Иран: «окна возможностей» пока остаются открытыми. Но надолго ли?

В.И. Сажин

Причинами этому – неудачные поездки делегации МАГАТЭ в Исламскую Республику Иран (ИРИ) [1] в январе и феврале, закончившаяся отказом иранских властей разрешить экспертам посетить военный объект в Парчине, где, как полагают западные специалисты, ведется разработка ракетно-ядерного оружия. Не способствовала умиротворению оппонентов ИРИ также и угроза Ирана нанести превентивный удар по любому противнику. Всё это, как считают в израильских разведывательных структурах, свидетельствуют о явной угрозе, исходящей от иранской программы.[2]

 

Эта программа, безусловно, стала краеугольным камнем региональной и мировой военной политики. Специалисты – ядерщики, политологи, политики и гадают, и скрупулезно подсчитывают, когда Тегеран подойдет к «красной черте» за которой до атомной бомбы останется несколько месяцев работы. В начале марта такая авторитетная аналитическая организация как вашингтонский Центр стратегических и международных исследований (CSIS) сообщила, что Ирану потребуется от двух до трех лет для того, чтобы создать собственное ядерное оружие.[3]  В то же время в Израиле и США некоторые аналитики на пальцах отсчитывают дни, недели и месяцы до момента рождения иранской атомной бомбы. К слову, многие эксперты и в России, и за рубежом расширяют рамки «временного зазора» и придерживаются мнения, что до этого дня «Х» у защитников режима нераспространения ядерного оружия есть еще пять – семь лет.

То есть, «окна возможностей» для политического решения ядерной проблемы пока еще остаются открытыми. Во всяком случае, как считают, до ноябрьских президентских выборов в США. Ясно, что президенту Бараку Обаме, который только что вывел свои войска из Ирака и собирается сделать тоже самое и в Афганистане, совершенно не нужна еще одна война на Ближнем Востоке в самый разгар предвыборной борьбы за свой второй срок президентства. Барак Обама считает, что в Иране пока еще можно обойтись без военного вмешательства извне. Глава американской администрации подтвердил это 7 марта на пресс-конференции в Белом доме. [4]

При этом, иранский верховный лидер аятолла Али Хаменеи[5] дал положительную оценку заявлению президента США о том, что в Иране «можно обойтись без военного вмешательства». Поэтому, вне всякого сомнения, следует использовать это время для наиболее эффективного продвижения по политико-дипломатическому пути решения иранской ядерной проблемы. Такова позиция и «шестерки», можно сказать, постоянных  переговорщиков с Тегераном (РФ, США, КНР, Великобритания, Франция плюс Германия). «Мы призываем Иран вступить в серьезный диалог без предварительных условий, который привел бы к конкретным результатам», — говорится в совместном заявлении «шестерки», зачитанном 8 марта на заседании МАГАТЭ в Вене. [6]

Однако в Иране без энтузиазма отнеслись к данному заявлению. По словам председателя меджлиса Али Лариджани, Запад ничего не добьется, если на переговорах с Ираном будет следовать прежнему подходу. [7] Такое отношение Тегерана не вызывает оптимизма. Наоборот. Главный противник Ирана – Израиль – пристально наблюдает за политическими играми Тегерана. И, не оглядываясь на Вашингтон, готов самостоятельно без США силой решать иранскую проблему. Израильский премьер-министр Биньямин Нетаньяху заявил в начале марта в Вашингтоне, что Израиль очень ценит поддержку США, но должен сделать все, чтобы сохранить способность самостоятельно принимать ключевые решения. [8] «Мы должны быть готовы к худшему сценарию, — продолжал премьер, — время уходит». При этом г-н Нетаньяху подчеркнул, что Израиль не потерпит ситуации, при которой Иран обладает атомным оружием.

Вашингтон пока сдерживает воинственные порывы Израиля (во всяком случае, до ноябрьских выборов). Однако Белый дом не снимает с повестки дня силовое решение иранской ядерной проблемы. В начале марта министр обороны США Леон Панетта в очередной раз признал факт подготовки операции против Ирана. [9] Вечером 1 марта начальник штаба ВВС США генерал Нортон Шварц заявил о том, что планирование вариантов удара по Ирану завершено. «Вам не понравилось бы быть там [в момент удара], — заявил он журналистам. [10] Кроме того, Пентагон пригрозил Ирану, что в случае военного конфликта готов использовать при авианалетах на ИРИ новую бомбу весом 13,5 тонн, способную уничтожать подземные ядерные объекты противника с толщиной бетона до 65 метров[11].

Видимо поэтому, оценивая нынешнюю ситуацию вокруг иранской ядерной проблемы, генеральный директор МАГАТЭ Юкия Амано не был оптимистичным. Он заявил, что у него все еще «остаются серьезные опасения по поводу возможности военного конфликта на почве ядерной программы Ирана». [12]

По всей видимости, Запад (а также под давлением США и Израиль) дает Ирану время до конца этого года или, даже до президентских выборов в ИРИ летом 2013 года, чтобы дипломатическим методом, путем переговоров, правда, с применением экономических санкций, заставить Тегеран пойти на компромиссы в плане соблюдения требований Совета Безопасности ООН, МАГАТЭ и «шестерки».

