Психология перемен

Дмитрий Бергер, Канада, "Хвиля"

 

sur114

Сегодня мы попробуем взглянуть на вещи с точки зрения психологии. Поскольку все остальное я уже перепробовал, а счастья и достатка у моих многочисленных украинских последователей не прибавилось. Что-то тут не так. Я всегда утверждал, что менталитет общества играет определяющую роль в его развитии. Но что такое общественный менталитет? Некое психологическое общее, образованное из миллионов индивидуальных психологических составляющих. И, можно предположить, что оно имеет те же усредненные психологические черты, присущие отдельной личности.

В современной психологи принято выделять пять основных черт психики человека. Чтобы не вдаваться в специфическую терминологию, просто скажем, что любому из нас присущи пять определенных качества, каждое из которых мы проявляем в одну сторону или другую, имеет избыток или недостаток его.

Скажем, такая черта, как невротизм. Люди у которого его полно, испытывают стресс, легко пугаются и расстраиваются, склонны к драме, резким переменам настроения. А те, у кого его мало, проявляют эмоциональную стабильность. И сказать, что тут хорошо, а что плохо, невозможно; это зависит от обстоятельств. Оказавшись в незнакомой и опасной обстановке лучше быть невротиком и шарахаться от всего непонятного. Иначе можно получить дубьем по голове или укус в ногу. Потому, кстати, у советских людей так широко развился невротизм, как эволюционная адаптация к условиям жизни, где легко можно было загреметь под фанфары.

Все пять черт важны и заложены в нас биологически . Экстраверсия определяет нашу способность к социализации, соглашательность — способность прийти к согласию, решать конфликты, находит консенсус, сознательность — определяет наше поведение в быту и работе, нашу способность само-организовываться и раскладывать мир по полочкам, а открытость к новому опыту позволяет нам мыслить творчески, нестандартно и рисковать, если нужно.

Преобладание той или иной черты определяет возможности человека. Например, одной из причин, почему женщинам труднее делать карьеру в бизнесе и политике, является биологически заложенная в них соглашательность, стремление избежать конфликта и найти компромисс. Иначе бы дети просто бы не выживали. Но в дико конкурентном мире бизнеса и политики чаще требуются агрессивные и конфликтные лидеры, и эти черты больше присущи мужчинам, а у женщин они воспринимаются обычно негативно. Конечно, если изменить правила игры, то изменятся и требования к ее участникам. Но имеется то, что есть на данный момент.

Понятно, как все в человеке, его психологические черты, хотя и заложенные от рождения, способны меняться под воздействием внешних факторов. Для того они у нас и появились, чтобы мы могли гибко менять модель нашего поведения согласно обстоятельствам. Человека можно и даже нужно изменить, но для этого требуется либо огромное количество сознательных усилий самого человека, либо экстраординарные обстоятельства, которые обычно меняют нас в худшую сторону. Как, например пост-травматических стрессовое расстройство. Идеально же было бы создать систему, в которой каждый из нас имел бы возможность найти свою нишу, которая бы позволяла проявиться именно тем чертам, которые у нас есть.

Важно ведь не просто дать человеку все возможности, а только те, которые он в состоянии использовать. Женщина, в которой преобладают невротизм, соглашательность и сознательность, будет идеальной матерью и учительницей, но не делайте ее менеджером в инновационной сфере, из писателя-интроверта не выйдет харизматический вождь массового политического движения, пусть даже его открытость к новому зашкаливает. Перефразируя автора аж трех российских гимнов, «люди всякие нужны, люди всякие важны». Им только нужно дать возможность заниматься тем, к чему у них душа лежит.

Как это сделать? Исходя из классической фразы — если вы кого-то любите, дайте им свободу. Люди все разные, и централизованно дать каждому то, что ему необходимо, невозможно. Отсюда необходимость в свободном рынке и свободном предпринимательстве, где у любого имеется возможность найти то, что ему подходит, а не горбатиться на заводе подшипников, только потому, что Министерство плановой экономики сделало сей завод градо- и образ жизни- образующим предприятием.

Единственным способом избежать решения проблемы удовлетворения запросов, поставленных сочетанием индивидуальных психологических черт, это жить в условиях дефицита товаров и сервисов первой необходимости. Когда речь заходит о простом выживании, все эти черты и предпочтения идут к черту, жрать то хочется всем. Объективно, любая система или идеология, незаинтересованная в личности, будет все сводить к выживанию, будь это физическое выживание, или расы, или нации, или культуры, или еще чего, главное, чтобы личность и ее червяки не принимались во внимание. У нас война (кризис, коррупция), а вы со своими ______(нужное вписать). Не время заниматься личной ерундой.

Почему так важна свобода личности, особенно в современном технологическом мире? Потому, что иначе в обществе возобладают носители сознательного типа мышления. А разве это плохо, вероятно, удивитесь вы? Разве не лучше для всех, если в обществе преобладают и его определяют люди, склонные к дисциплине, трудолюбию, способные к четкой категоризации мира, умением все аккуратно раскладывать по полочкам и ящичкам. Как говаривали в Италии, зато при Муссолини поезда ходили по расписанию.

