Будущее войны 2014-2015 годов в Украине

Сергей Дацюк, для "Хвилі"

sur130

Если бы Украина не сумела радикально и быстро восстановить обороноспособность и доказать это в противодействии январско-февральскому наступлению на Донбассе в 2015-ом году, которое привело к «Минску-2», война бы уже привела к существенным потерям.

100 дней на посту секретаря РНБОУ Турчинова А.В. 26-го марта 2015 года — прекрасный повод, чтобы поговорить о перспективах войны России и Украины.

Именно действиям на своем посту Турчинова мы обязаны изменению ситуации в войне России с Украиной — достижению условного военного равновесия между нами. Однако лишь новая фаза войны окажется удостоверением того, все ли сделала Украина для достижения перелома в войне.

Перспективы и содержание мировой войны

Сегодня проблема мировой войны состоит не в том, будет она или нет, а в том, как скоро она может произойти и в каких формах она будет происходить. Если по своей сути это будет война за новое устройство мира, то по своему решающему содержанию это будет война за новые доминирующие ресурсы и за новые представления о будущем. Хотя начнется она в знакомом нам виде — как война за старые ресурсы, и прежде всего, финансы (а не просто за деньги), и как война за различные интерпретации прошлого.

Переход от войны за прошлое к войне за будущее, от войны за финансы к войне за новые ресурсы произойдет уже в ходе самой войны. Этот переход будет связан с главным вопросом войны — «будь готов к жизни по новым представлениям о будущем или умри». Люди, не могущие изменить свои представления, то есть не готовые жить в будущем, будут уничтожены в ходе войны. Люди, способные изменить свои представления, должны будут это сделать в ситуации войны, то есть в гораздо более худших условиях, нежели это было в мирное время.

Россия — неизбежный участник или даже инициатор новой мировой войны. Большинство экспертов сходятся в оценках, что в 2015-ом году Россия к мировой войне не готова. Однако, чтобы быть готовой к этой войне, России необходимы локальные войны. Именно локальные войны дают России необходимый военный опыт и готовят мировое общественное мнение к войне. Поэтому вероятность широкомасштабной многофронтальной войны России с Украиной в ближайшее время сохраняется.

Различные эксперты называют различные сроки мировой войны. Большинство экспертов считают, что мировая война может произойти в 2017-2020. Именно этот период оценивается как период наибольшего напряжения в мировом кризисе, начавшемся в 2008 году. Именно этот период также вычисляется как период подготовки мирового общественного мнения к войне, ибо, чтобы мировая война началась, люди во всем мире должны быть готовы воевать. Нынешняя война России и Украины является подготовкой мировых элит и мирового общественного мнения к мировой войне.

Длительность предстоящей мировой войны тоже варьируется в оценках экспертов — от года до нескольких десятилетий. Такое разнообразие оценок обусловлено как пониманием содержания этой войны, так и оценкой различных сценариев ее протекания.

Наиболее значимым для мировой войны вопросом является вопрос об использовании ядерного оружия. Именно применение ядерного оружия уже в течение первого года мировой войны может радикально сократить ее длительность, однако и окажется весьма разрушительным для человеческой цивилизации.

Существует два базовых сценария окончания мировой войны — победа сценария архаизации или победа сценария инновации.

Сценарий архаизации представлен в мире странами радикального ислама и фундаментализированного православия. Сценарий инновации представлен в мире странами протестантизма и конфуцианства. Остальные страны вынуждены будут самоопределяться в ситуации войны.

Суть сценария архаизации состоит в том, что мир должен оказаться в ситуации упрощения экономической и социокультурной жизни, поскольку лишь в такой ситуации возрастает значение демографического ресурса (усиление европейской экспансии ислама) и значение ископаемых ресурсов (усиление российской экспансии на основе ископаемых богатств). Ядерная война хороша для сценария архаизации, ибо в мире после ядерной катастрофы Россия и страны ислама вполне могут оказаться доминирующими.

Однако в войне, в конце концов, даже если для этого понадобятся десятилетия или даже столетия, побеждают позитивные программы. Сценарий архаизации позитивной программы не имеет. Сценарий архаизации не поддерживают интеллектуалы. Отсутствие поддержки интеллектуалов срабатывает не сразу, однако уже в перспективе одного-двух десятилетий это срабатывает обязательно.

