С трибун и экранов много говорят о России, как возмутителе мирового спокойствия и разрушителе мирового порядка. Автор, отчасти, возразит. Нет. Дело не просто в конкретном «мировом порядке». Мировые порядки меняются. Дело собственно в порядке.

Прямо сейчас, обстреливая украинские торговые центры среди бела дня и спящие города в ночи, Кремль пытается продавить привычный ему дремучий беспредел. То, что давно стало нормой внутри России, тамошняя власть пытается утвердить в качестве принципа решения вопросов на международной арене.

Это не слом одного порядка ради установления другого. Это попытка навязать хаос и беспредел как норму международных отношений.

Россия (не пойми почему) надеется, что с таким ее беспределом западные страны смирятся. Этого никогда не произойдет, потому что современный Запад слишком давно НЕ живет по правилам произвола или беспредела. И, потому же, на уровне больших идей и их воплощения, живет достаточно долгой перспективой, логикой и логистикой. Отсюда все его преимущества. Он не питаем попыткой что-то по-российски «взять на хапок» (непродуманные локальные вещи случаются, но глобально, с сильным влиянием на правила игры и жизнь в самих западных странах, многие десятилетия не случались). Несущая конструкция Западного мира принципиально другая.

И еще. Запад, в реальности, не белый, рыхлый и пушистый, как может показаться завсегдатаям российских бань и башен. Он никогда таким не был и (все еще) не есть сейчас. Во главе Западного мира бывшие колониальные державы. Разумные, но жесткие, даже гневные, в защите судьбоносных для них вещей.

Раз уж имперским идеологам Дугиным интересно порассуждать о древних святилищах Аполлона на острове Змеиный, у них есть повод задуматься вот над чем. Полномасштабная угроза пробуждает, как в годы Второй мировой, дремлющий под спудом наносных гедонизма и самодовольства, опорный для Западных цивилизации и коллективной ментальности архетип Зевса.

На этот счет хотелось бы поговорить подробнее. Потому что важно понимать, невидимые в суете текущего момента и не различаемые через шум сиюминутного хайпа, корни вещей. И, раз уж Украина решилась стать частью Западной цивилизации, естественно также интересоваться тем, что зримо и незримо питает эту цивилизацию.

Если сколько-нибудь внимательно присмотреться к истории, западный христианский мир весьма редко вел себя в соответствии с Новым Заветом. Гораздо больше реальных историй писалось в духе Завета Ветхого. Что порождает путаницу — какой же из сложных архетипов можно соотнести с Западом?

Христиане молились распятому милосердному Сыну, старательно «вытесняя» черты (непростого) характера истинного правителя — Бога Отца.

Сборка в единый архетип Троицы приведет к более полной картине, к интересным и практичным наблюдениям. Мы бы, к примеру, могли получить ответ на весьма интересный и практически важный вопрос, почему на базе даже сведенного в единую Библию, христианства формируются столь разные общества, в то время как «распыленный» греческий миф задавал более четкий вектор, способный удерживать рассеянные на огромных для древности расстояниях греческие полисы внутри схожих представлений. Но мы касаться этой темы не будем, так как она очень чувствительна для читателей-христиан. И не все готовы свободно дискутировать на священные для них темы.

Итак, стоит обратиться к более древней истории, и мы обнаружим, что искомый ответ есть. Поведение Зевса было менее идеализируемым древними греками, достаточно сложным, близким к реальному человеческому (потому и понятным, читаемым, а не домысливаемым), а главное — соответствующим поведению многих реальных правителей и элит. Отталкиваясь от архетипа Зевса, мы уходим от заложенного в христианство (по крайней мере, при простом его прочтении) расщепления и позволяем себе увидеть картину вполне ясно и целиком.

Здесь стоит указать на то, что упоминание мифа и Зевса не притянуто за уши. Как бы мы ни относились собственно к архетипам, влияние мифов на мышление и общество древних греков было колоссальным. И столь же колоссальным было влияние греков на ментальную, культурную, историческую траекторию Западной цивилизации.

Так вот, весьма примечательно, что античный Зевс превращался в быка, чтобы похитить Европу. Превращался в лебедя, чтобы искусить Леду. Становился облаком, золотым дождем, орлом или сатиром. Но он не ломал Европу и других через колено, используя безграничные верховные полномочия. Практически не шел на открытый произвол. Не попирал закон, олицетворением которого и был. Потому что это повергло бы мир и Олимп в хаос.

