Дацюк: Я хочу ввергнуть Украину в кризис

Сергей Дацюк считает, что Украина ведет войну на два фронта с Россией и Западом.

Философ Сергей Дацюк о заявлениях Коломойского про НАТО и Россию, о «дне крушения мифов и сказок» в Украине, о доктрине экономической безопасности Украины, о кризисе как уровне рефлексии трудностей, о несостоявшемся разговоре по рынку земли, о Минских соглашениях внутри страны, а также о «главном враге Украины».

Мы продолжаем прямой эфир на Ukrlife.tv. У нас в студии Сергей Дацюк, философ. Сергей здравствуйте, очень рады вас видеть.

Я вам должна признаться, что вот прямо перед эфиром Сергей сказал, что вчера был не день, а сказка, и многие люди просто вчера его порадовали. Сергей, у нас так мало радостей в жизни, что давайте послушаем, какие события вас порадовали.

Та меня всё радует. Тем дальше, тем больше. Я живу в другом мире, чем остальные люди. Я живу в мире, где уже Украины нету, я об этом не раз говорил, поэтому меня все вещи, которые…

А есть великая Украина.

Нет. Нет ни великой, ни маленькой, никакой нету, потому что она исчезла в головах наших людей. Даже националисты в неё не верят, потому что воевать не пошли. Ну так случилось. Нет, у каждого есть объяснение причин, почему они так поступили. У всех.

Но это всегда так случается, когда страна растворяется согласно законам электролитической диссоциации. Ну, так бывает – фи-ить – и она растворилась. И у всех есть объяснение причин, почему они, собственно, страну не отстаивали. Вот у Игоря Валерьевича есть, у Зеленского, у Слуги Народа…

Он тоже вас порадовал?

Обалденно порадовал. Он всё как-то обиняками, намёками, а тут прямо заявил, что не надо нам Запад, под Россию надо уходить. Это разве не радость?

Между прочим аргументированно. Он сказал – Россия даст нам 100 миллиардов, если коротко, возьмёт нас в Варшавский договор, и российские танки будут стоять возле Кракова и Варшавы, а НАТО запачкает свои штаны и купит памперсы.

Смотрите. На пятом году войны такое услышать…

Может, он прав…?

Понимаете, мы же с вами тут говорили, когда перелом в сознании происходил. Мы же были внутренне согласны с этим переломом в сознании, мы же не протестовали. А теперь мы в ситуации поражения, и мы начинаем платить по долгам.

Причём вопреки мнению большинства, я считаю, что мы получили поражение же не только от России, но и от Запада. У нас война оказалась на два фронта: у нас война с Россией была и война с Западом, как оказалось для многих.

Для меня это не было неожиданностью, потому что я объяснял, что мы в ситуации внешнего управления, и что у нас давно идёт отъём наших средств и ресурсов, и основного капитала даже. Ну теперь это всё стало прозрачным – и очень хорошо. Я этому радуюсь. Потому что когда…

Что вас радует во всём этом, Сергей?

Ну-у, глаза умного в голове его, а глупый ходит в потьмах. Пока ходишь в потьмах глупый, и вдруг как бы рассвело… Вот и Институт будущего сделал социологию по т.зв. ОРДЛО, она всех удивила. Почему она удивила… В общем то, мы говорили об этом с 2014 года.

Конечно, неприятно узнавать, что там «наших» нет, потому что люди же привыкли – там «наши». Сколько? Не знаем, но они там есть. Да, вот показало, что их там мало. Мало того, если мы признаём что там «наши», значит, у нас гражданская война. А если там «не наши», там враги, значит, надо воевать. А если мы не воюем, то мы предатели самих себя.

В общем, сложное такое рассуждение получается, из него выйти практически без потерь невозможно. Поэтому потери вписаны в эту логику. Грубо говоря, если вы так мыслите, то вы просто обязаны расставаться со своими активами.

Нет, подождите. Я всё-таки хочу к вопросу «наши» и «чужие» вернуться. Потому что если они думают иначе, то это не значит, что они «не наши». Вот я тут хочу как у философа спросить, вы вот сейчас, всё-таки, мне кажется немножко перегнули палку…

Думать вы можете о чём угодно, но есть краеугольный вопрос, и он формулируется только «или-или» в ситуации войны. Постмодернисты пробовали поставить антибинаризм во главу угла, и антибинаризм в принципе работает в нервной ситуации. Но в ситуации войны антибинаризм исчезает, остаётся только бинаризм.