Насколько вероятен этот мирный путь? Основываясь на опыте диалога с Ираном в течение прошедших десяти лет, анализируя политику Тегерана в ядерной сфере и вокруг нее, можно с большой долей уверенности утверждать, что такая вероятность мала. Но всё же надежда, хоть и мизерная, базируется на двух факторах.

Первый. 2 марта на парламентских выборах в Иране группировка президента Ахмадинежада потерпела поражение. Это дает основание прогнозировать, что на президентских выборах летом 2013 года победу одержит ставленник верховного лидера аятоллы Хаменеи. Конечно, данный факт не изменит ни идеологическую, ни политическую, ни экономическую структуру исламского Ирана, не затронет её гегемонистские амбиции и хомейнистскую суть – принцип «велаяте факих». Однако вполне вероятно, что разбуженный Ахмадинежадом «персидский национализм» будет «убаюкан» и нейтрализован традиционным шиитским исламизмом. И ещё неизвестно, что лучше: иметь дело с одиозными радикальными светскими националистами – «инженерами» или с умеренными клерикалами в чалмах (или без оных). Но главное, что после выборов президента и формирования нового состава правительства, возможно, прекратится (или достаточно ослабнет) жесткая внутриэлитная борьба между различными группировками во властных структурах, которая порождает, в определенном смысле, двоевластие. Ныне наличествует ситуация, когда несколько центров власти ведут свою собственную политику, как внутри страны, так и на международной арене. Каждая из властных группировок претендует на «последнее слово» в той или иной политической обстановке, по тому или иному вопросу. При этом, оглядываясь на своих оппонентов, она делает всё, чтобы конкуренты не могли обвинить ее в мягкости, в предательстве дела исламской революции. А это значит, каждый из игроков на главной политической сцене Ирана стремится казаться и быть более «хомейнистским», более жестким, более бескомпромиссным, чем его политические соперники. В этом, как кажется, одна из причин несговорчивости нынешней власти в ИРИ, прежде всего по иранской ядерной проблеме.

С другой стороны, конец условного «двоевластия» в Иране позволит международным переговорщикам с Тегераном по ядерной проблематике иметь дело с одним центром принятия решений, причем с контрагентами, не отягощенными внутриполитической борьбой. В этом случае стоит надеяться на шанс, пусть самый незначительный, что иранская сторона сделает шаг навстречу требованиям Совета Безопасности ООН, МАГАТЭ и «шестерки». Тем более в условиях экономического кризиса, куда завели Иран правительство и администрация президента Ахмадинежада своей политикой, спровоцировавшей введение жесточайших финансово-экономических санкций против Ирана.

А это уже второй фактор надежды. В отношении ИРИ действуют многочисленные жесткие санкционные меры, как одобренные резолюциями Совета Безопасности ООН, так и односторонние, введенные США, некоторыми другими странами и Европейским союзом (ЕС). Особенно чувствительны для экономики Ирана нефтяное эмбарго со стороны ЕС и санкции в отношении Центрального банка ИРИ.

Январское решение ЕС предусматривает незамедлительное запрещение странам Евросоюза заключать любые новые контракты с Ираном в нефтяном секторе. В период с 1 мая до 1 июля предусмотрено также аннулирование ранее заключенных контрактов, которые должны вступить в силу с 1 июля. Более того, санкции предусматривают запрет импорта в страны ЕС нефтехимических продуктов из Ирана, а также экспорт в Иран из Евросоюза оборудования и технологий для нефте- и нефтехимических отраслей. Отныне также запрещено осуществлять новые инвестиции в иранские нефтехимические предприятия или сотрудничать с ними в рамках совместных предприятий. 27 стран ЕС наложили запрет на основную часть транзакций с Центральным банком Ирана. Кроме того, Брюссель запретил покупку и ввоз из Ирана золота и драгоценных камней. [13]l

Сплоченность европейских стран в деле противостояния с Ираном стала своего рода сюрпризом. Однако еще большее удивление вызывает позиция Токио и Пекина. Япония, около 10% от своих потребностей в нефти получающая в Иране, 8 января сообщила о поиске альтернативных источников поставок, в том числе в Саудовской Аравии. Хотя официально выступила против эмбарго.

Аналогично действует и Китай, получающий от 11 до 14% всей импортируемой нефти из Ирана. Политически не согласившись с эмбарго, Пекин сократил в январе заказ из Ирана вдвое.

Южная Корея также планирует сократить закупки иранской нефти до уровня 2010 года, когда доля нефти из ИРИ составляла 8,3% от общего объема импорта. Все это весьма тревожные сигналы для Ирана.

