Беларусь включается в региональную гонку реформ

Игорь Тышкевич, "Хвиля"

sur32

То, что политический режим в Беларуси нельзя назвать демократичным известно уже всем. Звание «последний диктатор Европы» до 2014 года прочно ассоциировалось именно с Лукашенко. Однако события 2008-2010 гг. и то, что происходит в Беларуси с середины 2013 по сегодняшний день, возможно, заставят говорить о двух этапах правления беларуского президента. Слишком уж его действия отличаются от политики, которая проводилась официальным Минском первые 12 лет правления — с 1993 по 2007-й.

Естественно, демократом он не стал. Как и не перестал любить власть и признание. Но новости о его работе заставляют задуматься. В первую очередь беларусов, но и для украинцев также есть повод для раздумий – похоже Республика Беларусь может вступить в полосу реформ. Причём радикальных. И в случае успеха «проекта Украина» РБ постарается поспорить с ней за, как минимум, экономическое влияние в регионе. Звучит странно и сказочно? Да я сам, когда писал эти слова ловил себя на мысли «уж не становлюсь ли я лукашистом?». Но факты заставляют задуматься.

Начнём с истории.

Поскольку текст пишется для украинского ресурса «Хвиля», стоит посвятить пару абзацев описанию специфики беларуской модели, выстроенной Лукашенко с 1994 года.

Политика

Александр Лукашенко пришёл к власти на волне популистских лозунгов в 1994 году. При этом он не был самостоятельно фигурой. Скорее уж лицом «для народа» целой группы молодых амбициозных либералов, которых в Беларуси окрестили «молодые волки». Выборы они выиграли. А дальше началось самое интересное. Оказалось, что президент, которого даже сторонники считали недалёким, слишком сильно любит власть чтобы ею делиться. И слишком хитёр и циничен, чтобы терпеть сильных лидеров рядом. В результате нехитрых манипуляций молодые волки поругались друг с другом и один за одним покинули команду. Большинство из них — сегодняшние лидеры беларуской оппозиции. Те, то не хотел уходить просто так исчезли на рубеже 1998-1999 г. Физически исчезли — что с ними и где они никто не знает.

Но, расправившись со старой командой, необходимо думать кем её заменить. И как растить свои кадры. Выход нашёлся — старая номенклатура. Причём был использован тот же механизм: играя на противоречиях региональных кланов Лукашенко ослабил их всех. А показательные репрессии в отношении части лидеров убедили ещё советских управленцев в том, что надо быть лояльным.

С организованной преступностью было ещё проще. Учитывая любовь беларусов к порядку и «жажду крови бандюков» у части офицеров спецслужб вопрос решился быстро. Не буду утверждать, что их отстреливали силовики. Но как-то странно — практически все уголовные авторитеты или ушли в мир иной или стали вести себя очень, ну очень тихо. Это так же происходило в 1997-1999 гг.

Схоже поступили и с зарождающимся крупным бизнесом. Будущие олигархи умерли, сели, уехали в эмиграцию или стали послушными членами «президентской команды».

Стоит заметить, что процессы установления личной власти не были безоблачными. В 1996 году А. Лукашенко мог запросто лишиться поста. На попытки президента провести референдум об изменениях конституции был начат процесс его импичмента. Но с помощью посредников из РФ был подписан «компромисс» между парламентом и президентом. Договор был нарушен уже на следующий день. А через 2 недели, «по результатам воли народа», старый парламент исчез. Вместо него сформирован новый, с меньшим количеством депутатов. Выборов не было. Парламентариями стали депутаты старого Верховного Совета. Но не все. Только лояльные Лукашенко. Остальным (в том числе и спикеру) места в новом парламенте не хватило.

Оппозиция была вытеснена из политического поля. Последний серьёзный всплеск датировался 2001 годом. По некоторым данным Лукашенко те выборы не выиграл. Но на выборах побеждает не тот, кто голосует, а тот кто считает. Это, кстати, уже традиция в Беларуси. Ожидалась мощная реакция развитых стран. Но «повезло» — случилось 11 сентября. И США стало не до Беларуси. А в Германии, заигрывавшей с РФ набирал популярность лозунг про «возможность демократизации Беларуси через присоединение к России». Лукашенко получил карт-бланш. Да, были введены какие-то санкции. Но тут снова проявились способности Лукашенко найти слабые точки у оппонента. Игра на противоречиях. Далёкие Нидерланды стали посредником по выводу беларуской продукции на Европейский рынок. Позже к ним присоединились ещё несколько стран ЕС. Санкции говорите? Ах, ну да, о них где-то писали.

