Возможные сценарии развития ситуации в Афганистане и вызовы для Центральной Азии

Рустам Махмудов

 

В этой связи перед государствами Центральной Азии на повестке дня сегодня начинает как никогда остро вставать вопрос прогнозирования сценариев дальнейшего развития ситуации на афганском и иранском геополитическом поле.

{advert=1}

На наш взгляд, пока можно выделить три наиболее вероятных сценария развития ситуации.

Первый сценарий базируется на том, что, несмотря на заявления о выводе войск, американский фактор останется ведущим. Но здесь все же является неясным будущий уровень и характер присутствия американских интересов и сил в Афганистане. Конечно, США не хотят уходить из Афганистана, потому что он занимает выгоднейшее географическое положение, способное оказать существенное влияние на геополитическое соперничество в Евразии и мире в целом. На приобретение таких выгодных позиций Вашингтоном было израсходовано несколько сот миллиардов долларов и несколько тысяч убитых и раненных солдат и офицеров.

США, и это не вызывает сомнения, будут сокращать свое военное присутствие, на что есть объективные причины — экономический кризис продолжает сокращать финансово-экономическую базу для финансирования американских геополитических проектов. Вашингтон уже не обладает теми, казалось бы, безграничными ресурсами, которые были у него на заре эры Дж.Буша-младшего и причина этого кроется в проблемах финансово-экономического сектора.

Проблемы в экономике уже давно вышли на первый план и, как показывают статистические данные, последствия кризиса 2008-2009 гг. так и не преодолены. Фактически, администрация Обамы продолжает тот же экономический курс, основанный на внешних заимствованиях и повышении потолка государственного долга, который уже перевалил за астрономическую цифру 14,3 трлн. долл. и станет еще больше на 2,7 трлн. в ближайшие два года.

Белый дом пытается выправить ситуацию, в т.ч. и за счет сокращения государственных расходов и повышения налогов. Президент США Б.Обама 13 апреля 2011 г. представил план, предусматривающий сокращение дефицита бюджета на 4 трлн. долл. в течение ближайших 12 лет. Что примечательно, сокращения расходов планируется достичь, в т.ч., за счет расходов на оборону — оборонный бюджет к 2023 г. предполагается сократить на 400 млрд. долл.

Не нужно быть провидцем, чтобы спрогнозировать, что это ударит по военным возможностям Пентагона в финансировании боевых операций, содержанию военных баз по всему миру и программ создания новых вооружений.

В силу этого Вашингтон ищет варианты, при которых его силы остались бы в Афганистане, но в размерах, при которых можно безболезненно их финансировать для американского бюджета.

По имеющимся данным, Вашингтон ведет переговоры с правительством Х.Карзая о возможности создания постоянных военных баз и сохранении присутствия нескольких тысяч инструкторов, бойцов специальных подразделений и военно-воздушных сил до 2024 г.

Между тем, необходимо признать, что этих сил будет совершенно недостаточно, чтобы сдержать Талибан и нанести ему поражение. Если уж нынешняя группировка численностью более 100 тыс. солдат НАТО не может стабилизировать страну, то что говорить о гораздо меньших силах.

В этой связи, чтобы сохранить свое влияние и присутствие, США необходимо будет в кратчайшие сроки поднять активность действий и эффективность принимаемых мер по следующим направлениям:

Прежде всего, продолжить создание мощной афганской армии, способной к самостоятельному выполнению боевых задач. В настоящее время численность армии Афганистана доведена до 170 тыс. чел. Однако эта армия довольно слаба в двух отношениях. Во-первых, с военно-технической и интеллектуальной точки зрения. Во-вторых, у значительной части ее боевого состава отмечается слабый уровень мотивации и идеологической подготовки, что бросается в глаза на фоне более высокого боевого духа и религиозного фанатизма рядовых талибов и их союзников.

{advert=2}

Это подтверждают статистические данные, согласно которым только за 6 месяцев текущего года из рядов афганской армии дезертировало 25% военнослужащих. ИСАФ стремится сократить данный уровень хотя бы до 17%.

Как вариант, в случае, если США не удастся создать полноценную афганскую армию, то им придется пойти по пути привлечения большего числа сотрудников охранных агентств для противодействия Талибан. По данным на 2010 г., число сотрудников охранных агентств в Афганистане составляло от 130 до 160 тыс. – 2-е место после Ирака. Предполагается, что в 2011 г. Афганистан превзойдет по данному показателю Ирак.

Слабость в использовании наемных агентств состоит в том, что на их финансирование необходимы значительные суммы. Несмотря на профессионализм, сотрудники наемных агентств обладают меньшим уровнем боевого духа, т.к. они приехали зарабатывать, а не умирать.

И, наконец, на наш взгляд, самым важным стратегическим шагом, который позволит Вашингтону сохранить свое доминирование в Афганистане, может стать убеждение Пакистана полностью искоренить места базирования боевиков на своей территории. Как максимум, это должно привести к уничтожению тыла талибов, а, как минимум, заставить Талибан пойти на мирные переговоры с афганским правительством.

Вместе с тем, если Вашингтону не удастся реализовать указанные меры, то возможно развитие ситуации в Афганистане по Второму сценарию, который заключается в том, что в результате ослабления контроля НАТО над территорией и сворачивания значительной части своего военного присутствия в этой стране начнут усиливаться центробежные тенденции. Т.е. силу вновь начнут набирать региональные лидеры и полевые командиры, многие из которых и сегодня почти номинально признают кабульские власти.

Таким образом, может повториться ситуация 90-х гг., когда афганское политическое поле представляло собой конгломерат различных региональных и племенных военных группировок, находившихся в сложных отношениях друг с другом.

