Наверно это будет лонгрид, поэтому тут будет уместно небольшое вступление. Оно будет посвящено украинскому языку, а точнее, моим отношениям с украинским языком. Для Украины я варяг с польско-белорусскими корнями. Родился я в русскоязычной семье в Литве, там закончил школу, служил недалеко от финской границы под Выборгом, высшее образование получил в Санкт-Петербурге, в Украине живу с конца 90-х.

Сейчас я довольно сносно говорю на украинском. Как заметил мой друг Тарас Козак где-то год назад — уровень Азарова пройден.

На вопрос — «почему я заговорил на украинском?» у меня есть ответ — потому что я захотел. Я посчитал, что если я хочу быть общественным деятелем, политиком, то этот инструмент мне просто необходим. Это культурный признак, что ли, такое must have для современного публичного человека. Да и мне просто нравится говорить на украинском языке. Но он никогда не станет моим языком повседневного общения. Он всегда будет моим вторым языком по отношению к моему родному языку. Почему я начал с языка станет понятно ниже.

Совсем недавно. я писал об идентичности Фукуямы, прочитав его книжку «Identity» 2019 года. И вот появились новые поводы поговорить об идентичности — это статья Виталий Портников в издании Збруч и предложенные россиянами в Мюнхене «12 шагов» достижения мира в Украине.

Портников

Почему я начал этот текст с украинского языка? Потому что Виталий Портников считает, что украинский язык является одной из трёх составляющих украинской идентичности. Вот все три: «українськими за духом, за мовою, за сприйняттям історії». Т.е. Виталий устанавливает некий эталон украинской идентичности, который должен стать прокрустовым ложем для остальной Украины — «нам потрібно вирішувати питання побудови української ідентичності на всій території нашої з вами країни.»

 Т.е. все три основные противоречия, существующие в украинском обществе, Виталий предлагает разрубить, как гордиев узел, одним махом — продолжая мчаться по рельсам провальной гуманитарной политики проигравшего выборы президента.

Disclaimer: Необходимо разделить идентичности, о которых мы собираемся говорить. Моя идентичность, как белоруса-поляка-литовца никак не может натянуть на себя этничную идентичность украинца. Как бы я ни старался, я не смогу стать этничным украинцем ни по духу, ни по языку, ни по восриятию истории. А вот представителем украинской политической нации я однознчно являюсь и моя украинская идентичность отличается от украинской идентичности Виталия.

Для меня украинец — это «християнський герой, він захищає европейський світ, а проте його голову прикрашає давньобулгарський оселедец, убраний він у східну одежу й живе серед військових реалій» (с)Яковенко. Я выбрал для себя такой образ. Моя украинская идентичность вмещает и Ужород, и Киев, и Львов, и Севастополь. Она шире этнокультурной идентичности. Так сложилось, что в границах 1991 года Украина не может уложиться в моноэтнокультурный фон. И это наша с вами данность, которую невозможн отрицать.

Я не знаю, почему Виталий выбирает для этничных украинцев образ народа-жертвы. Народа, язык и культуру которого постянно уничтожали — то поляки, то литовцы, то русские. И неспроста студенты справшивают лектора Портникова — как же так случилось, что нас уничтожали, уничтожали, да не уничтожили? Как же так случилось, что украинский язык уничтожали, уничтожали, а мы с вами и пишем и говорим на украинском, и по всему миру существуют украинская диаспора? Может, что-то надо поправить в консерваториях? Может, и Великое Княжество Литовское, и Речь Посполита, и Российская империя, и СССР просто нуждались в нас — украинцах? Может, без нас эти империи просто не смогли бы состояться? Может, тут надо искать повод для гордости, а не для скорби?

Навязывание украинского этнокультурного наратива, и тем боле такого скорбного, русскоязычному городскому жителю не получится, не воспримется, вызовет противостояние. И если украинский язык постепенно со сменой поколений будет употребляться всё шире и шире, то трактовка истории в угоду одной этнокльтурной группы будет вызывать только раздражение и раскол в обществе. А нам нужно сшивать. Но о том, что может стать фундаментом объединения — ниже.

