Об объективных причинах мировых войн, с точки зрения Модели развития технологической цивилизации

Владимир Стус, для "Хвилі"

Война  в Ливии2

Мировые войны — это цивилизационные процессы. В них участвуют так много людей, что на цивилизационном уровне изучения эти процессы можно рассматривать как объективные и изучать с помощью естественно научной, а не гуманитарно-экспертной методологии.

На мой взгляд, все трактовки истории процессов такого масштаба имеют следующие системные недостатки методологического плана:

  • Фрагментация научного знания. Одни историки изучают военную составляющую, другие экономическую, третьи социальную составляющую. Но из такой мозаики не складывается цельная цивилизационная картинки – данные различной отраслевой тематики между собой очень тяжело сравниваются на отраслевом уровне изучения.
  • Неправильно выбранная хронология для оценки процессов. Мировые войны нельзя анализировать исходя из их хронологии, в виде предпосылок к войне, хода военных действий, итогов и последствий войны. Мировые войны являются частью гораздо большего и масштабного процесса, который и следует трактовать.
  • Всё ещё высокая доля этической составляющей мешает пониманию объективной составляющей. Вопрос стоит ребром – либо мы клеймим вечным позором одних и прославляем других, либо мы пытаемся понять логику объективных процессов. Нельзя одновременно находиться в позиции научного исследователя и в позиции судьи.
  • Зависимость большинства исследователей от существующих официальных трактовок истории, которые поддерживаются государством. А для государств, как для заказчиков, важно получить в качестве официальной трактовки истории, качественный наукообразный PRпродукт, который позволит проводить манипулирование массовым сознанием, начиная со школы, которая должна растить патриотов, и, заканчивая пенсионерами, которые должны верить официальной трактовке истории больше, чем собственным воспоминаниям. Всё трактовки, противоречащие официально критикуются кланом государственных или около государственных историков, объявляются маргинальными и не допускаются к популяризации.

В результате официальные версии истории не проверяемы, т.е. не научны. В них остаётся либо верить, либо не верить. Чему-либо научить официальная версия истории, как составная часть государственной системы манипулирования сознанием не может. Причем независимо от уровня демократии в этой стране. На её основе невозможно создание эффективных прогнозов. Официальная история, это именно та, которая учит тому, что ничему не учит. А любая научная трактовка истории на выходе должна содержать прогноз. Постижение прошлого должно проверяться погрешностью постижения, т.е. прогнозирования будущего, выполненного на его основе.

Прежде, чем дать определение мировых войн, хочу ещё раз акцентировать внимание, что и это определение в частности и вся трактовка мировых войн выполняется не на историческом, а на цивилизационном уровне изучения, который является более общим по отношению к историческому. А при переходе изучения одного и того же объекта от более частного к более общему уровню изучения, за счет изменения масштаба рассматриваемых событий, происходит кардинальное упрощение формулировок без потери смысла.

Приведу пример из рассматриваемого периода. Во время битвы за Британию немецкому истребителю Messerschmitt Bf.109E противостоял британский Spitfire Mk.I. Дискуссии о том, какой истребитель имел лучшие тактико-технические параметры продолжаются по сей день. Участвующие в них тысячи экспертов и ветеранов, обосновывая своё мнение, приводят сотни технических, эксплуатационных и других параметров. Но при переходе от тактико-технического уровня к стратегическому, эта сотня параметров сводится к двум-трём. Это соотношение потерь в воздушных боях между этими истребителями, (на одного сбитого Bf.109E приходился 1,2 сбитый Mk.I), оперативная дальность Bf.109E и соотношение потерь истребителей над своей и вражеской территорией, определявшая судьбу пилотов, прыгнувших с парашютом. Для понимания на тактико-техническом уровне необходимо быть одновременно и пилотом и инженером. Причем инженером одновременно по двигателям, аэродинамике и авиационному вооружению. А пилотом с опытом боевого использования как немецкого, так и британского истребителей. А сведение сотен параметров к нескольким при переходе с тактико-технического на стратегический уровень позволяет, в первом приближении, сравнить эти истребители, в конкретных условиях Битвы за Британию, не специалисту. Аналогично, при переходе на цивилизационный уровень изучения большая часть исторических параметров из разных отраслей сводятся к нескольким цивилизационным параметрам доступным для понимания не специалистом.

После такого вступления можно дать определение мировых войн, на основе Модели развития технологической цивилизации. Мировая война это масштабная тотальная война, происходящая во время фазы взрывного ускоренного научно-технологического и культурного развития. Такое определение позволяет четко отсечь попытки разных авторов продолжить счет мировым войнам. Масштаб Корейской войны явно не дотягивает до мировой, а уже Вьетнамская и все последующие войны были уже во время завершения и после фазы быстрого взрывного развития. Не только были, но и будут тоже вплоть до начала следующего скачка. Итак, с одной стороны, масштабность мировых войн однозначно свидетельствует о том, что это цивилизационные процессы. С другой стороны это слишком короткие процессы, чтобы их можно было изучать с помощью цивилизационного анализа. Противоречия в этом нет – все короткие процессы являются частью более длительных, доступных для изучения на цивилизационном феноменологическом уровне. С цивилизационной точки зрения, Первая Мировая, социальные революции, приход к власти коммунистов и национал-социалистов и бурное развитие стран, где это произошло, Великая Депрессия и Вторая Мировая Война являются частями единого цивилизационного процесса. Просто в разные годы информационно преобладали его разные отраслевые составляющие. Во время войн информационно, естественно, преобладала военная составляющая, во время социальных потрясений и преобразований — социальная составляющая, а во время Великой Депрессии — экономическая составляющая. На самом деле, все эти, а также другие составляющие были разными отраслевыми проявлениями единого цивилизационного процесса, который и следует изучать, если мы хотим что-либо понять на долгосрочном цивилизационном уровне. Справедливо и обратное. На примере сравнения Messerschmitt Bf.109E и Spitfire Mk.I было показано, что стратегический уровень не редуцируется до технического и тактического. Точно также, сколько не изучай социальные причины и детали прихода к власти большевиков и последующую практику строительства социализма вы не сможете сделать проверяемые долгосрочные выводы. Как детально не описывай Великую Депрессию, всё равно не выйдешь на понимание её долгосрочных причин и логики развития, выраженное в проверяемых прогнозных показателях. Из-за того, что более детальные феноменологические уровни изучения не сводятся к более общим без наличия теоретической концепции на более общем уровне. Поэтому когда мы видим трактовку коммунизма данную историками, о том, что это был грандиозный социально-экономический эксперимент, то фактически это означает отсутствие трактовки, которую можно прогнозно проверить. И признание того, что на уровне изучения социальных процессов научная трактовка коммунизма, как цивилизационного процесса не возможна в принципе. Аналогично, когда экономисты пытаются дать свою экономическую, т.е. отраслевую трактовку Великой Депрессии, то они тоже не выходят на проверяемые прогнозные долгосрочные показатели. И не выйдут, поскольку более частные (отраслевые) методы анализа в принципе не могут сформулировать проверяемые выводы, на более масштабных и долгосрочных феноменологических уровнях изучения. Итак, если мы хотим понять объективные причины мировых войн, то необходимо на цивилизационном феноменологическом уровне изучения рассматривать период примерно с 1914 по 1945 годы. Сформулировать рабочую гипотезу в виде наиболее общей трактовки существующего массива исторической информации. Составить на основе рабочей гипотезы прогнозы, детализировать их в отраслевом плане. Проверить эти прогнозы, хотя бы частично. . Это позволит конкретизировать рабочую гипотезу по методу последовательного приближения. Также можно будет частично вносить изменения в оценку достоверности исторических источников, удаляя пропагандистские фальсификаты. Поскольку раньше практика прогнозной проверки трактовки истории, практически, отсутствовала, о рабочей гипотезе, как о первой экспериментальной, т.е. прогнозно проверяемой трактовке истории можно говорить только в первом приближении. Но при применении метода последовательного приближения именно первое, приближение не только проще всего проверяется, но и имеет максимальное практическое значение. Кроме того, первое приближение позволяет сформулировать предельно простую формулировку рабочей гипотезы доступную для понимания не то, что не специалистами по цивилизационному анализу, а даже школьниками. В предельно простом и сжатом виде трактовка периода истории с 1914 по 1945 годы на основе Модели Развития технологической цивилизации формулируется следующим образом – «Мировые войны, социальные революции и экономические потрясения периода с 1914 по 1945 год являются проявлениями цивилизационного инерционного кризиса ускорения». Ускорения научно-технологического и культурного развития. И всё! Это усложнять просто, а упрощать гораздо сложнее. В этом плане этой формулировке, конечно, далеко, и до китайского «Времени перемен» и до Ибн Хальдуновского всплеска асабии или Гумилёвского толчка пассионарности, которые по сути описывают один процесс. Но Модель развития технологической цивилизации позволяет достаточно детально конкретизировать эту трактовку по отраслевым проявлениям, причем не только в отношении событий прошлого, но и будущего. Не только в далёком будущем, а в ближайшие 5-10 лет. Также она позволяет оценить возможность управления аналогичными процессами в будущем.