Экономика

Естественно, что опора на советских управленцев отразилась на экономической модели. Либеральные реформы, которые, пусть бессистемно, но начинали проводиться, были свёрнуты. Ставка была сделана на сохранение потенциала, доставшегося от СССР. Экономика попала под жёсткое государственное регулирование. Это была не брежневская модель. Но чем то она была схожа с идеями Горбачёва: сохранение и развитие промышленности. При этом упор делался не на рынок частных потребителей, а на на создание продукта для производителей и промежуточных продавцов. Грубо говоря, делать грузовики а не легковые автомобили, ткани, а не одежду.

Внешняя политика

Описанная выше модель требовала сбыта. По качественным и ценовым параметрам надеяться на выход на рынки развитых стран было наивно. Для модернизации нужны инвестиции. В то же время специфика внутренней политики и её восприятие на западе с каждым годом уменьшало возможности прихода дешёвых денег из развитых стран.

И то, и другое нашлось благодаря внешнеполитическому курсу, который можно назвать «лозунги в обмен на деньги».

Российской Федерации нужны были успехи на внешнеполитическом поле. В первую очередь для внутренних нужд — российские демократы быстро поняли, что рядовому россиянину ближе идея «сильной державы» чем личная свобода. Беларусь начинает «интеграцию». Суть её проста: подписание «судьбоносных» договоров в обмен на деньги и создание СП.

Параллельно оставлялись и реальные возможности для слияния стран. Лукашенко всерьёз вёл свою пиар компанию на территории РФ. И, если бы интеграция произошла, мог бы поспорить за президентский пост.

Но настал 2000 год. Приход Путина. С одной стороны Россия продолжала платить за лозунги. С другой — начала требовать передачи её реальных активов. А это уже — делиться властью. Кроме того, на этом же этапе в команде Лукашенко появились новые лица — те, кто не страдал большой ностальгией по временам СССР. Изменились и настроения общества. На рубеже 2000 количество сторонников восстановление некого подобия Советского Союза упало ниже критической отметки в 30%. С явно выраженной тенденцией к уменьшению.

2004-2010 гг. Изменение модели.

Предпосылки к реформированию и стартовые условия

Изменение политики России и ограничения в торговле с ЕС и США создали не самую благоприятную для перспектив страны ситуацию. Вот лишь несколько особенностей:

  1. Старая энергозатратная экономика, которая требует реформирования

  2. Ограниченный рынок сбыта продукции — ёмкость России как потребителя ограничена

  3. Уменьшение потока российских денег. И отсутствие возможности привлечения средств из других государств. В первую очередь ЕС и США.

  4. Попытки Кремля получить контроль над ключевыми секторами беларуской экономики.

  5. Кадровый голод. Новых людей в обойме мало. Кругозор старой команды, увы, ограничен.

Лукашенко понимает, что дальнейшее развитие ситуации приведёт к поглощению Беларуси Россией. Но, если до 1999 года это был желанный для него вариант — открытый путь в «большую политику», то после 2001 он терял и власть. Что, учитывая специфику характера беларуского президента было для него не просто ужасно. Эта перспектива лежала «за границами добра и зла». Необходимо было что-то делать. И делать со страной. Увы, широкомасштабные реформы были невозможны — нет кадров, нет достаточного количества денег.

Точки роста

И тут начинается плавное изменение модели руководства страной. Пост-советская экономика и политика приобретают черты голлизма. В политике это было просто — не считая свободы слова, основные черты схожи. А вот в экономике произошли несколько событий.