Популярные статьи сейчас

Россия отказалась от демилитаризации Запорожской АЭС

АТБ, Ашан и Варус опубликовали свежие цены на арбузы и дыни

Украинские супермаркеты показали заоблачные цены на гречку и рис, макароны подешевели

Ашан, Метро, МегаМаркет и другие супермаркеты скорректировали цены на подсолнечное масло и яйца

Показать еще

Потому на Западе многие любят дерзкого, но не плюющего на правила Маска (а в России его столь же многие не любят). Но на Западе явно не любят беспредельщиков, иллюстрацией чего может служить почти весь западный кинематограф. От правил можно иногда отступить, попытаться обойти их, но правила нельзя безнаказанно через колено сломать. Даже Зевсу.

Но в российской картине мира власть на то и существует, чтобы не соблюдать правил. Правила для тех, кто ходит под «Олимпом», не для российских «олимпийцев», точнее, небожителей. Такого «поддельного», испорченного Зевса коллективный Запад не примет.

Мифический Зевс вполне регулярно и серьезно карал других за нарушение правил. Так поступал и Западный мир, сотни раз. Мы не говорим о том, всегда ли были справедливы эти правила. Только о роли правил в Западном мире. Растущая западная толерантность вводит в заблуждение относительно реального положения вещей. Кажется, что Зевс окончательно покинул западный мир. Но он все еще там, пока Запад стоит. Дело только в масштабе вызова.

Как и реальный исторический Запад, Зевс никогда не был «белым и пушистым». Уже история с восхождением Громовержца на престол тому подтверждение. Вцепившийся в трон батяня-Кронос пожирал своих детей (сегодня бы сказали, препятствовал прогрессу, передаче власти и все такое) ровно до момента, когда на сцене появился повзрослевший престолонаследник Зевс. А потом разразилась титаномахия и правление Кроноса всё.

К слову, для интересующихся. Как по мне, пожирание будущих победителей Кроносом показывает неизбежно сложную структуру архетипа правителя. А также возможность и направление его сборки и разборки.

Запад, как мировой лидер, описывается Зевсом в общих чертах. При разборке мы можем обнаружить у Запада более дробные и явно проявленные качества — черты как минимум, всех сыновей верховного Олимпийца. Не проглоченных им, но и никогда так и не получивших власти, в силу недостаточной полноты (т. е. зрелости) каждого из них.

Здесь и неудержимая страсть к соперничеству Аполлона, и пронырливая предприимчивость Гермеса, и высочайший стандарт производства нудного труженика Гефеста. В подретушированном христианством мире, а кто-то скажет уже в дисциплинарном обществе, в Тень (ту, что по Юнгу, в не признаваемое за собой) ушли оргиастических дел мастер Дионис и кровожадный бог войны Арес. Все эти составляющие весьма характерны для исторического Запада. В конфуцианстве, к примеру, мы встретим все проявленные добродетели сыновей Зевса. Но «сомнительных» свойств практически не увидим.

При «разборке» сложного архетипа важно понимать как именно взаимодействуют его части. Например, принципиально для греческого мифа и питаемого им Западного мира, что «правильный» Аполлон — старший брат хитроумного Гермеса. Без этого «сложенный воедино» Зевс не контролировал бы свою Тень, но она контролировала бы его. Без этого Гермес не стал бы добросовестным посланцем Зевса, а использовал бы свои многочисленные дарования к личному благу и произволу. То есть, бессмысленно для мира, направляемого Зевсом или во вред этому миру.

История с похищением коров Аполлона Гермесом, с точки зрения автора, очень знакова для западного общества. Еще только выбравшись из колыбели, ловкач Гермес нашел как украсть коров и замести следы. Аполлон, не добившись от него правды, отвел Гермеса к Зевсу (обращение к смыслу целостного архетипа).

Развязка истории становится поворотом на развилке, отделяющей судьбы современного Запада, от судеб, к примеру, постсоветского пространства.

Как ни изворачивался младенец Гермес, Зевс безапелляционно потребовал, чтобы Гермес вернул украденных коров. Начинающий креативный, божественно одаренный жулик так и сделал. Но...

В результате Гермес играет на сделанной им лире и Аполлон, услышав чарующие неповторимые звуки, впадает в полный восторг. И... меняет возвращенных ему коров на прекрасную лиру Гермеса.