Как я писал ранее, научно-технологическое и культурное развитие является комплексным, неделимым и единственным видом развития на цивилизационном феноменологическом уровне изучения. Это не значит, что другого развития нет, это означает, что другие типы развития, например, биологическое, находятся на других уровнях изучения. На уровне технологической цивилизации всё сводится к единому и неделимому научно-технологическому и культурному развитию и к внешним условиям, в которых оно происходит. Именно это единое научно-технологическое и культурное развитие и начало резко ускоряться, начиная, примерно, с 1870 года. В течение первых 25-35 лет как-бы ничего особенного не происходило, просто наблюдалось значительное ускорение количественных показателей без их перехода в качественные. Рост потенциала без разряда. Фундаментальные научные открытия посыпались как из рога изобилия, но они ещё не достигли технологического, социального, геополитического и других «отраслевых» уровней. В результате предыдущее поколение, т.е. те, чей пик активности пришелся на период с 1840 по1870 годы, стало поколением классиков и отцов-основателей. А, следующее за ним, первое поколение эпохи скачка всегда получает самый высокий уровень асабии/пассионарности. Это поколение пророков, вождей-революционеров, коренных реформаторов, гениев и злодеев. В последней фазе это поколение родилось примерно с 1870 по1900 годы.И произошло это не из-за влияния особых космических лучей. Причина в другом — это было первое поколение, полностью сформировавшееся в условиях резко ускоренных темпов научно-технологического и культурного развития. Они были уже полностью к нему адаптированы, воспринимали его естественным и полагали, что так отныне будет всегда, и по-другому просто не может быть. Также это было первое сравнительно многочисленное поколение начавшегося, вследствие научно-технологического и культурного скачка и демографического бума. Они видели фантастические перспективы, которые открывают резко ускорившиеся темпы научно-технологического и культурного развития вплоть до бессмертия и формирования общества всеобщего достатка и отсутствия социальных противоречий, где каждый будет занят творческим трудом. По сути, это было повторением идеи царства Божьего на Земле из прошлых фаз быстрого развития. Повторением более рациональным, не в виде религии, а в виде идеологий. Почему скачок Модерна, в отличие от предыдущих скачков, вместо новых религий, принёс новые идеологии? Потому что в предыдущей длительной фазе медленного развития между Ренессансом и Модерном значительная часть стран располагалась в благоприятной зоне сбалансированной колонизации. А это зона светской рациональности, развития науки и востребованности демократии и прав человека. На такой рациональной почве просто не могла вырасти новая религия или реформа старой религии. Поэтому возникли новые идеологии, как более рациональные формы религий.

На пути к всеобщему светлому будущему есть два препятствия, которые представляются пассионарному поколению вполне преодолимыми. Первое состоит в том, что огромный поток научных открытий очень медленно и слабо улучшает жизнь большинства людей. За короткий, по цивилизационным меркам, срок необходимо донести феноменальные темпы научного развития путём технологического прорыва на бытовой уровень самых отдалённых провинций. Решается эта задача просто – концентрация ресурсов по ключевым направлениям. Это решение универсальное, оно применялось и во времена Христа и во времена Магомета и во времена большевиков. Большинство новых мировых религий на этапе взрывного роста обеспечивают концентрацию ресурсов по религиозному признаку, коммунизм по социальному признаку, а национал-социализм по этническому признаку. С цивилизационной точки зрение, представляется, что это, пожалуй, лучшее определение коммунизма и национал-социализма как идеологий, обеспечивающих концентрацию ресурсов по социальному и этническому признаку. Понятно, что в каждой фазе цивилизационного взрывного роста эти идеологии и религии имеют собственное название. Но всё это проявления единого циклического цивилизационного процесса, отличающиеся между собой уровнем научно-технологического и культурного развития и внешними условиями. Всё, что мешает концентрации ресурсов объявляется вредным, отжившим и тормозящим движение ко всеобщему благополучию и счастью.

Другим препятствием на пути к светлому будущему является неравенство начальных условий. Результатом сравнительно медленного развития предыдущих веков, в последнем по времени случае это примерно с 1650 по 1870, стало то, что одни страны, классы и социальные группы получили гораздо более привилегированное положение, чем другие. Это нормальное состояние иерархически структурированного общества. Уровень иерархичности и её формы также определяются закономерностями цивилизационного развития, но сейчас речь идёт не о них. В данном случае важно то, что спустя примерно одно поколение после начала фазы великого научно-технологического и культурного скачка эти страны, классы и социальные группы естественно по-прежнему не хотят терять ни своё привилегированное положение, ни, обеспечивающую его существующую жесткую иерархическую структуру общества.

Понятно, что противоречия, вызванное не благоприятностью начальных условий выше в странах, ранее лишенных возможности проводить сбалансированную колонизацию окружающего пространства. Да и уровень иерархичности прав и расслоения в доходах в этих странах заметно выше. Всё это приводит к массовому осознанию в рамках новой (реформируемой) религии или идеологии необходимости заменить старую консервативную структуру общества, ориентированную на очень или сравнительно медленные темпы развития на новую, динамичную и адаптированную к резко ускорившимся. Масштаб противоречий между сторонниками и противниками столь масштабных преобразований, между теми, кто будет осуществлять концентрацию ресурсов и теми за чей счет она будет осуществляться, является критическим как за прошедшие с прошлого скачка века, так и для безопасности технологической цивилизации в целом. Противоречия как внутри стран, так и между ними решаются социальными революциями, сопровождающими массовое распространение новых религий или идеологий и мировыми войнами с масштабными завоеваниями с массовыми жертвами в результате применения новых видов вооружения, основанных на самых последних технологических достижениях и массовыми репрессий по этническому, религиозному и социальному признакам. Понятно, что наиболее острые противоречия не могут быть в ведущих, центральных странах, иначе они не были бы таковыми. В то же время они не могут быть на дальней периферии цивилизации, более отсталой и с плохими коммуникациями. Поэтому все пророки, вожди и реформаторы рождаются и большую часть своих свершений осуществляют на ближней периферии.

Второе тридцатилетие после начала фазы резкого ускорения научно-технологического и культурного развития является тем самым драматичным и трагичным великим Временем Перемен по китайской культурной традиции. Временем, когда становится особенно очевидно, что практика цивилизационного развития, увы, совершенно не укладывается ни в какие этические рамки отношений между людьми и тем более в рамки гуманизма, сколько бы об этом не говорили и не писали пророки и вожди.

В череде мировых войн и революций, только на первый взгляд выделяется Великая Депрессия. При более детальном рассмотрении становится очевидно, что она является таким же звеном большого цивилизационного процесса, как и мировые войны, социальные революции и распространение новых религий/идеологий. При рассмотрении Великой Депрессии следует обратить внимание на то, что Великая Депрессия наиболее ярко проявлялась в странах, где возобладали противники новых идеологий коммунизма и национал-социализма. Причем возобладали опять же не просто так. Эти страны до начала фазы цивилизационного научно-технологического и культурного развития находились в благоприятных условиях сбалансированной колонизации. Особо благоприятные условия после завершения Гражданской войны сложились в США. В Британии и Франции на рубеже XIXXX веков условия были несколько хуже. Они были в зоне недостаточных собственных возможностей для сбалансированной колонизации многочисленных колоний. Но в то же время, это не шло ни в какое сравнение с Россией и Испанией Нового Времени. Т.е. США, Франция и Британия и до скачка развивались быстрее других. Структура их общества была с самого начала ориентирована на более высокие темпы развития, поэтому и внутренние противоречия, вызванные скачком, были меньшими, чем в странах с неблагоприятными начальными условиями. Т.е. Великая Депрессия началась и была наиболее острой именно в центре иерархической мир-системы. Т.е. новые религии и идеологии возникают несколько раньше и на ближней периферии, а Великие Депрессии происходят в центре и чуть позже. При этом, в терминологии Тойнби, внешний пролетариат ближней периферии революционен, а в центре более консервативен. И определяется всё это объективными параметрами цивилизационного развития, которые приводят к существенной разнице нарастающих противоречий возникающих в разных частях технологической цивилизации из-за резкого ускорения темпов научно-технологического и культурного развития. Эта разница, кстати, не позволяет новой религии-идеологии рассчитывать на победу в центре мир-системы не только пока живы создавшие их пророки и вожди, но и до завершения фазы научно-технологического и культурного скачка. Т.е. Христос и Лютер, ни при каких обстоятельствах, не могли въехать победителями в Рим. Ленин не мог рассчитывать на победу социалистической революции в США, а Гитлер на победу над Британией. Новые религии-идеологии если и получают признание в центре, то гораздо позже и совершенно в другом виде. Не в виде религий/идеологий внешнего пролетариата, а виде государственных религий/идеологий империй. Но это отдельная тема, поэтому вернёмся к Великой Депрессии. Естественно, что резкий рост цивилизационных противоречий, вызванный гигантским ускорением темпов научно-технологического и культурного развития не мог не проявляться на уровне финансовых противоречий, которые сначала кажутся незначительными, а затем накапливаются и вызывают классический обвал с многочисленными эффектами домино в отраслевом и географическом направлениях. Рассмотрим пару из них. В фазах медленного развития естественной является привязка валют к наиболее стабильному и удобному ресурсу. Издревле это было золото. Эта привязка лучше всего укрепляет доверие к валюте, т.к. рост добычи золота не только прогнозируем, но и примерно соответствует темпам роста экономики в целом. Но во Времена Перемен золотое правило перестаёт работать. Вспомните обвал цен на золото вызванный конкистадорами, сначала грабившими Новый Свет, а затем организовавшими там его добычу. В 20 веке доступный для колонизации Новый Свет не открыли, поэтому темпы роста добычи золота стали катастрофически отставать от темпов научно-технологического и культурного развития. И массовый вывоз золота из СССР не мог его компенсировать — золотой стандарт стал золотой удавкой для стремительно развивающихся экономик центральных стран. Стоимость кредитных ресурсов для реальной экономики до начала Великой Депрессии постоянно росла и приближалась к 20%. Понятно, что это не могло долго продолжаться и привело к драматическим последствиям. Другим фактором, вызвавшим масштабные финансовые противоречия, стало замедление темпов ускорения научно-технологического и культурного развития. Т.е. вторая производная стала меньше 0. С начала фазы Модерна росла не только скорость развития, но и ускорение этой скорости. В 20-х года минувшего века наблюдались максимально возможные темпы развития. Но во второй половине 20-х годов произошло естественное снижение темпов ускорения этого развития. Естественное, потому, что в противном случае технологическая цивилизация пошла бы в разнос и уважаемый читатель по определению не мог бы читать данную статью, т.к. цивилизационный коллапс давно бы уже состоялся. Т.е. тофлеровский шок будущего наблюдался не в 60-70 годы и наблюдается не сейчас, а гораздо раньше. А в 60-е наблюдалась лишь инерционная волна этого шока, который к тому времени уже выдыхался. Это похоже на то, как цунами, вызванное землетрясением, может достичь отдалённой бухты спустя часы после завершения самого землетрясения. Любое замедление начинается со снижения темпов ускорения, что и произошло накануне и во время Великой Депрессии. Также на естественность замедления указывает его циклический исторический характер.

