Недавно Натали Безмен поделилась в Фейсбуке постом о реакции на результаты легализации проституции в Германии, чем вызвала сразу несколько горячих дискуссий. И хотя я немного уже подзабодался писать для украинской аудитории, так как считаю, что всё, вроде, уже сказал и не раз, но тема легализации проституции и легализации вообще, мне кажется, заслуживает отдельного внимания.
Первая проблема в том, что, по непонятной мне причине, все используют английский глагол «лигалайз» (legalize) вместо вполне соответвующего и однокоренного существительного «легализация». Придётся это списать на неразрешимые загадки бытия.
Другая проблема в том, что «легализация» — это всего лишь общий термин, который сам по себе ничего не объясняет и не решает. Сказать, что, мол, давайте что-то легализируем, это не сказать ничего, кроме того, что некое явление, по идее, перестанет считаться криминалом. Что само по себе тоже мало что значит, так как даёт простор для любой интерпретации, как за, так и против. Поэтому без конкретной правовой и финансовой базы, без конкретной программы действий и распределения ответственности легализация так и останется просто общим словом.
Даже хуже. Когда говорят о легализации, часто под этим понимают, что то явление, которое сформировалось вне правового поля, в совершенно других условиях и правил игры, автоматически узаконивается. Как, скажем, легализация короткоствола многими воспринялась как право убивать по собственному усмотрению, или легализация проституции сделает законным насилие и эксплуатацию женщин сутенерами. Между тем, задачей легализации как раз и является создание новых условий и правил игры.
Мы вели долгий и эмоциональный спор о том, что в проституцию вовлекаются девочки из проблемных семей, где физическое и сексуальное насилие часто чуть ли не норма. И высказывалось такое мнение, что легализация проституции будет как бы законодательно поддерживать такое состояние вещей. Но это, как утверждать, что позволять забой мясного скота в санкционированных государством условиях, есть поощрении убийства вообще. Хотя вегетарианцы, наверное, с этим согласятся. На самом деле, винить проституцию в том, что в неё вовлекаются проблемные дети, это своего рода оправдание того самого насилия в семье.
Более того, где еще может добыть средства к существованию молодежь без общественной или семейной поддержки, без навыков и образования, без умения социального взаимодействия? Скорее всего в продаже секса и наркотиков. И если проституция нелегальна, то это делает и так уже пострадавших от жизни женщин преступницами в глазах закона. Куда их девать — в тюрьму, возвратить в семью?
Это говорит о том, что даже легализация не в состоянии решить проблемы насилия в обществе и семье. Как легализация наркотиков не решит проблему нелегальных дилеров и наркомании. Но задача легализации не легитимизировать преступность, а перестать создавать преступников там, где их быть не должно.
Наркомания, как и алкоголизм, страшное зло. Точнее, это всё наркомания, как и табак, самый серьёзный наркотик из всех. Но запрещать то, чем ответственные люди способны ответственно наслаждаться, потому, что какая-то часть населения неизбежно окажется в химической зависимости, контрпродуктивно. Особенно, когда джинна уже выпустили из бутылки, Или шприца. Или сигареты. По сути, это криминализация болезни. Что и происходит часто. Потому что люди, не знакомые ни с медицинской стороной вопроса, ни нюансами того, как это работает вообще, имеют привычку залезать на высокую трибуну моральности, — как они её понимают, — и из самых лучших побуждений портить жизнь другим.
Например, полная уверенность, что проституцией возможно заниматься исключительно по принуждению или в результате серьёзной психологической травмы, полученной в детстве от сексуального насилия. Логика такая, что никакая женщина или мужчина, кстати, никогда не согласиться по доброй воле предлагать сексуальные услуги в обмен на денежное вознаграждения. Хотя безвозмездно, то есть даром, сколько угодно! То есть людей, согласных заниматься сексом с незнакомыми им людьми, валом. Почему им не монетизировать это? На самом деле есть достаточное количество людей, готовых сознательно и добровольно быть рабониками индустрии секса. На это есть спрос. На него есть предложение. И вопрос в том — каким образом это предложение осуществляется.
Попробуйте запретить сварочные работы. У вас моментально появятся нелегальные, неконтролируемые, не сертифицированные сварщики, которые будут приваривать по неизвестно кем одобренной технологии без соблюдения техники безопасности. Наверняка есть и такие даже сейчас. Но это исключение из правил. И легализация призвана включить в правила то, что до сих пор их не имело.
Но опять, это нужно дело с умом и знаниями, иначе благие намерения сделают жизнь тех, кого они хотели защитить, хуже. Как-то в канадском Онтарио декриминализировали проституцию, но политикам же трудно чего-то не напортачить. Они приняли закон о криминальной ответственности за доходы от проституции. Ну, они воображали, что все проститутки имеют сутенёров, которые их эксплуатируют. Как всегда пострадали те, кто не находился в криминальной орбите. Скажем, так называемым эскорт-сервисам, девушкам по вызову, стало невозможно нанимать шофёров и телохранителей. Многие, на удивление, до сих пор не знают, что проституция — это не только девочки-наркоманки на трассе, а и относительно дорогие эскорт-сервисы. Там работают как раз те, для кого проституция — хороший способ заработать деньги. Причем, в отличие от уличных девушек, в довольно безопасных условиях, так как обычно с ними приезжает такой из себя Шрек, который отобьет у клиента охоту чего-то учудить с дамой вместе с почками.