Потому что в ситуации войны всё просто: или ты – или враг. Не бывает «ой, а там же ж наши люди, ой, а что ж делать…». Вот если вы так начинаете рассуждать – вы уже проиграли, и поэтому должны быть готовы расставаться со своими активами.

И это тоже хорошо, потому что наступает протрезвление, и открытая ситуация всегда лучше скрытой ситуации. И мы сами кузнецы своего счастья, наше мышление порождает те последствия, с которыми мы живём.

И поэтому всё здорово, и я рад за Игоря Валерьевича, что он открыто так всё сказал; я рад за Юлию Тимошенко, которая перешла в оппозицию; я рад за Слугу Народа, которые показали, что, собственно, ничего от наших граждан у них не осталось, что они всецело работают на внешнее управление. И это тоже очень хорошо. Просто вчера великолепный день – день крушения мифов и сказок.

Ну, после крушения мифов и сказок… Что дальше? Дальше то что вот? И потом, у кого эти мифы и сказки потерпели крушение? Тоже ж вопрос.

Ну-у, у некоторых экспертов. У многих не потерпели, многие уже давно живут в той ситуации, в которой, собственно, они и будут жить дальше. Поэтому для них ничего не поменяется. Вы не читали случайно, есть такая доктрина эконмической безопасности… Ну, скажем, есть в Украине доктрина экономической безопасности. Как вы думаете, сколько раз там встречается слово «война»?

Не знаю. Даже… Может быть один…?

Ни разу.

Вот…

Классно, правда? Экономическая безопасность страны в войне совершенно не зависит от войны. И нету там ничего про войну.

Поэтому смею вас уверить – бизнес абсолютно адекватен, абсолютно прагматичен, его дальнейшие доходы не зависят от наличия или отсутствия целостности Украины. То есть, это нормальные люди. В отличии от многих экспертов на телевидении это нормальные люди.

Так, подождите, вы сейчас сдвинули планку нормальности. Как это – бизнес отлично независим от существования Украины. Я не могу с этим согласиться.

Смотрите, когда вы начинаете жить в мире, где уже нет государства Украина (вот как я живу), где нету националистов, где нету телеэкспертов, которые промывают мозги… Ведь что получилось. Вы не знаете, какой самый главный враг до сих пор?

Какой же?

Вот такой, по-настоящему крупный враг у украинцев?

Ну, у нас много врагов. У нас есть прямой враг, это Россия. У нас есть наша лень или наше непонимание ситуации, или нежелание воспринимать реальность…?

Я думаю, когда проведут очередной рейтинг, результаты тоже удивят.

То есть?

Ну смотрите. Я до сих пор считаю, что лучшим президентом для Украины была бы Юли Тимошенко. Она была более всех подготовлена, и реально пыталась действовать стратегически. Она публично предъявляла, что она будет делать. Она публично показывала по всем направлениям, она действовала программным образом. Но мы не любим программного подхода – мы любим стихию, анархизм, джокера…

Мы избрали Джокера, это хорошо. Мы любим неожиданности, поэтому тогда мы честно должны быть готовы расстаться с землёй, со стратегическими предприятиями, с газотранспортной системой, с портами, с железной дорогой, со многими вкусными вещами, которые мы бы могли использовать для развития.

Но уже расслабьтесь – нам это не понадобится. Нашим развитием будут заниматься другие.         

А что, уже всё?! Уже решено?!

Ну да. А что, вы обо этом не знаете?

Вы не спешите? Я не знаю… Может вы спешите? Может ещё не всё решено? Может, мы ещё поборемся…? Мы же, украинцы, можем иногда…

Понимаете, это моя задача. Я на полном серьёзе пытаюсь ввергнуть Украину в кризис. Вернее даже не так. Я пытаюсь сделать так, чтобы Украина осознала кризис. Серьёзно и очень настойчиво. Я трачу очень много усилий на то, чтобы Украина оказалась в кризисе.

А это непростое дело. Украина и украинцы со всех сил сопротивляются этому.

Они не признаются, что они в кризисе? Или что? Ну как они сопротивляются…?