Вместо общей поддержки госсектора, правительство пошло по пути создания точек роста — когда практически все ресурсы государства направлялись на модернизацию одной отрасли. Вот лишь несколько направлений (в порядке реализации):

  • Рынок калийных удобрений. Созданная по инициативе Беларуси Беларуская калийная компания контролировала до 37% мирового (!!!) рынка калийных удобрений.
  • Переработка нефти и химпрома. Речь не только о глубине переработки чёрного золота (она сегодня одна из лучших в регионе). Даже отходы, такие как гач пошли в дело. Пример — восстановление практически разрушенного завода Горного Воска под Минском. Компания-банкрот за 2 года стала предприятием с расписанными заказами на 4 года вперёд. Причём покупатели — страны ЕС. Таких примеров можно привести около десятка.
  • Машиностроение. Тут можно долго не описывать. С одной стороны шла модернизация существующих предприятий. С другой — попытки создания совместных производств. Иногда, как с Ford Motors, неудачных. Иногда наоборот. Занимательна история с Минским моторным заводом. Восстановленное за российские деньги предприятие должно было стать частью «Руспромавто». Но в Минске были другие планы. После завершения первого этапа реконструкции сотрудничество с РФ было фактически прекращено. Ни о какой передаче собственности речи так же уже не шло.
  • Создание с нуля ИТ — отрасли (Парк высоких технологий). Фактически создание офшора для программистом свело к нулю отток специалистов в данной области. И сделало страну заметным игроком на рынке ИТ.
  • Энергетика. Про беларускую АЭС слышали все. Но мало кто знает, что с 2003 по 2010 год в стране проводилась компания по малой энергетике. Мини-ГЭС были построены практически на всех мало-мальски пригодных реках. На эти цели а так же на переход на местные и возобновляемые виды топлива страна в 2005-2009 гг. потратила более 2,5 млрд. долларов. А доля использования местных видов топлива (МВТ) к 2009 г. достигла 17 % (с 2% в 2004-м). И это, извините, при фактически пустом бюджете! Для сравнения: доходы страны от внешней торговли (суммарные) в 2004-м составляли 13,7 млрд. долларов. В 2009-м — 21,3 млрд.
  • Продукты питания. Тут упор был сделан на развитие перерабатывающих мощностей. В местные бюджеты была введена отдельная строка. И начиная с 2007 года на эти цели из центра передавались астрономические суммы. В некоторых регионах показатели доходили до 10% от всей расходной части бюджета района. В некоторых регионах средства были потрачены на затыкание дыр. А в некоторых — на создание новых мощностей. Для примера, бренд «Савита», известный украинцам абсолютно не известен в Беларуси — работает только на экспорт. Был создан как молокозавод при ферме в Гомельской области в 2007 г. Сегодня входит в ТОП-100 самых дорогих беларуских брендов.

Внешние рынки

Параллельно с этим страна начала активную работу по поиску новых рынков. Экспансия на рынки ЕС была невозможна. Уход с российского так же — слишком большие объёмы. Но если проанализировать данные торгового баланса становится заметным усиление оси «север-юг». Как в количественном выражении, так и в доле от общих объёмов внешней торговли Беларуси. Вот несколько цифр. 2004 год Россия — это 58,5% внешнеторгового оборота Беларуси. В том числе 47,8% беларуского экспорта. В 2010 — 42,5% и 35% соответственно. Теперь другая сторона. Украина и Прибалтика. В 2004 торговля с этими странами — 4% оборота и 8% экспорта. В 2010 12,7% и 19% соответственно. Показателен пример Украины. 2005 год — торговый оборот между странами около 0,5 млрд. долларов. Сальдо около 0. 2010 – более 5 млрд. и сальдо + 2 млрд. в пользу Беларуси.

Наилучшей демонстрацией беларуского подхода на этом этапе являются слова сказанные тогдашним министром экономики Беларуси Снопковым украинскому журналу «Корреспондент» : «Кризис последних лет показал, что одним партнером увлекаться нельзя, да и невыгодно».

Структурные реформы

Однако всё вышеперечисленное являлось абсолютно бесполезным в условиях советской системы управления. В 2008 году Беларусь привлекает западных консультантов. Которые, кроме «улучшения имиджа страны» на внешних рынках оказывали и консалтинговые услуги в экономике. Увы, имён этих людей не называли. Но их дела были весьма эффективными. Вот лишь несколько примеров:

В 2008-2009 году Республика Беларусь активно работала по привлечению инвестиций. Причём в значительной мере НЕ российских. Например в той же энергетике на 1 доллар из РФ приходилось 40 из стран ЕС.

Параллельно с этим была проведена де бюрократизация госаппарата. Улучшились условия ведения бизнеса — уменьшена налоговая нагрузка, упрощена регистрация малых предприятий до трёх рабочих дней. И, что специфично для Беларуси – с реальной ответственностью чиновника за затягивание процесса.

