Учившиеся в советское время, кстати, когда-то таких было большинство, помнят слова В. Маяковского: "Партия и Ленин - близнецы-братья, - кто более матери-истории ценен? Мы говорим - Ленин, подразумеваем - партия. Мы говорим - партия, подразумеваем Ленин ...". Думать одинаково всегда безопаснее в любом коллективе, поскольку там всегда есть жесткие правила контроля разрешенного/неразрешенного... Коллектив держится такой же коллективной, а не индивидуальной правды.

Для говорящего безопасна также цитата, поскольку он так уводит возможную вину от себя, поскольку не он это сказал. Истинные авторы могут быть спрятаны вообще в глубине веков. Повсюду звучит, например, фраза "Все мы вышли из гоголевской шинели".

Однако и она имеет иную историю и другого автора, чем думают все. Исследователи подчеркивают: "Авторство ошибочно приписывается Ф. М. Достоевскому, который однажды произнес эту фразу в беседе с французским литератором Э. де Вогом. Последний понял ее как собственные слова писателя и так ее и привел в своей книге «Русский роман» (1886). Но в действительности эти слова принадлежат, как доказал советский литературовед С. А. Рейсер (см.: Вопросы литературы. 1968. № 2) французскому критику Эжену Вогюэ, опубликовавшему в «Rftvue des deux Mondes» (1885. № 1) статью о Достоевском. В ней он говорил об истоках творчества этого русского писателя. В настоящем виде это выражение вошло в оборот после того, как в России вышла книга Эжена Вогюэ «Современные русские писатели. Толстой — Тургенев — Достоевский» (М., 1887)" [1].

СССР был страной слов, порождавшихся сначала газетами, а потом книгами. Потом пришли кинообразы. Эмоциональный язык кино победил сухой газетный. Все советские герои скорее приходили из кино, чем из жизни. Затем телевидение, совместившее в себе газету и визуальность, правило балл. Сегодня в России Путина поддерживают люди старшего возраста как телезрители, а люди интернета и соцсетей более прохладны к нему. То есть даже не содержание, а тип медиа определяет политическую позицию аудитории.

"В мире всегда есть место подвигу", - декларировалось в советское время. А подвиг - это жертва собой ради выживания коллектива. И даже пионер уже знал об этом. По сути именно пионер и был моделью советского человека. Потом эта правильная модель начинала разрушаться под воздействием жизни. Чем меньше погружен в жизнь, тем сильнее твои идеалы, поскольку никто их не нарушает.

Молодежь легче увлекается идеалами. В. Лебедев-Кумач так и писал [2]:

Пионер! Всегда будь смелым,

Не бросай на ветер слов

И проверить слово делом

Будь готов!

Сегодня мы живем в мире потерянной идеологии. В советское время об идеологи кричали на всех углах, но она тогда уже была мертва. Ее не было в жизни, хотя ее изучали в учебниках. Все как-то обходились без нее особенно в быту. Идеологию, поскольку она умерла, заменили коммуникации. А о мертвом ничего кроме хорошего...

Россия сегодня, наоборот, с недавнего времени много кричит об идеологии. Это привычный советский инструментарий, которым задаются правильные "прописи" под все виды коммуникаций. Под руководством Мединского создаются учебники, призванные оживить идеологию. Но мертвого не исправить. Особенно проваливаются идеологические фильмы. Самым знаменитым провалом стал фильм "Крымский мост. Сделано с любовью" супружеской парой по освоению бюджетных денег (Т. Кеосаян и М. Симоньян). Правда, о провалах часто пишут больше, чем о победах...

Это очень тонкая материя - говорить правильные идеологически речи человеческим языком. Это не очень хорошо удавалось даже в советское время. Все мы четко различали речь идеологическую и речь человеческую. Но все же иногда получалось. В постсоветское время идеология все больше смещается с полюса правды на полюс лжи.