Смотрите, давайте разберём, чтобы было понятно. Что такое проблема? Проблема – это когда вы осознаёте неадекватность средств, которые вы деятельностно прикладываете к тем целям, которые вы ставите. Вот это проблема. Заметьте, ключевое тут, что вы осознаёте это, понимаете, рефлексируете. Проблема может быть, а вы её можете не осознавать.

Тогда это не проблема, а трудности. Ну например. Если некоторую проблему можно решить за деньги, то это не проблема – это расходы. То есть, ну нет проблем. Вы неправильное средство применяете, но если можно компенсировать деньгами, значит, это просто возрастают расход – проблемы нету.

И вдруг кто-то приходит и начинает говорить – у вас проблема. Как назвать такого человека?

Не хочется его в гости приглашать…

Это сволочь. Это самая настоящая…

Это вы сказали, не я сказала…

Я сейчас прочитаю. Итак, вот есть такая сволочь, которая пытается сказать – ну постойте, ну оглянитесь вокруг, ведь мы же имеем проблему! Мы же идём в ситуацию, когда неадекватность будет только нарастать. Вот смотрите, пишет мне один комментатор, когда я фиксирую проблему: «Жизнь идёт своим чередом, люди живут и наслаждаются жизнью. А вы сеете ненависть и раздор в бессильной злобе, транслируя свою фрустрацию на окружающий мир, на благополучных людей».

Так воспринимают люди тех людей, которые говорят: «У вас проблема». Поэтому нельзя говорить людям что проблема, поскольку они не хотят видеть проблем.

Второй момент. Вы осознаете что проблема, да? Первая рефлексия – вы осознали что проблема. Вы пытаетесь её решать традиционными средствами, получается плохо, вы всё равно продолжаете это делать. И потом вдруг приходит та же самая сволочь и говорит: «Ребята, вы осознали проблему, но все средства решения этой проблемы не годятся». Это значит, что у вас кризис. И вот эта сволочь вторая (или как бы такая высшая сволочь), которая в вашу жизнь приносит кризис.

Вот я та сволочь, которая пытается ввергнуть страну в кризис. Потому что для меня кризис – это определённый уровень рефлексии и осознания не просто проблемы, а даже неадекватности средств для решения уже осознанной проблемы. Как бы второй рефлексивный уровень сволочизма, чтобы было понятно, Я тот вот, кто сеет злобу и сволочизм, потому что пытаюсь ввергнуть Украину в кризис. Почему для меня так важно? Потому что я знаю, что если не решать проблему и откладывать её, заниматься прокрастинацией (т.е. откладывая проблему, как это Европа сегодня делает), и если быть в кризисе, но воспринимать его как трудности, ты постепенно перестаешь существовать.

Происходит то, что я назвал «процессом Украины». Она растворяется. Вызовы возникают, их количество нарастает, вы их не принимаете как вызовы, а воспринимаете как досадное недоразумение, ну так сложились обстоятельства, объективные трудности. А они нарастают, нарастают, вы на них не отвечаете – и в какой-то момент вы перестаёте существовать как субъект. Сюда приходят другие, кто в состоянии принимать эти вызовы, отвечают – а вы оказываетесь в подчинении этим другим. Это происходит неизбежно.

Потому что если бы вы были один, одинокий, вы были бы Робинзоном, вполне возможно вы бы просто умерли. Но мы не Робинзон, мало того, у нас есть очень лакомые ресурсы – у нас есть недра, у нас есть земля, у нас есть порты, железные дороги, газотранспортные системы… Мы очень лакомый кусочек, понимаете?

Молодая, красивая девственница не может просто умереть под забором – ну так жизнь устроена, не может. И не дадут. Но другое дело, что потребуют за то, когда её возьмут в наймы. Это уже второй вопрос, он уже в другой ситуации решается. Вот поэтому, когда мы приходим к этому пониманию, возникает выбор: признать/не признать проблему; и второй выбор нам будет – признать/не признать кризис.

И лучше жить, не признавая кризиса. Спокойнее.

Кому лучше?

Украинцам. Они так привыкли. Не надо признавать кризиса. Благополучные люди мне говорят – ну что же вы, вот это вот, так хорошо…

Мутите воду, да?

Вы ходите, ходите – ну идите, идите, про то что всё плохо – ну хватит, всё! Хорош.

