Что Украине делать с Донбассом в 2017 году: политические заявления и социальные настроения

Юрий Романенко, "Хвиля"

Донбасс терриконы зима

2016 год заканчивается под знаком неопределенности относительно перспектив разрешения конфликта на востоке Украины. Минск-2 практически не работает. Каждый день сводки приносят новые факты нарушения перемирия, новых убитых и раненных. Минский процесс выполнил функцию затягивания времени, необходимого, чтобы Украина отошла от шока поражений под Иловайском и Дебальцево, но изменение внешнего контекста неизбежно ставит вопрос о работоспособности данной схемы в 2017 году.

Сегодня, 28 декабря, МИД России в лице представителя Министерства иностранных дел РФ Марии Захаровой разразился истерическим заявлением насчет возможной блокады оккупированных территорий Донбасса ветеранами добровольческих батальонов.

«Призываем Киев не допустить этой авантюры, способной привести к обострению и без того сложной ситуации. Пора перестать видеть врагов в жителях Донбасса. Это такие же граждане Украины, как и люди, живущие в ее остальных частях. Нужно завершать войну, садиться за стол переговоров и в прямом открытом диалоге искать компромисс. Только на такой основе можно урегулировать затянувшийся внутриукраинский кризис. Именно это является краеугольным камнем Минских соглашений, обязательства по неукоснительному соблюдению которых взяли на себя киевские власти», – говорится в брехливом заявлении МИД России. Российские дипломаты-пропагандисты уверены, что «все это красноречиво свидетельствует об отсутствии в Украине малейшего желания решать конфликт в Донбассе мирными способами».

На самом деле, Захарова врет и мы это убедительно докажем ниже. Большая часть населения Украины не видит решение проблемы ОРДЛО силовым путем. Однако этот факт игнорируют не только российские (по понятным причинам), но и украинские чиновники и политики.

Например, несколько дней назад, глава Донецкой областной военно-гражданской администрации Павел Жебривский выступил с очередным громким заявлением, что считает неизбежным хорватский вариант деокупации Донбасса.

Жебривский заявил, что не является большим оптимистом в вопросе скорого освобождения оккупированных территорий. «Я не являюсь таким оптимистом. Россияне поставили все на паузу. Ждут, какую позицию займет Трамп», — сказал губернатор подчеркнув, что Украина в любом случае не готова уступать свои территории.

Как пишет «Остров», по словам Жебривского сейчас нужно обустраивать подконтрольную Украине территорию Донбасса, уделять внимание переговорщикам для давления на Россию и заниматься дальнейшим строительством армии. «Мы придем, в конце концов, к хорватскому варианту», — мощно сотряс воздух сказал губернатор, подразумевая, что Украина может повторить силовой сценарий освобождения Донбасса в духе хорватских военных операций «Молния» и «Буря» в 1995 году. Как известно, тогда Хорватия провела в 1995 году два блицкрига по освобождению Сербской Краины от сепаратистов, которые увенчались полным успехом.

Что стоит за заявлением Жебривского о «хорватском сценарии»? А ничего не стоит. Это просто очередное сотрясение воздуха в духе «не сделаем, так погремим», которыми любят грешить наши власть предержащие. Недавно в таком же ключе высказывался Климкин, когда говорил, что Украина введет визовый режим в отношении России. Из этой же оперы строительство стены на границе с той же Россией. Слов было много, а воз и ныне там.

Но вернемся к хорватскому сценарию. На сколько он реален? На «Хвиле» мы публиковали несколько статей на этот счет. Например, «Уроки Хорватии для Украины. Войны Югославии», «Возможна ли военная операция «Буря» на Донбассе». Последняя была написана в контексте круглого стола «Перспективы хорватского сценария реинтеграции в Украине», который состоялся 25 августа 2016 года в Украинском Институте Будущего. В ходе этого мероприятия Ольга Лень, Денис Казанский с коллегами, которые ездили в Хорватию изучать опыт освобождения оккупированных территорий привели массу аргументов при каких условиях возможен силовой вариант возврата ОРДЛО. Хорватия не смогла бы достичь успехов, если бы не провела эффективную реорганизацию своей армии и государственных институтов. Именно резкое увеличение эффективности работы государства позволило не только сконцентрировать необходимые ресурсы на освобождение Сербской Краины, но и заручиться негласной поддержкой США на силовую операцию не смотря на вопли Европы. Трудно представить, что хорваты были бы так успешны, если бы они продолжали бы торговать с сербами на оккупированных территориях, обеспечивать их различными ресурсами, платить пенсии, а еще при этом предоставляли полное право своим врагам заниматься бизнесом, выигрывать тендеры на инфраструктурные проекты и вещи, которые в сегодняшней Украине являются нормальными.