Популярные статьи сейчас

Сырский предупредил о наращивании российских войск в Украине

Истребители F-16: командующий ВВС США в Европе спрогнозировал, когда Украина получит преимущество в воздухе

"Нафтогаз Украины" объяснил причины отсутствия бумажных платежек за газ

Киевстар, Vodafone и lifecell изменят время работы сети при отключениях света

Показать еще

Сурков был первым и последним создателем более тонкой системы коммуникаций при "дворе" Путина. Все остальные повторяют мудрые мантры руководителя, не в состоянии оторваться от них, при этом теряя эффективность. "Умный" человек в конце концов расстается с бюрократической системой из-за ее узких рамок разрешенного поведения.

Любовь к идеологии, которую сегодня олицетворяет Мединский, активно внедрял в свое время Сурков. Тогда это было время ее зарождения и расцвета, поскольку все советское было отброшено, а иного не было.

Этот период вспоминается так: "Сурков взял на себя роль архитектора идеологии, используемой Кремлем для оправдания политики восстановления госконтроля над страной и экономикой. Сурков называет это суверенной демократией с акцентом на слове “суверенная”. Он написал целый манифест в защиту Кремля, который затыкает рот критикам, монополизирует политическую жизни в стране и преследует политически амбициозных миллиардеров. Оппонентов Путина он называет марионетками Запада и неонацистами, а западные страны обвиняет в стремлении украсть российские природные ресурсы. “Когда они говорят нам о демократии, они думают о наших запасах нефти и газа”, – заявил летом Сурков на одном из редких брифингов для иностранных журналистов" [3].

Практически таких интеллектуальных игроков при дворе Путина было всего два - Павловский и Сурков. Они выстраивали определенные интеллектуальные конструкции вместо грубых физических, что, видимо, завораживающе действовало на Путина. Оба оказались ненужными, видимо, тогда, когда Путин больше стал полагаться на бюрократические силы режима, чем на интеллектуальные. Эпоха слов сменилась на эпоху приказов. Кстати, все революции начинаются с эпохи красивых слов...

Эпоха слов, которую строили Павловский и Сурков, сегодня снова вернулась в традиционное русло "пушек и масла". Они были игроками "оттепели", в рамках которой всегда разрешается работать мозгами. Но этот инструментарий плохо воспринимается бюрократической системой, которой нужна большая определенность. Она с неизбежностью хочет вернуться к своей традиционной модели ПА - "Подкупить или Арестовать".

Тонкие методы управления не являются понятными для правителей. Когда они работают - хорошо, но стоит появиться сбою, как правитель изгоняет "мудрецов" и начинает слушать "генералов". Только они способны навести порядок в мире физическом, а мудрецов ставят в угол или изгоняют. Так, кстати, и произошло с Сурковым. И у Павловского в свое время отобрали пропуск на входе в святую святых...

То есть из пары "управление мозгами или управление телом" в критические периоды власть всегда отдает приоритет физическому инструментарию. Он более внятен и понятен и для власти, и для населения. Тем более это самый просто инструментарий.

Интересно, как скрывшийся из власти Сурков оценивает российские тенденции сегодняшнего дня. Наверное, он в войну бы не играл напрямую, не пытаясь сделать ее физической, как это произошло у Путина.