Подождите, вот на секундочку. Маленькое замечание. Ведь всё-таки этот человек смотрит ваше интервью. Если у него всё так хорошо, зачем он смотрит ваше интервью?

Он мазохист. Да.

Извините, я просто не знаю кто вы. Поэтому уж извините.

Мало того, а потом он же ж использует это. Ведь масса людей, троллей, они же… это паразиты, пиявки, клещи. Они же таким образом используют, чтобы самоутвердиться. Мышления у них не хватает на то, чтобы поставить проблемы, сформулировать и попытаться их решить. Они находятся в аналитической позиции негативного свойства, т.е. анализируют, оценивают, и называют людей, которые какие-то конструктивные пути найти, как теми, что ничего не понимают. И вот возникает такая вот стычка. Стычка, она позитивного решения не имеет, потому что тот, кто предъявляет какие-то позитивные решения, он обзывается мечтателем, космонавтом, утопистом. А мы, правильные, адекватные люди, которые заняты анализом, всё объективируем, т.е. делаем так, что вроде всё от нас не зависит.

Почему я вот спорю, например, с разными экспертами… Вот я прочитаю вам сейчас ещё одно мнение одного коллеги и хорошего знакомого: «В Україні ніколи при владі не було технократів. Технократи у розумінні Фукуями – це ті, хто маючи гуманітарну освіту, проводять реформи «на око», виходячи з ідеологічних постулатів які не подобаються населенню, але типу корисні для країни. Технократи – це люди з глибокими знаннями математичного моделювання, аналітики даних, економетрії, тощо, науковці, що розробляють політику, виходячи з чітких, математично змодельованих розрахунків всупереч ідеологічній ліриці опонентів».

Вот это, то, что сформулировано, это попытка технократизации существующей ситуации, или технократизации кризиса и технократизайии развития. Как видят технократы: если мы сюда притащим западные технологии – всё у нас заработает, и развитие случится. Как мыслят технократы в правительстве: рост – это и есть развитие. То есть, если будет 40% ВВП, жизнь ваша станет лучше? Это же логично.

Ну да. Тут ничего, из песни слов не выбросишь. Да.

Представление о том, что развитие – это разветвлённое витие, им в голову не приходит. То есть, простое вмысливание в слово должно зародить в вас маленькое подозрение, что есть же ж рост, а есть развитие, и чего-то эти слова по-разному называются. Наверное одно – это что-то одно, а другое – это что-то другое.

Вот как человек растёт и развивается, растёт там до 20-ти с чем-то лет, да – а развивается всю жизнь. А если он будет расти всю жизнь, что с ним случится?

Плохая история будет.

То есть, плохая история будет. На каком-то этапе развитие прекратится. Я бы даже сказал наоборот – ему станет не до развития.

То есть, даже на простом житейском примере, не надо читать никакие учебники, не надо говорить с философами. Просто посидите и поразмышляйте, сопоставьте, жизненный опыт используйте. Ну Боже упаси вас читать умные книжки или слушать философов, это всё фигня. Поразмышляйте.

Так а чего размышлять. Они и так понимают, что большого роста не будет, что бы там не говорили.

Нет, дело не в росте. Рост – не развитие.

Так я же об этом и говорю. Раз большого роста не будет, то ну чего там…

Да причём тут большой рост. Ну представьте себе, что будет большой рост. Будет развитие? Нет. Потому что развитие – это про другое. Развитие – это появление новых возможностей.

Вот в чем я расхожусь с Владимиром Стусом. Я его называю впервые вот, тех не называл, а Володю называю, Я его уважаю, потому что у него подход научный, у него железобетонные аргументы. И за счёт масштаба цивилизационного он видит то, что многие другие не видят.

Но в чем я с ним кардинально расхожусь: он, как ученый, объективирует кризис и объективирует развитие. Вот что он говорит – есть объективные предпосылки того, что Европа будет ввергнута в кризис. А есть политическая, другая крайность, что виноваты во всём политики, бизнесмены, националисты. Это политический спор. Это субъективирование процесса.

Итак, есть одна крайность, которую представляет Володя Стус, это объективирование кризиса; и есть другая крайность, которую представляют политики, им так выгодно, это субьективирование.