Ух ты. Заметим! Это уже не кража. Это добровольный обмен на плоды творческого труда. В соответствии с требованием Зевса, то есть закона. И ко благу обеих сторон.

Читатель, думаю, понимает, к чему я клоню. Именно здесь ответ на вопрос, почему сколько бы миллиардов ни освоили в некогда подшефном Суркову Сколково, оно не превратится в Кремниевую Долину (12 лет, а выхлопа не было и нет).

Если Зевс закрывает глаза на проделку Гермеса (как сборный архетип правителя — на побеждающий соблазн в себе же), закон рушится. Тогда все творчество Гермеса превращается в творчество вора. Лира никогда не будет создана, в ней нет нужды. И взаимное благо сторон невозможно. «Правильный» Аполлон всегда остается в дураках. Бог дня Зевс превращается в бога Тени. Из гаранта закона в источник произвола. Что мы и наблюдаем, почти повсеместно, на обломках бывшего СССР.

Стоит ли сомневаться, что такой теневой Зевс сохранит гневливость оригинала, но станет покровителем насилия, корыстливой хитрости и коррупции, но не прав, соревнования, труда, мысли и инноваций. А несправедливо утративший старшинство и загнанный в подполье сребролукий Аполлон обратит свою здоровую соревновательность в (теневой для него аспект) нездоровый ресентимент?

К слову, вынос воров с освященного по Дугину храмом Аполлона Змеиного, в этом свете, можно рассматривать как торжество света (в оспариваемом светом и тьмой) Зевсе над Тенью. То есть, как возвращение к правильному порядку вещей.

Но от характеристик неиспорченного Зевса перейдем к его пробуждению.

Все перечисленные сыновьи архетипы (не только сыновьи, но не будем пока перегружать картину) кроме последнего в западном мире еще не сдали своих позиций. Дионис, правда, в основном переключился с оргий и безумств на более тихий гедонизм. Наверное, потому, что западное общество стареет :)

А вот агрессивного Ареса сегодняшнему Западу для пробуждения в нем Зевса не хватало. Агрессия в западных обществах, в основном, подавлена.

Вот Ареса-то (западные армии, задремавший на древних запасах ВПК, машины экономической, технологической, дипломатической, информ- и кибервойны) и разбудила Россия, прежде чем на сцене снова объявился Зевс — взамен привнесенного позже убаюкивающего новозаветного «Блаженны миротворцы, потому что они будут названы сынами Божьими». Явился, чтобы призвать к порядку.

Когда речь идет о порядке, Даже нынешний сытый и небуйный западный обыватель достаточно здравомыслящ, чтобы понимать — бандита нужно изолировать и навязывать ему правила, не наоборот. Используя все инструменты и всю силу общества. Иначе наступит конец цивилизации. Причем, гораздо быстрее и вероятнее, чем в случае гипотетического полномасштабного применения ядерного оружия. Западный обыватель страшится жизни без цивилизованных правил больше чем Путина (и это то, к чему Украине имеет смысл почаще апеллировать). Потому что Путин далеко, а правила вокруг.

Поэтому для всех, кроме россиян, очевидно — Запад никогда не станет жить по правилам, навязанным Россией. Вплоть до ответного применения ЯО или всех сил и средств блока НАТО. Запад сам прошел через столетия кровавого произвола, но нашел ответы, на которых замешано и построено все. Это фундамент. Он не хочет и давно не умеет жить иначе, чем уже живет. И если на что-то такой образ жизни Запад однажды променяет, то точно не на жизнь заложника чьих-то разрушительных, бездумных или безумных шараханий и угроз.

За попытками Запада остановить войну в Украине и эскалацию, в России, в русле недалекой имперской традиции, пытаются разглядеть проявление слабости. На самом деле, это скорее проявление здравого смысла. Со стороны людей, которые понимают реальную цену глобальной войны и не привыкли тупо жонглировать факелами, сидя на пороховом погребе.

И когда Россия регулярно угрожает Западу ядерным оружием, она делает таежных масштабов стратегическую глупость. Потому что до таких угроз многие на Западе могли спать спокойно, надеясь отсидеться в стороне при конфликте с Кремлем. Ядерная война таких шансов практически не оставляет.

Бряцающая оружием массового поражения Россия быстро превращается для Запада в экзистенциальную угрозу. Это меняет все. В такой ситуации у Запада не остается выбора.