Страна за 1(с 2009 до 2010) год поднялась в рейтинге Doing Business c 82 на 58-е место. Для сравнения Украина в это же время балансировала на грани 142 и 146-й позиций. Правительством были озвучены цели — войти в 30-ку к 2020 году.

Эти шаги, к слову, дали и «побочные эффекты». Во-первых страна достаточно спокойно пережила разгар кризиса 2008-2009 гг. вместо обвала было мягкое сползание. Более того, запасов хватило на то, чтобы дотянуть до президентских выборов 2010 года. Что гарантировало Лукашенко ещё 5 спокойных лет.

Второй аспект — сугубо политический. При негативных тенденциях в экономике не произошло усиления оппозиции. Разумные люди вместо того, чтобы идти в политику регистрировали свой бизнес. И как минимум на 2 года становились потерянными для политических процессов — на начальном этапе «своего дела» не хватает времени на сон, не говоря уже о какой-то другой активности.

Земля

Этот факт остался без внимания беларуских и международных аналитиков. Речь идёт о земельной реформе. Естественно, называть процессы своими именами в Беларуси не стали. Реформы как бы так и не было. Была реорганизация колхозов. Вначале они стали СПК — сельскохозяйственными производственными кооперативами. А в 2008-2009 году — ОАО. Для чего такая многоходовка. Всё просто — право крестьян на землю. Теоретически даже устав советского колхоза сохранял упоминания, что это коллективное хозяйство. И его участники теоретически могут иметь право на землю и орудия производства. В Украине это вылилось в появление паёв земли. В Беларуси иначе. Устав СПК уже не содержал упоминаний о «своей земле». И, учитывая, что реорганизация происходила «добровольно», люди сами подписывали фактически отказ от наследства прадедов. А далее технический этап — ОАО. Государство входило в число собственников. У крестьян оставались акции. Но исключительно с финансовым обеспечением — без права предъявления претензий на средства производства. Кроме того, все сельскохозяйственные ОАО приобрели ещё одну особенность. Бывшие колхозники в них — миноритарии. Суммарное количество их акций колеблется от 30 до 45% в зависимости от хозяйства. Остальное у государства.

Есть и исключения — хозяйства, которые и до этого стали успешными. Там действительно работа строится на совсем других схемах.

Таким образом, если Беларусь решит ввести частную собственность на землю, никто не сможет претендовать на сельхозугодия. Более того, начиная с 2009 года проходит «пилотная продажа». Ново созданные ОАО продаются итальянцам, французам и даже китайцам. Естественно, только не русским. Темпы пока невелики — до 10 хозяйств в год. Но, учитывая различные условия сделок, можно говорить о поиске идеальной модели.

Земля выведена в ресурс, который в крайнем случае можно продать. А это действительно большие деньги.

2010 год — откат

Но у любой, даже самой идеальной схемы есть обратная сторона. В Беларуси она наступила в 2010 году. Россия видя дрейф союзника впервые активно вмешалась в президентские выборы. Бизнес из РФ стал спонсировать одну из оппозиционных сил. Фактически создал её. Потом, Кремль несколько «сбавил обороты». Но, дело было сделано, их детище получило поддержку и на западе. А внутри Беларуси существенно потеснило других игроков оппозиции. У Лукашенко сдали нервы. По другим данным сработали на эскалацию «российские друзья». Что, учитывая опыт Майдана вполне могло быть. В любом случае был разгон. Были репрессии. И как следствие, Беларусь окончательно попадает в политическую изоляцию. Без притока новых инвестиционных денег страну нагоняет и «хвост кризиса». В 2010 году национальная валюта обваливается на 30%.

А Россия получает дополнительные рычаги влияния. Результат — подписание договоров по созданию Таможенного Союза и ЕАЭС на выгодных для Кремля условиях.

Украина всё меняет

Не удивительно, что начало движения Украины в сторону ЕС было воспринято в Минске с оптимизмом. Это давало возможности уменьшить зависимость страны от России. Началась подготовка. В конце 2013 года планируются изменения в правительстве. К руководству начинают подтягиваться люди с западным образованием или те, кто уже доказал свою эффективность.

Но события приобрели радикальный оборот. В украинском кризисе нервы сдали уже у Кремля. Для Беларуси это сродни выигрышу в лотерею.