Так, что не угрожает технологической цивилизации ни цивилизационный коллапс, ни сингулярность, а шок будущего давно уже прошел. Впрочем, и пределов роста тоже не существует, во всяком случае, на цивилизационном феноменологическом уровне.

Понятно, что это упрощённое, механистическое представление. Но для первого приближения в ряду последовательных приближений, именно механистическое представление представляется наиболее значимым. А дальше все желающие могут его проверять, детализировать и уточнять.

Указанные и другие противоречия сложились до начала Великой Депрессии и были объективными. А уже после на них начали влиять ошибки управления финансовыми процессами. А как же страны выходили из депрессии? Понятно, что была придумана масса, финансовых, управленческих, политических, социальных и других инноваций. Но это всё на отраслевых уровнях изучения. На цивилизационном же уровне ничего нового придумано не было. Кейнсианство, социальное государство, эмансипация, повышение доли государства в распределении ВВП, приоритет прав человека, повышение значимости государственной пропаганды и другие преобразования являются более мягким, более консервативным вариантом радикальных идеологий коммунизма и национал-социализма. Великая Депрессия резко ускорила эти процессы. А сама, по сути, стала мягким аналогом Великой Октябрьской Социалистической революции, запустив процесс конвергенции этих систем, который закончился только с завершением Модерна. Поэтому если полагать, что практика советского социализма была мягким вариантом немецкого национал-социализма, то этот ряд необходимо продолжить, указав, что западное социально ориентированное государство, сложившееся к 50-х первой половине 60-х годов XX века было мягким, рыночным вариантом социализма. При этом с цивилизационной точки зрения разница между ними определяется одним единственным показателем -ориентированностью на разные темпы научно-технологического и культурного развития. Национал-социализм был ориентирован на самые высокие темпы развития, советский социализм на чуть более медленные, западные социальные государства на ещё более медленные. Все остальные отраслевые различия на цивилизационном феноменологическом уровне изучения сводятся к этому. Поскольку Великая Депрессия была существенно более мягким потрясением/преобразованием, то её социальные, культурные, военные компоненты проявлялись гораздо с меньшей амплитудой. Поэтому она и проявлялась преимущественно в экономической сфере. Но в целом, Великая Депрессия находится в том же ряду инерционных кризисов, что Первая Мировая война, Великая Октябрьская Социалистическая революция, приход к власти в Италии фашистов, а в Германии национал-социалистов и Вторая Мировая война.

Прогнозные аспекты

На этом краткое изложение гипотезы об объективных причинах мировых войн можно считать завершенным. Дальнейшего обоснования на 300 страниц с примерами и картинками не будет. Это гуманитарные тексты обосновывают, а естественно научные предположения проверяют. Проверяют, наблюдательным путём, т.е. прогнозно. Логично было бы дать прогноз даты следующей Мировой войны. Сделать это легко. И частично проверить его можно, не дожидаясь завершения срока. Но прогноз времени следующей Мировой войны, к счастью, лишен практического смысла. Ни в этом, XXI, веке, ни в следующем, XXII, Мировые войны не возможны! Масштабные войны, конечно будут. Но войн, подходящих под определение Мировых не будет. Во-первых, в ближайшие пару веков не будет повторения фазы научно-технологического и культурного скачка. Великое Время Перемен прошло, и следующее не может быть скоро. Во-вторых, масштабные тотальные войны тоже не возможны, как минимум снова до следующего скачка. Тем не менее, полностью прогнозно проверить предлагаемую трактовку Мировых войн можно будет, не дожидаясь следующего скачка, а в течение ближайших десятилетий. Дело том, что согласно Модели Развития технологической цивилизации, на основе которой предлагается данная трактовка Мировых войн, давно наблюдаемый кризис постсоветских стран и предстоящий кризис большинства других стран планеты является полностью обратным процессом к рассматриваемому периоду Мировых войн, социальных революций и Великой Депрессии. В самом деле, если период с 1914 по 1945 годы был цивилизационным инерционным кризисом ускорения, то предстоящий цивилизационный кризис, который начнётся с выходом мирового экономического кризиса за преимущественно экономические рамки, будет обратным ему инерционным кризисом замедления. Вот этот прогноз обратного процесса и позволяет полностью проверить предложенную трактовку мировых войн, не дожидаясь следующей. Ведь большая часть процессов предстоящей Смуты будет либо противоположна, либо аналогична, периоду Мировых, войн, революции и экономических кризисов. Напомню, что мы говорим о первом, механистическом приближении, в методе последовательных, всё более детальных, приближений, поэтому для начала вполне достаточно точно расставить знаки +/-, определив, какие процессы будут протекать в противоположном направлении, а таковых будет большинство, какие аналогично процессам из эпохи 1914-1945 годов.

Предстоящая фаза смуты и прошедшая фазе мировых войн аналогичны по следующим параметрам:

  • Обе эти фазы бывают только один раз в цикле научно-технологического и культурного развития технологической цивилизации, причем, естественно, сначала всегда наблюдаются фазы мировых войн, как цивилизационные кризисы ускорения, а затем фазы мировых смут, как цивилизационные кризисы замедления
  • И фаза мировых войн, и фаза мировых смут имеют примерно равную продолжительность, соответствующую времени активной деятельности одного поколения, т.е. примерно 30 лет
  • Острота обеих кризисов зависит от уровня благоприятности внешних условий
  • И фаза мировых войн, и фаза мировых смут проявляется не только и не столько через военное противостояние, не менее важно, экономическое, научно-технологическое, социальное и культурное соперничество противостоящих стран и блоков

Предстоящая фаза смуты и прошедшая фаза мировых войн противоположны по следующим параметрам:

  • Мировые войны происходят во время максимальных темпов научно-технологического развития, поэтому создаётся иллюзия, что они его ускоряют. Виды вооружений и тактика его использования меняется многократно. Смуты происходят во время замедления темпов научно-технологического развития. Смута не ускоряет развитие вооружений. Более того, происходит частичная его примитивизация с отказом от ряда военных высокотехнологичных достижений предыдущей фазы быстрого развития.
  • Концентрация ресурсов для достижения целей является максимально эффективной во времена мировых войн и не эффективной во времена великих смут. Мировые войны всегда тотальные, а смуты всегда не тотальные. Во время смут наблюдается частичная приватизация военного дела.
  • Фазы мировых войн происходят в условиях глобализации, а фазы мировых смут в условиях регионализации
  • Фазы мировых войн турбулентны и сложно прогнозируемы. Например, невозможно заранее прогнозировать кто победит-либо лагерь сторонников новой религии/идеологии либо лагерь их противников. А во время фаз мировых смут победители известны заранее. Это те территории и страны, которые имеют лучшие внешние условия применительно к технологическому уровню, достигнутому к завершению последнего скачка. В целом, смуты прогнозируются гораздо проще и точнее. Прогноз победителей и проиграших ещё не начавшейся смуты давно опубликован.
  • Фаза мировых войн это пик пассионарности/ассабии – время великих пророков, героев и/или злодеев, великих государственных деятелей. На этом фоне эпических и легендарных событий фаза смуты это безликое время минимума пассионарности/ассабии. Злодеев хватает, но все они какие-то примитивно-безликие, с поиском героев возникают проблемы, а великие государственные деятели отсутствуют как таковые.
  • Фаза мировых войн это противостояние больших блоков, коалиций стран. В противоположность этому фазы мировых смут это противостояние где непосвященному в детали цивилизационного анализа наблюдателю кажется, что каждый воюет с каждым. Так происходит из-за преобладающего влияния внешних условий над господствовавшими раньше консолидирующими факторами (религиозными, идеологическими, этническими, культурными и т.д.), в условиях максимального развития регионализации, как процесса обратного глобализации.

