Румыния vs Венгрия: трансильванский вариант Косово

Татьяна Биткова

I

События последнего времени показывает, что болезненный для венгер­ского национального сознания «трианонский комплекс» не только сохраняет[ся], но и обнаруживает устойчивую тенденцию к обострению. Как известно, в ре­зультате Трианонского мирного договора 1920 г., около двух третей жителей Венгрии оказались за пределами страны. Значительное количество венгров, а именно этническая группа секеи (или секуи в Трансильвании), стали румынски­ми гражданами. Итоги Второй мировой <…> фактически воспроизвели статус-кво и обеспечи­ли лишь временно разрядку.

Ныне эта разрядка все более сменяется новыми симптомами напряженно­сти. Румынские историки и политологи не устают приводить аргументы, доказы­вающие историческую справедливость случившегося геополитического сдвига. Они настаивают на том, что румыны — более древние обитатели этих земель и их всегда было большинство.

Согласно разным румынским источникам, которые в свою очередь ссыла­ются на переписи, проводившиеся венгерскими властями, в 1910 г. румынское население в этом крае составляло от 47% до 55% [1]. Но как следует и из румын­ских источников, несмотря на количественное преобладание, румынская общи­на Трансильвании не обладала полной социальной структурой. Признается, в частности, что «в её среде помещики или мещане как социальные классы от­сутствовали: крупный землевладелец-мадьяр или мещанин-немец противосто­ял зависимому крестьянину-румыну» [2]. Богатые румынские землевладельцы для сохранения своего положения в обществе вынуждены были мадьяризироваться. Среди городского населения этнических румын было крайне мало. Дру­гой достаточно большой и компактно проживающей общностью региона были этнические немцы (саксы), оказавшиеся здесь по приглашению венгерских ко­ролей еще в XII-XIII вв. Хотя саксы оказывали заметное влияние на хозяй­ственную жизнь региона, их доля в этнической структуре населения на рубеже XIX-XX вв. оценивается лишь в 8-10%.

Новые социокультурные процессы начинаются в Трансильвании после ее присоединения к Румынии, когда происходит массовое переселение сюда ру­мын из старых провинций. В соотношении с румынским населением венгров становилось все меньше. Количество немцев также неуклонно уменьшалось. Но венгерское население, несмотря на все перипетии, не только сохраняло свою идентичность, но и оставалось значительной группой в этнической струк­туре Трансильвании. Сегодня оно составляет около 20% населения, а это при­мерно полтора миллиона человек. Всего же в Румынии насчитывается около 22 млн. чел.

После Второй мировой войны, в условиях «социалистического братства», наибольшим <…> [притеснениям] гонениям подверглись религиозные круги [3]. Межнациональная обстановка пережила период резкого обострения на рубеже смены режима Чаушеску и установления новой власти. В г. Тыргу-Муреш в марте 1990 г. в ре­зультате массовых беспорядков на этнической почве и драк между местными румынами и венграми погибло три венгра и двое румын, 278 человек получили ранения и травмы различной тяжести. Возможно, просто чудом удалось избе­жать развития событий по югославскому сценарию.

Будапешт никогда не скрывал своей озабоченности в связи с присоедине­нием трансильванских земель к Румынии. Однако на официальном межгосу­дарственном уровне обе страны стремились демонстрировать добрососедские отношения. Подписание в 1996 г. основного политического Договора между двумя странами стимулировалось исключительно евроатлантическими структу­рами. Каково бы ни было частное мнение политиков или политологов, такой до­говор в сложившейся обстановке был вполне обоснован сложившимися реали­ями. Другое дело, что его наличие сколь-либо позитивно на решении трансиль­ванских проблем не сказалось.

Чем в первую очередь озабочены венгры, обращая свой взор в недавнее прошлое? Когда после Второй мировой войны Ялтинские соглашения подтвер­дили права Румынии на Трансильванию, на территории Румынии была образо­вана Венгерская автономная область, законодательно закрепленная в 1952 г. У венгров эта мера оживила надежду (как оказалось, иллюзорную) на постепен­ную консолидацию своей нации. Однако румынское руководство как раз хотело избежать подобной перспективы. В 1959 г. Государственный университет в Клуж-Напоке (неформальной столице Трансильвании) был лишен статуса вен­герского вуза. Все точки над «и» поставил Чаушеску, в 1968 г. упразднивший, под предлогом административно-территориальных изменений, Венгерскую ав­тономную область как административную единицу.