Например, как Жебривский намерен обеспечить хорватский сценарий, если бизнес-структуры, связанные с руководством ДНР спокойно берут контракты на ремонт школы в Краматорске? Весь этот маразм «перемог» на украинской части Донбасса прекрасно описан в статье «ProZorro по-донецки: как Порошенко повторяет ошибки Ющенко». Логика действий власти в форме договоренностей с теми, кто завел Украину в такую яму, не говоря уже о взаимодействии с сепаратистами, априори вызывает гомерический хохот при виде любых попыток с серьезным лицом рассказать о том, что возможна успешная силовая операция по освобождению ОРДЛО в «хорватском» или каком-то другом стиле. События 2005-2009 годов абсолютно ничему не научили посторанжевый лагерь.

Но есть и другой, не менее важный аспект — настроения украинцев. Нельзя не учитывать настроения украинцев относительно оккупированного Донбасса. А эти настроения существенно изменились за последние 2,5 года. Если летом 2014 года более 50% украинцев рассматривали силовое решение проблемы Донбасса как приемлемое, то сегодня мы наблюдаем абсолютно другие настроения. Сегодня доминирует неопределенность и стремление решить проблему Донбасса с наименьшими издержками.

Социология Украинского Института Будущего, проведенная 21-28 ноября дает четкую картину запутанных настроений украинцев по итогам 2016 года. Большинство украинцев видит, что Минск-2 не является решением проблемы и смотрят по сторонам в поиске альтернативных сценариев решения проблемы.

sotsopros-ukrainskiy-institut-budushhego-1

Например, вот ответы на вопрос должна ли Украина придерживаться Минских соглашений. Как видим, 42,3% считают, что Украина должна придерживаться Минских соглашений, еще 26% против и 31,7% респондентов не определились.

sotsopros-ukrainskiy-institut-budushhego-22

А вот на этом графике мы видим, что существенно уменьшилось количество тех, кто считает, что Украина должна выполнять Минск-2  в сравнении с нашим первым опросом в конце мая 2016 года. При этом выросло число тех, кто не определился с 18% до 31,7%.

sotsopros-ukrainskiy-institut-budushhego23

Ниже ответы в возрастном разрезе. Чем моложе респонденты, тем больше отрицание и неопределенность. И, наоборот.

sotsopros-ukrainskiy-institut-budushhego-24

А вот в региональном разрезе

sotsopros-ukrainskiy-institut-budushhego-25

Точно так же скептично украинцы смотрят на способность Минска-2 решить проблему конфликта на Донбассе

sotsopros-ukrainskiy-institut-budushhego-26

И вновь, сравнивая ситуацию с настроениями в мае мы видим, что скептицизм и неопределенность растут.

sotsopros-ukrainskiy-institut-budushhego27

Здесь мы видим, что в отличие от Павла Жебривского, украинцы не грезят блицкригами. Большинство уверены, что конфликт на Донбассе на десятилетия — 37,5%

sotsopros-ukrainskiy-institut-budushhego29

Так выглядят ответы на данный вопрос в региональном разрезе.

sotsopros-ukrainskiy-institut-budushhego-30

 

Почти половина респондентов считают, что Украина не должна проводить каких-либо выборов на оккупированных территориях — 45,7%. Еще 26,4% наших соотечественников уверенны, что Украина не должна делать этого, пока не возьмет под контроль границу. Поддерживают идею выборов в духе идей Штайнмайера только 10,8% украинцев.  С логикой у наших сограждан в данном вопросе все в порядке.