Исторические аспекты

С одной стороны, естественно научный цивилизационный анализ может давать прогноз прошлого с той же погрешностью, что и будущего. Это у истории, как гуманитарной дисциплины нет сослагательного наклонения, а у цивилизационного анализа оно есть. С другой стороны, необходимо помнить о существовании феноменологических уровней изучения, жестко разделённых между собой. Т.е. прогнозировать прошлое мы можем только на цивилизационном уровне, но не на уровне событийной истории. Это означает, что мы можем, например, с заранее известной погрешностью заявить, что такого-то масштабного и продолжительного исторического процесса не было, поскольку оно противоречит закономерностям цивилизационного развития. Но, опираясь, только на цивилизационный уровень понимания процессов мы никогда не сможем реконструировать событийную историческую последовательность событий, поскольку это разные феноменологические уровни изучения. Это то, как наблюдая за поведением человека, мы не может изучать физиологию его органов. А изучая физиологию органов мы никогда не разберёмся во внутриклеточном метаболизме клеток, составляющих эти органы. Или другой пример. Климатологи могут прогнозировать изменение климата не только в будущем, но и в далёком прошлом. Но климатологи в принципе не в состоянии выйти на реконструкцию погоды в указанной дате, например, Юрского периода. Также по причине того, что это другие феноменологические уровни изучения. Т.е., например, можно утверждать, трактовка татаро-монгольского ига, принятая сначала в российской, а затем в советской исторической традиции имела недопустимо высокую погрешность. Но никакое понимание цивилизационных процессов не сможет реконструировать событийную историю того периода.

Но даже такой общей цивилизационной картинки сверху достаточно для определения фаз мировых войн, экономических потрясений и социальных революций, несущих новые религии/идеологии аналогичные периоду первой половины 20 века.

Итак, ближайшей к 20 веку фазой мировых войн было время Реформации, Возрождения и Великих географических открытий. Аналогичное по цивилизационным параметрам великое Время Перемен, оно же время научно-технологического и культурного скачка. Оно же предыдущий пик максимальной пассионарности/асабийи. Знаковые личности: Колумб, Карл V, Франциск I, Генрих VIII, Сулейман I, Леонардо, Коперник, Лютер, Кальвин, Кортес. Можете самостоятельно составить аналогичный список для пассионарной фазы Модерна и убедитесь насколько похожи эти списки по масштабу представленных личностей, кардинальности проводимых ими преобразований и гениальности. А ведь это не дубликаты, возникшие вследствие неправильных исторических датировок, а периодически повторяющиеся фазы цивилизационной востребованности гениев и злодеев пророков и революционеров и вождей и завоевателей. И периодически повторяющихся фаз мировых войн. У каждой фазы мировых войн есть новое оружие массового поражения, соответствующее технологическому уровню. В первой половине XVI века это была линейная тактика, полевая артиллерия с артиллерийским обозом, а также ручное стрелковое оружие, эффективность которого, наконец, превысила эффективность арбалетов. Также во время каждой фазы есть массовые репрессии по этническому, религиозному или социальному признакам. Тем не менее, очевидно, что относительный масштаб и жестокость войн, трагизм массовых репрессий в Европе первой половины 20 века был существенно выше, чем аналогичной фазе XVI века. Почему так произошло? Фаза мировых войн в XVI веке была существенно мягче, чем в 20 веке из-за существенно лучших внешних условий. Колумб открыл Новый Свет доступный для массовой колонизации. Открылось «не паханое» поле деятельности для пассионариев, которое обеспечило огромный приток ресурсов и позволило резко усилить социальные лифты без необходимости совершать великие социальные революции или вести тотальные войны. Поэтому в XVI веке великое Время Перемен в западной Европе обошлось сравнительно малой кровью.

Если углубляться дальше в прошлое, то следующей фазой Мировых войн будет эпоха Крестовых походов. И здесь следует признать, что об этом времени мы знаем гораздо меньше, чем не знаем, а значительная часть массива исторической информации имеет недопустимо большие искажения. Как происходило это искажение рассмотрим на более близком для нас по времени примере Второй Мировой войны. Еще недавно в учебниках по истории указывалось, что крупнейшее в истории танковое сражение произошло под Прохоровкой, где во встречном бою столкнулись советские и немецкие танковые соединения. В результате кровопролитной битвы советским войскам удалось нанести критически высокие потери элите панцерваффе в виде II и III танковых корпусов, вооруженных новейшими «Тиграми», «Пантерами» и «Фердинандами». Реальность была полностью противоположной преобладающей исторической трактовке. Для начала крупнейшее по количеству участвующей техники танковое сражение состоялось не под Прохоровкой в 1943 году, а под Дубно в 1941 году. Главное, что встречного танкового боя 12 июля 1943 года под Прохоровкой не было, как такового. 11 июля немцы продвинулись дальше, чем планировало советское командование, и успели захватить очень выгодные позиции, которые по советским планам наступления должны быть исходными для наступления 5 гвардейской танковой армии. Немцы, под руководством Пауля Хауссера знали о предполагаемом контрударе советских войск, поэтому в ночь на 12 июля перешли в оборону, разместили противотанковую артиллерию и замаскированные позиции своих танков. Вот об эту стену с неудобных исходных позиций и при недостаточной артиллерийской и авиационной поддержке и разбилось наступление 5 гвардейской танковой армии с огромными потерями для советских войск и минимальными для немецких. Причем поле боя осталось за немецкой стороной, что ещё больше увеличило потери советской техники. При этом в сражении под Прохоровкой не участвовали ни «Пантеры», ни «Фердинанды», ни «Тигры». «Пантер» и «Фердинандов» на этом направлении не было вообще, а все остающиеся «Тигры» были на ремонте. Затем, после завершения операции «Цитадель» и отхода немцев, на фронт прибыла партийная комиссия во главе с товарищем Маленковым. Разобралась с причинами столь феерического поражения, определила виновных и указала в каком ключе советским СМИ, т.е. пропагандистам, агитаторам, а впоследствии и историкам трактовать это событие. Так исчезло провальное наступление и возник миф о встречном бое с новейшими немецкими танками с танковыми таранами и прочей экзотикой. Детальнее это описано в книге директора музея Курской битвы В. Замулина «Засекреченная Курская битва». И постепенно советская версия истории стала доминирующей. Притом, что монополии ни на информацию, ни на историческую традицию ни у ВКП(б), ни у кого-либо другого не было. И в XVI веке после начала Реформации монополии на информацию и историческую традицию не было. А в аналогичной фазе мировых войн во времена Крестовых походов почти полная монополия была у церкви. И была ещё много веков после завершения Крестовых походов. Поэтому можно утверждать, что большая часть массива исторической информации эпохи Крестовых походов и более раннего времени имеет недопустимо высокий уровень погрешности, который не позволяет провести реконструкцию событийной части истории. Разумеется, историки скажут, что могут восстановить последовательность событийной истории эпохи Крестовых походов, практически, по дням. Но ни один историк не в состоянии проверить свою трактовку массива исторических данных прогнозным путём, поскольку, история это область не научного, а экспертного познания. А цивилизационный анализ, как естественно научная дисциплина это делает. Поэтому и представляется возможность, не опираясь на сильно искажённые, как временем, так и многовековой летописной монополией и не восстановимые уже событийные детали рассматривать долгосрочные процессы цивилизационного развития далёкого прошлого. При этом мы не пытаемся прогнозировать абстрактно-философские прошлое и будущее, а прогнозируем конкретные значения параметров цивилизационного развития, как в будущем, так и в прошлом. Причем прогнозируемые параметры, не меняются со временем, как не изменились за миллионы лет такие синоптические параметры как температура, влажность, направление и скорость ветра. Поэтому можно утверждать, что в эпоху Крестовых походов тоже наблюдалась фаза резкого ускорения научно-технологического и культурного развития, аналогичная фазам Реформации и Модерна. И на пике этого пассионарного скачка был тоже свой период мировых войн. Со своими новыми революционными технологиями, религией/идеологией, оружием массового поражения, супер эффективностью концентрации ресурсов и очередной попыткой построения всемирного универсального государства, в частности и справедливого мира в целом.

