Картина маслом: Мир 2010-е. Угрозы. Голод

Алексей Комаров, Юрий Романенко, "Хвиля"

Проблема продовольственной безопасности растущего населения земли становится актуальной в связи с резким ростом реальных цен на сельскохозяйственную продукцию на мировом рынке. Колебания цен в 2010-2011 г. уже именили экономический и геополитический баланс сил, например, на Ближнем Востоке. Что же изменилось в последние годы настолько, что цены на продовольствие оторвались от своих многолетних средних значений?

Предыдущие статьи цикла «Картина маслом: Мир.2010-е» на «Хвиле»:

Картина маслом: Мир. 2010-е. Экономический ураган

Картина маслом: Мир. 2010-е. Угрозы. Энергетика

Продовольствия на планете достаточно, но лишь при условии открытых рынков…

Эволюция реальных цен на продовольствие

Следует отметить, что физическая нехватка продовольствия в обозримом будущем планете не угрожает, по прогнозам FAO (Организация по продовольствию и сельскому хозяйству ООН) земля вполне в состоянии прокормить до 9 млрд. человек при нынешнем уровне технологий в агросекторе. А производство продовольствия увеличится на +70% к 2050, в то время как численность населения добавит лишь +34%. Следовательно, фундаментальные факторы бессильны обяснить логику происходящих процессов.

При детальном рассмотрении оказывается, что действительно оказывает решающее влияние на мировой рынок продовольствия – это (1) увеличивающаяся торговая взаимозависимость, (2) региональная специализация на ограниченном наборе продуктов, (3) нарастающая связь с рынком энергоносителей через сегмент биотоплив, и (4) заход на сельскохозяйственные рынки финансовых спекулянтов.

(1) В настоящее время более 20% продовольствия в мире распределяется через механизмы международной торговли и помощи, и этот показатель постоянно рос последние десятилетия (Рис. 2, доля международной торговли в потреблении).

Доля международного обмена на рынке продовольствия

Торговая взаимозависимость делает цены на продовольствие очень волатильными и «связывает» географически удаленные друг от друга рынки. В результате, например, последствия засухи 2010 г. в Восточной Европе чувствуют жители арабских стран, где дорожает продовольствие. Конечно, торговля позволяет эффективно распределять сельскохозяйственную продукцию, но вместе с тем делает рынок гиперчувствительным к малейшим колебаниям урожайности, климата и т.д., что увеличивает системные риски продовольственной безопасности. Наиболее уязвимыми по продовольствию являются регионы Ближнего Востока, Африки, Азии и Европы. (Рис. 3, потоки международной торговли продовольствием), самообеспечение которых продовольствием недостаточно.

Международная торговля продовольствием

(2) Современное эффективное сельскохозяйственное производство требует максимальной специализации на ограниченном наборе культур и продуктов животноводства для достижения высокой производительности. Например, Малайзия производит лишь 41% необходимых ей зерновых, при этом 88% всего объема производства сельхозпродукции составляет экспортируемое пальмовое масло. Не только Малайзия, но и другие страны Африки, Латинской Америки и Азии до сих пор остаются странами «экспортной монокультуры», т.е. фокусируются на единственном виде сельхозпродукции. Уникальные климатические условия делают рентабельным производство сельхозпродуктов в малом количестве стран, например того же какао (Кот Д’Ивуар, Гана, Индонезия 72% мирового рынка), пальмового масла (Индонезия, Малайзия, Папуа Новая Гвинея 90% мирового рынка) и т.д. Таким образом, мировой рынок является крайне чувствительным к проблемам даже одной страны-производителя из-за специализации.

(3) В последние годы активно расширяется производство биотоплив. Биотопливо служит своеобразным «сообщающимся сосудом», который связывает рынок продовольствия с волатильным рынком углеводородов. Глобально на производство биотоплив уходит 4.7% мирового производства растительного сырья (2010), однако эта доля быстро растет, еще в 2000 г. она составляла 0.9%. А если сравнить эти показатели с ростом глобального потребления продуктов питания за последнюю декаду +17.5%, можно убедиться, что рост биотоплив сильно и негативно влияет на предложение продовольствия в мире. С другой стороны, производство биотоплив не решает проблем нефтяного рынка, лишь 2.2% моторных топлив имели биологическое происхождение в 2010 г. А учитывая то, что биотоплива не являются полностью возобновляемым источником энергии, поскольку истощают содержание гумуса в почвах и просто переводят углерод из одной формы в другую, польза от расширения посевов технических культур крайне ограничена.