12 шагов

Украинский инфопростор возмутила наглость, с которой российские спецы при участии европейских экспертов и украинских деятелей, представили в Мюнхене миротворческий план урегулирования ситуации в Украине. Страна-агрессор, анексировавшая наш Крым, оккупировавшая наши восточные территории, предлагает в своём плане «помочь» украинцам разобраться с их идентичностью.

Россияне предлагают нам пересмотеть историю, определить кто тут герои, кто тут титульная нация, а кто тут национальное меньшинство. Это, конечо, отличается от прокрустова ложа Портникова, который собирается защищаться от России путём архаизации украинских городов. Ведь за Россией Портников оставляет право стать свободной, демократической и успешной, тогда как мы, Украина, обречены оставаться на обочине цивилизационных процессов: «Уявіть собі, коли поруч з недорозвиненою, все ще архаїчною і все ще не ідентичнісною Україною раптом виникне демократична, успішна, здатна до стрімкого розвитку держава. … І наші міста-мільйонники Харків, Одеса, Дніпро, залишаючись усе ще російськомовними … раптом побачать перед собою таку чудову Росію. А позаду себе побачать сердешну архаїчну Україну, бідну, нещасну, яка не здатна до розвитку, яка постійно тупцює на місці…
Як швидко відбудеться наше державне об’єднання з цією чудовою Росією?»

Популярные статьи сейчас

Доктор Комаровский сделал важное предупреждение

"Мы хотим жить": украинцы срочно обратились к Зеленскому

Россия испугалась мирового кризиса

«Стравливают между собой»: пассажирка рейса из Вьетнама раскрыла подробности скандала в Борисполе

Показать еще

Т.е. с одной стороны россияне предлагают нас всех разделить по цвету кожи и посчитать, с другой стороны пан Портников предлагает нас всех унифицировать. По своему образу и подобию. И снова мы, большинство граждан Украины, оказались, как запорожцы в давние часы — с одной стороны гетьманат, с другой — московия, а с третьей — крымский хан.

«щоб ця колишня Українська СРСР насправді стала незалежною Україною, нам потрібно, щоб українська ідентичність розповсюдилася від Ужгорода до Харкова. Бо якщо нам не вдасться її розповсюдити від Ужгорода і до Харкова, то ці території залишаться поза цієї ідентичністю, а значить під впливом іншої ідентичності – російської ідентичності. Вони рано чи пізно не будуть українськими і з політичної точки зору – не треба себе тут обманювати».

Дорогой Виталий! Как же так случилось, что вы не видите того, что уже происходит на наших глазах? Политическая украинская нация уже состоялась. Новая украинская идентичность уже тут. Но она не распространилась от Ужгорода до Харькова, она звучит одновременно и в унисон на всей территории Украины. В то числе и на русском языке. И она та же, какой воспринималась извне на протяжении сотен лет нашими соседями — смешаннокультурный, смешанноэтничный, смешанноязычный, воинственный народ на пограничье между востоком и западом, между севером и югом.

Россияне спешат со своими планами примирения потому, что они уже это слышат и видят — русскоязычность не стала преградой для военного противостояния с ними. Русскоязычные Днепр и Мариуполь не хотят быть частью руссского мира. 61% украинских военных на передовой — рускоязычные. Нет для русскоязычных украинцев никакой «успешной России», частью которой они хотели бы стать, но и Бандера с Шухевичем не станут их кумирами.

Что касается усилий россиян по защите прав национальных мньшинств, я бы предложил другую стратегию для Украины, французскую. Франция — страна, которая не подписала ни один европейский документ, где употреблятся термин «национальное меньшинство». Группа Хельсинкского университета в 1975 году провела комплексное обследование, в ходе которого вычленила основные критерии этнических меньшинств, один из которых — самоидентификация в качестве таковой. Понимаете? Национальное меньшинство может называться национальным меньшинством, если только оно само пожелало так себя называть. Мы все — граждане Украины, и права каждого гражданина Украины должны быть защищены без выделения в группы. Это и есть наша линия противостояния России — никакого деления по сортам в Украине не будет! Но и унификации по Портникову тоже не будет!

А по поводу 12 шагов — полный игнор российских инициатив, а власти Украины должны предложить миру свой план. Пока нет своего плана — будут чьи-то планы по Украине.