Управленческие аспекты

Наблюдая историческую периодическую цикличность цивилизационных процессов, которые в XX веке получили собственное обозначение, как эпоха мировых войн, естественно возникает вопрос оценки возможности управления на цивилизационном уровне. Как заманчиво было серией управленческих стратегических решений заранее предотвращать самые трагические и драматические события истории. А если даже это невозможно со 100% гарантированным результатом, то хотя бы на вероятностной основе. И на первый взгляд, представляется, что с определённой вероятностью этими цивилизационными процессами можно управлять. Очевидно, что в последние 10-20 лет перед прогнозируемым началом очередной фазы следует, по примеру Изабеллы I и Фердинанда II, резко активизировать разведывательные экспедиции, направленные на открытие новых миров, подходящих для массовой колонизации на достигнутом технологическом уровне. Также в это время следует резко увеличить государственные расходы на науку. А дальше, можно ожидать, что внешние условия окажутся более благоприятными, чем в конце XIX века и новые Колумбы либо вовсе предотвратят, либо существенно смягчат грядущую фазу мировых войн. Однако это только на первый взгляд…

С какой целью мы собрались корректировать протекание фазы мировых войн? Понятно, что с гуманистической целью уменьшения количества жертв. Но тогда при детальном рассмотрении мы обнаружим, что доля жертв событий научно-технологического скачка и всплеска пассионарности в XVI веке была существенно выше, чем в XX веке. Т.е. войны были мягче, а количество жертв выше. Это не противоречие — просто это были преимущественно не военные жертвы и не только в Европе. После открытия Америки от болезней, завезённых европейцами, там погибла большая часть коренного населения. И наоборот, если учитывать смертность от болезней, привезённых в Европу в результате географических открытий, то мы обнаружим, что доля жертв была существенно выше. Хуже всего, что массовая смертность от привнесённых заболеваний наблюдалась на протяжении многих веков после завершения фазы Реформации-Возрождения-Великих географических открытий. Вплоть до нашего времени. Кроме того, к этому следует добавить огромное и всё возрастающее количество жертв табакокурения, которое начало распространяться в Европе после массовой эпидемии чумы в Англии, как профилактические средство. Т.е. открытие огромных территорий, доступных для колонизации на достигнутом технологическом уровне не уменьшает общее количество жертв. Таким образом, цель управления не достигается. Можно предположить, что существует некий оптимум между кровопролитными мировыми войнами и последующими цивилизационными проблемами, связанными с недостаточными внешними условиями для колонизации новых пространств и не менее острыми цивилизационными проблемами, связанными с их избытком. Этот оптимум проявляется при наличии внешних условий, позволяющих цивилизации производить сбалансированную колонизацию. Для нас сейчас важно то, что открыть, в ходе разведывательных экспедиций слишком много пространства, доступного для колонизации на достигнутом в фазе мировых войн технологическом уровне также плохо, как открыть его слишком мало. А заранее планировать результат разведывательных экспедиций в этот период практически невозможно. Или, формулируя это в терминах моих предшественников по цивилизационному анализу – накануне Времени Перемен невозможно оценить вызовы, которое оно принесёт цивилизации. В т.ч. невозможно заранее подготовится к тем опасностям, с которыми столкнётся цивилизация на первоначальном этапе проведения масштабной колонизации новых миров. Так происходит не всегда, а только в узком временном интервале, накануне очередной фазы взрывного научно-технологического и культурного развития. Например, в XXI веке разведывательные экспедиции, которые могут привести к существенному увеличению пространства доступного для колонизации, крайне маловероятны. Для интенсивных прорывов в разведке и освоении пространств сейчас уже слишком низкие темпы научно-технологического развития, а экстенсивная масштабная разведка тоже не даст ожидаемых результатов, поскольку на достигнутом технологическом уровне основное уже разведано и кардинальных прорывов ожидать уже не приходится. Да и средств на разведку будет выделяться всё меньше, не только во время начинающейся сейчас мировой смуты, но и после неё. Так, что появление не то, что глобальных Колумбов, но даже локальных Гагариных в XXI веке практически исключено. Причем и в следующем веке тоже. Т.о. появление новых Колумбов возможно только накануне фазы мировых войн, когда темпы развития уже высокие, а масштабные войны, массовые репрессии, социальные революции и экономические потрясения ещё не начались. Но поскольку заранее невозможно определить результат разведывательных экспедиций, то управлять такими цивилизационными процессами с целью снижения количества жертв грядущих потрясений тоже, к сожалению, невозможно. Т.е., придёт время и вероятность открытия новыми Колумбами новых светов, доступных для колонизации снова существенно возрастёт. Но новые Колумбы и финансирующие их новые Изабеллы и Фердинанды по-прежнему будут действовать не в гуманистических в целях корректировки цивилизационных параметров для минимизации количества жертв грядущей фазы мировых войн, а исходя из своих личных, корпоративных и государственных интересов. А уровень остроты противостояния и драматизма столкновений любой фазы мировых войн, что в прошлом, что в будущем, в конечном счете, определяется внешними условиями.

Давно подчеркиваю, что управлять объективными процессами цивилизационного развития невозможно и пример с фазой мировых войн это лишний раз подтверждает. Но в этом есть и положительная сторона — если управлять цивилизационными параметрами невозможно, следовательно, изменение параметров цивилизационного развития является объективным и их можно прогнозировать также, как синоптики прогнозируют погоду. На чем и специализируется цивилизационный анализ. И как учет прогнозов погоды, так и учет прогнозов изменения цивилизационных параметров позволяет существенно улучшить управление на личностном, корпоративном и, частично, на государственном уровнях.

Objective causes of world wars

in terms of civilization analysis

Theoretical aspects

World wars are civilization processes. So many people take part in them, that at a civilization level of study these processes can be considered as objective and can be studied through the scientific methodology, but not through the humanitarian expert one. In my opinion, all interpretations of historical processes of such scale have the following systematic shortcomings in the methodological approach:

  • There is a fragmentation of scientific knowledge. Some historians study military components, others examine economical components and the rest are engaged in social constituent. But pieces of this mosaic cannot assemble the overall civilization picture as it’s very difficult to compare data from various subject matter fields.

  • Chronology to evaluate processes has not been correctly chosen. World wars cannot be analyzed on the basis of their chronology, by way of prerequisites for wars, course of hostilities, outcomes and aftermath of wars. Word wars are the part of a considerably greater and large-scaled project which should be interpreted.

  • There is still a strong presence of ethical constituent which prevents from understanding of objective one. There is a point-blank issue – whether we everlastingly stigmatize some and glorify others or we attempt to understand the logic of objective processes. It is impossible to be both in the role of a researcher and a judge.

  • There is a dependence of the majority of researchers on existing official interpretations of history, which is supported by the government. It is very important for governments as for customers to get a high quality sciolistic PR- product which would allow manipulating mass consciousness, from school which should foster patriots to pensioners who must believe in official interpretation of history more than in their own memoirs. All interpretations that are in conflict are officially criticized by the clan of “domesticated” and “semi-domesticated” by the government historians. Such treatments are declared to be marginal and are not to be popularized.

Consequently official versions of history cannot be verified that is they are not scientific. We have only to believe or not believe in them. The official version of history as a component of state manipulating system of consciousness cannot teach anything, regardless of the level of democracy in this country. Any effective projection cannot be created on its basis. It is just official history that teaches the thing that teaches nothing. But every scientific interpretation of history must contain projection on its output. Understanding of the past must be verified by uncertainty of understanding that is by predicting of the future on its basis!

Before giving the definition of world wars I want to focus on both this definition particularly and overall interpretation of world wars are not carried out at a historical level. It is implemented at a civilization level of study which is more general over historical one. Cardinal simplification of definitions without meaning loosing takes place by shifting a study of the same object from a more specific focus to a more general one because of changing of the scale of events under consideration.

Here is an example from the period under review. During the battle of Britain a German fighter Messerschmitt Bf.109E withstood a British fighter Spitfire Mk.I. Debates on what fighter had better performance characteristics are discussed to this day. Thousands of experts and veterans who take part in the discussion ground their opinions by placing hundreds of technical, operational and other characteristics. But by shifting from the level of performance characteristics to the strategic one this hundred of data comes to two or three ones. There is a correlation of losses during air clashes between these two fighters (1 shot down Bf.109E compared with 1.2shot down Mk.1), strategic flight range of Bf.I09E and correlation of fighter losses both over friendly and hostile territory which determined the fate of pilots parachuted. To understand at the performance level one should be both a pilot and an engineer. And it should be both an engine operation, aerodynamics and air armament engineer. And a pilot should have battle experience with the use of as German as British fighters. Consolidation of hundreds of characteristic in several ones by shifting from performance to strategic level makes it possible even for a non-expert to compare the fighters in specific conditions of the battle of Britain right the first time. By analogy, by shifting to civilization level of study the major part of historical characteristic from various fields is combined into several civilization ones which are accessible even to a non-expert.

