Семь причин появления проекта «Томос»

Семь причин появления проекта «Томос»

Автокефалия – событие значительно более многогранное, чем преподносит его официальная пропаганда.  Сложно было бы анализировать вопрос с низменных земных позиций, если бы не эта самая пропаганда, умалившая его до мероприятия по обеспечению государственной независимости.  Такой подход оставляет за рамками множество аспектов и контекстов, пусть спорных и сомнительных, но и делает возможным  исследование, без риска увязнуть в теории богословия или практике духовного делания.

Исключим версию о Томосе, как «фишке» предвыборной кампании. Она  очевидна и заезжена. Даже в том варианте, где выступает как аргумент для внешней легитимации результатов такой компании.  Сосредоточимся на тех аспектах, где церковь выступает не в роли КПП на трассе, ведущей в Рай (или Ад, тут уж каждому свое), а вполне земной институцией, активно участвующей в социальных, экономических и прочих мирских и не всегда праведных процессах. Таких версий не мало.

Защита активов. Тут автокефалия — оптимизация структуры активов внутри  холдинга. Цель – минимизация  рисков  преждевременной утраты. И речь не об уходе в мир иной. Холдингом  выступает Православие. Проблемные активы – украинская паства, донедавна в большинстве находившаяся в управлении  московского офиса. Ситуация между Украиной и Россией проявила опасное следствие для бизнеса  холдинга.  Когнитивный диссонанс, внутренний конфликт у граждан, личность которых несет в себе две  позиции самоидентификации: православный христианин и украинский патриот.

Нормальный человек пытается избавится от этого мучительного состояния,  не доходя до постановки диагноза. Тут возможны варианты. Например, устранить конфликтующую часть полностью или частично. Полное устранение — сложный и пугающий процесс, нежелательный как для холдинга, так и для принимающего государства. А вот частичное – исполнено для гражданина искушений и прелестей. Речь идет об исключении эпитета «православный». Христианство содержит в себе массу течений и ересей.  Конкуренция между ними — не новость. Источник же критичного риска —  модернизированные церкви, протестантские, харизматические. И просто секты. Взявшиеся осваивать получившую независимость территорию, принесшие новые методы маркетинга, гуманитарные и социальные технологии, продукты, адаптированные под общество потребления. Внедрившиеся в госаппарат. Для них сложности внутри православия — манна небесная, новый шанс расширить владение.

Для исправления ситуации и задействована автокефалия, как ребрендинг. Подход проверенный,  неоднократно реализован в Украине на других рынках (связи, торговли ГСМ и пр.). В результате, украинский филиал холдинга не подчиняется московскому, с ним конкурирует. Они публично, убедительно, на весь мир конфликтуют, оставаясь в том же холдинге. Причем градус конфликта — в прямой зависимости с количеством ренегатов.  А то, что для реструктуризации использован «независимый»  внешний центр – стандартная «оффшорная» практика.

Происки язычников. Чередуя скучное с забавным. Братские христианские церкви — не одиноки в деле освоения рынка духовных услуг Украины. За прошедшие со свержения коммунистического материализма годы, мы  подучили церковный лексикон, освоили ритуалы (особенно те, что гармонизируются  с употреблением алкоголя — пасхальное разговление, крещенское купание и пр.). Но в массе своей, в духовных вопросах остаемся приятно инфантильными.

Религиозные убеждения и ценностные критерии восстановится не успели, так еще добавился конфликт с ценностями общества потребления. В сумме они порождают дивных химер. Масса бытовых, карьерных, личных проблем, для решения которых христианство в фундаментальной своей концепции эффективных стратегий не предлагает. А вот в части обслуживания обыденного мировозрения, попускающего позитивное отношение к собственности, деньгам (особенно чужим), личным отношениям и прочим земным вопросам, впереди вовсе не христианские, и  не родственные с ним религии и культы. Стоит поинтересоваться , представители каких религий в среднем наиболее финансово состоятельны. Это будут вовсе не те, на кого вы успели подумать.

В этой версии представителями «язычества» (термин использован условно, для обозначения альтернативных религиозных течений,  не относящихся к «основным») был инспирирован проект «Томос», для раскола и дискредитация украинского православия, ослабления его рыночных, властных позиций, политического и культурного влияния. Конечно, с неизменно благими намерениями: развитие, просвещение, возвращение к корням и пр. Соответствующая  дерзкая символика украшает одежду и тела представителей некоторых политических организаций, т.н. «радикальных», что создает основания для мнения, но крайне  слабые.  Один православный князь утверждал по этому поводу, что язычники менее опасны, чем западные братья — христиане, потому как основ веры не оспаривают.

Запах газа. Газ Это стержневой, сакральный элемент украинской политической культуры. Присутствует в большинстве  политических дискурсов. Выступает критерием принятия важнейших решений,  источником власти. Транзит газа –  суррогат национальной идеи,  главный аргумент для внешней легимитации украинских режимов. Было бы странно, обойтись  без газа в нашей теме.