Суть сценария инновации состоит в том, что государства отказываются от претензии на мировое господство, мир переходит к сетевой организации, разрабатываются и начинают использоваться новые ресурсы. Как бы мы ни критиковали США, именно это государство является основанием сценария инновации. Если США откажутся от сценария инновации и тоже перейдут к архаизации, чему Европа сегодня очень способствует, испытывая внутренние проблемы и влияние России, в мире наступит новое Средневековье.

Если Темные века Средневековья составили около 300 лет, то новое «Темное Средневековье» составит за счет убыстрения времени, скорее всего, 30 лет.

В этом смысле сохранение инновационного сценария развития мира у США — это последняя надежда мира. Если вдруг США отказываются от него, мировая война будет беспощадной, разрушительной и с очень длительным сроком восстановления.

Война на Донбассе и его будущее

Война на Донбассе вписана в будущую мировую войну. Из войны на Донбассе это видение мировой войны возникает непосредственно.

Гражданская война на Донбассе действительно идет. Однако это метежевойна, спланированная в России, организованная Россией, профинансированная Россией, обеспеченная Россией оружием, военными специалистами и российскими военными наемниками, поддержанная Россией информационной войной, впервые развернутой в масштабах всего мира.

Явная поддержка Россией националистических сил в Европе и сепаратистских сил на Ближнем Востоке показывает явные претензии России на мировое господство, по отношению к которому война с Украиной — лишь небольшой эпизод, хотя и являющийся ключевым для дальнейшей мировой войны.

Хотя мятежевойна была инспирирована Россией, однако корни ее лежат внутри проблем самого Донбасса. В гораздо большей степени война на Донбассе это война советского способа жизни, анклав которого сохранился на Донбассе, против капиталистического образа жизни, который возник после крушения СССР, но оказался доступен не для всех.

В сущности для большинства донетчан с крушением СССР ничего не изменилось. Если в СССР они работали на советских предприятиях, то после крушения СССР они стали работать на олигархических предприятиях. В их представлении изменилась лишь верхушка, которая командует производством. Эта новая капиталистическая верхушка стала более демонстративно богатой, нежели советская верхушка, более безнравственной и никак не подконтрольной им — ни через избирательное право, ни через возможность апелляции к киевской власти, ни через партийные структуры.

Это произошло по причине того, что Донбасс является очень урбанизированным регионом с предельно концентрированным производством, где уж очень удобно было заменить советскую централизацию на олигархическую централизацию. А раз так, то никакого среднего класса на Донбассе просто не могло возникнуть.

Иначе говоря, на Донбассе оказалось невозможным вести не только средний, но даже мелкий бизнес, если этот бизнес не находился по патронатом того или иного олигарха. Такой патронируемый олигархатом средний класс оказался очень похож на пролетариат. Предприниматель-пролетарий, часть прибыли отдающий олигарху, ни при каких условиях не мог превратиться в представителя среднего класса, имеющего свое политическое самоопределения как свободный гражданин.

Сознание предпринимательства так и не возникло в своей массе у жителей Донбасса. Жители Донбасса в своей массе оказались различены на: пролетариев, работающих на олигархов, предпринимателей-пролетариев, находящихся под патронатом у олигархов, люмпен-пролетариев, маргинализированных несогласием с такими правилами игры и служащих неудачниками в этой системе, и очень тонкой прослойкой интеллигенции, ориентированной в значительной степени на Россию, так как Украина оказывала чрезвычайно малое культурно-информационное влияние.

Таким образом, война на Донбассе это продолжение Холодной войны. Только теперь эта Холодная война отыгрывается в виде чистой схемы на локальной территории, где ее победители — крупные капиталисты, локально доминирующие через внутригосударственную коррупцию — подчинили себе в ней проигравших — вчерашних пролетариев и нынешних предпринимателей-пролетариев, локально порабощенных как целый анклав — уже через международное разделение труда и производства. Чем больше мир требовал продукции Донбасса, тем более социально эксплуатируемыми оказывались жители Донбасса и тем больше прибыли олигархов изымалось из производства на личное потребление, скрытое при этом от налогообложения в оффшорах.