After such introduction one can give a definition of world wars on a basis of f technological civilization development Model. The world war is a large-scale total war, occurring during a phase of explosive accelerated science-technology and cultural development. Such a definition allows to clearly cutting off attempts of different authors to continue keeping a count of world wars. The scale of Korean War does not obviously fall short of the world one. And already Vietnamese war and all the subsequent wars were already in completion time and after the phase of rapid explosive development. They not only were but also will be until the beginning of the next Leap. Thus, on the one hand, the scale of world wars unambiguously indicates these are civilization processes. On the other side they are too short processes that are to be studied through civilization analysis. There is no contradiction in it – all short processes are a part of longer ones which are available for study at a civilization phenomenological level. In civilization terms the First World War, social revolutions, communists and national socialists’ rising to power, and the rapid development of the countries where it took place, the Great Depression and the Second World War are parts of a single civilization process. In different years its different industry components just prevailed in the information field. During world wars naturally a military component prevailed in the information field, in time of social upheavals and transformations a social component dominated and an economic one was prevalent throughout the Great Depression. Actually, all these as well as other components were different industry manifestations of the single civilization process which one is to be studied if we want to understand something at long-term civilization level. But the opposite is also true. It was shown by the example of comparison of the Bf.l09E Messerschmitt and Spitfire Mk.I that strategic level did not reduce to technical and tactical ones. Likewise, no matter how long you study social causes and details of Bolshevicks’ coming to power and the subsequent practice of building socialism you cannot make verifiable long-term conclusions. No matter how detailed the Great Depression is described, anyway you will not get an understanding of its long-term causes and a logic of development expressed in verifiable indicators. The reason is that more detailed phenomenological levels of study are not connected with more general ones. Therefore, when we see an interpretation of communism given by historians as a grandiose socio-economic experiment, in fact it means the absence of interpretation which forecasts can be verified. And recognition of the fact that at the level of social processes study interpretation of communism as a civilization process is not possible in principle. Similarly, when economists try to give their economic i.e. sector interpretation of the Great Depression they fall short of verifiable long- term indicators with forecasts either. And they will not get it because more private (sector) analysis methods cannot formulate verifiable conclusions at more large — scale and long-term phenomenological levels of study in principle. So if we want to understand the objective causes of world wars, the period between approximately 1914 and 1945 must be considered at the civilization and phenomenological level of study. It is necessary to formulate a working hypothesis in form of the most general interpretation of an existing body of historical information, make up forecasts based on a working hypothesis, detail them in line with sector perspective and check these forecasts in part at least. How it should be done before the completion of the term of forecasting was described in a separate article. It will allow elaborating a working hypothesis under the method of a successive approximation. One can also put changes into assessment of veracity of historical sources by removing propaganda falsification and detail interpretation at a sector level. As far as the practice of forecast verification of history interpretation was practically absent, the working hypothesis as the first experimental one, i.e. forecast verifiable interpretation of history can be discussed only in the first approximation. But when using the method of successive approximation just the first one is not only simpler checked but has a maximum practical significance as well. In addition, the first approximation allows formulating a maximally simple formula of the working hypothesis that is understandable for civilization analysis non-specialists and even for schoolboys. In a maximally simple and short form interpretation of the period of history between 1914 and 1945 is formulated on the basis of the technological civilization Development Model as follows – «World wars, social revolutions, and economic shocks of the period between 1914 and 1945 are the manifestation of a civilization inertial crisis of acceleration». That is an acceleration of science and technology and cultural development. That is all! It is simple to complicate but it is much more complex to simplify the matter. Certainly in this respect this formulation is far from being like Chinese «Time of change» and Ibn Khaldun’s surge of asabiyya or Gumilev’s burst of passionarity which essentially describe the same process. But the technological civilization development Model allows sufficiently specifying this interpretation in detail on sector manifestations both over past and future events. Not only in the distant future, and in the coming 5-10 years. It also allows evaluating a possibility of similar process management in the future.

As I have already written, science and technological and cultural development is a complex, indivisible and the only type of development at the civilization phenomenological level of study. It does not mean there is no other development. It means other types of development, for example, the biological one, are at other levels of study. At the technological civilization level everything comes to single and indivisible science and technological and cultural development and the external environment where it occurs. Exactly this single science-technological and cultural development began to accelerate sharply starting about 1870. During the first 25-35 years nothing special seemed to be happened, just significant acceleration of quantity indicators was observed without their turning into quality ones. There was an increase of capacity without its output. The fundamental scientific discoveries rained like from the horn of abundance, but they did not reach technological, social, geopolitical level and other «sector» levels. As a result the previous generation, i.e. those the peak of which of activity fell on the period from 1840 to 1870, became a generation of classics and founding fathers. And the first coming generation of the epoch of Leap always gets the highest level of asabiyya/ passionarity. This is a generation of prophets, revolutionary leaders, indigenous reformers, geniuses, and villains. In final phase this generation was born roughly from 1870 to 1900. It did not occur due to the particular cosmic rays. There is another cause. It was the first generation completely formed under conditions of sharply accelerated speeds of science and technological and cultural development. They were completely adapted to it. This generation took it as natural and believed it would be from now and forever and it could not be otherwise. They saw fantastic prospects which sharply reveal accelerated speeds of science and technological and cultural development up to the immortality and formation of the society of universal wealth and absence of social contradictions where everyone would be engaged in creativity. In essence it was a repetition of the idea of the kingdom of God on earth from previous phases of rapid development. It was not more rational repetition in form of religions, but in form of ideologies. Why did the Art Nouveau Leap, unlike the preceding ones, bring new ideologies instead of the new religions? As, there was a significant part of countries situated in a favorable zone of balanced colonization in the previous long phase of slow development between Renaissance and Art Nouveau. And this is an area of secular rationality, development of science and democracy and human right demand. No new religion or a reform of old one could just grow on such a rational soil. Therefore new ideologies arose as more rational forms of religions.

On way to the universal bright future there are two obstacles which appear to be quite surmountable to the passionate generation. The first one is that the huge flow of scientific discoveries very slowly and weakly improves life of the majority of people. In a short term, by civilization standards, phenomenal rates of scientific development must be carried down by a technological breakthrough to the domestic level of the remotest provinces. This problem is being solved simply – concentration of resources in the key directions. This solution is universal. It applied in times of Christ, in times of Mahomet, even in times of Bolsheviks. The majority of new world religions in the stage of explosive growth provide resources concentration on the religious base, communism — on a social grounds and national socialism –on the ethnic signs. In terms of a civilization point, it appears, perhaps, this is the best definition of communism and national socialism as ideologies providing concentration of resources on the basis of the social and ethnic characters. It is understandable that in each phase of civilization explosive development these ideologies and religions bear their own name. But all those are a manifestation of a single cyclic civilization process at the level of science-technology and cultural development and external environments. Everything that prevents concentration of resources is announced harmful, obsolete and a hindrance to movement to universal welfare and happiness.

An inequality of initial conditions is another obstacle on the way to the bright future. A result of relatively slow development of the previous centuries in the last incident occurred (it is approximately 1650 – 1870) was the fact that some countries, classes, and social groups received a much more privileged position than others. This is a normal state of the hierarchically structured society. The hierarchy level and its forms are also determined by regularities of civilization development, but it does not refer to the forms now. In this case it is important that, approximately one generation after a start of the phase of a great scientific and technological and cultural Leap, these countries, classes and social groups do not naturally wish to lose neither their single privileged position nor their existing rigid hierarchical structure of society which provides the last one.

It is clear that contradictions caused by unfavorable initial conditions are higher in countries previously deprived of possibility to pursue a balanced colonization of surrounding territories. The level of the hierarchy of rights and stratification of incomes in these countries is noticeably higher. All this makes people realize on a big scale, in the framework of new (being reformed) religion or ideology, the need to replace the old, conservative structure of society, oriented on very or relatively slow speeds of development , with the new dynamic and adapted to sharply accelerated speeds. The scale of contradictions between supporters and opponents of so large-scale transformations between those, who will implement concentration of resources and those who will fund it, is crucial for the Leap of the elapsed century as well as for safety of technological civilization in whole. Inland contradictions as well as those between the countries are resolved by social revolutions which are accompanied by mass diffusion of new religions or ideologies and world wars with widespread conquests and mass casualties resulted from application of new kinds of armament based on the latest technological achievements and mass repressions on ethnic, religious and social reasons. It is clear that the most acute contradictions cannot occur in leading, central countries. Otherwise they would not be as such. Meanwhile they cannot remain marginalized in more backward civilization with weak communication. Therefore all prophets, leaders, and reformers are born and carry out most of their achievements not far away.

The second thirty years, after the beginning of the phase of sharp acceleration of science and technology and cultural development, is the most dramatic and tragic period of great Time of Change of Chinese cultural traditions. It is the time when it becomes especially evident, alas, that practice of civilization development entirely goes beyond any ethical limits of human relations and especially limits of humanism, no matter how much prophets and leaders would speak and write about it.