В новых, «постсоциалистических» условиях венгерское сообщество Трансильвании постоянно напоминает о недостаточности своих прав как компактно проживающей диаспоры. Бухарест же, панически боится какого бы то ни было ирредентизма, неизменно придерживается курса на сохранение единого ру­мынского централизованного государства.

Вместе с тем трансильванские венгры имеют возможность формировать серьезные политические силы, в том числе в представительских структурах власти. Венгерская национальная партия — Демократический союз венгров Ру­мынии (ДСВР) — не только постоянно проходит в парламент. От нее порой за­висит решение вопросов государственной важности, ибо после 1989 г. побе­дившие на выборах партии никогда не обладали устойчивым парламентским большинством. Это позволяет ДСВР иметь своих представителей в правитель­стве и важных административных структурах. Однако ему не удается практиче­ски исполнить минимальное, с венгерской точки зрения, требование: вернуть венгерский статус Государственному университету в Клуж-Напоке. То, что в клужском университете ведется преподавание не только на румынском, но и на венгерском языке, признается венграми недостаточным условием их равнопра­вия.

II

Каков облик и положение Трансильвании как исторического края внутри румынского централизованного государства сегодня? Это наиболее динамично развивающийся регион Румынии, о чем свидетельствует статистика. К тому же на этой территории имеются богатые запасы природных ресурсов: железа, газа, золота, соли, а также леса.

Это обстоятельство используется венгерскими политологами как в Румы­нии, так и в самой Венгрии для продвижения идеи федеративного устройства Румынии, из чего логично следовала бы необходимость административной ав­тономии Трансильвании. Более высокая экономическая и политическая культу­ра Трансильвании, писал, в частности, Д. Мольнар, должны втянуть Старое ко­ролевство в более интенсивный экономико-цивилизационный процесс, тем бо­лее что федеративное устройство «отвечает потребностям процесса европей­ской интеграции» [4].

Насколько возможен такой путь административных реформ в современной Румынии? Почти наверняка можно утверждать, что румынская политическая элита не слишком далеко продвинется в этом направлении. На протяжении XX в. она делала все возможное, чтобы смягчить различия между Старым ко­ролевством и Трансильванией не только в плане социально-экономическом, но и на уровне культурного сознания. Она скорее всего не обнаружит у себя осно­ваний для иной стратегии.

Можно согласиться с историческими доводами венгров, что в Трансильвании имеется более богатая традиция государственности. Это — политико-административная реальность, которая наличествовала уже в XVI в. Она по­явилась раньше «Румынии», оформившейся как политическая идея лишь в первой половине XIX в., а как государство сформировавшейся после 1859 г.

Следы румынской непрерывности в древние времена очень слабы на всей территории сегодняшней Румынии, и выживание местного населения «имело только рамки повседневной жизни, а не культурного существования» [5]. Однако справедливость требует признать и весомость аргументов именно в пользу ру­мынской исконности Трансильвании. В древности Трансильвания составляла ядро государства даков, которых румыны считают своими предками. При импе­раторе Траяне земли даков стали римской провинцией Дакия. В период Велико­го переселения народов через территорию Трансильвании прошло огромное количество племён. Последними по времени были кочевые мадьяры. По пре­данию, венгерский король Иштван I в 1003 г. разбил местного князя Дьюлу и присоединил Трансильванию к венгерским землям. О присутствии даков и рим­лян говорят археологические раскопки на территории именно Трансильвании. К тому же именно здесь, в Ардяльской лингвистической школе, были открыты ла­тинские корни румынского языка, построена и распространена за пределы Кар­пат модель румынской идентичности [6].

