далее, это половина на половину. То есть, ясно, что это взятка Партии регионов, которые всегда проведут половину сенаторов, а уже подкупить там, не хочу сказать, винницких, но тернопольских, это точно, или каких-нибудь сенаторов от каких-то, скажем так, неустойчивых провинций, это вообще раз плюнуть. Таким образом он передает восточной Украине руководство над страной. Ну, и, наконец, ужесточение иммунитета для верхней палаты, это больше, чем неприятности.

Но, я не думаю, что Виктор Андреевич хочет, как писали у нас в прессе, получить политическое убежище в верхней палате. Скорее всего, его устраивает ситуация, что любой президент, он умеет считать, он, может быть, человек безвольный и хитрый, но он умеет считать, у него есть стратегическое мышление, но которое находится на литературном уровне, так сказать, оно не опустилось до уровня политической воли или не связалось с политической волей. У нас есть политики, у которых нет ни стратегического мышления, ни политической воли, но имеют электорат и так далее. Есть такие, у которых есть политическая воля, но нет стратегического мышления. А у Виктора Ющенко, к сожалению, они живут как бы в отдельных плоскостях. Я думаю, что он прекрасно понимает: будут выборы, или не будет выборов, досрочные, очередные, своевременные, они в любом случае не остановят кризис. А следующий президент будет получать по полной программе от нас всех за то, что кризис продолжается. И, скорее всего, я думаю, что Ющенко собирается вернуться через год-полтора. Отсюда возникает…

Конечно, если к власти приходит Янукович или Ющенко это сделать будет чрезвычайно трудно, и никакое политическое чудо не поможет. Вот, допустим, при появлении такого молодого энергичного, как Яценюк, это выход… Вы же не забывайте, в отличие от первых двух президентов, этот Президент относительно молод, по традициям занятия первых постов. Сколько ему? Пятьдесят?

Андрей Золотарев. Тридцать пять.

Юрий Романенко. Тридцать пять…

Виктор Небоженко. Нет, нет, я о Ющенко.

Андрей Золотарев. Ющенко? С 1955 года.

Юрий Романенко. Пятьдесят четыре.

Виктор Небоженко. Пятьдесят четыре года, это значит, что некоторые только в этом возрасте первый раз выдвигаются, а он уже «покуролесил». В этом смысле я не удивлюсь, что знаменитый проект «преемник», не что иное, как некий проект-прокладка, то есть, его бросают на амбразуру, он проходит, разочарование наступает гораздо быстрее, чем от Обамы. Тут, как ни в чем не бывало, выходит опять Виктор Ющенко и говорит: «Ну, видите — Янукович опять не прошел, Тимошенко не прошла, этот не справился…» Ну, грубо говоря, обновление — феникс такой, национал-демократический феникс. Я думаю, что этими закарпатскими сказками кормят сейчас Ющенко, как некой компенсацией за уход, отказ от второго срока. Вот почему нужна вот такая рыхлая Конституция, вот почему нужен одноразовый Яценюк, который, отнюдь, не одноразовый, как только он там появится…

Андрей Золотарев. Его недооценивают.

Виктор Небоженко. Нет, не его недооценивают, а недооценивают степень предательства украинских политиков и генералитета, которые очень быстро Яценюку объяснят, кто через год захочет вернуться.

Андрей Золотарев. Я бы Арсения Яценюка сравнил с Джимом Хокинсом в «Острове сокровищ». То есть он способен будет преподнести весьма неожиданные сюрпризы.

Виктор Небоженко. Потому что ему, кстати, нечего терять в силу безнадежной молодости, вот в чем дело. Он молод, почему бы ему не нарисовать какие-то страшные иероглифы на спинах ведущих политиков страны?

Юрий Романенко. Кстати, в той схеме, которую вы нарисовали, напоминает Медведева в России.

Виктор Небоженко. Да, но тогда не было кризиса. И очень многие, кому я это рассказываю в хороших лакированных кабинетах, говорят: «Ну, Виктор Сергеевич, там же у них это не получилось?» Но они же делали это в мирное время и думали, что это сделают, а теперь же, конечно, Медведев не хочет уходить, а Путину некуда приходить. Кто же об этом тогда знал? Если бы они знали, где «постелить соломку…», то они бы этой рокировки не делали. Она была настолько проста, что когда грянул кризис, оказалось, что это даже хуже, чем падение цен на нефть, — невозможность дальнейших рокировок внутри консолидированного российского политикума.