sotsopros-ukrainskiy-institut-budushhego31

Ответы в региональном разрезе  также дают интересную картинку.

sotsopros-ukrainskiy-institut-budushhego32

Наконец, самый интересный график — как Украина должна решить проблему оккупированных территорий.  Как видим, только 11,1% украинцев считают, что Украина должна дать автономию ЛДНР на условиях Минска-2. Референдум по предоставлению ЛДНР статуса оккупированных территорий с прекращением социальных выплат и других обязательств поддерживают 20% респондентов. Ничего не менять, ожидая пока ситуация изменится к лучшему — 21%. 19,6% готовы поддержать возврат ОРДЛО силовым путем. Затрудняются с ответом 21,1%. Наконец, 7,1% готовы дать  на референдуме независимость ЛДНР, т.е. вытолкать за пределы Украины.

sotsopros-ukrainskiy-institut-budushhego-33

Данные результаты еще более интересны в сравнении с майским опросом. Тенденции ровно такие же, что мы наблюдали выше. Увеличилось количество тех, кто имеет неопределенную позицию с 14,4% до 21,1%. Уменьшилось более чем на треть число сторонников выполнения Минска-2 — с 18,2% до 11,1%. Увеличилось на 6% количество респондентов, считающих, что нужно ждать с моря погоды. На 5% сократилось число сторонников референдума по статусу оккупированных территорий для ЛДНР, но на 2% выросло число тех, кто поддержит предоставление независимости ЛДНР. Наконец, на 1% уменьшилось число сторонников силового варианта.

 

sotsopros-ukrainskiy-institut-budushhego-34

Не менее интересная картинка в региональном разрезе. Как видим, наибольшее число сторонников Минска-2 на юге и в центре  — по 17%. Референдум по предоставлению ЛДНР статуса оккупированных территорий с прекращением выплат и обязательств более всего поддерживают на западе (26,3%) и севере (24,8%), а менее всего на востоке — 14,8% и центре (17,4%). Количество сторонников независимости ЛДНР более всего на, внимание, востоке Украины 16,3%, что в три с лишним раза выше, чем на западе Украины. В данном случае, это скорее свидетельство лояльности ЛДНР, чем жесткого отторжения, как на западе страны. А вот в оценке ничего не менять и ждать лучших времен запад и восток дали практически одинаковые результаты — 23,5% и 24,2%, соответственно. «Хорватский сценарий» более всего поддерживают на западе и севере Украины  — 25,15 и 23,6%, а вот восток и юг дают наименьшие показатели по данному сценарию — 12,8% и 12,1%, соответственно. Наконец, затрудняются ответить в наибольшее мере на востоке (23,5%) и юге (29,2%).

sotsopros-ukrainskiy-institut-budushhego-35

Не менее любопытная картинка, когда мы выносим вопрос референдуме по предоставлению ОРДЛО статуса оккупированных территориях с прекращением всех выплат и обязательств. Как видим, 38,3% поддержали бы такую инициативу, что означает, что такой референдум принял бы положительное решение , поскольку пропорционально числу тех, кто пришел бы на него такое голосование дало бы результат более чем в 50%.

sotsopros-ukrainskiy-institut-budushhego36

При этом в сравнении с маем ситуация изменилась незначительно. То есть, когда такой вариант предлагается как решение, то украинцы готовы его поддержать. Кстати, это указывает на дефицит предложения решений со стороны правящего класса.

sotsopros-ukrainskiy-institut-budushhego-37

В региональном разрезе мы видим повторение то же ситуации, что графиком выше. Запад поддерживает такое решение каждым вторым голосом, а на востоке только 21% поддержат референдум, в отличие даже от южных регионов Украины, где 38% поддержали бы такую повестку.  Почти 35,7 % респондентов на востоке, 33,9% на севере и 29,1% на юге не пошли бы на такой референдум.

sotsopros-ukrainskiy-institut-budushhego-38

Наконец, последний график дает понимание того, почему украинцы так колеблются. За два с половиной года войны они имеют достаточно смутное представление о предмете. Например, мы их спросили знакомы ли они с содержанием Минских соглашений.