Этноцентристское определение Трансильвании представляет собой про­дукт национализма Нового времени. В Средние века, и особенно в эпоху Прин­ципатов (XVI-XVII вв.), отмечает румынский ученый С. Миту, ардяльская элита исходила из понимания неоднородного, смешанного характера Трансильвании. В основе ее политических и социальных институтов лежал Пакт 1437 г. между тремя «нациями» или социальными состояниями (мадьярами, секеями, сакса­ми). В 1568 г. к нему прибавился Пакт между четырьмя религиями. По мнению С. Миту, такого рода схема могла бы быть в какой-то мере продуктивной и се­годня. Идея же венгров о том, что автономия Трансильвании отвечала бы по­требностям современной Румынии, по мнению ученого, бесперспективна, ибо воспринимается румынами только как скрытое обоснование попытки отторже­ния Трансильвании. «Многие румыны, — пишет он, — …слишком хорошо «знают», что в глубине своей страстной души «венгры хотят Трансильванию», так что сказка о федерализме Трансильвании кажется шитой скандально белыми нитками» [7].

Бухарест с настороженностью относится к тому факту, что защита прав соотечественников за рубежом официально составляет одно из главных направлений как внешней, так и внутренней политики Венгрии. Суть этой ори­ентации заключается в поддержании «двунаправленной интеграции» венгер­ских общин, что подразумевает сохранение этнических венгров в местах ны­нешнего проживания при укреплении собственной национально-культурной са­мобытности, сознания принадлежности к единой венгерской нации [8].

III

Особую озабоченность в Румынии вызвал принятый Будапештом в июне 2001 г. Закон о статусе венгров, проживающих за рубежом. Этот акт предпола­гает предоставление этническим венграм, живущим на территории Хорватии, Словении, Югославии, Румынии, Словакии и Украины, особого статуса. Он обещает им право на ряд льгот во время пребывания в Венгрии, что выделяло бы их из числа других иностранцев, а также предоставление материальных субсидии во время их нахождения в местах постоянного проживания в сопре­дельных странах. Австрия была выведена из-под действия закона изначально: оговорено, что на нее как члена ЕС действие этого правового акта не распро­страняется.

Наиболее болезненно на принятие указанного закона отреагировала Ру­мыния. Премьер-министр Адриан Нэстасе охарактеризовал новый венгерский акт как анахроничный, дискриминационный, а также противоречащий политиче­скому Договору 1996 г., к тому же имеющий все признаки экстерриториально­сти. Нэстасе заметил при этом, что «Румыния не колония, откуда бы Венгрия ввозила к себе рабочую силу» [9]. Бухарест осудил возможность открытия на территории Румынии информационных пунктов, координирующих выдачу «удо­стоверений венгра», и отверг предоставление льгот гражданам на основании их этнической принадлежности.

Следует напомнить, что Румыния сама предпринимает аналогичные дей­ствия. Вот уже несколько лет она предоставляет не только льготы, но и румынское гражданство жителям Республики Молдова. Эти действия румынских вла­стей вызывали неоднократные возражения официального Кишинева и способ­ствовали охлаждению румыно-молдавских отношений. В настоящее же время этот процесс поставлен на поток, и даже многие лица из высшего эшелона вла­сти имеют двойное гражданство.

Будапешт вынужден был пойти на уступки Бухаресту. Они были зафикси­рованы в согласительном Меморандуме, подписанном главами правительств В. Орбаном и А. Нэстасе 22 декабря 2001 г. в Будапеште. По документу, Вен­грия признала за всеми румынскими гражданами равные права по трудоустрой­ству в Венгрии, декларировала отказ от поддержки действующих в Румынии венгерских политических организаций без согласия местных властей.

Одновременно румынская дипломатия развернула активные действия по привлечению на свою сторону европейского общественного мнения. Вскоре международные организации — ОБСЕ, Совет Европы — заявили о своем негативном отношении к венгерскому закону. Правительству Венгрии пришлось заняться переработкой закона. Его окончательный вариант был принят в 2004 г. В этом варианте закон, по мнению сторонних экспертов, вполне соответствует стан­дартам международного права, в частности, не содержит положений, которые можно расценить как вмешательство во внутренние дела других государств [10].

Тем не менее само принятие этого закона было расценено в том числе и в некоторых структурах ЕС за пределами Венгрии, как усиление ее стремления преодолеть последствия Трианона.