Но один из последних его современных текстов был не очень оптимистичен. В нем В. Сурков интересно заметил: "Методично вытесняемый из обеих реальностей (материальной и виртуальной) хаос уходит в слепые зоны общественной жизни. Он стимулирует стихийное распространение неафишируемых коллективных практик, направленных не против мейнстрима, а параллельно ему. Люди не хотят быть против. Люди хотят быть параллельно, не пересекаясь с системой без крайней нужды. Массовая деполитизация населения оставляет истеблишмент наедине с самим собой. Для параллельных людей сходить на выборы или пронести правильный плакат — не более, чем способ по-быстрому отдать кесарю кесарево, чтобы потом вернуться обратно в свою личную недовселенную, где они обитают в полном несоответствии с духом и буквой этого плаката. Широкое распространение такой точечной лояльности и одноразового патриотизма означает, что во все более монолитной с виду структуре общества образуется все больше лакун и полостей, заполняющихся неизвестно чем/ Когда правильные слова от слишком частого повторения плавно обессмысливаются, из них испаряется искренность, и символ веры превращается в банальный пароль для получения доступа к системе распределения должностей и привилегий. И тогда существенным становится не то, что люди говорят, а то, о чем они молчат. Господствующий дискурс утрачивает убедительность и все чаще нуждается в силовой поддержке. А несвоевременные и потому невыговариваемые мысли, идеи и сомнения наполняют молчание завораживающей многозначительностью. В каком-то смысле молчание становится альтернативной идеологией. И это тоже симптом накопления иррегулярности" [4].

Это такое измерение социальной "температуры", которая в результате и привело к войне. Получается, что "жесткие" изменения в мире трудно проводить "мягкими" методами. Когда общество не готово к ним, снова возникает потребность к "жесткому" инструментарию. Недостаточно лишь коммуникаций, нужны действия.

В. Тузов в статье еще 2021 года реинтерпретировал все эти посылы как призыв идти на Украину: "Суть описанного Сурковым в том, что для выживания России, собственных носителей «энтропии» необходимо занять, так сказать, полезным делом. Вложив им в руки топор и отправив «наводить порядок» за пределы этой самой России. Хотя и это не точная формулировка, поскольку все, что за пределами России, в трактовке ее нынешних лидеров — тоже Россия. Таким образом, они создали Россию «внутреннюю» и Россию «внешнюю»". И еще: "Мы будем вас захватывать, — по сути, объясняет Сурков. Просто потому, что это единственный способ чем-либо занять своих собственных сограждан — носителей «внутренней» энтропии (меры хаоса). Ох уж эти гумилевские словечки «пассионарность», «энтропия», которыми российский интеллигент просто обязан украсить собственную речь или статью" [5].

Россия вошла в войну, поскольку предполагал повторить Крым. Они ожидали повторения ряда факторов и на этом витке истории, тем более как повтора нерешительности руководства. России к тому же нужна была и победа под президентские выборы. Но все пошло не так, как хотели планировщики. Путина все равно избрали, хотя победы в войне не получилось.

Исчез с горизонта и Сурков. Система стала жестче, ей перестали быть интересны более мягкие методы. Как пишет В. Ледев: "Сурков думал, что любимой мелодией Путина является бетховенская песня «Где б ни был я, Сурков всегда со мною». Нет. Вполне обойдемся без Суркова. И без Бетховена. Да и кто такой этот Бетховен? И его подельник Гете?" [6].

Современный мир любит быстрые решения. Как и те, которые не дают заднего хода. Работа с массовым сознанием имеет множество основных и второстепенных подходов. Но самыми простыми и удобными все равно остаются старые проверенные методы жесткого управления. И Россия пошла по пути такого же ужесточения. Идеология вернулась даже на уровне единых школьных учебников. Ей вослед активизировалась борьба с врагами народа, которых сегодня именуют иноагентами. И Россию вновь окружают страны-враги. В поисках дружбы приходится ездить даже в Северную Корею.

Идет мощная трансформация под квази-демократию, прерываемая реальностью: то новыми именами в списке иноагентов, то судебными процессами. Идеология и коммуникация живут теперь в ежовых рукавицах. Только крики из эмиграции пытаются достучаться до массового сознания. Но оно скорее спит, поскольку именно это является его обычным состоянием, разбудить его сложно.

Идет мощная трансформация прошлой показной демократии на управляемую. Но это характерно для многих прцесов, когда сильный игрок навязывает свои правила слабому. Обратный процесс гораздо более сложен. Его отражает фраза Ленина о том, что декабристы разбудили Герцена...