Когда россияне бесчинствуют в Буче, разрушают до основания Мариуполь, наносят дневные удары по торговым центрам, бьют по Киеву, принимающему высоких гостей, они тоже неизбежно достигают масштабного эффекта, прямо противоположного ожидаемому. Для России отсутствие правил и любых моральных ограничений — норма, а для современного Запада — это смерти подобно (российский коллективный мозг такой простой истины не вмещает).

Потому автор берется предположить, что сегодня, в случае даже конвенциональной атаки на любую страну НАТО (возможно, но не обязательно, за исключением Турции) Запад уже пойдет на полномасштабную войну с Россией с применением обычных вооружений. Решимость НАТО принять Швецию и Финляндию, несмотря на российские угрозы, тому подтверждение.

Еще полгода назад коллективный Запад на такой конфликт не пошел бы. Было неочевидным, что Германия будет воевать за Эстонию, Франция, Италия или Испания за Финляндию и т.п. Теперь будут даже они. Кто так не поступит, просто будет удален из элитного Западного клуба.

К слову, в этой гипотетической войне Запад понесет большой урон, но Российская Федерация вообще сорвется со скреп и развалится.

Имперцы просто, извините, не отдуплили, что произошло. Все четыре месяца полномасштабной войны в Украине Россия практически не менялась, а Запад быстро менялся. Например, скорость принятия решений, включая очень крупные и значимые, возросла в десятки раз. Для Запада темп — не пустой звук, Запад понимает, что значит для стратегической гонки или войны время.

Украине был предоставлен статус кандидата (на самом деле, скорее кандидата с испытательным сроком) в 10, а может в 50 раз быстрее, чем это произошло бы в обычные времена. То же касается многих значимых военных и финансовых решений. Швецию и Финляндию принимают в НАТО практически мгновенно. И на снятие возражений Турции ушел мизер времени, тогда как раньше могли бы уйти годы или десятки лет.

Россиянам, в силу их ментальных шор, невдомек, что кажущаяся рыхлость Запада позволяет ему согласовывать решения, учитывая мнения многих. Коллективный Запад только улучшил и без того огромный опыт принятия согласованных решений. Опыт согласованного, но распределенного управления. Это замедляет, но придает значительную остойчивость и непотопляемость. Ну, понимаете. Не случайно на больших кораблях, с какого-то момента, стали делать отсеки. А стул с десятками тонких ножек устойчивее стула с одной.

Вся российская система принятия решений, вся власть, как и ее проецирование, держатся исключительно на принуждении. Из центра. Как только ресурса для внутреннего принуждения станет не хватать, Россия, как единая система, перестанет существовать. Система впадет в ступор. Одна достаточно большая пробоина захлестнет и отправит на дно все. Как было с СССР. Потому что система никогда не умела работать в режиме согласования, автономии и инициативы. Однажды центр в СССР оказался существенно ослабленным и огромный, давно копившийся центробежный потенциал порвал «кипучую, могучую, никем не победимую» на «осколки» как Тузик грелку.

И еще. Чем больше российские элиты угрожают коллективному Западу уничтожением, тем больше, впоследствии, может быть тихой сапой, а может и нет, Запад сделает, чтобы уничтожить эти элиты. Он не снимет вопрос с повестки дня, пока не устранит Дамокловым мечом нависающую над ним, экзистенциальную угрозу. Примерно как было в случае с Осамой бен Ладеном.

В подавляющем большинстве современных западных блокбастеров (продукт, затачиваемый под западное коллективное бессознательное) злодей или исчезает — когда киношники планируют на нем заработать в будущих частях, или уничтожается, или меняется. Меняется, иногда убив другого злодея, но всегда — победив, обезвредив чудовище в себе.

Здесь в пору упомянуть еще один значимый для западной культуры и цивилизации миф. О лабиринте (примечательно, что словарь collinsdictionary.com относит слово, относящееся к практически не встречающемуся в современной реальности сооружению, к категории «в распространенном употреблении», что, по мнению автора, говорит о его незаурядном символического значения). Потому что описанное выше — это перепрочитанный современниками миф о лабиринте, Тесее и Минотавре. И именно он звенит и фонит сейчас во всем, что происходит в российской политике. Россия уже там. В мифе о звере, изолированном от человеческого и не подчиненном человеческому.