IV

В течение 2011 г. в Венгрии обсуждался новый проект конституции страны. В предлагаемых модификациях наблюдатели также усматривают усиление кур­са на объединение исторических территорий. Так, в действующей конституции страна именуется «Венгерская республика». По проекту же новой конституции ее предлагается именовать просто «Венгрия». В изменении названия страны просматривается скрытое стремление пересмотреть навязанные в 1920 г. тер­риториальные границы страны, — отмечает автор аналитической информации «Ты записался гражданином Венгрии?!». Отказ [от] «республики» в пользу «Вен­грии» и ее символа «Святой Короны», олицетворяющей преемственность кон­ституционной государственности, после 1920 г. было одновременно и отрица­нием Трианона. «В связи с этим изменением конституции 2011 г., — подчерки­вается в том же источнике, — следует ожидать, что на обложках новых паспор­тов, массово вручаемых новым венгерским гражданам, будет значиться «Вен­грия» над изображением «Святой Короны» в гербе. Внешне это более чем сим­воличный акт в деле идущего объединения нации. Единая нация соединена во­круг «Венгрии», а не «Венгерской республики»» [11].

В данном контексте происходящее явное усиление политической активно­сти венгерской диаспоры в Трансильвании в последние годы выглядит вполне закономерным. В то время как Демократический союз венгров Румынии дипло­матично продвигает интересы венгерского населения в коридорах бухарестской власти, среди более радикальных венгерских деятелей наблюдается поиск бо­лее действенных форм политического давления.

13 декабря 2003 г. по инициативе радикального крыла Демсоюза венгров во главе с Ласло Токешем, который представлял оппозицию центральному ру­ководству ДСВР, был образован Трансильванский венгерский национальный совет как отдельная политическая организация. Ее бессменным председателем и стал Л. Токеш, фигура, без сомнения, харизматическая [12].

В 2008 г. была зарегистрирована Венгерская гражданская партия, преоб­разованная из общественного движения Венгерский гражданский союз. Этот последний пытался стать альтернативой ДСВР, но безуспешно. Демсоюз вен­гров не выразил радости в связи с появлением возможного конкурента, но предложил новой партии участвовать в парламентских выборах 2012 г. в одном избирательном списке, однако та пока отказалась.

Одновременно на местном уровне, что возможно оказалось не менее ре­зонансно, трансильванские венгры предприняли активные шаги для решитель­ного обособления от Бухареста. 5 сентября 2009 г. в трансильванском городе Одорхейул Секуеск собрался съезд представителей местных органов власти, который провозгласил создание Секуйской автономии, объединившей большую часть территории уездов Харгита, Ковасна и Муреш, большинство населения которых представлено этническими венграми. На съезде были утверждены гимн, флаг, герб и административная карта самопровозглашенного Секуйского края. Через несколько месяцев, а именно 12 марта 2010 г. воодушевленные успехом мэры и советники края на своем втором съезде приняли решение придать венгерскому языку официальный статус на региональном уровне.

Этот самостийный акт эмоционально обсуждался в румынских СМИ, кото­рые отразили не только опасения, но и страх политиков и обывателей перед «венгерской угрозой». Центральные власти Бухареста, естественно, не призна­ли такого самоуправства. Но, для смягчения остроты национального вопроса, в коридоры местных университетов были возвращены когда-то снятые при Чаушеску портреты прежних ректоров-венгров, в трансильванских почтовых отде­лениях появились таблички на венгерском.

V

Несмотря на Меморандум 2001 г., согласно которому Венгрия заявила о поддержке венгерских организаций в Румынии только с согласия местных вла­стей, Будапешт демонстративно и в пику Бухаресту оказывает моральную под­держку именно «автономистам». 5 ноября 2010 г. в Будапеште под эгидой вен­герского правительства прошло заседание очередного «Венгерского постоянно­го совещания», в работе которого приняли участие представители 19 организа­ций венгерских диаспор за рубежом. Из Румынии присутствовали представите­ли ДСВР, Венгерской гражданской партии и Трансильванского венгерского национального совета. Как первоочередные обсуждались такие вопросы, как борьба за автономию и противодействие процессам ассимиляции.

19 ноября 2010 г. 270 членов Секуйского национального совета съехались в Будапешт, чтобы принять участие в совместном заседании с венгерским парламентом. Секуйский национальный совет был основан 26 октября 2003 г. как гражданское движение и является сегодня неформальным руководящим орга­ном уездов Харгита, Ковасна и Муреш. Заявленная цель подобного мероприя­тия — привлечь внимание венгерского общественного мнения к обретению Секуйским краем своего автономного статуса. Перед зданием парламента вместе с национальным венгерским был поднят и флаг Секуйского края.