А сегодня пока время "сна": "Про «суверенную демократию», идеократическое детище Суркова, уже все забыли. Курировать подотделы администрации президента, до сих пор высокопарно именуемые «партиями» и «фракциями», после всенародного посткрымского единства может простой чиновник без демонических свойств. Пришлось курировать не «Новороссию», а как будто вышедшую из фэнтэзи волшебную страну орков ОРДЛО. Он строил авторитарную утопию, а получилось, что работал в жанре фэнтэзи. А он хотел быть не только писателем со своими приписываемыми ему «Околоноля» и «Машинкой и Великом», но и идеологом. Его и считали идеологом, сравнивали с серым кардиналом научного коммунизма Михаилом Андреевичем Сусловым, но именно в этой сфере он и провалился глубже всего. Отчасти из-за того, что его конструкции выглядели искусственно. Не только «суверенная демократия» не зажгла широкие массы и узкие кланы, но даже «Новороссия» не была понята" [7].

Сложные конструкции всегда и везде приживаются с трудом. Скорее выживают примитивные инстинкты, получающие новое развитие. И вообще в массовых схватках побеждает не ум, а тупая сила. Стругацкие четко фиксировали узел государственного строительства словами - "Умные нам не надобны. Надобны верные".

В сильной степени это связано с самим человеческим материалом, одновременно экономятся усилия на борьбу с его отклонениями от нужного стандарта. Армия, которая все делает по команде, является идеалом организации для любого начальника: от малого до большого.

Во все века человек остается во многом тем же, при всех системах он остается самим собой. Это же касается и советского человека, который то семимильными шагает в коммунизм, то в капитализм, причем не сбавлляя темпа. И той же песней счастья...

Эту неизменность фиксировал Ю.Левада: "Концептуальный поворот связан со смещением интереса к таким характеристикам «советского человека», как его «приспособленность», «лукавство» и «двоемыслие». В ранних публикациях 1989–1993-х годов они тоже присутствовали, но, как мы видели, не входили в «ядро» главных характеристик. Переломными выглядят тексты Левады 1999–2000 годов, когда триада «приспособленный, лукавый, ограниченный» выходит на первый план. Более поздние версии общей характеристики, например, предложенный Л. Гудковым набор «циничный, двуличный, апатичный», выглядят как вариации схемы, заложенной в публикациях конца 1990-х годов" [8].

Но одновременно, возможно, это единственный процесс выживания в рамках жестких систем. Человеку приходится становиться таким, каким хочет видеть его система. Сила всегда побеждает слабость. Только эрозия силы может дать возможность слабости проявить себя.Мы все хотим быть демократами, но только тогда, когда за демократию уже не надо бороться.

Когда-то все "партократы" стали демократами. Но скорее это просто были красивые слова про демократию, которые приятно было произносить. Теперь демократы все вокруг, но есть ли она на самом деле - это другой вопрос. Все демократы без демократии...

Сурков гордо писал о государстве Путина, но по сути о том, что было сделано им самим и вложена в уста первого лица. Видимо, эти красивые слова, а на самом деле обещания, и создали тандем Путина - Суркова, результаты которого Сурков видел так: "Чужеземные политики приписывают России вмешательство в выборы и референдумы по всей планете. В действительности, дело еще серьезнее – Россия вмешивается в их мозг, и они не знают, что делать с собственным измененным сознанием. С тех пор как после провальных 90-х наша страна отказалась от идеологических займов, начала сама производить смыслы и перешла в информационное контрнаступление на Запад, европейские и американские эксперты стали все чаще ошибаться в прогнозах. Их удивляют и бесят паранормальные предпочтения электората. Растерявшись, они объявили о нашествии популизма. Можно сказать и так, если нет слов" [9].

Видимо, все правители любят слушать рассказы о своем месте в истории, начиная с восточных падишахов. И чем они красочнее, тем они больше гордятся сами собой. А Сурков умел и умеет хвалить, придавая любому действию или слову первого лица историческое значение. Тем он был и приятен, но все равно потерял свое место при дворе. Система победила творческий инструментарий и выкинула за борт его создателя. Сложный инструментарий был заменен на простой, воспринимаемый как более надежный.