Попытка философского осмысления, она позволяет увидеть объективные и субъективные предпосылки. Так вот, причина кризиса в Европе – отказ от мышления. Вот это в основании лежит. Отказ от мышления, отказ от рефлексии, отказ видеть, что у вас не трудности, а кризис.

Ну почему вы думает, что есть такой отказ у них? У них же там куча…

Я не думаю – я знаю. Я регулярно встречаюсь с европейцами. Сегодня у меня встреча прямо с двумя, Сибершарп и Марк Эммерсон. Так случилось, что я вынужден регулярно общаться с этими людьми. И я их уважаю, они пишут неплохие книжки – но мышления у них нет.

Я во время прошлой встречи Сибершарпу сказал – скажите, а вы можете написать книгу без единой цитаты? Как?! От себя. Вот просто помыслить и сказать то, что ты думаешь от себя! Да как?!

Ну это так, к слову. Да, так вот, и вторая ошибка в том, что он объективирует развитие. То есть, как говорит Володя Стус – мы уже в кризисе, мы уже потерпели, мы уже на дне, Европа только туда входит, раз она туда войдёт – Украина будет на коне.

А-а, то есть, мы раньше выйдем из этого кризиса, чем Европа…

То есть, он думает, что развитие – это объективный процесс. Я спешу его разочаровать: развитие – это не объективный процесс. Если программы развития у вас не будет, вы развиваться не будете.

Развитие не случается и не растёт, как грибы после дождя, вот сложились объективно обстоятельства – и всё, вы начали развиваться. Не бывает такого! Рост будет, развитие – нет.

Развитие – это субъективное усилие, которое фиксируется чёткими, стопудовыми, железобетонными индикаторами. Есть у вас программа развития – будет развитие. Есть проект развития – будет развитие. Есть стратегия долгосрочная развития – можете претендовать на долгосрочное развитие. Нету – не произойдёт развития, оно не объективируется.

Вот грубо говоря, вот если мы сейчас свернем всё усилия, и оставим всё так, как есть, и не будем запускать никакие стратегии, никакие программы… В Европе, даже в ситуации глубокого падения, жить будет лучше чем в Украине. И Володя неправ.

По-прежнему в ситуации кризиса люди будут уезжать в Европу, потому что уровень жизни там будет всё равно выше, даже если он радикально упадёт, что для Европы будет просто катастрофа. Это всё равно будет выше, чем в Украине.

Ну по инерции, да, это понятно.

Ну так вот да. Ещё лет, ну на нашу жизнь, извините, хватит. Ну поэтому ну не будет Украина развиваться без субъективных усилий. Поэтому я не доверяю объективации кризиса, я не доверяю объективации развития – не бывает ни того, ни другого. Это всё связано с усилиями, со специальными усилиями; с тем, что вы переступаете через себя; с тем, что у вас болезненные процессы происходят; с тем, что вы меняете, и это не нравится многим…

О, можно я вас тут остановлю и спрошу – а может быть, команда Владимира Зеленского и есть та команда, которая может пойти таким путём? Вот она опёрлась там на какую-то большую народную вначале, да, а потом, как они сказали, им же не нужен второй срок, им ничего это не нужно.

И может быть, они начнут там, не знаю, добиваться мира какими-то непопулярными путями идти, идти какие-то реформы делать …

Хорошо. Вот давайте я вам… Случается ли развитие эволюционными образом? Нет, отвечаю я. Может ли эволюционировать команда Зеленского? Нет, отвечаю я.

Почему?

Чего не было в начале, не будет в конце. Они предъявили стратегию? Они рассказали, какие у них установки? Они сформировали идеологию? У них есть идеология хотя бы для их фракции в парламенте, чтобы они просто понимали, за что голосовать, за что не голосовать?

Вот сейчас понятно, между либеральными идеями и социалистическими.

Вот тут уже на полном серьёзе. У нас не состоялся разговор по землю. Разговор не состоялся. Мы много говорили, а разговор не состоялся.

Это правда.

Мною уважаемый Юра Романенко пишет, что рынок земли – это хорошо. Кто ж говорит, что рынок земли – плохо?! Да я «За» рынок земли, только давайте разберёмся. Есть рынок земли, где продают…

И в Украинской правде вышла насквозь манипулятивная, лживая статья. Ещё раз (потому что люди с первого раза не слышат) – насквозь манипулятивная, лживая статья о том, как устроен рынок земли в Германии, во Франции, в Польше, в США. Насквозь манипулятивная и лживая. Там рассказывают (внимание!) сколько земли принадлежат крупным землевладельцам, сколько мелким – и всё.