Бухарест пытается оказать давление на «автономистов» <…> исходя из собственных возможностей. Так, румынская проку­ратура предприняла расследование деятельности Токеша, который <…> [неудачно] для нее, стал вице-председателем Европарламента. Согласно име­ющимся у прокуратуры сведениям, на одной из лекций в летнем университете Балваньоша Л. Токеш призывал секеев к уличным выступлениям с требовани­ем автономии. Из чего, по румынской квалификации следует наличие «государ­ственной измены» и «антиконституционной деятельности». Обвиняемый же за­явил, что подобное расследование его деятельности противоречит статьям румынской Конституции, провозглашающей политический плюрализм, свободу собраний и объединений.

Венгерские власти тем временем, как, впрочем, и румынские — в Молдове, приступили к массовой раздаче своих паспортов соотечественникам за рубе­жом. На референдуме 5 декабря 2004 г. граждане Венгрии высказались против предоставления двойного гражданства зарубежным венграм. Но независимо от этого референдума в 2010 г. было принято и вступило в силу 1 января 2011 г. новое законодательство о предоставлении венгерского гражданства представи­телям зарубежной диаспоры. На конец 2011 г. ожидалось, что в венгерское гражданство вступит не менее 200 тыс. зарубежных венгров.

В контексте усиления «унгуризации» Трансильвании знаменательно вы­глядит инцидент, произошедший 14 марта 2011 г. в Чиксереде, что находится в самопровозглашенном Секуйском крае. Местный житель-венгр совершил сим­волическую казнь куклы, изображавшей Аврама Янку, участника революции 1848 г., одного из руководителей румынского национального движения в крае, враждебного венгерским революционерам.

В мае 2011 г. группа румынских европарламентариев от Демократического союза венгров Румынии объявила об открытии в Брюсселе представительства Секуйского края при Европейском парламенте, что вызвало крайнее раздраже­ние румын. Изумление вызвал сам факт открытия этого представительства в так называемом Доме венгерских регионов, принадлежащем Венгрии. Профес­сор истории Бухарестского университета А. Чорояну задается вопросом: а что если бы французский Эльзас открыл свое представительство в резиденции Германии? [13]

Министерство иностранных дел Румынии 27 мая распространило заявле­ние, в котором выражает сожаление в связи с «учреждением некоего «предста­вительства» так называемой административно-территориальной единицы Ру­мынии, которая не существует и не имеет под собой ни конституционных, ни за­конных оснований» [14].

Лидер ДСВР Келемен Хунор заявил в связи с этим, что речь в данном слу­чае не идет об антиконституционных действиях. Это — всего лишь инициатива глав уездных советов Харгиты, Ковасны и Муреша, которые тем самым хотят привлечь фонды в свои уезды. «Не надо напрасно горячиться», — сказал глава ДСВР, добавив, что Секуйский край — всего-навсего «традиционное название, такое же, как, скажем, Буковина».

VI

Еще в декабре 2010 г. активисты гражданского движения Трансильванский венгерский национальный совет и его лидер Токеш выступили с инициативой создания Трансильванской венгерской народной партии (ТВНП), главной поли­тической целью которой объявлена автономия для венгерского национального меньшинства в Румынии. Власти Румынии первоначально отказались реги­стрировать партию. Против ее создания резко выступил и Демократический со­юз венгров Румынии. Его лидеры опасались, что появление еще одной венгер­ской политической партии может расколоть относительно небольшой венгер­ский электорат. «Автономистов» по-видимому не пугает перспектива раскола венгерского электората. Нынешних руководителей ДСВР они считают едва ли не коллаборационистами, увязшими в интригах бухарестской элиты.

В течение 2011 г. ДСВР как член правящей коалиции вел торг с Либераль­но-демократической парией в связи с намечающимся укрупнением администра­тивного деления Румынии. Цель та же — выделить Секуйский край в самостоя­тельную единицу и не объединять его с другими районами Трансильвании, где венгры не являются большинством.