(4) Финансовые спекулянты активно разогревают сельскохозяйственные рынки, например, объем торгов фьючерсами на пшеницу на крупнейшей в мире Чикагской бирже в 2010 г в 46 раз превысил годовой сбор, фьючерсы на кукурузу в 24 раза превысили валовой сбор этой культуры. Наряду с описанным выше биотопливным механизмом «сообщающихся сосудов», этот механизм позволяет инвестиционным банкам и финансовым спекулянтам на сырье импортировать монетарную инфляцию туда, куда это было невозможно делать раньше, на рынки сельхозпродукции.

Таким образом, очевидно, что существующая система производства и распределения продовольствия, основанная на торговой взаимозависимости, глубокой специализации, коинтеграции с волатильными рынками углеводородов и финансовых спекуляциях не является стабильной. С учетом всех этих факторов вовсе неудивительно, что учащаются «голодные бунты» в наиболее уязвимых странах Ближнего Востока, Африки, Латинской Америки, Азии. (Рис. 4, самодостаточность стран по продовольствию).

Избыток и недостаток продовольствия по странам мира

Мировой финансов-экономический кризис взламывает шаткое равновесие рынков…

В контексте мирового финансово-экономического кризиса нестальность торговли продовольствием вскрывает ряд рисков. Проблема заключается в том, что поддержание торговли продовольствием зиждется на обмене и кредите. В предыдущей статье мы обосновали, что эта система при существующих условиях не является стабильной и имеет тенденцию к саморазрушению. В свою очередь, это материализует ряд факторов, которые делают угрозу глобального голода вполне реальной. Здесь мы делаем отступление, мы не утверждаем, что голодать будут тотально все. Ряд стран, способных обеспечить продовольствием себя и своих соседей будут это делать. Проще говоря, если Украина может перейти на натуральное хозяйство, как это было в 90-е годы, то ряд стран Ближнего Востока, Африки и Южной Азии не имеют таких возможностей в силу климатических, демографических, логистических, и военно-политических особенностей.

Перечислим набор рисков, которые наиболее вероятны с точки зрения продуцирования глобального голода:

·Свертывание международного кредита. Этот фактор касается всех стран, однако в большей мере слаборазвитых (или монокультурных) стран Африки, Ближнего Востока и Южной Азии. Примеров перестройки сельского хозяйства в условиях разрушения денежно-кредитной системы в наше время немного, ближайший яркий исторический пример приходится на 30-е годы прошлого столетия, когда страны континентальной Европы (Германия, Франция, Италия) возвели протекционистские барьеры для импорта, а Великобритания и США замкнули торговлю сельхозпродукцией в рамках своих торговых блоков. В случае свертывания международного кредита до 20% мирового предложения продовольствия, приходящегося на международный обмен, находится в зоне риска.

·Свертывание международной торговли приведет к тому, что многие страны, в том числе высокоразвитые, потеряют свою нишу на международном рынке, которая позволяла им импортировать продовольствие (Япония, Британия, Сингапур, ОАЭ, Саудовская Аравия). Это заставит данные страны искать внутренние резервы для сбалансирования продовольственных потребностей. Классическим примером «переориентации» является Япония, которая еще в 1965 г. на 75% обеспечивала внутренний рынок продовольствием. В процессе бурного экономического роста сельское хозяйство переключилось на производство продукции с более высокой добавленной стоимостью – овощей, мяса, молока, в то время как зерновые импортировались, и к 2007 г. самодостаточность Японии сократилась до рекордно низких 45%. Кризис развернет этот тренд в обратном направлении, не только в Японии, но и в других развитых и развивающихся странах. Учитывая долю международного обмена в потреблении продуктов питания порядка 20% в 2010 г., риск сжатия торговли для многих стран имеет критическое значение.

·Свертывание международной благотворительности. Из-за указанных выше проблем, страны доноры больше не смогут оказывать благотворительную помощь. Это проблема затронет, прежде всего, страны Африки южнее Сахары. В настоящее время объемы продовольственной помощи составляют 0.8% мирового обмена продовольствием, однако для многих бедных стран с нестабильным климатом или монокультурным сельским хозяйством эта помощь критически важна. В настоящее время по данным ООН 72 страны мира получают продовольственную помощь.

·Обострение экологических проблем в силу объективных и субъективных причин. Во-первых, существуют естественная эрозия, засоление и опустынивание, снижающие продуктивность почв. До 0.7% посевных площадей по всему миру ежегодно выводятся из оборота из-за этих трех факторов (Рис. 5, потери посевных площадей).