У нас, я думаю, кризис же будет еще продолжаться, мы же с вами понимаем, что семнадцатого января еще не произойдет никакого чуда. Я хочу сказать, что нас полгода будут кормить лозунгами о судьбоносности этих выборов. Никакой судьбоносности — готовимся через год после этих выборов к новым досрочным выборам президента. Вы увидите, как ни в чем не бывало, мы увидим меланхоличное, сентиментальное лицо Виктора Ющенко посвежевшего, отдохнувшего, который будет говорить: «Братья и сестры, любі друзі… вот я пришел» (смех в зале) Я понимаю, я без всякой иронии. То есть, пятьдесят пять лет, мне отдают власть.

Юрий Романенко. Спасибо. У него может быть такая мотивация…

Виктор Небоженко. Возврата через год через маленького Яценюка.

Андрей Золотарев. Потому что многие акценты свидетельствуют о том, как осенью мы столкнемся с дном кризиса.

Виктор Небоженко. Та этот кризис еще долго будет, какой там дно?

Антон Финько. Я позволил бы себе не согласиться по широкому кругу обсуждаемых вопросов.

Виктор Небоженко. Пожалуйста, мы для обсуждения здесь и собрались.

Антон Финько. Да, это дискуссия. Повторюсь, я полагаю, что Ющенко и его окружение понимают, что никаких шансов ни сейчас, ни через год у него быть не может. В этих условиях единственным выходом являются парламентские выборы.

Виктор Небоженко. Вы преувеличиваете благородство человеческой природы.

Антон Финько. Я не преувеличиваю благородство человеческой природы, у Виктора Ющенко проблема состоит в том, что в обществе полностью исчерпаны ожидания в отношении его персоны полностью и навсегда.

Виктор Небоженко. Нет, неправда, не навсегда, мы то же самое говорили про Кучму.

Антон Финько. Ну, если Кучма сейчас будет баллотироваться, он получит свои законные…

Виктор Небоженко. (смеясь) Сколько?

Антон Финько. Ну, три с половиной процента.

Виктор Небоженко.
До семи. Я не вижу разницы между Кучмой и Яценюком, вот такой моя метафора будет.

Юрий Романенко. Сейчас?

Виктор Небоженко. Вообще, как проект. Те же самые проценты будут.

Антон Финько. В общем, я думаю, что в данном случае Ющенко руководствуется, по крайней мере, его окружение, руководствуется аксиомой, которая в свое время, если я не ошибаюсь, сформулировал Иван Степанович Плющ, который сказал: «Мені говорили, що Гегель сказав, що не можна двічі вступити в одну й ту саму річку…»

Виктор Небоженко. Это он так сказал?

Антон Финько. Да.

Виктор Небоженко. Вот, конечно, нет Гоголя на нашего Плюща…

Антон Финько. Да и этих условиях идет борьба за досрочные парламентские выборы, и Конституция, новый ее проект, это просто средство давления, отвлечения внимания, что угодно, только не реальная ситуация, это игра.

Во-вторых, есть серьезные отличия ситуации 2004 года от нынешней. Тогдашние проекты конституционной реформы предполагали заметное ослабление функций президента, в этом проекте такого не наблюдается. В чем здесь только есть ослабление? В том, что президент лишается права оспаривать акты Кабинета Министров по хозяйственным вопросам. Но одновременно записано, что он может приостанавливать постановления по вопросам, которые касаются внешней политики, обороны и безопасности, а под понятие экономической безопасности можно подвести любой хозяйственный вопрос.

Виктор Небоженко. Конечно, можно.

Антон Финько. Поэтому в этом проекте нет моментов ослабления полномочий президента, а это означает, что, на мой взгляд, Ющенко не стремится усложнить жизнь своему преемнику. Ему просто понадобилось в данной ситуации вытащить на свет божий проект, контуры и концепция которого когда-то разрабатывались до него самого. Проект этот имеет известный недостаток, то, что в нем нет единого субъекта, несущего политическую ответственность. Здесь опять наблюдается раздробление политической ответственности. Кстати, в 2004 году, когда предлагалась эта схема — схема умеренная, которая была направлена на то, чтобы действительно лишить возможности контроля одной силой, предположим, за теми же силовыми структурами, потом Министерство внутренних дел оказалось подконтрольным правительству, а Служба безопасности — подконтрольной Президенту. Такая схема  была рассчитана на вменяемых рациональных субъектов, она предполагала то, что правительство и Президент не начнут борьбу за передел полномочий, и Президент не будет воспринимать себя как часть исполнительной власти, который контролирует ее в борьбе за приращение своей власти с Кабинетом Министров и наоборот.