Поскольку легализация означает также и возможность себя обезопасить, причем легально. Сутенёр же не только проститутку эксплуатирует, он её и защищает. Секс и наркотики и так привлекают нездоровых людей, а когда они в тени, скрытые от глаз стражей закона. то риски для участников неимоверно возрастают. Это в легальном борделе с наблюдением и парой шреков наготове маньяку или просто дураку будет трудно совершить преступление. На тёмной трассе это гораздо проще. К тому же, если это дело нелегальное, то кому ты пойдёшь жаловаться? Женщинам и в прогрессивной Скандинавии психологически тяжело говорить о насилии над ними, а каково украинской проститутке? По крайней мере легализация повысит шансы на защиту. И уменьшит необходимость в сутенёре.
Правильная легализация даёт то, что требуется любому бизнесу — правила и нормы. В Украине как-то принято считать, что с собственностью можно делать, что угодно, что бизнес может делать, что угодно. Нефига! Всё легальное происходит в публичном поле, где государство обязано заботиться об общем благе. И главные его оружие — бюрократия и налоги. И если речь идёт о проституции, вы выводите её из тени как и любой бизнес — начинаете штрафовать за бизнес без лицензии. Тупо и нудно. Не только проституток, а любые бизнесы, кстати. Пока им не надоест.
Оккупанты вновь ударили по рынку в Константиновке: есть погибшие
Чехия определилась с политикой относительно украинских мужчин призывного возраста
Россия ночью снова пыталась атаковать Киев "шахедамы": что известно
Водителям объяснили значение нового знака с авто и точками на белом фоне
Повторюсь, что проблему детей из неблагополучных семей это не решит. Но создаст правила и нормы. Минимальную оплату и контролируемые условия работы.
Конечно, это вызывает отрицание. А как же мораль! А как же любовь!
Ну, не знаю. Я когда-то провел день на холодной штамповке деталей. Более гнусной работы, а их у меня было немало, я в жизни не имел. А женщины на том участке изо дня в день по восемь часов совали под пресс и забирали куски метала тысячи раз за смену. Десятилетиями. Это морально? Это то, о чём она мечтала в детстве? А кто-то же трупы обмывает или препарирует. Я бы тоже не хотел.
А музыку за деньги играть морально? Или стихи декламировать? Они тоже бередят тонкие струны нашей души. Пусть Вакарчук выступает задарма тогда.
Как можно позволить выбирать женщину как мясо? Солдат ведь тоже как мясо отбирают. И на мясо, по сути. Мы же на самом деле намеренно выпячиваем наши сексуальные признаки и места и страшно негодуем на правоверных из Аравии за то, что они женщин укутывают в балахоны. Да, молодые, здоровые, красивые тела привлекают на биологическом уровне. Это не отменяет социальных поведенческих установок, и набрасываться на красавицу в легком мини платье на высоких каблуках я не стану. Но оглянусь.
Одной из проблем восприятия является то, что и биологически, и культурно секс ассоциируется с насилием ( особенно у мужчин) и любовью (особенно у женщин). Что на самом деле правда, но только лишь малая часть гораздо более полной картины. К сожалению, с нашим одновременно романтическим и презрительным отношением к сексуальным проявлениям, мы оказываемся позади современного мышления. Секс используется как оружие.
Это вообще отдельная тема. Когда-то мне попалась на глаза история о том, как военные в Германии 1945 года судили, офицера за публичное изнасилование немки. И у них получалось, что смягчающим обстоятельством являлось то, что семью этого офицера в оккупации убили, кажется. А это была как бы его месть, и они как бы это понимали по человечески. А я — нет! Я так и не понял, каким образом смерть твоих близких искупляется публичной эрекцией и половым сношением с наверняка обезумевшей от ужаса женщиной? Возможно, что я из другого поколения и нравы уже изменились? Сомневаюсь.
А как же любовь? Это такая искусственная концепция, распространившаяся благодаря образованию и литературе, ну и индустриализации, когда появилось время и силы думать о чём-то большем, чем выживание. И которая гарантирует девочкам проблемы в будущих отношениях. Тоже отдельная тема.
Подведём итог. Легализация проституции не решает проблем. Она позволяет их контролировать и ими управляет, если подойти с умом. Или делает проблемы даже хуже. Но если вы что-то оставляете вне закона, вы отдаёте контроль именно тем, от кого вы хотите избавиться — преступникам. Как раз считающие себя моральными люди со своей политикой запрета и наказания создали дефицит, спрос и предложение, а с ними и американскую мафию, колумбийские наркокартели и глобальную торговлю людьми. Которая происходит везде, в том числе и Украине. Сегодня. Сейчас. Поэтому у нас есть простой выбор закрыть глаза и делать вид, что то, что запрещено, не существует, или принять на себя ответственность за то, что происходит вокруг. Но ради всего святого, только с умом!
Подписывайтесь на канал «Хвилі» в Telegram, на канал «Хвилі» в Youtube, страницу «Хвилі» в Facebook, страницу «Хвилі» в Instagram.