Постановлением Кабинета Министров Украины от 19.10.2018 года № 867, отменены льготы на поставку газа религиозным организациям. Они платили  за топливо в 2 раза меньше  населения. Это содействовало отправлению религиозных обрядов в комфортных условиях и общему одухотворению. Но не только. Некоторые проходимцы успели организовать схемы кощунственной наживы на этом конкурентом преимуществе. Не будем уточнять какие.

В новых условиях многочисленные культовые сооружения остаются  энергоэффективными, но становятся убыточными.  Тот случай, когда недвижимость, веками кормившая, раритетная – далеко не безрисковый актив. Если актив вообще. Еще возрастает конкурентоспособность модернистских течений, использующих в ритуальных целях арендованные помещения. Не говоря о предпочитающих свежий воздух язычниках. Капитальные храмы потребуют  дотаций. Бюджетный поток на такое благое дело –  уже вариант. Но вопрос стоит шире.  Будет ли донором непосредственно украинское государство? На каких условиях?  Учтен ли этот момент в отмене льготы?   А может источником финансирования станет  заграничный офис православия, консолидирующий для этого средства разного, в т.ч. «unexplained» (неясного), происхождения? Много интересных вопросов несет с собой газ.

 Траст. Испокон веков церкви выполняют доверительные (трастовые) функции,  владея и управляя имуществом, доверенным  на время или вовеки. Временно передавали в управление свое хозяйство рыцари, отбывающие в походы. Метод привычный тогда, как пояс целомудрия для жены, остававшейся дома. Процветали религиозные ордена, имевшие такую специализацию. И сейчас неплохо себя чувствуют. В дальнейшем эта функция развивалась и вне церкви. Появились специальные организации — трасты, предоставляющие услуги не только христианам.

Украинцам термин  «траст» известен в двух контекстах. Лозунг «трасты – красты» украшал политическую риторику и трибуну Рады во времена большой приватизации. Тогда эти институции интенсивно использовались для передела собственности. После чего – уничтожены,  и больше не появлялись. Еще на слуху «слепой траст» Порошенко, в который, он, как утверждают, передал имущество для  выполнения  предвыборных обещаний.

Но и церковь не ушла из бизнеса. Для примера можно взять Кипр, где основные мощности по производству энергии, стройматериалов, алкогольных напитков оформлены на православную церковь. Многие монастыри, ашрамы и пр. стяжают имущество парафиян.  Для ускорения и облегчения духовного роста, естественно.

Сейчас в мире входит в заключительную стадию «война с оффшорами». Формируется единая сеть обмена информацией о бенефициарных собственниках, с перспективой неприятных налоговых последствий для последних. Идет выдавливание капиталов из налоговых гаваней  и  респектабельных мест вроде Лондона в места происхождения. Многие государства осознают последствия  такого для  экономики, обустраивают специальные зоны — финансовые центры на подконтрольной территории. Украина к таким не относилась. Кто ж позволит? При наших креативности, морали и локации, национальный финансовый центр быстро превратится в «финансовую прачечную», обслуживающую полмира. Но внутренняя потребность в переоформлении активов, парковке капиталов, сокрытии владения — остра как никогда. Нуждающихся — многие тысячи (см. реестр е-деклараций). Привычные схемы оформления имущества на жену, тещу или любовницу стали слишком опасны. А трасты, которые использует цивилизованный мир избавления чиновника от конфликта интересов, сожжены для бесповоротности  приватизации.

Религиозная организация –  решение в такой ситуации. У нее формально нет  конечного бенефициара, есть налоговые льготы. Закрепление активов за церковью анонимизирует владение и купирует налоговые последствия  не хуже чем ВНЖ в Эмиратах.  Актуальность таких решений  подтверждена во время скандала  «Panama Papers» — там всплыли подобные схемы. Так что церковь вполне может помочь гонимым и страждущим. А термин «спасение» наполнится новыми/старыми смыслами и красками.

Само собой, для такой функции подойдет только церковь, находящаяся под контролем выгодоприобретателей, населяющих аппарат местного государства. Хотя никто не помешает в будущем оказывать доверительные услуги прихожанам из других стран — охота на оффшорных ведьм глобальна.

Хаос.  Без происков Кремля, удачных или провальных, не обходится ни одно  мало — мальски значимое событие украинской жизни. В официальной версии, автокефалия — сокрушительная победа нынешнего украинского Президента, удар по самому чувствительному месту, прямо по скрепам его антагонисту.    Но есть и альтернативный взгляд, наверняка генерируемый фрустированными этой победой кремлевскими башнями.

Война на Донбассе  слишком затянулась. Варианты реинтеграции оккупированных территорий, на которые были ожидания после очередных выборов Путина, становятся все более призрачными, как и варианты эскалации конфликта. Возвращение Донбасса под контроль Киева —  пугает украинскую власть.

