Взаимодействие Пекина и Вильнюса всегда оставляло желать лучшего. Но двусторонние отношения практически оборвались после того, как Литва в конце 2021 года позволила Тайваню открыть у себя официальное посольство – это привело к острому политическому и экономическому конфликту между Пекином и Вильнюсом. Маленькая, но гордая, прибалтийская республика не пошла бы на конфронтацию с китайской сверхдержавой, если бы не знала – в этом предприятии ее поддержит Запад. Так оно и случилось.

Литва стала «торпедой» против Китая с двумя целями: 1) пpоверить, насколько Пекин готов использовать экономический инструментарий для политического давления на других игроков; 2) ввязать ЕС в невыгодное для европейцев столкновение с китайцами. Дело приняло крайне рисковый оборот для Пекина и продолжает развиваться. Тем временем для нас, Украины, Литва есть благожелательным государством, помогающим оборонятся против России. Однако с Китаем у нас хорошие экономические связи – то есть у Киева должна быть собственная позиция касательно этой геополитической заварушки. То бишь, в чем суть конфликта между Пекином и Вильнюсом? Каков его глобальный подтекст? И как нам реагировать на него? Эксклюзив для hvylya.net

Несработавший прагматизм

Ставшая независимой Литва выбрала в качестве своей идентичности роль жертвы советского коммунизма, ее ярая антимосковская риторика позволила Вильнюсу стать ‘основным проводником политики США в Европе’, словами бывшего министра обороны Америки Дональда Рамсфельда.

Конечно, Китай с его авторитарной системой и ленинско-марксистским государственным аппаратом попал под критику Вильнюса: во время межправительственных комиссий литовские чиновники поднимали неудобные для китайских коллег вопросы Тибета, Гонконга, Тайваня, уйгуров и секты Фалуньгун (法轮功 fǎ lún gōng). Хотя политические отношения оставались прохладными, Литва, как и большинство стран мира, смогла найти прагматичный базис экономического сотрудничества с Китаем.

Во-первых, Вильнюс и Пекин начали активно торговать – за последние 10 лет литовский экспорт в Китай вырос в семь раз – с $50 млн до $350 млн.

Во-вторых, Литва присоединилась к группе европейских государств, сотрудничающих с Китаем, в рамках платформы «17+1».

В-третьих, литовский порт в городе Клайпеда есть одной из наибольших транзитных артерий в Прибалтике – и Вильнюс, присоединившись к китайской инициативе «Один Пояс Один Путь», активировал потенциал Клайпедского порта. За последние четыре года количество проходящих через него контейнеров TEU выросло в полтора раза – с 472 тысяч в 2017 году до 667 тысяч в 2021 году. Основную роль в этом сыграл запуск груженных товарами поездов из Китая. Доходы Вильнюса на транзите составили сотни миллионов долларов, а чистая прибыль перевозчиков – десятки миллионов.

Товарооборот портов стран Балтии
Товарооборот портов стран Балтии

Динамика транзита через ведущие порты Прибалтики

Но в 2018 году Литва выступила с яркими антикитайскими заявлениями, например, рекомендовав своим гражданам не пользоваться девайсами, произведенными в КНР и открыто обвинив Пекин в шпионаже. Китайским инвесторам Вильнюс отказал в модернизации инфраструктуры порта Клайпеда, а затем литовцы покинули платформу «17+1».

Экономические связи оставались, но стало ясно – китайский прагматичный подход с целью сделать Литву политически нейтральной не сработал. Близкий к Вашингтону Вильнюс – полноценный геополитический оппонент Пекина, и закономерным итогом такой позиции стал литовско-китайский разрыв из-за открытия посольства Тайваня. Но вряд ли литовцы ожидали такой реакции от восточного гиганта.

Плохое китаеведение

Популярні новини зараз

ПриватБанк "позбавляється" клієнтів після ідентифікації в Приват24: у банку відповіли

Роберт Гейтс: Путин хочет все южное побережье с Одессой, давление на Зеленского будет нарастать

Українцям підвищать пенсії вже за тиждень: що буде з мінімалкою

В Україні розпочалася реєстрація на нову грошову допомогу: як отримати майже 20 тисяч гривень на сім'ю

Показати ще

В ноябре 2021 году Вильнюс позволил Тайваню открыть у себя представительство. Оно было названо «Тайваньским представительским офисом», а не как в других странах «Офисом Тайбэя». Если на второе название Китай смотрит сквозь пальцы, то первое вызывает в Пекине гнев из-за нарушения таким образом принципа «одного Китая» (一个中国原则 yī ge zhōng guó yuán zé). Яростная реакция не заставила себя ждать.