Все это работает только при условии, когда человек сознательного типа имеет дело с тем, что досконально знает. Еще Сократ заметил, что специалисты прекрасно знают предмет своих занятий и абсолютно бестолковы в других вещах, часто перенося свои навыки в непонятную для них сферу деятельности. Суди, дружок, как писал очередной невольный инструмент российского империализма, не выше сапога. Современным же примером может служить любимый мной российский антрополог и популяризатор науки Станислав Дробышевский. Нет ничего лучше, чем слушать его лекции о наших предках, поражаться его знаниями и умением использовать это знание, чтобы все разложить по антропологическим и эволюционным полочкам. Но как только он выходит из зоны своей компетенции, и начинает говорить о современной Украине или США, обнаруживается, что раскладывать по полочкам без полноценной и проверенной информации не получается. Ученый, который так прекрасно разбирается в жизни древних приматов, не особо понимает динамику современного общества. И это невероятно интересный ученый, а не просто бухой чернорабочий.

Сознательность, доведенная до предела, в сочетании с повышенным невротизмом, это питательная среда для авторитаризма и тоталитаризма. Берем народ с повышенной сознательностью, поднимаем его невротизм войной и экономической депрессией, остается только найти харизматичного лидера, который станет эти качества раздувать до предела, в результате поучаем нацизм или коммунизм. И для этого совершенно необязательно людей обманывать и пугать, достаточно развивать и поддерживать в них невротизм и сознательность, подавляя открытость к новому. Сознательность не жалует новое, ведь у нее нет еще полочки, на которую можно это новое положить, поэтому люди с повышенной сознательности оказываются политически консервативными. И экономически консервативными, и социально. Что, понятно, иногда полезно, а иногда вредно.

Так же и открытостью к новому опыту. Как не все йогурты одинаково полезны, так и не все новое хорошо. Новый вирус, например, может накосить жертв, и без карантина тут не обойтись. Возможно, что культура коренного населения, жившего охотой и собирательством тысячелетиями действительно бесценна, но искать ей применение посреди современного мегаполиса было бы наивно. Новое всегда по определению рискованно. Новое искусство рискует не найти поклонников, новый бизнес рискует не найти покупателей, новизна опасна и ненадежна. Поэтому у сварщиков занятость близится к 100%, у актеров и художников наверное не более 5, поскольку всем понятно, чем занимается сварщик, а чем занимается богема часто не знаете и она сама. Зато у этих пяти процентов состоявшихся творческих людей есть все. То же самое в бизнесе. По крайней мере при свободном рынке. Но высокий риск окупается потенциальным крупным выигрышем. Поэтому я бы не стал советовать своим детям подаваться в творческие профессии или крупный бизнес. Это лотерея, где везение играет определяющую роль.

С точки зрения биологи и психологии в человеческом обществе разделение идет не по классовому или этническому принципу, а по преобладающему психологическому типу, грубо говоря между сознательностью и открытостью, в котором преимущество всегда за сознательностью, потому что даже самое выдающееся изобретение гения, открытого для нового опыта, требует инфраструктуры сознательности, чтобы идея стала продуктом, доступным широким слоям потребителей. На что эфемерны стихи, и те требуют, помимо печатной индустрии и сети книжных магазинов, еще и читателей, которых способна произвести только образовательная система.

Но сознательность есть враг инновации. Поэтому в централизованных государственных экономиках трудно создавать новое. Задачей государства и есть уменьшение рисков, и если оно занимается инновациями, то будьте уверены, то в военных целях. Идеология самого государства тут роли не играет. И молоток, и скрипка имеют свою функцию, которую они выполняют. Хотя, возможно, кто-то сподобится совместить молоток и скрипку, но это будет такая открытость к новому опыту, что ой.

Вывод. Когда мы говорим об обществе, мы обязаны сознавать, что оно состоит из людей, в которых в разных пропорциях намешаны 5 основных психологических черт, каждая из которых необходима, но в разумных пределах. Иначе возникает психическое расстройство. И то, как устроено общество, будет определять преобладающий психологический тип. Нужно понимать, что при любом режиме, в любой ситуации всегда будут люди, которых данная ситуация устраивает, так как соответствует из личному коктейлю в голове. Всегда будут те, кто ностальгирует по стране, которую потеряли, и те, кому и сейчас прекрасно жить. И будут вечные диссиденты, которым никогда ничем нельзя угодить. Это все в порядке вещей.

Современное постиндустриальное общество, в отличие и аграрных и индустриальных предшественников, где на одного поэта-аристократа приходилось 95 сознательных крестьян, а на художника-сюрреалиста 30 сознательных рабочих, полагается на творцов, открытых новому опыту. Критическая масса которых может появиться только в условиях свободы мысли и свободы предпринимательства. Экстраверсия и соглашательность полезны только в условиях доверия к людям и институтам власти. Иначе их заменяет невротизм, который, в свою очередь, может превратить такую полезную черту, как сознательность, в нетерпимость и ненависть. И тогда уже сознательность, занятая поиском врагов, не в состоянии создать условий для открытости к новому опыту, без которого нет инноваций.

Ошибочно считать, что достаточно удовлетворить основные потребности людей в еде, жилье и тепле, и не считаться с их психологическим состоянием. Потому что рано или поздно, в той, или — упаси господь! – другой манера, а считаться с этим придется.


Комментирование закрыто.