Слабые игроки могут спрятаться за стенами сильной государственной системы, сильные - пытаются создать свою собственную. Постсоветская действительность претерпела множество трансформаций, включая войны между до этого "братскими" республиками. И слово "правда" как-то исчезло из обихода... Все прошлые и новые фигур получили иное понимание.

В. Пастухов реинтерпретирует девяностые следующим образом: "что мы видим в 90-х? Давно ограбленную и так же давно лишенную всякой политической субъектности, безразличную к происходящему народную массу. Видим вспышку гражданской войны на фоне инфаркта старых институтов власти, в ходе которой несколько враждующих кланов постсоветской элиты вели борьбу за наследство скоропостижно скончавшегося государства. Один из этих кланов сумел поставить себе на службу новое государство, собранное на белую нитку из обломков старого. Эту политическую победу он юридически закрепил в форме приватизации, которая узаконила переход контроля над бывшими советскими государственными активами к новому авантюрному предпринимательскому классу. Впоследствии оказалось, что это была Пиррова победа, и то, что казалось инструментом — новое государство, сотканное из старой номенклатуры, — взяло верх над всеми и подчинило своих шустрых создателей" [10].

Мы все время движемся по кругу, часто с потерей качества жизни. Советская песня отражает патриотический порыв в таких строках: "И вновь продолжается бой, И сердцу тревожно в груди. И Ленин - такой молодой, И юный Октябрь впереди!"... Вечность победить невозможно...

Пропаганда - это синтез идеологии и коммуникации. Коммуникация - это форма, а содержание определяется идеологией, которая отражает модель мира, продвигаемую властью. Власть же пытается эту модель мира все время удерживать в массовом сознании, используя при этом все существующие виды коммуникации: от песни и кино до философских трактатов, от газет до телевидения, от школ до университетов. Кругом и везде массовое сознание слышит и видит один Текст...

Литература

1. Все мы вышли из гоголевской шинели https://dic.academic.ru/dic.nsf/dic_wingwords/491/%D0%92%D1%81%D0%B5

2. Лебедев-Кумач В. Будь готов https://www.culture.ru/poems/48218/bud-gotov

3. Уайт Г. и др. Владислав Сурков: от помощника олигархов до главного кремлевского идеолога https://www.vedomosti.ru/politics/articles/2006/12/20/vladislav-surkov-ot-pomoschnika-oligarhov-do-glavnogo-kremlevskogo-ideologa

4. Сурков В. Куда делся хаос? Распаковка стабильности https://actualcomment.ru/kuda-delsya-khaos-raspakovka-stabilnosti-2111201336.html

5. Тузов В. Очень откровенная статья Суркова. Чего ждать Украине https://nv.ua/opinion/rossiya-ukraina-o-chem-novaya-statya-vladislava-surkova-novosti-rossii-50197541.html

6. Лебедев В. Язык для начальства https://lebed.com/2024/8946.htm

7. Колесников А. Темный лорд на службе Кремля: путь Суркова от суверенной демократии к Новороссии и далее к медитации https://carnegieendowment.org/posts/2020/01/temnyj-lord-na-sluzhbe-kremlya-put-surkova-ot-suverennoj-demokratii-k-novorossii-i-dalee-k-meditacii?lang=ru

8. Титков А.С. Призрак советского человека https://cyberleninka.ru/article/n/prizrak-sovetskogo-cheloveka/viewer

9. Сурков В. Долгое государство Путина. О том, что здесь вообще происходит https://www.ng.ru/ideas/2019-02-11/5_7503_surkov.html

10. Пастухов В. Не(с)частная собственность и номенклатурное государство https://novayagazeta.ru/articles/2024/06/24/ne-s-chastnaia-sobstvennost-i-nomenklaturnoe-gosudarstvo