Первое: МИД КНР и пропагандистские ресурсы подвергли Литву жесткой критике. Наиболее провокационным стало выражение «Китай прибьет Литву как муху» (像打一只苍蝇一样 xiàng dǎ yī zhī cāng ying yī yàng).

Второе: отношения были разорваны – послы и сотрудники дипмиссий отозваны.

Третье: Пекин применил болезненные экономические санкции:

- для литовских товаров закрылся китайский рынок. За последний месяц 2021 года экспорт из Литвы в Китай упал больше чем на 90%. Китайцы просто вычеркнули прибалтийскую страну из своих таможенных систем. Литовские грузы зависли в портах;

- Пекин предупредил западные корпорации, что заблокирует их поставки в Китай, если они не откажутся от компонентов, произведенных в Литве. Наиболее уязвимыми оказались производители машин из Германии. Прагматичные немцы уже давят на Вильнюс с целью заставить его пойти на уступки Пекину – закрыть посольство Тайваня. В интересах европейского бизнеса как можно скорее прекратить экономическую блокаду Литвы Китаем;

- КНР остановила транзит через Литву – китайские поезда были перенаправлены в российский Санкт-Петербург. Уточним: Литва была важным перевалочным пунктом китайских товаров в Северную Европу через Балтийское море (порт Клайпеда) – но не уникальным узлом северной ветки «Одного Пояса Одного Пути».

Вильнюс явно не ожидал экономических санкций. Президент Литвы Гитанас Науседа огласил, что страна признает принцип ‘одного Китая’ и сообщил – «использование слова Тайвань в названии представительства было ошибкой». Но для Китая, который впервые так открыто использует экономические санкции и угрожает разорвать глобальные цепочки поставок, важно заставить Вильнюс полностью выполнить политические требования. Полумеры Пекин не устроят – Литва пересекла условную «красную черту» и ей нужно демонстративно-жестко указать на ошибочность ее политики. Китай понимает – если он этого не сделает и даст слабину – тогда другие страны могут повторить нарушение принципа ‘одного Китая’. Пекин дал понять миру – он готов пойти на экономические потери дабы преподнести урок другим.

Литовский МИД признал, что Вильнюс не учел всех последствий реакции Пекина. В этих просчетах можно углядеть плохое осознание Литвой сегодняшнего Китая.

Для начала, налицо непонимание того, что эпоха «реформ и открытости» (改革开放 gǎi gé kāi fàng), когда главным был экономический рост любой ценой, а на политику закрывались глаза, закончилась. Началась «новая эра Си Цзиньпина» (习近平新时代 xí jìn píng xīn shí dài) – теперь в Пекине политические приоритеты стоят выше экономических. КНР изменилась. Китай обозначил свою сферу интересов в тихоокеанском регионе и будет за нее бороться. Вопрос Тайваня – ключевой для легитимности Си в обществе; в КНР публичные интеллектуалы говорят о возвращении Тайваня до 2027 года.

Затем, Литва экономически потеряла от китайско-тайванского противостояния гораздо больше, чем сами Пекин и Тайбэй. Китай и Тайвань продолжают прагматично сотрудничать – делать деньги. Тайвань неоднороден; на острове присутствуют настроения касательно мирного воссоединения с Китаем. Например, такими сторонниками являются партия Гоминьдан (国民党 guó mín dǎng) и часть военной элиты. Тайваньский вопрос очень сложный и отличается от украинского. Решиться он, скорее всего, тоже по-другому.

В конце-концов, некоторая критика Китая со стороны литовских политиков выглядит откровенно идеологической. Например, в 2019 году они публично поддержали секту Фалуньгун, вряд ли зная про: 1) тоталитарный характер этого культа – в него легче попасть, чем выйти из него; 2) ультраправый характер организации - последователи Фалуньгун открыто считают себя лучше других рас и с помощью насилия перевоспитывают «неправильных» соплеменников.

Пока Вильнюс не идет на уступки, а в конфронтацию включились Тайвань, ЕС и США. И это уже несет геостратегические риски для Китая.

Возможные сценарии

Большое столкновение с маленькой Литвой опасно для Китая по двух причинам.