После того, как в Бухаресте отказали в регистрации Трансильванской вен­герской народной партии, председатель Венгерской гражданской партии Йене Сас заявил, что на предстоящих в Румынии парламентских выборах 2012 г. его партия выступит под лозунгом «национальной альтернативы» против ДСВР. Показательно, что 3 сентября 2011 г. почетным председателем Венгерской гражданской партии был избран нынешний председатель венгерского парла­мента и один из основателей сегодняшней правящей партии Фидес Ласло Ко­вер, известный своими националистическими взглядами.

Это и многое другое свидетельствует об усилении влияния Венгрии на внутриполитический ландшафт Румынии. Бухаресту все сложнее влиять и на Ласло Токеша, который в 2011 г. принял венгерское гражданство. Среди компе­тентных наблюдателей господствует убеждение, что при попытке перекрыть ему доступ на выборы в Европарламент в Румынии Л. Токеш «без труда полу­чит необходимый ему мандат от избирателей Венгрии» [15].

13 сентября 2011 г. арбитражный суд в Бухаресте все же признал законной заявку на официальную регистрацию Трансильванской венгерской народной партии. Ее инициаторы ожидают, что новая, судя по всему, более радикальная партия со временем вытеснит чересчур гибкий Демсоюз венгров Румынии и за­менит собой слабую Венгерскую гражданскую партию.

Ни одна румынская политическая партия не поддерживает инициативы по «автономизации» венгров, но наибольшую ярость выражают лидеры румынских националистов, не стесняющиеся в выражениях. Так, один из лидеров Партии «Великая Румыния» Г. Фунар назвал недавно Токеша «дьяволом в пасторском облачении» [16].

VII

Что же ждет Трансильванию в свете вдохновляющего «автономистов» примера сербской провинции Косово? [17] В настоящее время речь не может ве­стись о вооруженных столкновениях, реально грозивших Трансильвании в 1989-1990 гг. Пока нет сколько-нибудь основательных причин ожидать, что иг­роки мировой политической сцены захотят прямо, либо косвенно, «по доверен­ности» вмешиваться во внутренние дела Румынии, которая к тому же преду­смотрительно демонстрирует свою чрезвычайную лояльность США. Об этом свидетельствуют и безоговорочная поддержка бомбардировок Белграда в 1999 г., и договор 2009 г. о размещении американской авиабазы в Румынии, и соглашение 2011 г. о размещении элементов американской системы ПРО на румынской территории.

В отличие от Молдовы, Трансильвания пока что (это важная оговорка) не столь доступна для мировых политических игр. И Румыния, и Венгрия — члены не только ЕС, но и НАТО, что, конечно в целом препятствует обострению ситу­ации до открытого взрыва. Но абсолютной гарантии в этом плане быть не мо­жет. В условиях, когда саму «большую Европу», еще недавно казавшуюся прочно и навсегда интегрированной, потрясает один кризис за другим, в том числе и такие, которые ставят ее структуру на грань распада, нельзя исключать радикализации средств в решении ныне в основном латентных, в том числе за­старелых и традиционных, этнополитических конфликтов. Трансильванский -один из них.

Во всяком случае, уже сегодня вполне мыслима некоторая (пусть и не прямая, а только «цивилизационная») заинтересованность Германии, которая, как и Венгрия, не забывает своих, хотя в данном случае крайне немногочислен­ных, соотечественников в этом регионе. Германия поддерживает и бизнес, и культуру немецкой диаспоры, стараясь предоставить такие программы, чтобы последние саксы не покинули этот край, несущий явные черты укорененного присутствия немецкой культуры.

В целом трасильванский вопрос было бы преждевременно и слишком по­спешно причислять к категории решенных. При определенном неблагоприятном повороте событий, которыми — весьма неожиданно для аналитики — оказался так богат наш начавшийся XXI в., он вполне может сыграть серьезного фактора, осложняющего политическую обстановку не только в двустороннем локальном, но и в более широком регионально общеевропейском плане.

Примечания:

[1] Romanii din afara Romaniei, <http://istorie-edu.ro/istoriee/Ist_romanilor/ist_ro_035 romaf1.html>; Rosulescu V. Romania — Primul Razboi Mondial. Romanii din afara statului national 1867-1914, <http://vladimirrosulescu-istorie.blogspot.com/2011/06/romania-primul-razboi-mondial-romanii.html>.