In course of world wars and revolutions, only the Great Depression stands out on the face of it. It is accurate to see when considering in detail that it is a link of a great civilization process like world wars, social revolutions, and diffusion of new religions and ideologies. When considering the Great Depression one should pay attention to the brightest manifestation of the Great Depression was in the countries where the opponents of new ideologies of communism and national socialism prevailed. At that they prevailed for a reason. These countries were in favorable conditions of a balanced colonization before the phase of civilization scientific and technological and culture development. Particularly favorable conditions emerged in the USA after the end of the Civil War. There were a little worse conditions in Britain and France. They were in the area of insufficient home opportunities for a balanced colonization of numerous colonies. But at the same time it was not even comparable to Russia and Spain of a new period, however, to modern Russia either. I.e. the US, France, and Britain developed more rapidly than others even before the Leap. The structure of their society was oriented towards some higher growth rates from the very beginning. Therefore internal contradictions caused by the Leap were smaller than in countries with unfavorable initial conditions. I.e. the Great Depression began and was the most acute precisely in the center of hierarchical world–system. I.e. new religions and ideologies emerge some earlier in the nearby provinces as well and Great Depressions take place in the center a little later. Upon that, in Toynbee’s terminology, external proletariat of the nearby provinces is revolutionary and in the center – more conservative. And all this is defined by objective parameters of civilization development, which leads to a significant difference of increasing contradictions arising in various parts of technological civilization because of sharp acceleration of speeds of scientific-technological and cultural development. By the way, this difference does not allow new religion-ideology to count on the victory in the center of world-system not only while prophets and leaders who created them are alive but even before the phase of a scientific and technological and cultural Leap completes. I.e. Christ and Luther could not enter Rome as winners under no circumstances. Lenin could not expect a victory of a socialist revolution in the USA, and Hitler – a victory over Britain. If new religions-ideologies are recognized in the center, it happens much later and in completely another form. Not in form of religions-ideologies of external proletariat, but in form of governmental religions-ideologies of empires. But this is a separate topic, therefore we will return to the Great Depression. It is natural that a sharp increase of civilization contradictions caused by gigantic acceleration of speeds of science-technology and cultural development could not but be shown at the level of financial contradictions which at first seem insignificant. But then they are accumulated and a classical dive with numerous «knock-on» effects in industry and geographical directions is observed. We will consider a pair of them. In the phases of slow development currency pegging to the most stable and comfortable resource is natural. That has been gold since long ago. This pegging builds best a confidence in currency because the growth of gold mining can not only be forecasted but it approximates to rates of growth of economy as a whole as well. But in Times of the Changes the golden rule ceases to function. Recall the collapse in gold prices caused by conquistadors who first robbed the New World and then organized gold mining there. In the 20th century the New World available for colonization was not discovered, therefore the rates of gold mining growth catastrophically failed to follow the rates of science and technology and cultural development. And the mass exportation of gold from the USSR could not compensate it. The gold standard became a gold «stranglehold» for rapidly developing economies of central countries. Costs of credit resources for real economy before the Great Depression rose constantly and reached 20%! It is clear it could not continue for a long and led to dramatic consequences. Another factor which caused scaled financial contradictions was a slowdown of acceleration rates in scientific and technological and cultural development. That is the second derivative became less than 0. Starting with the phase of Art Nouveau there was an increase both of speed development and acceleration of this velocity. In the 1920s of the last century maximally possible rates of development were observed. But in the second half of 1920s there was a natural decrease of rates of this development acceleration. It is natural, that technological civilization would have gone haywire the distinguished reader could not read this article because of civilization collapse being occurred long ago. That is the «future shock» according to Toffler was not observed in 60-70s and is not observed now but it was much earlier. And in 60s only the only inertial wave of this shock was observed which had been already running out by that time. It is similar to how a tsunami caused by an earthquake can reach a distant bay in hours after the completion of earthquake itself. Any slowdown begins with reduction of acceleration rates, which exactly occurred on the threshold of and during the Great Depression. Its cyclic historical nature points to naturalness of deceleration also.

Neither civilization collapse nor singularity threatens technological civilization and the future shock has long gone. However, there are no limits to growth either, anyway, at the civilization phenomenological level.

It is understandable this is a simplified, mechanistic notion. But for the first approximation in a series of successive approximations just the mechanistic notion appears the most adequate. And all the volunteers can further check, detail and specify it. The mentioned and other contradictions emerged before the Great Depression and were objective. And afterwards the errors of financial processes administration started to impact on them. And how did the countries get out of the depression? It is clear that a number of financial, management, political, social and other innovations were invented. But all this is at the sector levels of study. But there was nothing new to be invented at the civilization level. Keynesianism, the social state, emancipation, increase of a state share in GDP distribution, priority of human rights, improvement of significance of state propaganda and other transformations are a softer, more conservative variant of radical ideologies of communism and national socialism. The Great Depression sharply accelerated these processes. In essence it became a soft analogue of the Great October Socialist Revolution, having launched the process of a convergence of these systems which finished only with the Art Nouveau expiration. If one believes the practice of Soviet socialism was like a soft version of German national socialism, this series should be prolonged. It should be noted the western socially oriented state that formed between 50s and the first half of 60s of the last century was a soft variant of socialism. And with that civilization terms the difference between them is determined by an only one indicator – focusing on various rates of science and technology and cultural development. National socialism was oriented towards the highest rates of development, Soviet socialism — to slightly slower and western social states — to even slower ones. At civilization phenomenological level of study all other industry differences are reduced to it. Since the Great Depression was a significantly softer shock or transformation, its social, cultural, military components were exhibited far with smaller amplitude. Therefore it was mainly exhibited in economic sphere. But as a whole the Great Depression is in the same row of inertial crises as the First World War, the Great October Socialist Revolution, fascist rise to power in Italy and in Germany — the national socialists and the Second World War.

Projection aspects

At it a brief statement of a hypothesis of objective causes of world wars can be considered completed. There will be no subsequent 300-pages substantiation with examples and pictures. These are humanitarian texts to be grounded and the natural science assumptions are to be verified. They are verified by forecasts. It would be logical to forecast the date of the next world war. It is easy to be done. It can be partially checked up without waiting for the date completion. But the forecast of the next world war date fortunately is devoid of any practical sense. World wars are impossible neither in this nor in the 21th nor in the 22th centuries! Large scale wars will certainly occur. But those will not be the wars, that correspond to the definition of world ones. First, there will be no recurrence of the phase of scientific and technological and cultural Leap in the couple of coming centuries. The great Time of the Changes has passed and the following cannot appear soon. Second, large scale total wars are impossible at least until the next Leap either. Nevertheless one can verify a forecast proposed interpretation of world wars without waiting for the next Leap, but during the nearest decades. The fact is, that according to the model of technological civilization progress on the base of which the interpretation of the World wars is proposed, the post-Soviet crisis observing for a long and the forthcoming crisis of the majority of other countries of the world are completely reverse processes over the reviewed period of world wars, social revolutions, and the Great Depression! Indeed, if the period between1914 and 1945 was a civilization inertial crisis of acceleration, then a forthcoming civilization crisis, which will start with moving of world economic crisis beyond economic frameworks mainly, will be a reverse inertial crisis of slowdown over the last one! Just this forecast of the reverse process allows completely verifying the suggested world wars interpretation without waiting for the other. Most part of processes of the forthcoming revolt will be either contrary or similar to the period of world wars, revolutions and economic crises. Let me remind that we talk about the first, mechanistic approximation, in the method of consistent, ever more detailed approximations. Therefore, as a first thing it is quite sufficiently to prioritize precisely the pros and cons. And to determine which processes will run in the opposite direction, it will be the majority of those, and which ones will be like the processes of the era of 1914-1945.

The forthcoming phase of revolts and the last phase of world wars are similar to the following parameters:

  • These both phases occur only once in a cycle of scientific and technological and cultural development of technological civilization. At that, naturally, phases of world wars as civilization crises of acceleration are firstly always observed. And then phases of world revolts as civilization crises of deceleration are observed.

  • Both the phase of world wars and the phase of world revolts have approximately equal duration which corresponds to vigorous activity of one generation, i.e. to nearly 30 years.

  • Acuteness of both of crises depends on the level of positivity of external conditions

  • And the phase of world wars and the phase of world revolts are not only exhibited through the military confrontation but, that is equally important, through economic, scientific and technological, social and cultural rivalry of opposing countries and blocs.

The forthcoming phase of revolts and the last phase of world wars are opposite to the following parameters:

  • The world wars occur during maximum rates of scientific and technological development, so illusion of that they make it faster is created. The types of weapons and the tactics of its use change repeatedly. Revolts take place during a slowdown of rates of scientific and technological development. Revolts do not accelerate the development of weaponry. Moreover, its partial simplification occurs with ceasing to apply a range of high tech military achievements of the previous phase of rapid development.

  • Concentration of resources to achieve the goal is maximum effective in times of world wars and is not effective in times of revolts. World wars are always total and revolts are always not.
  • Phases of world wars take place take place in the context of globalization and phases of world revolts in the context of regionalization
  • Phases of world wars are turbulent and are difficult to predict. For example, it is impossible to predict who will win – either the camp of supporters of new religion or ideology or the camp of their opponents. And during phases of world revolts the winners are known in advance. These are those territories and countries which have better external conditions in respect to technological level that was achieved by the end of the last Leap. As a whole revolts are predicted much simpler and more accurately.
  • А phase of world wars is a peak of asabiyya or passionarity, that is the time of great prophets, heroes and/or villains, great statesmen. Against this background of epic and legendary events the phase of revolts is seen like faceless time with minimum of passionarity or assabiyya. There are enough villains, but all of them are somewhat primitive and impersonal. There are problems arisen with a search of heroes and no great statesmen as such.