Фукуяма

В обосновании необходимости унификации украинцев, на которую опирается Виталий, конечно же, не обошлось без теории «плохого народца», которая стала очень популярной среди сторонников ушедшего в прошлое президента: «Більшість наших із вами співвітчизників, за винятком трьох галицьких областей, проголосували за збереження Радянського Союзу ще в 1991 році – за кілька місяців до того, як вони проголосували за незалежність. До речі, ви точно впевнені, що саме в грудні 1991 року вони виявили своє справжнє уявлення про те, якою має бути Україна, а не в березні? Це хороше питання: чи дійсно народ так стрімко розвивається, що він так швидко, з березня до грудня, змінює своє уявлення про власне майбутнє?..».

Модернизация одной за другой стран третьего мира никогда не опиралась на какие-то продвинутые народы. Нельзя сказать, что китайцы, малазийцы, армяне или эстонцы намного образованнее, осознаннее, осмысленнее, цивилизованнее украинцев.

Большинство рядовых граждан Украины, так же, как представители других народов, не будут интересоваться политикой чаще, чем раз в пять лет. И это не зависит от языка. Выходцы из западных областей Украины всегда составляли огромную часть заробитчан в Москве даже после начала войны. Украинская этнокультурная идентичность не заставила их изменить свой выбор, точно также, как и русскоязычность не заставила наших солдат не стрелять во врага. Не надо приписывать одной этнокультурной группе государственничество, а другим группам отказывать в этом. В каждой группе есть те, кто мыслит государственными масштабами, и есть те, кто больше думает о своей частной жизни.

Основным вопросом я считаю такой — что можно предложить всему украинскому народу в качестве объединяющих ценностей? Виталий Портников сокрушается в своей статье, что европейский дискурс сильно отличается от украинского — «От там обговорюють, скільки коштує квиток на Марс – а ми досі обговорюємо, скільки коштує квиток на трамвай.» Но в этой же фразе содержится и ответ на вопрос, почему у нас такой дискурс. Мы — наибеднейшая страна в Европе. Мы — наикоррумпированейшая страна в Европе. Чиновники могут позволить себе билет на Марс, а пенсионеры не могут наскрести и на трамвай.

Поэтому Фукуяма (и я вместе с ним) предлагает оставить в покое те силы, которые способствовали становлению наций в прошлом — языки, этносы, религии, личные амбиции и интересы правителей. Сегодня украинская политическая нация уже состоялась. Необходимо только задекларировать те ценности, которые нас органично будут держать вместе, и которые будут способствовать модернизации нашего государства.

Какие ценности нас собирали на Майдане? Мы выходили против правового беспредела. Верховенство права так и остаётся для нас высочайшей, но пока не реализовавшейся, ценностью. Коррупция, разъедающая изнутри наше общество, с одной стороны является следствием отсутствия верховенства права, но с другой стороны она подпитывается экономической несвободой, сложной регуляцией и чрезмерной налоговой нагрузкой.

Т.е. ценности либеральной демократии, которые эволюционно завоевали умы в цивилизованном мире, в мире успешных стран, уже вышли на первый план и в Украине. Мы только не можем это упаковать в национальную стратегию развития. Верховенство права, экономическая свобода, подотчетность власти — ценности либеральной демократии — вот тот фундамент, на котором предлагается твёрдо стоять государственным мужам, а нам — за следить за тем, чтобы они не выходили за эти рамки.

А вопросы языка, трактования истории, культурного фона давайте оставим за пределами функций государственного аппарата. Давайте об этом говорить на уровне гражданского общества, ведь политическая нация — это постоянный диалог, это ненасильственая дискуссия, ненасильственная аргументация. И всем нам вместе необходимо прекратить делить друг друга на правильных и неправильных, независимо от языка, восприятия истории, культурного фона, и нужно требовать от власти установления верховенства права и предоставления гражданам экономической свободы.

Этим мы и будем отличаться от России, этим мы и будем становиться похожими на цивилизованный мир.

Подписывайтесь на страницу автора в Facebook, канал «Хвилі» в Telegram, на канал «Хвилі» в Youtube, страницу «Хвилі» в Facebook, страницу «Хвилі» в Instagram.