С другой стороны, война стала привычной, утратила новизну, остроту эмоционального реагирования. Но потребность в источнике тревоги и страха (основных ныне инструментах управления обществом), политической аргументации, информационных поводов, инструментов структурирования политическое пространство, финансовых потоков и пр. не исчезла.

Как говорил один деятель, «самое лучше – это всегда иметь войну». Необходим новый, долгоиграющий источник конфликта, хаоса, порождаемых им ужаса и потерь у одних, возможностей и шансов у других. История хранит на этот случай превосходный выбор кейсов. Охота на ведьм, выявление врагов народа, культурная революция и т.д. Религиозная война также в этом перечне.

Предполагается, что предстоящие конфликты из-за церковного имущества и раздела паствы снабдят необходимым материалом телеканалы, начальство – аргументами для воинственной риторики. «Религиозная война на Украине» просто драгоценный источник сил для цементирования российской власти, аргумент для дальнейшего укрепления единства общества, его милитаризации и мобилизации. В преддверии смутных времен.

Орден. Влияние  «орденов», тайных обществ и т.п. организаций на государство – тема изученная и многообразная. Часто в государстве, помимо формальной структуры, наличествует как минимум одна параллельная система власти, обеспечивающая, подстраховующая, контролирующая деятельность государства в более или менее явной форме. Часто реальная власть концентрируется именно в этой системе. А может и всегда.

Свежий пример — КПСС в СССР, эксклюзивная роль которой была вписана в конституцию.  Никакая карьера не была возможна без членства в этой «партии». По своей сути, КПСС —  типичная орденская структура, начинавшая с обычной тайной организацией.  Обзавелась  своей религией (атеизмом), идеологией, ритуалами, разветвленной организационной структурой, изрядными активами по всему миру. Но СССР рухнул, КПСС распалась, активы переделили.

Потребность в параллельной системе власти не исчезла. Институт политических партий, как демократическая альтернатива орденам и тайным организациям, не прижился. Политическая партия у нас – недолговечное образование, ситуативный проект, тактический инструмент.

В Украине параллельной системой власти стала  коррупция, связующая членов бюрократического аппарата отношениями взаимной выгоды и угрозой уголовной ответственности.  Украинская коррупция — не только разновидность преступной активности, это — принцип организации власти. В этом ее сила.

Но вот и с коррупцией развернулась борьба. Возникла проблема надежности функционирования государства. Эту проблему надо решить до того, как будет запущен на полную мощность  специальный репрессивный антикоррупционный аппарат. Иначе возможен неприятный поворот событий – вплоть до распада страны.

В этой версии, альтернативной системой власти станет автокефальная церковь.  Членство,  оплата взносов, подчинение ритуалам и внутренней иерархии  станет необходимым условием пребывания в госаппарате. Проверить это мнение можно будет скоро. Вначале появится требование об «обязательном членстве». Напрямую закрепить его в Конституции не получится.  Будет некое декларирование религиозной ориентации, любо прямое, либо по факту уплаты церковного сбора. Не редкая  в мире практика.  Также вероятно появления специальной институции, отвечающей за чистоту рядов и убеждений. Как Святая Инквизиции, но без фирменных шоу и спецоборудования. И так далее, включая обязательную регулярность исповеди и ее оперативное документирование.

Даже этот обширный перечень версий – не исчерпывающий. Гипотетически, проект «Томос» может быть обусловлен целым комплексом причин, что предполагает некоторое разнообразие вариантов будущего. Это, возможно,  единственный положительный момент.

Весь ужас ситуации в том, что не только вышеизложенные версии могут соответствовать действительности. Есть и более странные, вроде такой, что Томос – это карьерный «парашют» для нынешнего Президента, который после ухода с престола мирского воссядет на трон церковный.  Действительно, разве можно такое представить? Или что украинская автокефалия – подготовка к воссозданию подобия Великого Княжества Литовского. И такое обсуждается на полном серьезе.

Как заставка, для статьи взята визуализация притчи о слепых, пытавшихся познать слона. На ощупь. Они получили набор несовместимых представлений. У одного  слон оказался похож на надежное бревно, у другого на шуструю глисту.  Ситуация с автокефалией в чем-то схожа – некий большой, но скрытый смысл, и множество его странных интерпретаций.

Слепые из притчи пришли бы к единому мнению, если бы использовали не только осязание, но и обоняние. Слон для всех имеет одинаковый аромат.  В нашем случае, если попытаться понять, что общего во всех изложенных версиях, также можно уловить запах. Давно ставший привычным.  Запах, который издает то, что давно отжило. То странное образование, которое называют ныне украинским «государством», но которое на деле является ошметком имперской бюрократической машины СССР, всеми силами пытающимся продлить свое бытие, подавляя любые проявления нового, уничтожая все, что может потревожить коматозный покой, используя для имитации жизнеспособности самые дикие и архаичные способы.

Теперь к его запаху добавится запах ладана.

Подписывайтесь на канал «Хвилі» в Telegram, на канал «Хвилі» в Youtube, страницу «Хвилі» в Facebook