Historical aspects

Naturally, on the one hand scientific civilization prediction can forecast the past with the same error as the future. There is no subjunctive mood in history, but civilization analysis does have it. On the other hand one must bear in mind that existence of phenomenological levels of study are increasingly separated between each other. That is we can predict the past only at the civilization level, but not at the level of eventual history. It means, for example, that we can assert, with a foregone known error, there was no such large scale and long-lasting historical process because it conflicts with regularities of civilization development. But, relying on civilization level of processes understanding, we will never be able to reconstruct the eventual historical sequence of facts because these are different phenomenological levels of study. It is similar to when observing human behavior we cannot study physiology of individual’s organs. And while studying physiology of organs, we will never understand intracellular metabolism of cells which form these organs. Or there is another example. Climatologists can predict climate changes not only in the future, but in the remote past. But in principle climatologists are not able to reconstruct the weather of a certain period, for example, Jurassic one. There is also by the reason of these are different phenomenological levels of study. That is, for example, one can assert that interpretation of Mongol-Tatar Yoke accepted first in the tradition of Russia and then in the Soviet historical tradition bore an impermissibly great error. But no understanding of civilization processes will be able to reconstruct the eventual history of that period. If now an unknown manuscript with another eventual filling or interpretation of the considered period is found, one will be able to conclude how much the description of events contained in it corresponds to regularities of civilization development and how much it is distorted. It is all that can be done under conditions of knowledge fragmentation based on the phenomenological levels of study.

But even such a general civilization picture from above is enough to determine the phases of world wars, economic shocks and social revolutions carrying new religions or ideologies similar to the period of the first half of the 20th century.

So the time of the Reformation, the Renaissance and great geographical discoveries was the nearest by the 20th century phase of world wars. It is both a great Time of Changes and of a time of scientific and technological and cultural Leap. It is also the previous peak of maximum of passionarity or assabiyya. There are several symbolic personalities as Columbus, Charles V,  Francis I, Henry VIII, Leonardo da Vinci, Copernicus, Luther, Calvin, Cortes. You can on your own make up an identical list of the passionarity phase of Art Nouveau and you will be convinced in as far as these lists are similar over the scale of introduced personalities, cardinality of transformations being carried out by them and genius. And these are not duplicates that arose in consequence of incorrect historical dating. But these are periodically recurring phases of civilization demand of geniuses and villains, prophets and revolutionaries, leaders and conquerors of peaks. Each phase of world wars has new weapons of mass destruction corresponding to the technological level. In the first half of the 16th century it was linear tactics, field artillery with an artillery convoy, and also firearms effectiveness of which exceeded the effectiveness of crossbows. There are mass repressions based on ethnic, religious or social signs during each phase as well. Nevertheless, it is evident that the relative scale and cruelty of wars, the tragedy of mass repressions in Europe of the first half of the 20th century were significantly higher than in the similar phase of the 16th century. Why did it happen that against the backdrop of a long-term process of decreasing the number of people deceased by violent death? The phase of world wars in the 16th century was significantly softer than in the 20th century because of the considerably best external conditions. Columbus discovered the New World accessible to mass colonization. A virgin land of activity was revealed for passionarity followers which provided massive influx of resources and sharply allowed strengthening social mobility without the necessity to make great social revolutions or fight total wars. Therefore in the 16th century the great Time of Changes in Western Europe was done with shedding hardly any blood.

If one proceeds deeply into the past, an epoch of crusades will be the next phase of the world wars. At this point one should acknowledge that we are aware of this time much less than do not know. And a significant part of a mass of historical information has impermissibly great distortions. How this case of distortion took place we will consider using the example of the Second World War which is closer for us in time frame. Recently everyone has already known the biggest tank battle in the history went on near Prokhorovka where Soviet and German tank armored units clashed at the meeting engagement. As a result of this bloody battle the Soviet troops managed to inflict critically high losses on the Panzerwaffe elite including II and III tank corps armed with the newest Tigers, Panthers, and Ferdinands. Reality was completely opposite to prevailing historical interpretation. To start with the largest tank battle in the numbers of military equipment was not near Prokhorovka in 1943 but near Dubno in 1941. The main thing is that there was no any tank meeting engagement on July 12, 1943 near Prokhorovka as such. On July 11 the Germans moved further, than the Soviet command intended, and captured very powerful positions which under the USSR offensive schemes should be an initial position for the 5-th Guard tank army advance. The Germans under the command of Paul Hausser were aware of the Soviet troops supposed counterblow. Therefore they took on the defensive at night on July 12, brought anti-tank artillery and behind it, in a distance of direct fire placed camouflaged positions of their tanks. Against this wall, starting with inconvenient initial positions and insufficient artillery and aviation support either, the attack of the 5-th Guard tank army crashed with enormous losses for Soviet troops and minimum German ones. In addition, the battlefield remained behind the German side, which even more increased losses of Soviet military equipment. At upon that, neither Panthers nor Ferdinands nor Tigers participated in the battle near Prokhorovka. There were no Panthers and Ferdinands in this direction at all, and all the remaining Tigers were under repair.

Administrative aspects

While observing historical periodic circularity of civilization processes, which are known in the 20-th century as an epoch of world wars, the issue of management possibility evaluation at the civilization level naturally arises. How attractive it would be, by the series of managerial and strategic decisions, prevent the most tragic and dramatic events of history in advance. And, if it is impossible to do with a 100% result guaranteed, it can be provided on a probability basis at least. At first sight, these civilization processes appear to be controlled with a certain probability. It is evident, that in the coming 10-20 years before the predictable beginning of another phase one should dramatically increase (by the example of Isabella I and Ferdinand II) reconnoitering expeditions focused on new worlds discoveries suitable for mass colonization at the existing technology level. In that time it is necessary to significantly increase public expenses for science either. And then, the external conditions may be expected to turn out more favorable than in the end of the 19th century. And new Columbuses will either completely prevent or considerably ease the oncoming phase of world wars. But it is only at the first sight…

Why are we going to correct a course of a world wars phase? It is clear there is a humanistic purpose to reduce the number of victims. But then when considering it in detail we will find out that the proportion of casualties of a scientific and technological Leap events and a burst of passionarity was significantly higher in the 16th century than in the 20th century. That is wars were softer and the number of victims – higher. This is not a contradiction. These were mainly just not military victims and not only in Europe. After discovery of America a large part of indigenous people died from diseases delivered by Europeans. And, on the contrary, if taking into account a mortality rate caused by diseases delivered back to Europe during this period of geographical discoveries, we will find out that a proportion of casualties were considerably higher. The worst of all is that mass mortality rate caused by overseas diseases had been observed for many centuries after completion of the phase of Reformation, Renaissance and Great geographical discoveries. It has been observing until our time. Moreover, a great and still increasing number of victims of tobacco smoking which started its spread in Europe as prophylactic drug after a mass plague epidemic in England should be added. That is discovery of vast territories available for colonization at the achieved technological level does not reduce the total number of victims. Thus the goal of administration is not achieved. One can assume there is an existence of a certain optimum between bloody world wars and subsequent civilization challenges related to insufficient external environments for new spaces colonization and no less acute civilization problems related to their excess. This optimum is shown if there are external conditions which allow the civilization to pursue a balanced colonization. Now it is important for us that to discover in the course of reconnoitering expeditions too much space available for colonization at the existing technology level in a world wars phase is as bad as to discover too little ones. And to plan a result of reconnoitering expeditions in this period in advance is virtually impossible. Or formulating it in terms of my predecessors in civilization analysis, on the eve of Time of Changes it is impossible to assess challenges civilization will face. As well as it is impossible to be prepared for those dangers the civilization will encounter at the initial stage of carrying out a large-scale colonization of new worlds. That does not always happen but just in a short time interval on the eve of another phase of explosive science and technology and cultural development. For example, in the 21th century reconnoitering expeditions which could lead to significant increase of available space for colonization are extremely unlikely. We are witnessing too low rates of science and technology development for intensive breakthroughs and development of spaces now. But extensive large-scale exploration will not produce any expected results either, when key areas have been already explored at the existing technological level. And the major breakthroughs are not to be expected any more. And less resources for exploration will be allocated not only during incipient world mutiny, but and after it. The emergence of not only global Columbuses but even local Gagarins in the 21th century is practically ruled out. And even in next century either. That is the emergence of new Columbuses is possible only on the eve of the world wars phase when rates of development are already high and great wars, mass repressions, social revolutions, and economic shocks have not already begun. But because it is impossible to determine a result of reconnoitering expeditions in advance, unfortunately, it is also impossible to manage such civilization processes to reduce the number of victims in the next shocks. That is time will come and probability of discovery by new Columbuses of new worlds available for a colonization will significantly increase again. But new Columbuses and new Isabellas and Ferdinands who finance them will not act as before in humanistic purposes to adjust civilization parameters of minimization the number of casualties in the next phase of world wars, proceeding from their personal, corporate and national interests. And the level of acuteness of confrontations and tension of conflicts of any phase of world wars either in the past or in the future is ultimately determined by external environments.

I have long emphasized that to manage objective processes of civilization development is impossible and the example with a phase of world wars confirms it once again. But there is a positive side in it. If it is impossible to operate civilization parameters, therefore the change of parameters of civilization development is objective and they can also be predicted as meteorologists forecast the weather. That is the thing civilization analysis specializes in. Consideration of weather forecasts as well as consideration of forecasts of change of civilization parameters allows significantly improving management at the individual, corporate and partly at the state levels.

Vladimir Stus.




Комментирование закрыто.