Лукашенко активизируется на политическом фронте, выступая посредником в разрешении украинского кризиса. Если же анализировать экономическую политику, то невольно задаёшься вопросом: «С кем Беларусь подписывала договор о «Союзном государстве»: с Россией или Украиной?». Я уже писал о торговле, сотрудничестве в области ВПК. Повторяться не буду. Но приведу один пример: Беларусь поставляет топливо в Украину. Сделанное из российской нефти. При этом, учитывая финансовые трудности Киева, идёт на компромиссы в вопросах оплаты. А в это же время, используя лазейки в договорах с РФ периодически полностью прекращает экспорт бензина (повторю, сделанного из российской нефти) в Россию. Без комментариев, как говориться.

Кроме того, украинский кризис позволил Минску отвоевать ряд позиций в отношениях с Россией. Это и заключение долгосрочных контрактов по нефти и газу (то, чего не было за всю новейшую историю — Кремль держал Минск на «коротком поводке» годовых договоров) и получение ниши посредника и выигранная война с Уралкалием. Список длинный.

Позицию Минска оценили и на западе. Сам факт консультаций (пусть и с оговорками со стороны евро чиновников) говорит о многом. Но наглядней всего снятие США санкций с компании Беларусьнефть. Вдруг и фактически просто так. Основную мысль пресс-релиза Госдепа можно сформулировать так: «беларусы пообещали больше не работать напрямую с компаниями в отношении которых санкции пока действуют».

На этом можно было бы текст и закончить. Пообещать рассказать о перспективах позднее. Беларусь оказалась в выгодной ситуации. Можно было бы, если бы не одно «но».

В Беларуси заговорили о структурных реформах.

Новогодние праздники в Беларуси прошли на фоне смены правительства. Причём лица, выступавшие за глубокую модернизацию страны не просто усилили свои позиции. По ряду направлений они заняли ключевые посты.

Примерно в это же время А. Лукашенко, известный своей антизападной и, в частности антиамериканской риторикой заявляет о важности усиления влияния США в регионе. А вопросы нормализации отношений с ЕС и того больше — ставит в приоритеты государственной политики.

Ему вторит новый премьер, который с одной стороны ищет длинные дешёвые деньги. С другой требует от правительства практических шагов по поиску альтернативных российскому рынков для беларуской продукции.

Можно было бы списать на уроки войны в Украине. Но есть ещё одно «НО». Новый помощник президента Беларуси Кирилл Рудый в ведущих государственных СМИ выступает с рядом неожиданных заявлений. И говорит он не о стабильности. А о необходимости стратегии развития страны до 2030 года. И связанных с этим структурных реформах.

При этом называет ключевые направления. И среди них нет того, что сегодня является основой беларуской экономики — сырьевых отраслей. Приоритетами, по мнению Рудого являются:

  • Сфера услуг (строительство, транспорт, торговля). Частный сектор, малый и средний бизнес.

  • Энергетика, в том числе ядерная.

  • Передовые высокотехнологичные отрасли нового уклада. Наукоёмкие производства, био- и нано- технологии.

  • Информационные технологии.

Причём в области наукоёмких отраслей озвучивается цель «стать мировым лидером хотя бы в нескольких направлениях».

Для достижение этих целей чиновник предлагает кардинальное реформирование национальной системы образования. При этом задачи перед молодыми беларусами ставятся не менее амбициозными. Вот цитата: «Думаю, что успех стратегии во многом зависит от того, кто будет ее реализовывать. Очевидно, это те белорусы, кому к 2030 году будет 21—60 лет, а сегодня им от 5 до сорока четырех. Значит, они уже сейчас должны становиться лучше, конкурентнее своих зарубежных сверстников.»

Ещё одно предложение помощника президента Лукашенко вообще сенсационно для Беларуси. Рудый предлагает «призвать в руководители белорусов-эмигрантов». То есть тех, кто уехал из «социалистического рая имени Лукашенко».

И, наконец, последнее. В Беларуском экономическом журнале печатается фактически программная статья о планировании реформ. Рассматриваются все возможные модели реформирования страны. И в качестве наиболее благоприятного варианта он назвал опыт резких, шоковых реформ Польши, Чехии, Болгарии. При этом подчеркнул, что в краткосрочной перспективе реформы несомненно приведут к ухудшению качества жизни граждан.