sotsopros-ukrainskiy-institut-budushhego-19

При этом наибольшую осведомленность показали жители восточных областей, там Минские соглашения прочитал каждый пятый.

sotsopros-ukrainskiy-institut-budushhego-20

Резюме:

  1. Настроения относительно Минска-2 и Донбасса, которые зафиксировал соцопрос Украинского Института Будущего в конце ноября 2016 года являются проекцией неопределенности политики, которую проводит украинская власть. Чем дольше затягивается пауза с разрешением проблемы Донбасса, тем больше усиливается неопределенность в ожиданиях.
  2. Украинцы уже хорошо осознают, что Минск-2 перестает работать, потому количество его сторонников явно уменьшается, но не имея четко артикулированных альтернатив украинцы занимают неопределенную позицию. 42% украинцев практически придерживаются такой линии.
  3. Количество сторонников силового решения (хорватского варианта) не превышает 20% и имеет тенденцию к сокращению.
  4. Сторонники референдумов, направленных на отрезание Донбасса от Украины в той или форме имеют почти треть голосов. Однако, как только позиция референдума (оккупированный статус) артикулируется как решение, то его готовы поддержать 40% украинцев, что означает победу, если бы такой референдум проводился.
  5. Налицо существенное отличие в оценках ситуации в различных регионах. Западная Украина демонстрирует более четкую и более жесткую политику в отношении Донбасса, а восток,  наоборот, выглядит более пацифистски и неопределенно настроен. Губернатору Павлу Жебривскому стоит обратить внимание, что его инициативы больше поддерживают на западе Украины, чем на востоке. Однако, более грозным следствием является то, что чудовищные провалы в гуманитарной политике создают серьезные проблемы относительно удержания востока Украины в рамках государственной политики. Проблемы описанные Алексеем Копытько в статье «Проблемы идентичности: ряд тенденций ухудшения ситуации на востоке Украины» подтвердились и в нашем опросе. Посмотрите как украинцы реагируют на политику декоммунизации:

sotsiologiya-ukrainskiy-institut-budushhego-76-otnoshenie-ukraintsev-k-dekommuzatsii

Картина в региональном разрезе показывает серьезные различия между западом и востоком, и, даже, центром. На западе декоммунизацию поддерживают в три раза больше, чем на востоке. И, наоборот, на востоке и в центре в 4 раза больше не поддерживают процесс декоммунизации. В совокупности, все это указывает, что политика относительно востока должна быть дифференцированной, если мы не хотим получить дополнительных проблем в условиях острого социально-экономического кризиса.

 

sotsiologiya-ukrainskiy-institut-budushhego-77-otnoshenie-ukraintsev-k-dekommuzatsii

6. Украинцы слабо представляю суть Минских соглашений, как следствие это открывает пространство для манипуляций, включая со стороны России. Плохая работа с информационным полем — по-прежнему «ахиллесова пята» украинской власти.

7. Киев имеет хорошие аргументы, когда в 2017 году США, Европа и Россия попытаются заставить пойти Украину в рамках сценариев описанных в моем докладе -прогнозе «Межі стійкості. Світ і Україна в 2017 році. Сценарії» и сценариям по Донбассу Игоря Тышкевича «Риски для России в 2017 году: три сценария«, чтобы показать, что реализация Минска-2 не воспринимается большинством населением. Следовательно вызрели все условия, чтобы предъявить внятные альтернативы, например, в формате того же референдума по статусу оккупированных территорий, который наверняка получит поддержку большинства украинцев.

Наконец, наша правящая элита должна меньше забивать эфир болтовней о «хорватских сценариях», могучем украинском чудо-оружии, жестких шагах по введению визового режима с Россией и прочими фантазиями, которые, во-первых, никого особо не воодушевляют; во-вторых, закрывают глаза на тот факт, что мы теряем время, которое сегодня на вес золота, пока они пытаются «изменить ландшафты ничего не меняя по сути».




Комментирование закрыто.