И тот факт, что страна столкнулась с ситуацией, грубо говоря, борьбы ЦК КПУ с Советом министров УССР, к сожалению, свидетельствует о том, что мы не можем далее в проектах реформирования Конституции соглашаться с умеренными вариантами. Мы вынуждены будем согласиться далее на проект, который четко выделит единый субъект, который будет нести политическую ответственность. И с этой точки зрения, я думаю, что у тех же олигархических, если хотите, финансово-промышленных групп, все больше и больше симпатий склоняется на сторону чисто парламентской модели. Спасибо.

Юрий Романенко. Спасибо. Вам не кажется, поскольку все эту мысль заявили, что перевыборы рассматриваются Ющенко, Балогой, его окружением, как форма организации защиты Президента в виде депутатской неприкосновенности после президентских выборов, что это несколько утопично? Поскольку, очевидно, что, как вы сказали, что после выборов, во-первых, любой президент, выиграв президентскую гонку тут же мигом организует досрочные парламентские выборы, поскольку он будет очевидно заинтересован в переформатировании власти под себя. В этих условиях как бы как минимум это будет означать, что депутатская неприкосновенность Ющенко и его окружения будет рассчитана на относительно короткий период. Это, очевидно, мне кажется.

Андрей Золотарев. Ну, способность организовать новые парламентские выборы после президентских у Тимошенко сто процентов. Может быть, девяносто девять и девять.

Виктор Небоженко. Так и Янукович, если станет президентом, тоже сможет это сделать.

Андрей Золотарев. Ну, у него сложнее будет с этим, на мой взгляд.

Виктор Небоженко. Понимаете,  ну, нельзя же принести в Верховную Раду проект Конституции, мы же все давали интервью, комментарии этой топ-темы, но никто, например, не знал, что появится страшная цифра, она как трибунал — четыреста один депутат против президента, такой консолидации нельзя было предвидеть.

Андрей Золотарев. Да, это существенный показатель.

Виктор Небоженко. Когда меня журналисты сегодня спрашивают, что они там трибуну блокируют… Да, они вчера совершили такое, что они потом будут еще четыре недели трибуной спокойненько играться, но решение, принятое вчера, по факту тяжести гораздо серьезнее, чем все сегодняшние кордебалеты и игры, это все ерунда уже, это happening в действительности. Я не преуменьшаю, не хочу обидеть депутатов, которые сейчас занимаются модернизированием вот этого зала, но то, что они сделали вчера, это просто мощный такой порыв. Так вот я с 1991 года в парламенте, но я впервые вижу консолидацию не по кадровому вопросу, а именно по политическому. Такой сгусток ненависти! Поэтому, на самом деле у Ющенко действительно десять-пятнадцать, ну, пусть двадцать человек, включая еще родственников, и скрыто зависимых людей, которые могли бы за эту Конституцию проголосовать. Поэтому, понятно, что да, он не может даже рассчитывать на то, что именно этот вариант пройдет и он не может, видимо, не понимать, что это не будет воспринято, и что это даже угроза для Верховной Рады, потому что не оттуда пришел проект.

Но ситуация еще чем усложнятся? Говоря о референдуме, Ющенко забыл о том, что он нам еще предлагал общественную легитимацию и имплементацию, в отличие от Кучмы, которые, якобы, играл в закрытых группах, помните, когда там кто с кем договорится в Верховной Раде, потом принимается решение после референдума, и Конституцию, и так далее. Виктор Ющенко создал огромную Конституционную комиссию, там было около ста двадцати человек, я не знаю ни одного честолюбивого сегодня человека, который не участвовал бы в этой комиссии. Обратите внимание, она не просто издохла, она даже не знала о существовании… Здесь тоже противоречие, очень сильно настораживает, и говорит в пользу вашей точки зрения, Антон, что это, скорее, пиаровское орудие или Балога не подозревает о том, что есть Конституционная комиссия, может и такое быть. Там же отношения сложные очень.

Юрий Романенко. На самом деле, продолжая мысль Антона, что это была затравка, при которой наверняка у Ющенко понимали ситуацию, что в парламенте возникнет ситуация отторжения вот этих предложений, и…

Виктор Небоженко. Это как повод может быть.

Андрей Золотарев. Ну, абсолютно согласен, что четыреста один голос, и на трибуне Верховной Рады можно было зажечь: «Достал!»