1) Пекин окажется втянут в полноценное противостояние с ЕС, что КНР геостратегически невыгодно. Литва – член НАТО и ЕС. Китаю нужна геополитически нейтральная Европа в борьбе с США. Кроме этого – европейский рынок и технологии. Именно рациональная выгода, с точки зрения Китая, подталкивает Западную Европу к прагматичной позиции – ЕС должен закрыть глаза на литовско-китайский конфликт и продолжить сотрудничать с КНР. Однако Брюссель уже подал жалобу в ВТО касательно китайских торговых санкций, а Франция публично поддержала Литву. Пекин сейчас будет очень острожен, дабы не расстроить отношения с ЕС – поэтому он не будет идти на эскалацию конфликта, хотя и от своих красных линий не отступиться;

2) Пекин потратил очень много ресурсов на продвижение своего позитивного имиджа в мире. Си Цзиньпинем нагора был выдан концепт «сообщества единой судьбы человечества» (人类命运的共同体 rén lèi mìng yùn de gong tóng tǐ): глобального лидерства Китая, окруженного лояльными или нейтральными странами. Однако подобное использование экономических рычагов для достижения политических целей серьезно подрывают международную репутацию Китая. После инцидента с Литвой, многие игроки пересмотрят свои экономические отношения с Пекином ввиду рисков «безопасности», и обратят внимание на чрезмерную зависимость от Китая. Например, в Японии такое исследование уже было сделано.

Если основным мотивом Вильнюса было достичь бОльшей сплоченности с Америкой и подтвердить свой статус основного американского союзника в Прибалтике за счет разрыва отношений с Китаем (неосновного торгового партнера) – эта цель была достигнута. США публично поддержали Литву, обещав экономическую и технологическую помощь. Однако будем откровенны: вряд ли на фоне заявлений американских чиновников про то, что надо сокращать издержки на международные обязательства, помощь от США будет существенная.

Включился в процесс и Тайвань. Тайбэй пообещал Вильнюсу: а) $200 млн инвестиций; б) кредит на $1 млрд; в) покупать литовскую пищевую продукцию – пиво, ром, конфеты; г) обучить литовцев делать полупроводники и открыть завод по их производству в Литве.

Это все, конечно, звучит очень хорошо. Но является потенциальным и не компенсирует того, что Вильнюс выбыл из «Одного Пояса Одного Пути» - Литва теряет свой транзитный статус. Более того, неясно как компенсировать потери, если европейские корпорации под давлением Пекина перестанут покупать литовские комплектующие.

А как выкручиваться бизнесам, которые функционировали благодаря экспорту в Китай? Они сейчас находятся на грани разорения.

В целом, вышеуказнные причины сигнализируют: и Вильнюсу, и Китаю выгодно как можно скорее закончить схватку.

Литве – чтобы частично нормализировать экономические отношения с КНР и не быть «зоной отчуждения» для Пекина.

Китаю – чтобы избежать дальнейших геополитических и репутационных рисков; он уже наглядно преподал урок другим акторам касательно соблюдения красных линий в тайваньском вопросе.

Как только эмоции схлынут, Литва, скорее всего, пойдет на уступки Китаю. Тогда Пекин частично ослабит нажим и экономическое давление. Однако, полного восстановления отношений не будет – доверие между странами подорвано.

Украинский взгляд

Литва – наш союзник в борьбе за выживание с Россией. Мы, безусловно, благодарны ей за помощь на международных площадках, оружием и моральную поддержку. Также Украина говорит спасибо и США, которые сейчас поддерживают нас на плаву.

Однако, нужно признать – как и конфликт США с Китаем, так и конфронтация Литвы с КНР являются внешними для нас. Даже несмотря на то, что Джордж Сорос публично бросил вызов Си Цзиньпину, а антикитайская повестка раскручивается в отечественных СМИ, мы должны оставаться нейтральными. Любые попытки серьезно втянуть Киев в дальнейшие геополитические разборки негативно скажутся на нашей устойчивости и критично отобразятся на отношениях с Китаем.

То, что после случая с Мотор Сичью (да и многих других «дел»), Пекин продолжает сотрудничество с Украиной, свидетельствует – мы не перешли китайских красных линий и сохранили доверие. В вопросе отношений с КНР Киеву нужно строго придерживаться политики реализма – Украина находится не в том состоянии, чтобы жертвовать национальными/экономическими интересами ради абстрактных идеологических вещей.

Более того, на фоне проблем с глобальными цепочками поставок и объявлению Западом Китая основным геоэкономическим конкурентом, Киев может предложить мировому бизнесу (западному и азиатскому) возможности по размещению производства в Украине. У нас все есть для реализации этой миссии: географическое расположение, ресурсы, люди. При умном, стратегическом, подходе мы можем стать «Южной Кореей» Европы, выгодно используя нарастающую конфронтацию между Западом и Китаем.