Эти заявления проходят в предвыборный год — осенью в Беларуси президентские выборы. При этом, стоит напомнить, что все предыдущие кампании проводились властью под лозунгами «улучшения жизни». Людям не только обещались большие доходы — зачастую они искусственно и увеличивались.

И тут вдруг вместо этого беларусам обещают, что «жить станет хуже». Нелогично, особенно, если оценить выгоды, получаемые Республикой Беларусь на фоне украинского кризиса. Но логично, если оценивать перспективы развития мировой и региональной экономики. А так же уникальные возможности, которые сложились сегодня.

Зачем Беларуси реформы.

Ключевой вопрос в целях. Или, если хотите, в видении страны. Республика Беларусь, не имея собственных ресурсов долгое время использовала модель фактически сырьевой экономики. Да, с большой глубиной переработки, да с большой добавленной стоимостью. Но всё же сырьевой по сути.

Вопрос лишь в том, насколько данная модель будет эффективной в будущем? В середине 2014 года один из принцев-саудитов на вопрос о перспективах ОПЕК в 20-летней перспективе ответил просто «ОПЕК не будет существовать». Японцы запустили в серию автомобиль на водороде. Востребованность наукоёмких отраслей растёт с каждым днём. Это всё свидетельства того, что вскоре мир измениться. И Беларусь хочет быть среди тех, кто перейдёт рубеж.

Да, сегодня в регионе страна выглядит неплохо. Есть чем гордиться. Но, если проводить параллели, то творения кузнецов 17 века или конные экипажи 19 столетия были верхом технического совершенства. Но потом пришёл пресс, паровые двигатели и двигатели внутреннего сгорания. Те кто ещё вчера был востребован как уникальные специалисты оказались никому не нужны. То же и со странами. Украина, например, носится с шахтёрами, не понимая что уголь это ресурс даже не ХХ, а скорее ХIX века. Он интересен разве что в энергетике во время кризиса — как местный вид топлива. И то, с очень детальным просчётом всех аспектов: от себестоимости, до выбросов в атмосферу. Новые лица в беларуском руководстве такой судьбы своей стране, видимо, не хотят.

Второй аспект — краткосрочный. Он напрямую связан с событиями на берегах Днепра. Реформы, которые начались в Украине, равно как и политическая трансформация без сомнения изменят баланс сил в регионе. Как в политике так и в экономике. И если Беларусь останется «на своём месте», то завтра она потеряет привлекательность как страны-посредника или ключевого партнёра. А оставить себе сжимающийся рынок Таможенного Союза — идти в никуда. Не зря тот же Рудый, обосновывая реформы оговаривался, что они должны «также учитывать планы других стран, например, Украины и ЕС, прогнозы международных организаций».

Возможно ли реформирование Беларуси

Это ключевой вопрос. И дело тут не столько в ситуации вокруг, сколько в планах Лукашенко. Ведь заявления президента Беларуси и его практические дела зачастую отличаются друг от друга. Лукашенко мастер поиска формальных лазеек даже в уже подписанных соглашениях.

Но учитывая с какой настойчивостью подаются новости о неизбежности реформ дело видимо движется к практической реализации. В Беларуси на государственном ТВ, в газете администрации президента и экспертных журналах Минэкономики и Нацбанка несогласованные материалы не появляются. Естественно, о резкой политической либерализации речи не пойдёт. А вот кардинальные изменения в экономике возможны. И тому есть ряд предпосылок. В частности:

  1. В стране уже есть несколько отраслей или, если пользоваться голлистской терминологией «точек роста», которые обеспечат относительную экономическую стабильность в краткосрочной перспективе.

  2. Страна сохранила систему профессионально-технического образования. Можно спорить о её качестве по сравнению с идеалом. Но если сравнивать с соседними странами, беларуская система сама близка по виду к идеальной.

  3. Санкции в отношении России и её участие в украинском кризисе уменьшает возможности Кремля по применению рычагов экономического давления на Минск

  4. Нормализация отношений с Западом сделает возможным привлечение длинных и дешёвых кредитов. А так же инвестиций. Благо, экономические рейтинги Беларуси повыше. Да и 57-е место (по результатам 2014 г.) в упомянутом рейтинге Doing Business делает страну достаточно привлекательной при условии снятия санкций. Для сравнения, позиция РФ в этом списке — 62. Украины – 96.