Там не было сказано как устроен рынок, (там продаётся земля или торгуются права?), там не было сказано, какие установки даёт государство, какую политику оно ведёт… Нигде. Насквозь манипулятивная и лживая статья. Никто не возразил. Ну, кроме нас, конечно, в эфире.

И вот этот разговор идёт в ситуации, когда оппоненты не слышат друг друга. Причина этого проста: у нас нет власти, которая бы заявила стратегию, и объяснила бы политику в отношении земли – раз, два, три, четыре.

Ну да, что мы хотим, крупные хозяйства, мелкие фермерские хозяйства, какие наши шаги…

Что мы вкладываем в понятие «рынок» для начала. Что именно мы будем продавать – землю или права; что будет залогом; кто сможет купить; как государство на это повлияет. Ничего этого нет.

Президент поблагодарил депутатов в «нулевой» информации о том, что же они там попринимали. Люди прочитали и поняли, что они смогут продать свой пай, и это будет приравнено ну где-то 3-4 пенсии.

То есть, даже вопрос не поставлен: ребята, а как? Вот это правильно в ситуации войны рынок земли открывать? В нижней точке падения – это правильно? Ну хорошо, ладно. Это по государственному?

Это другой вопрос. А что такое государственное тогда? Может, это ненужные идеалы в данном вопросе?

Может да. Давайте не будем пользовать термин государство. Хорошо. Это перспективно? Потому что да, это по-нашему государство, да, у нас же ж государство для людей не работает. Совершенно правильно. То есть да, тут про общее благо речь не идёт, да. Это про государство, но не про общее благо.

И вот мы же выходим на ситуацию, когда ни в одной точке мышление не происходит; ни в одной точке рефлексия не происходит. Мало того, большинство депутатов на полном серьёзе уверены, что они делают доброе дело! Серьёзно. Вы не поверите, я говорил с этими людьми. Они на полном серьёзе, они не слышат, что ты им говоришь.

Речь идёт о том, что понятно, руководители, очевидно, получат взятки на западные счета, это мы проконтролировать не можем, потому что… Я не верю, чтобы продажа такого мощного актива, как земля, она не была проспонсирована внешними игроками. Я просто не верю в это. Потому что я знаю, что в мире большие активы просто так не отдают. Так не бывает. То есть, если у вас есть некое сокровище, которое вы хранили, ну не бывает, чтобы вы просто вынесли его и раздали. Так не бывает. Значит, либо с вами что-то не так, либо мы чего-то про вас не знаем. Может у вас долги какие, да?

А в этом смысле, когда я говорил, что мы проиграли войну и России, и Западу, то так и произошло. Западу мы проиграли, потому что они «вписались», как они считают, за нас, поскольку договор мы с ними не заключали. Мы заключили Минское соглашение непонятно с кем. Потому что мы же думаем, что заключили с Россией, а на самом деле, мы заключили его внутри страны. Минское соглашении заключено внутри страны, в ситуации гражданской войны.

Когда я слушаю экспертов, я удивляюсь. Вот умные ж люди, но когда доходит до ситуации Минских соглашений, они иногда начинают нести такую чушь, что просто разговор теряет всякий смысл. С кем заключено Минское соглашение? С Западом, с Россией… Ну ребята, прочитайте просто, с кем вы заключили. Россия участник соглашения? Да, отвечают эксперты. Где? Вот почитайте. Запад участник соглашений? Да. Где? Почитайте, пожалуйста.

Ну, они гарантируют. Они гаранты, вот так скажем.          

Гарант должен быть участником соглашения. Где определена позиция гаранта? Вот я придумал и скажу – видите, вот там вот вор стоит? Идите, отдайте ему кошелёк, а я буду гарантом сделки. Класс! Ну класс! И назову это соглашением. Видите, ну как бы смешно.

Обратите внимание, здесь не идёт речь ни о каком мышлении, ни о какой рефлексии. Здесь идёт речь только о манипулятивных комплексах, которые громоздят, громоздят, громоздят и выплёскивают с телевидения на наше с вами сознание. Ну, на моё не выплёскивают, я его просто перестал смотреть, все эти ток-шоу, и перестал даже ходить на них, потому что это бессмысленное действие.