Юрий Романенко. Как раз для того, чтобы подтолкнуть парламент к созданию ситуации, которая бы позволила Ющенко непосредственно перейти к осуществлению проекта перевыборов летом. А тут мы видим следующее. Вот ситуация с голосованием за президентские выборы двадцать пятого октября четыреста одним голосом зафиксировала, что «регионалы» и «бютовцы» спешат с президентскими выборами, поскольку для них оттягивание президентских выборов на семнадцатое января является такой достаточно большим фактором угрозы, поскольку соответственно кризис будет корректировать поведение электоральных масс. Поэтому они пытаются убрать вот эту преграду в виде Ющенко с тем, чтобы как можно быстрее разобраться с постом президента. Это с одной стороны.

С другой стороны, толкая Ющенко на досрочные перевыборы в парламент, притом, что у него самого есть мотивации, у его окружения эти перевыборы организовать, в общем-то,  здесь можно рассмотреть такой вариант стратегии БЮТ, где у Юлии Владимировны тоже как бы есть интерес избавиться от премьерской должности. Потому что совершенно очевидно, что если ситуация будет и дальше развиваться вот так вот линейно, то это будет играть в минус для нее. Тут она совершенно легальным путем теряет свою должность, и опять получает возможность…

Виктор Небоженко.
То есть, она реализует мечту Путина, да?

Юрий Романенко. Она скажет, что мне мешали. Она опять будет кричать это в третий или четвертый раз.

Андрей Золотарев. И получает такое алиби. Вопрос в том, что Антон говорил о пиар-технологиях, я считаю, что этот проект, как пиар-технология, крайне неудачный, поскольку вот этот мессидж, что это торг с олигархическими кругами, как-то краем, но абсолютно провальный — никто ничего не понял, вот в итоге выступления Президента. Ну, лучше бы первого апреля все-таки состоялось это его выступление.

Виктор Небоженко. Может, Виктор Андреевич еще ищет повод для того, чтобы разогнать Верховную Раду, допустим. Вот это еще может быть.

Юрий Романенко. Да, я об этом и говорю.

Андрей Золотарев. Но в этом есть момент противоречия «регионалов», потому что сначала они присоединились к четыреста одному депутату, проголосовавшему за выборы двадцать пятого октября, то есть, такой акт защиты, чтобы получить иммунитет, ну, никто же не хочет, понятно дело… Второе, это то, что они, конечно, начали сегодня акцию по блокированию.

Виктор Небоженко. Мы ходим по кругу. Мы уже извелись. Давайте свежему человеку дадим высказаться.

Юрий Романенко. Анатолий Пинчук, пожалуйста.

Анатолий Пинчук. Просто если говорить о голосовании вот этом вчерашнем, то на самом деле, фракция Партии регионов голосовала просо неосознанно, вот и все. То есть, это не было осознанным голосованием, они поймались на общие эмоции, более того, они насколько я знаю, просто не обсуждали возможность такого голосования заранее. То есть, это было прошено в зал неожиданно, что вот Президент сейчас подпишет указ о роспуске парламента на основании решения Конституционного суда, которое должно быть, и все.

Виктор Небоженко. Как акт самозащиты, да?

Анатолий Пинчук. Да. И сейчас, думаю, они будут решать, каким образом им из этой ситуации с таким голосованием выходить. То есть, с одной стороны, их голосование за это, как бы для их электората является в принципе логичным, и наезды на Ющенко являются в принципе логичными. Но, с другой стороны, они объективно являются союзниками Виктора Ющенко в борьбе с Юлией Тимошенко. В принципе идея Ющенко с новым проектом Конституции, и достаточно сдержанная реакция на идею такой Конституции со стороны тех же «регионалов», включая предложения Януковича, что давайте создадим Конституционную комиссию. Что да, Президент там какую-то чушь предложил, но Основной Закон менять надо, то давайте сейчас создавать Конституционную комиссию. То есть, в принципе, они где-то демонстрируют народу, что они в принципе в оппозиции к Ющенко, но делали такие параллельные шаги ему навстречу. Вот и все.

Поэтому, как раз тут Виктор говорил, по-моему, про мессиджи Ющенко для Партии регионов, для олигархов, я думаю, что этот мессиджи был услышан, только нет как бы технологии для его реализации, раз. Более того, они (Партия регионов) являются заложниками определенных электоральных рамок. Они должны как бы наезжать на Виктора Ющенко, более того, они и так сдемфируют ситуацию, то есть они не поддержали выступление Симоненко по поводу импичмента и так далее, они не поставили свои подписи, хотя по логике… Вот они ходят вот как бы так между Сциллой и Харибдой, но чем они закончат? Я не знаю. Потому что у них сейчас уже пошли процессы, которые не режиссируются, не моделируются, есть несколько центров влияния внутри партии. Если раньше их было два, то сейчас их уже, не знаю, четыре, пять, и прогнозировать, как они себя будут вести, сейчас уже я бы не взялся.