Иран ежесуточно производит около 4 млн баррелей нефти, из них порядка 2 млн отправляет на экспорт (разные источники указывают цифры добычи нефти от 3,5 млн баррелей в сутки до 4,2 млн и экспорта – от 1,8 до 2,2 млн). Доля Европы, также по разным источникам, составляет приблизительно и усреднено 500 тыс. баррелей в сутки, то есть – 20-25% всей экспортируемой нефти. На 2011 год Иран планировал впервые получить от экспорта нефти около 100 млрд долларов. По самым грубым подсчетам Иран может потерять от нефтяного эмбарго от 15 до 20 млрд долларов в год.

Для иранской экономики, которая и без нефтяного эмбарго находится в сложном состоянии, такая потеря была бы, конечно, не катастрофична, но всё же чувствительна. Иранская валюта – риал – падает. Несколько лет назад один доллар США стоил 9700 риалов. В ноябре 2011 – около 11000 риалов. А как раз после объявления о возможности введения нефтяного эмбарго со стороны ЕС, курс риала упал более чем на 70 % — один доллар приравнивается к 17000 риалов. На 13 марта доллар США стоил 18980 риалов. [14] За последние несколько месяцев цены на основные продукты питания в Иране выросли на 40 — 50%.[15]

Нетрудно представить, что ждет экономику ИРИ, когда нефтяные санкции ЕС будут введены и к ним присоединятся, возможно, частично, неофициально, без огласки,  Япония, Южная Корея и Китай. Следствием этого станет неизбежное падение уровня жизни населения, что вполне может привести к росту недовольства и активизации протестной деятельности. Что особенно будет чувствительно в накаленной и политизированной атмосфере кануна президентских выборов 2013 года.

Российское руководство выступает против ужесточения санкционных мер в отношении Ирана. По мнению МИДа РФ, подобные санкции направлены не против ядерной программы ИРИ, а против ее населения. Хотя, как полагают многие эксперты, санкции — единственная возможность не допустить военного решения проблемы. Ведь в любом случае, экономическое давление лучше, чем военное.

Конечно, учитывая иранские реалии, наивно предполагать, что новые трудности для населения страны приведут там к власти политиков, которые станут для оппонентов ИРИ  легкими собеседниками. Однако при ситуации, которая может сложиться в иранском обществе, возможно, именно эти трудности заставят новое руководство страны, не зацикленное на политическую борьбу в своих рядах, пойти на разумные компромиссы. Ведь в результате широкомасштабных и главное радикальных санкций страдают интересы, в первую очередь, правящей элиты, распоряжающейся и нефтью, и денежными потоками, и банковскими вкладами за рубежом.

Да, оптимисты надеются, что предоставленный сложившимися обстоятельствами «временной зазор» можно и нужно использовать для решения иранской ядерной проблемы. Да, сегодня и иранская сторона, и ее оппоненты заявили о готовности сесть за стол переговоров. Где и когда, решится в ближайшее время. Да, появился призрак надежды, что будет дан импульс движению на новом этапе долгого и запутанного пути к компромиссному разрешению иранской ядерной проблемы.

Но это лишь оптимистические прогнозы. Слишком радикален и бескомпромиссен Тегеран, на поле которого сегодня мяч и соответственно шанс договориться, — быть может, последний. В свою очередь, Израиль стоит в настоящее время перед дилеммой: ждать, в непонятной перспективе, возможного нападения Ирана с использованием ракетного и ядерного оружия, одновременно совершенствуя свои средства ПРО, или же атаковать превентивно: неизвестно, с каким эффектом и, что важнее, с какими военными и политическими последствиями.[16]

Реальность, в отличие от оптимистических прогнозов, вполне возможно, будет куда более суровой, если не сказать – кровавой. История войн свидетельствует, что многие из них по всем военно-политическим параметрам и расчетам не должны были начаться, однако практически всегда события развивались по наихудшему сценарию. А какие это могут быть сценарии для Ирана, разберем в следующей статье.

[1]                 http://interfax.ru/politics/txt.asp?id=231786

[2]                 http://www.interfax.ru/politics/txt.asp?id=232215.

[3]                 http://focus.ua/foreign/222363/

[4]                 http://www.itar-tass.com/c1/360862.html

[5]                 http://www.jewish.ru/news/world/2012/03/news994305509.php

[6]                 http://www.interfax.ru/politics/news.asp?id=234991

[7]                 http://www.zman.com/news/2012/03/08/122007.html

[8]                 http://www.interfax.ru/politics/txt.asp?id=234623

[9]                 http://og.ru/news/2012/03/07/59874.shtml

[10]               http://science.compulenta.ru/664643/?r1=yandex&r2=news

[11]               http://www.gazeta.ru/news/lenta/2012/03/09/n_2234657.shtml

[12]               http://www.interfax.ru/politics/news.asp?id=234991

[13]               http://rus.ruvr.ru/2012/01/24/64528179.htm

[14]               http://www.mesghal.com/

[15]               http://rus.ruvr.ru/2012/01/16/63929793.html

[16]               http://www.itar-tass.com/c188/363792.html




Комментирование закрыто.