При подобном сценарии сразу же может возрасти острота прямой геополитической борьбы в Афганистане. Дело в том, что после начала миссии НАТО в этой стране Запад установил фактическую монополию на решение афганской проблемы, в то время как ранее вес других региональных и международных игроков в афганской игре был существенно выше.

Не секрет, что большинство афганских группировок в 90-е гг. имели тесные связи с внешними силами и многие эксперты рассматривали афганскую гражданскую войну как войну внешних геополитических акторов руками афганских группировок. Учитывая этот опыт, можно сказать, что вероятность повторения событий прошлого века при условии снижения влияния НАТО будет весьма высокой.

При подобном сценарии, США и НАТО уже не будут обладать эксклюзивными правами на контроль процессов в Афганистане, а станут просто одними из игроков на афганском геополитическом поле.

Между тем, при прогнозировании развития ситуации в Афганистане необходимо принять во внимание, что этот конфликт не является вещью в себе, а тесно связан со многими процессами в сопредельных регионах. Речь идет о возможности Третьего сценария, учитывающего т.н. «арабскую весну».

На Западе данные события на Ближнем Востоке и в Северной Африке рассматриваются как победа демократических чаяний народов этих стран. Однако зачастую из вида упускается тот факт, что эти события дали толчок весьма опасным тенденциям. Дело в том, что на волне народных выступлений в арабском мире вышли из подполья силы и группировки, исповедующие радикальные методы борьбы за политическую власть и опирающиеся на исламистскую идеологию.

Например, в Египте прочат победу на ближайших выборах запрещенной во времена Мубарака партии «Ихван уль-Муслимин» («Братья-мусульмане»). Примерами роста радикализма в Египте стал недавний захват израильского посольства в Каире.

За беспорядками в Сирии также стоит в основном сирийское крыло «Братьев-мусульман». На юге Йемена в результате ослабления из-за народных выступлений способностей властей контролировать ситуацию активизировались боевики «Аль-Каиды», которые в июне захватили несколько городов. По некоторым данным, ключевым эмиссаром «Аль-Каиды» в Йемене является саудовский гражданин аль-Шихри, в свое время побывавший в тюрьме Гуантанамо.

Но самые опасные события имеют место в Ливии, где в составе ударных сил т.н. ПНС присутствуют исламистские группировки. Наиболее влиятельные из них:

— «Исламская вооруженная группа», которую называют еще ливийским крылом «Аль-Каиды». Ее глава известный террорист Абдельхаким Бельхадж, который арестовывался ЦРУ в 2004 г. в Таиланде и прошел лагерь Гуантанамо, недавно стал руководителем «Военного совета Триполи».

— «Эмират города Дерна» во главе с Абдуль-Каримом аль-Хасади, который также является бывшим заключенным Гуантанамо. Эта организация базируется в Бенгази.

— Вооруженная группа «17 февраля», чей лидер Исмаил аль-Салаби прямо заявил, что ПНС должен уйти в отставку в полном составе, т.к. в нем много представителей от режима Каддафи.

Также недавно в Бенгази был создан «Батальон национальных гвардейцев», который возглавил бывший заключенный Гуантанамо и человек бен Ладена — Абу Яхья Либби.

Фактически, сегодня можно говорить об угрозе формирования «исламистского пояса» от Сахары до Индии и отмечаются случаи интеграции сил и создания каналов для поставок боевиков и оружия. Симптоматично, что здесь также отмечается участие афганского фактора. По некоторым данным, за последнее время в Ливию прибыло, по различным оценкам, от 1,5 до 3 тыс. боевиков из Афганистана и Пакистана, которые перешли под управление военного губернатора Триполи Абдульхакима Бельхаджа.

{advert=3}

Оружие с ливийских складов уже расползается по региону. Случаи контрабандной перевозки отмечаются в направлении Сектора Газа, алжирским и малийским террористическим группировкам.

Если подобная интеграция произойдет и будет создан исламистский пояс, то можно будет говорить в перспективе о возрастании численного состава экстремистов в мусульманском мире и повышении их военно-технической оснащенности. Не исключено, что это может привести к нарастанию давления на Пакистан и Афганистан, результатом чего станет усиление позиций наемников в рядах афганских группировок и возрастание угрозы для безопасности Центральной Азии.

Варианты негативного воздействия ситуации в Афганистане на Центральную Азию. В случае, если ситуация в Афганистане не будет нормализована окончательно, то негативное воздействие на ситуацию в Центральной Азии будет проходить по нескольким направлениям:

1. При сохранении той ситуации и расклада сил, которая существует сегодня, т.е. когда ни одна из сил не способна окончательно победить, для стран Центральной Азии останется актуальной проблема невозможности создания транспортных и энергетических коридоров через Афганистан в направлении пакистанских портов. Это, конечно же, будет по-прежнему препятствовать полной реализации потенциала стран ЦА по максимальной диверсификации своих транспортных, экспортных и экономических возможностей, что, безусловно, находит свое отражение и в геополитических возможностях региона.

2. В случае дальнейшего обострения обстановки в Афганистане, предположительные издержки, которые будет нести Центральная Азия, будут заметно выше.

— конечно же, возрастут финансовые расходы на безопасность;

— это отразится на инвестиционном климате региона;

— возникнет опасность превращения Афганистана в зону подготовки радикально настроенных боевиков из структур международного терроризма;

— может возрасти поток наркотиков, незаконная контрабанда оружия и литературы;

— скорее всего, усилится геополитическая конкуренция в регионе между ведущими международными военно-политическими силами и организациями за втягивание ЦА в орбиту своего влияния и превращения региона в своеобразную буферную зону.

 

Источник: Время Востока




Комментирование закрыто.