Потери посевных площадей в мире

Компенсировать ухудшение качеств почв пока что удавалось за счет «зеленой революции» — интенсификации сельского хозяйства с применением удобрений, механизации, ирригации, пестицидов и т.д. Однако в отсутствие внешней ресурсной подпитки процессы деградации почв проявят себя в полную силу.

Схлопывание кредита и торговли существенно уменьшит ресурсную подпитку и эффективность сельского хозяйства, особенно в развивающихся и слаборазвитых странах.

Классическим примером влияния недостатка капитала и ресурсов на продовольственную безопасность является Руанда в начале 90-х.

Ситуация в этой стране уже считается классическим примером. Как пишет в своей блестящей книге «Коллапс» Джеральд Даймонд, в1993 год плотность населения аграрной Руанды в 1993 году составляла 2040 человек на квадратную милю. Это привело к резкому к уменьшению среднего размера фермы до 0,74 акра, при этом каждая ферма была разделена на минимум 10 участков. Все это привело к тому, что возник огромный кластер молодежи, которая не могла вести хозяйство самостоятельно и в буквальном смысле висела на шее у родителей. К 1993 году не осталось молодых мужчин в возрасте 20-25 лет, которые бы не жили отдельно от родителей.

Дефицит земли привел к резкому падению калорийности питания. Фактически руандийские семьи получали 77% от необходимого количества калорий. К 1990 году 40% населения страны балансировали на грани голодной смерти. Бедные хозяйства становились беднее, а богатые богатели. Острый дефицит земли накладывался этнические противоречия, которые опять-таки часто имели экономический подтекст (хуту – земледельцы, тутси-скотоводы).

Эти и другие факторы, в совокупности привело к резне 1994 года, когда за два месяца в Руанде вырезали более 800 000 человек, преимущественно, тутси. Однако, было также убито немало умеренных хуту, которые, о чудо, в основной массе были зажиточными или богатыми людьми, имущество которых было распределено между бедняками. Как это цинично не звучит, но именно резня стала формой перераспределения земельной собственности и уменьшения демографического давления на экосистему.

·Возникновение логистических проблем неразрывно связанно с мировым рынком энергоносителей, развитие которого мы описали в предыдущей статье. В контексте продовольственного кризиса разделение рынка энергоносителей на два кластера означает, что оборвутся многие логистические цепочки из-за того, что нефтепродукты станут относительно дефицитными или недоступными в одном из этих кластеров. Сегодня избыток продовольствия поддерживается дешевым транспортом. Уберите транспорт и из рациона среднего украинца исчезнут такие повседневные товары как бананы, бразильская говядина, египетский картофель, испанские апельсины и т.д. Для большинства африканских стран данная ситуация в принципе означает коллапс, поскольку они несамодостаточны по продовольствию. Логистические проблемы особенно сильно проявляются во время войн, как например голод в Индии 1942-1943 г., сопровождавшийся снижением предложения продовольствия на 6% и унесший жизни ~3 млн. человек.

Что этот будет означать:

·В самых слабых стран депопуляция, т.е. миллионы людей физически умрут.

·Физиологические последствия, в том числе распространение эпидемий, которые возникают, когда организм человека ослаблен.

·Обострение конфликтности, которая будет продуцировать войны (гражданские, межгосударственные).

·Миграция больших антропотоков в регионы с более благоприятными условиями.

Сценарии для Украины:

Позитив:

Если Украина сбалансировано входит в этот кризис, то есть сумеет закрыть потребности по энергоресурсам, удобрениям и сохранит в той или иной мере высокотоварное производство (хотя бы в растениеводстве), то перспективы положительные. Страна сможет получать ресурсы, которые можно обменивать в рамках региональной торговли, и обеспечить безопасность. Более подробно мы опишем выгоды Украины в статье «Украина. 2010-е. Земля»

Негатив:

·Изменится рацион из которого исчезнет дешева заморская рыба, фрукты, мясо.

·Население больших городов будет вынуждено вернуться к полунатуральному хозяйству, как это было в 90-е годы.

·Демографическое давление стран Юга дефицитных по продовольствию. Усилятся миграционные процессы со Среднего и Ближнего вплоть до появления феномена «переселения народов». Создается угроза для России, которая влечет за собой угрозу для Украины. В худшем случае, это приведет к конфликтам с соседями, либо с мигрантами, которые будут идти через их территорию.

Следующая статья цикла «Картина маслом: Мир.2010-е» выйдет в субботу, 6 июля




Комментирование закрыто.