Дискуссия о Нафтогазе как симптом «голландской болезни» Украины

Юрий Романенко, Украинский институт будущего, "Хвиля"

Одна из самых смешных стратегических дискуссий сегодня — дискуссия о Нафтогазе Украины, развернувшаяся между командой Петра Порошенко и Юлией Тимошенко.

Подумайте только, уже 40 с лишком лет существует эта труба. За это время исчез СССР, по планете прокатилось несколько волн кризисов, прошли пару технологических революций. И вот нам на полном серьезе предлагают привязывать перспективу Украины к ГТС, которая даёт аж 3 млрд долларов. Проблема в том, что ГТС Украины обречена кто бы не стал президентом по той простой причине, что исчезли или вот-вот исчезнут базовые условия, когда она была нужна. Турция превратились в газовый хаб, что конкурирует за тот же рынок, что и украинская ГТС. Северные потоки уже реальность и их достроят. Сжиженный газ из Катара — реальность. Сжиженный газ из США в Европу на подходе. Альтернативная энергетика — реальность.

Однако, наши элиты ведут себя так, как будто этого ничего нет. Как будто не было 40 лет. И мир стоит на месте.

Когда Германию просит не строить СП-2 Трамп, то мотив очевиден- Трампу важно втюхать свой газ, чтобы выиграл американский налогоплательщик. И Россия там предлог только. Но когда Германию просит об этом Украина, то это больше похоже на героинового наркомана, который хочет получать дозу дальше, игнорируя , что это никому не выгодно и не нужно, кроме него самого. И Россия как предлог не работает. Потому что в случае США за требованиями Трампа стоит 20 трлн ВВП и Трамп может позволить себе говорить , что доступ на американский рынок — это эксклюзив, который нужно заслужить. В случае Украины не стоит ничего, кроме желания жить с остатков было роскоши. И весь вектор политической и экономической борьбы в Украине направлен именно за контроль над остатками. В этом плане, интересно, что борьба на низшем уровне ничем не отличается от высших звеньев пищевой цепи. Едете в глубинку и смотрите как формируются ОТГ. А они формируются по принципу как присосаться к какому-то ресурсу, который будет кормить всю неэффективную и токсичную шоблу бюджетных институций, производящих видимость деятельности. Изначально, никто даже не пытается посмотреть, как расширить базу кормления, создав что-то новое. При этом часто это новое просто валяется под ногами.

Но нет. Нам с апломбом рассказывают как важно удержать эти 3 ярда транзита, когда под землёй валяется 1 трлн кубометров газа, которыми можно не только перекрыть свои потребности и далее вообще не вспоминать, что мы когда то покупали газ у России, но и продавать этот свой газ в Европу, вытесняя оттуда РФию. Создавая, тем самым, реальные мотивации европейского бизнеса цепляться за нас, потому что им это будет выгодно в самых различных аспектах. Наша проблема в том, что мы думая о своей выгоде, забываем о выгоде других. Однако именно выгода других есть тем базовым мотивом, который этих других заставляет цепляться за наши выгоды. Нет выгоды от нас — нет интереса к нам. Организуй выгоду — будет интерес.

Но мы предпочитаем люто сражаться за объедки и остатки, пребывая в сладостной неге, что Запад (Китай или кто-тем ещё) нам поможет в ущерб своим личным интересам. Но так не бывает. Попробуйте заставить вашего соседа оплачивать ваши счета за электроэнергию. И как успехи? А если у соседа ещё и масштабный ремонт? И тут приходите вы и начинаете ныть что-то про соседскую дружбу, хотя вся эта дружба сводится к тому, что вы регулярно бегаете к Васе просить занять денег на бухло и гульбан, мотивируя это тем, «за діти голодні». Однако, в реальности никто не обязан кормить ваших голодных детей на том простом основании, что вы безответственный человек. Боле этого, безответственный человек в принципе не вызывает эмпатии. Так почему должна быть иная реакция относительно безответственной страны?

Таким образом, дискуссия о НАК «Нафтогазе» — это симптом «голландской болезни» Украины. Как известно,  «голландская болезнь» приводит к перемещению ресурсов из обрабатывающего сектора в сырьевой и сервисный, которые создают меньшую величину добавленной стоимости. Кроме того, длительная зависимость экономики от экспорта природных ресурсов ослабляет стимулы для развития обрабатывающих отраслей и создания новых технологий». Именно это произошло с украинской экономикой за 27 лет.

Подписывайтесь на канал «Хвилі» в Telegram, страницу «Хвилі» в Facebook, на страницу Романенко в Facebookна Youtube, в Telegram. Страница Украинского института будущего в Facebook, в Telegram, на Youtube

[print-me]
Загрузка...


Ответить