Искривленная структура доходов государственного бюджета закрепила эту схему. Поскольку металлургия и химия давали основные доходы в госбюджет Украины, постольку схема олигархической промышленности Донбасса оказывалась неприкасаемой, так как любые изменения схемы требовали ответа на вопрос — где взять иные статьи дохода в бюджет.

Кроме того, война на Донбассе это война двух укладов жизни — индустриального и постиндустриального. Именно олигархизация промышленности Донбасса привела к его существенному отставанию от мировых процессов постиндустриализации. Олигархи Донбасса принципиально не желали вкладывать финансовые средства в инноватизацию промышленности, в научные исследования, в интеллектуальные разработки.

Постиндустриальная экономика принципиально не может возникнуть в среде порабощенного среднего класса. Где средний класс подневольный, там и интеллектуалы оказываются подневольными, то есть они принципиально не могут рождать концепции не то что следующего этапа эмансипации человечества, но даже отстаивать наличные в мире формы эмансипации. Так и было на Донбассе.

Постиндустриализация требовала, прежде всего, гуманитарных исследований и социокультурного перепроектирования жизни Донбасса. Однако гуманитарные исследования в пролетарской среде Донбасса оказывались наиболее спорными. Олигархи Донбасса, по своему происхождению будучи вчерашними пролетариями, принципиально не могли понять, зачем им какие-то гуманитарные исследования.

Слабая же в гуманитарном плане киевская элита просто не была в состоянии произвести необходимые изменения в стране, так как сама занималась переделом ресурсов и обогащением за счет к близости к государственной власти. Приход к власти представителей Донбасса превратил донецкий олигархов в паразитирующих уже на всей территории Украины. Постиндустриальные процессы, таким образом, уже начали тормозиться по всей Украине. Донбасс и его элита оказались препятствием на пути развития Украины.

Сегодня большинство интеллектуалов и успешных бизнесменов Донбасса, в той или иной степени оказавшихся способными выйти из-под опеки олигархов, уехали в своем большинстве на неоккупированную часть Украины и в Россию. На Донбассе остались работающие на олигархов пролетарии, не способные выйти из-под олигархической опеки бизнесмены и в своей массе архаизированные и ориентированные на Россию интеллектуалы.

Возникает два вопроса — способны ли эти оставшиеся на Донбассе люди создать новые государственные образования и насколько это нужно Украине и России?

Судя по тем процессам, которые удается наблюдать на Донбассе, пока особо интересных инноваций оставшиеся интеллектуалы и бизнесмены предложить не смогли. Власти новообразованных ДНР и ЛНР оказались заложниками олигархических бизнесов и отсутствия среднего класса. Они вынуждены надеяться на гуманитарную помощь от России для элементарного выживания. Однако произвести модернизацию и инноватизацию в ситуации войны они не в состоянии.

Ни о какой постиндустриализации речь на Донбассе в ближайшее время идти не может. Задачи Донбасса скромнее — им бы восстановить хотя бы функционирование индустриального уклада внутри существовавших ранее олигархических схем. То есть новая власть неизбежно оказывается в заложниках у олигархов. Даже если имена этих олигархов и поменяются, это ничего принципиально не изменит.

Судьба ДНР и ЛНР жестко зависит от войны России и Украины. Украина будет продолжать в том или ином виде экономическую блокаду ДНР и ЛНР, если Россия не согласиться на восстановление правового поля Украины над этим анклавом. Россия будет продолжать гуманитарную поддержку анклава и очевидно будет продолжать насыщать этот анклав оружием, боеприпасами и военной техникой.

Если Россия не возобновит войну и не начнет расширять территории ДНР и ЛНР, то в существующих условиях оккупированная территория обречена на заклание. То есть Донбасс в ближайшее время будет превращен в «черную дыру», которая будет пожирать ресурсы и жизни людей, не производя никаких позитивных программ и инноваций.

ДНР и ЛНР это раковая опухоль Украины. Лечение ее при наличии агрессивных действий России невозможно. Возможной является лишь изоляция ДНР и ЛНР от остальной части Украины. Последовательная блокада Украиной ДНР и ЛНР может иметь лишь одну функцию — демонстрировать остальным регионам Украины, что бывает в случае военизированного сепаратизма, ориентированного на российскую архаизацию.