[2] Виноградов В.Н. Дунайские княжества и Трансильвания: Национальный вопрос и за­дачи освобождения и объединения (1848-1849 гг.) // Европейские революции 1848 го­да. «Принцип национальности» в политике и идеологии. М.: Индрик, 2001. С. 393-448.

[3] Румыны — в основном, православные, в Трансильвании много приверженцев униат­ской церкви, венгры — преимущественно католики, а также кальвинисты, немцы-лютеране. В послевоенный период все церкви подверглись гонениям. Под контроль была поставлена основная конфессия — православная церковь. Другие конфессии так­же пострадали. Наиболее трагичной оказалась судьба униатской церкви, которая при­нуждена была слиться с православной. Священники римско-католического обряда, приверженцами которого были в основном венгры, также были подвергнуты репресси­ям, что было «в русле общего наступления советского руководства на католицизм как на присоединенных к СССР западных территориях, так и в ряде стран Восточной Ев­ропы в целях обеспечения стабильности режимов». Покивайлова Т.А. Конфессиональ­ная ситуация в Трансильвании и ликвидация униатской церкви в Румынии (40-е годы ХХ в.) // Власть и церковь в СССР и странах Восточной Европы. 1939-1958 (Дискусси­онные аспекты). М.: Институт славяноведения РАН, 2003.

[4] Molnar G. Problema transilvana // Problema transilvana. Iasi: Polirom, 1999. P. 12-37.

[5] Mungiu-Pippidi A. Identitate politica romaneasca si identitate europeana // Revenirea in Europa. Idei si controverse romanesti, 1990-1995. Craiova: Aius, 1996. P. 281-291.

[6] «Ардяльская школа» — широкое просветительское движение в Трансильвании по­следней четверти XVIII в. и первых двух десятилетий XIX в., выступавшее за «латини­зацию румынского языка и сближение с культурой других романских народов».

[7] Mitu S. Iluzii si realitati transilvane // Problema transilvana. Iasi: Polirom, 1999. P. 66-79.

[8] О венгерском опыте работы с соотечественниками // Страны СНГ. Русские и русско­язычные в новом зарубежье. Информационно-аналитический бюллетень Институ­та стран СНГ. 2005. Вып. 117. С. 46-49.

[9] Самошкин В. Забота о соотечественниках или «реваншизм»? // Независимая газета. 29.06.2001.

[10] Цилевич Б. Забота о соотечественниках — традиционная практика европейских государств. <http://www.humanitatis.info/16%20almanax/16alm.cilevits.htm>.

[11] Ты записался гражданином Венгрии? 29.03.2011, <http://milli-firka.org/content/ DBAFEHBB>.

[12] Именно его считают косвенным виновником румынской революции 1989 г., которая началась с волнений в г. Тимишоара 16 декабря. Ласло Токешу было предписано покинуть свой дом реформатского пастора за антигосударственную деятельность. Всту-
пившиеся за священника местные жители оказали отпор правительственным войскам и милиции, что и спровоцировало в дальнейшем падение режима. 22 декабря Токешу стал членом Фронта национального спасения, представлявшего собой центральный орган власти Румынии после падения режима Чаушеску. В 1990-2009 гг. был еписко­пом и одновременно занимался политикой. Был почетным председателем Демократи­ческого союза венгров Румынии. С 2007 г. является депутатом Европарламента, с 2010 г. — его вице-председателем.

[13] См. Cioroianu A. Ungaria — Romania: reluam fentele inamicale de altadata? // Dilema veche. 9-15 iun. 2011.

[14] В Европарламенте открылось представительство непризнанного Румынией Секуйского края. 27.05.2011. <http://www.regnum.ru/news/polit/1409680.html#ixzz1NaJz9SQW>.

[15] В Румынии появилась новая венгерская партия, Будапешт доволен. <http://finugor.ru/node/21232>.

[16] Ilie D. Funar: Laslo Tokes nu poate fi tras la raspundere pentru ca… nu exista // Romania libera. 11.12.2010.

[17] Румыния не признала Косово как самостоятельное государство. Венгерская политическая элита Румынии ставит цель добиться от Бухареста признания его независимости.

источник: «Пути к миру и безопасности»




Комментирование закрыто.