  5. Небольшие размеры Беларуси делают возможным применение в том числе и шоковых методов реформирования. Кроме того, реформы требуют не такого большого количества средств.

  6. В случае, если Беларусь сможет убедить Европу и США вложиться в реформы на её территории, то она может стать «страховкой» на случай провала кампании в Украине. То есть, если Киевская власть не будет эффективной, европейские политики смогут предъявить своим избирателям успешный опыт Беларуси.

  7. И, наконец, страховка на случай непредвиденных обстоятельств. Беларусь имеет ещё один козырь. Это земля. Первый этап земельной реформы фактически закончен. Жители страны потеряли право претендовать на «дедовские наделы». Естественно, при успешном развитии государства к вопросу «земли каждому» можно вернуться. Но так же можно и просто разрешить продажу. В том числе иностранцам. А это действительно колоссальные деньги.

Ситуация более чем благоприятна для начала реформ. Необходимость есть. Вопрос политической воли. Если она будет, то беларусы станут жить хуже. Причём, как «обещают» инициаторы реформ ухудшение продлиться не менее 3-х лет. Но это надо делать ради будущих поколений. Надеюсь, на Родине это понимают. И если пойдут по пути реформ, то я при всём моём негативном отношении к политике Лукашенко в предыдущие годы, «сниму перед ним шляпу» за правильный и смелый шаг.

P.S. А теперь пару слов для украинских читателей. В обсуждении одного из моих предыдущих текстов было множество комментариев в отношении реформаторов из Украинского правительства. Большинство из них сводилось к тому, что ухудшение жизни украинцев «бесчеловечно». А теперь вздохните глубоко и прочитайте ещё раз ситуацию Беларуси перед началом реформ. Есть такой «запас прочности» в Украине? При этом беларуские реформаторы «гарантируют» как минимум 3 сложных года. За счёт какой манны небесной этот срок в Украине может быть меньше?

Есть над чем задуматься и в отраслях экономики. Это, увы, уже камень в огород правительства. Те же беларусы понимают тупиковость перспективы сырьевых активов. В том числе сверх прибыльной сегодня нефтепереработки. Украина же продолжает носиться с металлургами и шахтёрами как с «писанной торбой». Ну реформируете вы отрасль. Ну вкинете туда пару десятков миллиардов. Кому это будет нужно в 2020-м, 2030-м? Снова будете проводить реформы и тратится на ликвидацию балласта в экономике?

Я верю в украинские реформы. Но увы, пока не вижу внятного ответа на вопрос «какие цели ставят перед собой украинские реформаторы» – какую Украину они строят? Членство в ЕС, НАТО — метод. Но не цель.

Парадокс, но я смог прочитать о направлении реформ в стране от которой не ожидал разговоров о шоковых реформах в принципе. Это вызывает уважение к новым управленцам в Беларуси. Правильные вопросы рано или поздно вызывают правильные поступки.

Что касается Украины, я всё же остаюсь оптимистом. Страна имеет время на формулировку целей и задач. Не много, но месяцев 6 есть. И, думаю, с этим она справиться. А дальше… дальше будет трудно.

Главное — измениться самим. Тут я позволю себе вновь обратиться к статье Рудого. В качестве примера того, что успех реформ кроется в головах людей, а не работе чиновников он привёл цитату из японской газеты Japan Herald за 1881 год: «Мы не думаем, что Япония когда-либо разбогатеет: (этому препятствуют преимущества, дарованные природой, а также любовь японского народа к праздности и удовольствиям). Японцы — счастливый народ, и, будучи удовлетворенными тем немногим, что имеют, они вряд ли многого достигнут».

Японцы изменились. И мы видим какой стала Япония. Украинцы меняются. Верю в то, что изменяться. И тогда несомненно придёт успех. Всё будет Украина! Всё будет Беларусь!

Текст заказной? Ага! Заказчиками являются все, кто найдёт возможность поблагодарить автора умеренной суммой.

Как и раньше, полученные деньги идут мне на пиво а так же:

1. пересылаются одному из отрядов спецназа ВМС Украины (информация о них в моей ленте ниже давалась не раз)

2. Тратятся на подарки или угощения детям из Ворзельского детского дома.

Реквизиты:

Карточка привата: 5168 7423 0834 3288

Вебмани: U247333217329 или Z293974971904




Комментирование закрыто.