Война 2014-2015 годов для России

В результате присоединения Крыма к России, ближайшее будущее его оказалось проблемным. Крым потерял возможность для развития. И дело вовсе не в том, что Россия вкладывает в Крым недостаточно ресурсов по причине экономических проблем в самой России, и не только из-за санкций, но, прежде всего, из-за тупикового пути развития жестко монополизированной и огосударствленной экономкики, утраты российским бизнесом мировых перспектив из-за репутационных издержек страны его происхождения.

Дело в том, что.Крым не может процветать без материковой Украины. В условиях конфликта Украины и России Крым принципиально не может развиваться.

Пока Украина деликатничает с Крымом. Проведение жесткой блокады для Крыма может закончиться гуманитарной катастрофой. И Россия при всей ее оставшейся мощи ничего с этим не сможет сделать. Украину останавливает лишь мировое общественное мнение. Однако ситуация здесь может измениться.

Сейчас Украина и Россия находятся в состоянии военной паузы или передышки, произведенной пониманием России условного равновесия ее военной силы и обороноспособности Украины. Условное равновесие между Россией и Украиной означает, что Россия по-прежнему может оккупировать Украину, но военные и политические издержки широкомасштабной войны являются неприемлемыми для нее в рамках нынешних подходов.

Нынешняя пауза в этой войне связана с тем, что Россия не видит больше позитивных военных решений при наличии нынешних военных сил и ресурсов на Донбассе и внутри существовавших до настоящего времени стратегии и тактики. Открытое вступление регулярной российской армии в войну на Донбассе приведет к огромным потерям для России. Принять такое решение России пока мешают большие политические издержки внутри нее и давление российского бизнеса на российскую власть, который испытывает трудности от мировых санкций.

Именно неприемлемость военных и политических издержек широкомасштабной войны делают ее продолжение в предшествующей стратегии и тактике бессмысленной для России. Это значить, что стратегия и тактика этой войны будет Россией изменена.

В контексте мировой войны для России не имеет принципиального значения, где вести войну до ее перерастания в мировую. Россия вполне может свернуть войну на Донбассе, заморозив конфликт и производя точечные удары по Юго-Востоку Украины в виде локального террора, переключиться на войну в Прибалтике, Казахстане и других азиатских странах бывшего СССР, ожидая пока Украина сама доведет себя до дефолта и политического кризиса киевской власти.

Война 2014-2015 годов для Украины

Украина успела создать/возродить мощную и многочисленную армию, продолжает наращивать обороноспособность и боеготовность своей военной техники. Однако Украина до сих пор не сумела изменить кадровый состав ГШ, изменить стратегию своей военной обороны и предложить военные инновации.

По оценке Стрелкова, дальнейшая война ДНР и ЛНР без участия армии России бессмысленна.

По оценке Парубия, Украина должна готовиться к новой фазе войны с Россией.

По оценке «Foreign Policy», Украина в состоянии противостоять России, если принципиально изменит структуру своих вооруженных сил, стратегию войны и управленческие подходы к управлению армией.

Есть три важнейших составляющих в войне Украины с России: 1) Борьба за сознание политической элиты и, прежде всего, Президента — они должны стать государственными деятелями; 2) Борьба за реформу экономики и реформу армии, радикальное избавление от коррупции; 3) реальная деолигархизация экономики и снижение опасности олигархических сепаратизмов в стране.

Есть также непосредственные задачи в самой войне: 1) создание линии обороны на Востоке Украины для противодействия возможному наступлению российских войск, поскольку сепаратисты уже рассматриваются Россией как вспомогательная военная сила; 2) подготовка инфраструктуры для народно-освободительной партизанской войны в случае оккупации части Украины; 3) подготовка организационной структуры ДУК для создания широкого добровольческого движения в случае широкомасштабного наступления России на Украину.

Украина сегодня — передовой фронт мировой войны. Именно в Украине решается судьба начала этой войны, апробируются новые формы войны, отрабатываются новые военные стратегии и тактики, испытываются новые гуманитарные средства сопровождения войны для мирного населения.

Цель Украины — сделать войну слишком обременительной для России и, таким образом, вынудить Россию перенести активные военные действия за пределы Украины.

Обороноспособная Украина, с новой армией, с новыми военными стратегиям и тактиками, с новым управлением военными действиями парамилитарных добровольческих отрядов во взаимодействии с регулярной армией — важнейшее условие и залог победы в новой мировой войне.




Комментирование закрыто.