Меня однажды, вот недавно пригласили на 1+1, тема «стратегия». Я просидел три часа, я слушал разговоры разных людей, понятно, что про стратегию не говорили. Где-то приблизительно около часу ночи мне таки дали слово на 5 минут. Ну, я конечно благодарен им за это даже.

Ну ребята, не вопрос, но если так, кто я такой, чтобы опираться этой ситуации. Потому что у нас же главные враги и такие, кого по телевидению сделали главными врагами. А сейчас даже может, поскольку телеканалы оказались в руках олигархов в общем, и других у нас просто не осталось, то главными врагами будут только враги олигархов. И их будут искренне ненавидеть.

Поэтому коммуникации стратегической практически нет. Более того, осмысленная коммуникация какая-то, с аргументами, когда стороны слышат друг друга, практически невозможна. То, что идёт по телевидению, это нечто жалкое, мне даже просто неохота тратить на это время. Поэтому происходит нормальный распад, происходит нормальная ситуация поражения. Мы платим за поражение.

Причём мы свою плату за поражение пытаемся оформить законодательным образом. Это не хорошо и не плохо – это ситуация, которую просто надо признать.

То есть что, значит, оформить законодательным образом?

Ну вот когда мы принимаем такой закон по земле в нижней точке падения – это, по-вашему, что? а когда мы уничтожаем банки, а потом человека, который уничтожил банки, прячем в Лондоне – это что? А когда…

Ну не всех, не всех…

А когда мы говорим, что мы Слуги Народа, приходим к власти, и первое что делаем, это не возвращаем деньги из офшоров, а говорим – так, слушай, частный предприниматель, значит, «государство в смартфоне» для тебя будет выглядеть следующим образом.

Пункт первый: ты за него платишь. Пункт второй: оно появляется в твоём смартфоне и контролирует все твои сделки. Пункт третий: ты теперь должен нам гораздо больше. И зачем мне такое государство?

Ребята, может сначала вот офшоры в смартфон, чтобы я их…?

Они большие, не влезут.

Не влезут, конечно. В виде циферок очень даже влезут. Давайте так, вы сначала офшоры в смартфон, а потом меня. Ну вы же соизмерьте, откуда больше всего денег из налогов пропадает? От несчастных предпринимателей?! Или всё-таки от офшоров?! Вот давайте разберёмся, давайте соизмерим. Но никто ж так вопрос не ставит.

Кто крайним оказался? Законопослушные частные предприниматели, которые регулярно, как я, носят отчёты в налоговую, регулярно отчитываются о каждой копейке, и им говорят – вот ты то, сука, и заплатишь. Всю жизнь мечтал. Конечно, офшоры не трогаем, олигархов не трогаем – а заплачу за всё я.

Отличные слуги народа! Ребята, я вас поздравляю, вы сослужили нам отличную службу. Ну в общем, я говорю, весело.

Да, я вот обратила внимание, прямо с начала…

Я говорю весело. Я как бы не создаю, как вот мои тролли говорят, что ну что вы нудите, всё так хорошо… Ребята, всё хорошо, мы проиграли, мы с радостью, с улыбкой на лице платим по счетам. Мы проиграли не только России, которой мы в конце концов отдадим и Крым, и Донбасс. Мы проиграли также Западу, им отдадим мы гораздо больше.

Поэтому сохраняйте присутствие духа, надо с усмешкой говорить, что развитие по совершенно объективной причине возникнет. Поэтому не теряйте веры в будущее. Всё прекрасно.

Но как бы просто молодёжь уедет в Европу, ну, ка бы вам, поверьте, будет жить ненамного хуже. Ну, воды не будет? Можно без воды. Электричества не будет? Ну, можно без электричества. Отходы не будут вывозить, мусор? Потому что у нас же ж там проблема, мы же не вкладываем… Ну, к канализации не будет… Ну, чё мы, не переживём? Человек – это такая сущность, которая приспосабливается вообще ко всему. Не волнуйтесь, мы и к этому приспособимся. И всё будет замечательно. Потому главное – верить в лучшее. И я в этом на полном серьёзе уверен.