Антон Финько. Я хотел бы пару слова сказать о контексте ситуации. Вот мы сейчас, когда анализируем проблему, мы пытаемся уловить логику.

Виктор Небоженко. В этом наша работа.

Антон Финько. В этом проблема. Есть одноходовая какая-то идея, или есть многоходовая комбинация, есть ли какой-то сверх хитрый план: досрочные парламентские выборы или одновременно те и другие выборы, и что по этому поводу думают «регионалы»…
Виктор Небоженко. И находятся ли они в сознательном состоянии. А это уже точно не думание.

Антон Финько. И я бы хотел остановиться на ситуации контекста, и напомнить, вот у Паустовского в «Повести о жизни», есть анализ режима УНР, директории.

Виктор Небоженко. Только не надо нам сразу угрожать (смех в зале).

Антон Финько. И там он постоянно задается вопросом: это государство было или понарошку. Денежные знаки — или понарошку, выборы — или понарошку, генеральный секретарь — или понарошку, армия — или понарошку. Мы с 2005 года тоже пребываем вот в такой ситуации постоянной имитации. У нас все больше и больше государственных институтов размываются, и все больше и больше приобретают имитационный характер. Сейчас мы имеем дело с ситуацией, когда мы постоянно задаемся вопросом: это проект Конституции, Конституционный проект — или понарошку? Выборы — или понарошку, потому что настоящими парламентскими выборами не могут быть выборы, которые проводятся ежегодно, и так далее, и тому подобное. То есть мы живем в ситуации разложения государственных институтов, которая накладывается на ситуацию, когда не существует и не сформировалось четкого разграничения власти — оппозиции, и накладывается еще экономический кризис. И в этой ситуации, мы порой по долгу службы вынужденные искать логику и рациональность в действиях субъектов, не можем на самом далее ее найти, потому что ее там нет. Поскольку мы находимся в ситуации тотальной имитации. Вот сейчас мы встретились с ситуацией имитации конституционного проекта.

Анатолий Пинчук. У нас, абсолютно верно, с 2005-го, ну, не с 2005-го, а с 2006 года, скажем так, идет просто процесс действительно размывания государства. То есть даже не имитации, а разрушения государства, как какой-то правовой конструкции, где существуют определенные правила, процедуры, признаваемые всеми и так далее. Сначала это было на не принятии тех или иных правил и процедур политическими силами, потом это перекинулось вообще на институциональный уровень, усугубилась ситуации на уровне судебной системы. То есть у нас сейчас просто происходит окончательное разрушение правового поля государства.

Я могу просто привести еще один вчерашний пример. Вот мы вчера проводили пресс-конференцию по итогам Гражданской ассамблеи. А она ж как бы первого апреля проходит, и надо было как-то учесть этот фактор первоапрельский. Решили начать ее следующим образом, чтобы секретарь, человек, который ее начал вести, начал с того, что прошла двадцать девятого ГАУ, там были приняты какие-то решения, первое решение там: «Відсторонити від влади Верховну Раду, Президента, Кабінет Міністрів, визнати їхні рішення нелегітимними…» и так далее. Самое интересно, что в первый момент фразы у журналистов, которые там сидели, еще был в глазах вопрос: они шутят, или они что-то еще собираются дальше делать? Да, потом, уже где-то на третьей фразе они поняли, что это первоапрельская шутка. Но сам факт этого как бы вопроса в глазах журналистов, немого такого…

Юрий Романенко. Что такое вполне реально…

Анатолий Пинчук. Да, почему нет? Почему нет, если тут действительно собрались, грубо говоря, триста пятьдесят человек, которых избирали от ???, то почему не может быть. Грубо говоря, абсолютно адекватной уже для психологического восприятия является ситуация, когда, условно говоря, какая-то часть людей, в количестве десятков тысяч или сотен тысяч человек может задекларировать претензии на получение власти за рамками того правового поля, которое есть сейчас. То есть, такое воспринимается уже как возможное. Мы уже подошли к этапу, когда действительно как бы надо в прямом смысле перезагружаться, потому что уже просто все на всех плюют. И вот это, я как бы согласен с тем, что у нас это уже не понарошку называется, это уже по-другому называется.

Юрий Романенко. Деконструкция государства заканчивается либо внешним управлением, либо управлением субъекта, который запускает нового государство.

Анатолий Пинчук. Да, правильно.

Продолжение смотрите здесь


Комментирование закрыто.