Внутри этого мифа Минотавр неизбежно порождает Тесея. Потому что такова уж эволюция человека и человеческих обществ, что человеческое все больше обуздывает животное.

Станет ли Тесеем именно Украина? Возможно. У автора есть и резервные версии (о них как-нибудь в другой раз). В любом случае, раз сюжет приобрел архетипическую мощь и эпический размах (а это без всякого сомнения так), Тесей уже в пути.

Многие постсоветские общества заждались своего Тесея, который освободит их от пожирающего людей Минотавра быкования, быкоголовости и прочей бесчеловечности. В Украине многие увидели такого героя во Владимире Зеленском. Но, кажется, пока Президент еще в пути. Он если и Тесей, то квантовый.

Возвращаясь к Западу и России. Хорошо заметно, что дитя бункерного подземелья, буйствующий в лабиринте непонятной ему и чуждой его звериному нутру Европы, Минотавр коллективного Путина не собирается исчезать. Он твердо намерен произвольно устанавливать правила игры, решать, кого будет пожирать в отведенный им же срок.

Повергать чудовище в себе, т.е. трансформироваться коллективный Путин тоже не склонен. Поэтому может быть только уничтожен кем-то или чем-то извне?

Когда «Он вам не Димон» твердил на памятном предвоенном Совбезе РФ, что от ситуации на Западе устанут, «сами станут просить» и напряжение с Западом через некоторое время сойдет на нет, он не вполне понимал, что говорит.

Превед Медвед! То, что вытекало и последовало — не мало кому интересное в принципе признание Южной Осетии и Абхазии или даже нападение на Грузию в 2008-м или Украину в 2014-м. Не поддержка Асада в далекой (и от Европы, и от США) Сирии.

И то, к чему по сути призывал Медведев уже не было частным случаем. Речь шла о том, что Россия потребовала права систематически, раз за разом, в любом масштабе безнаказанно нарушать любые правила. В Европе, в мире. В т.ч. и относительно судеб целого (ориентированного на Запад) европейского государства, и относительно всего послевоенного порядка на европейском континенте. Права бродить где-угодно и пожирать всё и всех подряд. Права развязывать глобальную многомерную гибридную войну, формируя гуманитарные и энергетические кризисы, разрушать до основания города, бесчинствовать и мародерствовать на европейском континенте, устанавливать морские блокады, провоцируя голод. Права делать подкопы под сам фундамент современной Западной цивилизации.

Не удивительно, что Кремль получил такую (мощную) реакцию Запада, на которую не рассчитывал. Что поддержка Украины не только на уровне стран, но и простых граждан этих стран оказалась беспрецедентной. За масками российских «обиженных озабоченностей», игр в жертву, западное коллективное бессознательное опознало бесчеловечную быкоголовую угрозу, ее характер и уровень.

Сегодня Столтенберг говорит: «У НАТО сейчас есть задача помочь Украине с переходом на современное вооружение натовского образца. И конечно, у нас нет списка оборудования, которое мы исключаем из этого».

Байден утверждает: «Мы будем поддерживать Украину столько, сколько нужно. Все союзники будут поддерживать Украину, сколько это будет необходимо для того, чтобы Украина могла себя защитить».

Западные элиты действительно не быстро устанут поддерживать Украину. Не догма, что они сделают все возможное для победы Украины. Но они не могут позволить Украине рухнуть под ударами. Дело не собственно в Украине, как бы нам ни хотелось верить в собственную значимость. Дело в Европе. Дело в остальном мире.

Упрощенно, но по сути. Если в Европе появляется сила (Минотавр), влияющая на судьбы стран Европы больше самой Европы, никто из европейцев (афинских юношей и девушек) никогда не сможет оставаться в безопасности.

Если в Европе появляется страна, которая может реально влиять на процессы сильнее чем США, Европе будет логичным договариваться и иметь дело в первую очередь с ней (даже если это Минотавр), а не со США.

Цепная реакция приведет к тому, что тот же процесс распространится по миру. В первую очередь, перенесется в Азиатско-Тихоокеанский регион, где мощно поднимается Китай.

США, лишенные значительной части влияния на мир — это США, слабо влияющие и на внутриамериканские процессы. Потому что экономика США давным-давно глобализовалась. Обрушение внешнего контура игры ведет к глобальным последствиям внутри Соединенных Штатов.