Поэтому уважаемые граждане, которые ещё остались, которых не раскололо телевидение, верьте в лучшее, всё будет хорошо. К плохому вы быстро привыкнете. Поэтому не теряйте надежды, всё будет очаровательно.

Ну Сергей, мы не можем так закончить интервью. Мы не можем так издевательски закончить интервью.

Почему издевательски?

А потому что…

Ну постойте. Было у нас момент выбора, когда мы могли пойти и воевать? Был. Мы отказались, включая националистов? Отказались.

Ну подождите, многие пошли воевать.

Постойте…

Ну что, разве не пошли? Сколько людей пошло воевать то. Они что, виноваты?  

Это да, они невиноваты. Просто потом государство зачистило. Но мало того…

Вот это другой вопрос.

Да. Да. Да.

Вот это важно.

Но…

Потому что когда мы говорим «мы», давайте разбираться, кто «мы»?

Люда, ну общество же не поднялось, не устроило Майдан, не защитило… Правильно? Мы же приняли эту ситуацию. Все же видели. И я же говорил – ребята… Вот вы помните тут эти эфиры, которые я вёл? Вы помните – ребята, происходит не то! Происходит неправильно. Власть нас разъединяет, власть прекращает войну. Это неправильно. Но мы приняли? Если мы приняли, надо быть последовательными, надо отвечать, по покону, да.

Вот пакон, он каков, отвечает за обещания, отвечает за оскорбления, отвечает ха свои действия. Это же нигде в законе не написано, это вот пакон таков. Пакон, он же разный бывает, вон там верный пакон. Пакон военной добычи «что с боем взято, то свято». Пакон в семейных отношениях, не приставай к замужней жене, а то можешь получить, да? То есть, это всё пакон. В законе же нигде про это нет, это всё пакон. Поэтому по пакону мы должны… Таков пакон. Проиграли – платить.

Ну подождите, может, мы ещё не до конца проиграли? Может, мы сейчас ка-ак…

Как что? Как, отдадимся всем?

Нет, ну ка-ак шандарахнем где-нибудь и победим.          

В смысле, ещё и газотранспортную систему отдадим? Так шандарахнем, что они и не смогут с ней справиться, несколько лет будут разбираться, что там к чему. Потом шандарахнем стратегические предприятия, они ещё лет пять будут разбираться, как же это всё, собственно, присвоить, как этим всем управлять, тут же ж кот нигде не валялся. Это да, вот шандарахнем конкретно.

А потом ещё очень долго будут решать по нашему поводу, что кому отойдёт, потому что же Игорь Валерьевич заявил, как минимум, я думаю, часть Украины уже намерились всё-таки России отдавать. Россия просто не возьмёт западную Украину, они им не нужна, да и Киев не очень нужен.

Поэтому то, что говорит Игорь Валерьевич, он же не всю страну предлагает, потому что вся просто не согласится. Значит раскол. То есть, надо ж понимать всю глубину наших глубин.

Ну что… Я заканчиваю интервью с Сергеем. Сегодня он полон оптимизма как никогда.

Полон оптимизма, и взывает, чтобы высоко подняли оптимизм и верили в позитивное будущее… А, не так. В объективность развития и в позитивное будущее. Вы главное верьте.

Сергей, спасибо вам огромное. Мы очень рады были вас видеть сегодня.

Спасибо. Взаимно.

Сергей Дацюк был сегодня у нас в гостях, и мы действительно были очень рады очень видеть. А вы оставайтесь с нами, мы продолжаем прямые эфиры.

Спасибо. 

 

Последние новости

Владельцы электрокаров бьют тревогу: что делать с авто…

У Путина рассказали о прерванном разговоре с Зеленским

Ученые показали фото неизвестных науке существ

В Кремле раскритиковали заявление Пристайко о миротворцах ООН…

В оккупированном Крыму затонул док с российской подводной…

Зеленский анонсировал повышение выплат только некоторым пенсионерам

Диетологи назвали белковый продукт, который приводит к лишнему…

Двойник Зеленского из России отказался от провокации

Украинцам грозят тюрьмой за уклонение от военной службы

YouTube будет удалять пользователей и их видео за…

В Украине значительно упали цены на главные продукты

Зеленский в Париже удивил европейцев

Медики назвали пять главных продуктов для щитовидной железы

В Украине по-новому заработает лицензирование бизнеса

Аваков назвал город с самым низким уровнем преступности