Польский тигр

Ян Циенски, перевод Марины Халимон
Польский тигр

Польша готовит восторженный прием Бараку Обаме к его приезду в пятницу, однако все очевиднее, что отношения с Соединенными Штатами здесь больше не являются приоритетными для высокопоставленных политиков. Ободренные динамичным ростом экономики – Польша единственный член Европейского Союза, который пережил мировой финансовый кризис, не впадая в рецессию, ‑ сейчас поляки обращают внимание на ЕС и Германию, исторического врага Польши.

«Америка по-прежнему важна для нас, но Европа стала более важной, чем прежде», ‑ заявил Богдан Клих, министр обороны Польши в недавнем радиоинтервью. Не случайно премьер-министр Польши, Дональд Туск, выбрал Берлин местом своей первой зарубежной поездки после избрания в 2007 году, как и не случайно, что Бронислав Коморовский, президент Польши, посетил Брюссель вскоре после президентских выборов прошлого года.

После гибели в авиакатастрофе в апреле прошлого года в России своего право-ориентированного предшественника Леха Качиньского Коморовский изменил вектор польской внешней политики. Обама не смог присутствовать на похоронах из-за исландского облака вулканического пепла, поэтому будет наверстывать упущенное сейчас.

Во время своего двухдневного визита в польскую столицу он почтит память Качиньского, а также сможет отметить новую степень сдержанности во время встречи с Туском и Коморовским. Опираясь на стабильно растущие экономические показатели – ВВП вырос на 1,7 процента во время мирового экономического спада в 2009 году, а в прошлом году вырос почти на 4 процента, ‑ лидеры Польши полагают, что имеют достаточное влияние, чтобы проводить более независимый внешнеполитический курс страны, который предполагает усиление лидерства в своем регионе.

Конечно, в предыдущие десятилетия стремления Польши сосредотачивались на Соединенных Штатах. Хотя Вашингтон согласился с послевоенным разделением Европы, при котором Польша стала союзником СССР, положение США как центра антисоветского движения в годы холодной войны делало их гораздо менее запятнанными в глазах Польши, чем Британии и Франции из-за их предательства во время войны. Кроме того, между двумя странами уже существовали культурные связи: миллионы поляков эмигрировали в Соединенные Штаты, начиная с 19 века и продолжая это делать в коммунистический период.

Теплые отношения укреплялись и мощной поддержкой Вашингтоном профсоюзного движения «Солидарность» после попытки коммунистов подавить его в 1981 году. Вступление Польши в НАТО в 1999 году закрепило роль США как основного гаранта польской независимости в случае возрождения русского империализма, что и сейчас продолжает беспокоить часть польского населения и используется в правой политической риторике.

В течение двух первых десятилетий польской независимости и левые, и правые правительства рассматривали Вашингтон как ключевого зарубежного партнера. Во многом поэтому Польша была одной из всего лишь трех стран-союзников (кроме Британии и Австралии), чьи вооруженные силы участвовали в начальном вторжении в Ирак в 2003 году. (Польский спецназ помог захватить несколько иракских нефтяных буровых платформ). Вместе с тем Польша предоставила свои военные аэропорты для американских спецслужб, которые использовались в рамках секретной программы задержаний подозреваемых в терроризме.

«Когда я прибыл в Вашингтон, то стремился стать настолько влиятельным, как посол из Норвегии», ‑ рассказал мне польский дипломат того времени. Но после поддержки Польши вторжения в Ирак его положение в Вашингтоне значительно укрепилось: «Теперь норвежский посол смотрит на меня и пускает слюни».

Восторг Варшавы перед администрацией Буша отдалил ее союзников во Франции и Германии, которые были намного более скептичны по отношению к нападению на Ирак и рассматривали Польшу и другие центрально-европейские государства как американских «засланных казачков» в Европе. Французский президент Жак Ширак отверг эту «Новую Европу», заявив, что претенденты в ЕС упустили прекрасную возможность «промолчать» в преддверии войны в Ираке.

Победа правой партии «Закон и справедливость» в 2005 году, возглавляемой братьями-близнецами Качиньскими – Лехом, который стал президентом, и Ярославом, который стал премьер-министром, ‑ привела проамериканскую политику к ее пику. Качиньские с недоверием относились к ЕС, опасаясь, что традиционная культура Польши и римский католицизм растворятся в космополитической Европе. Они рассматривали традиционных врагов Польши, Германию и Россию, как потенциальных противников, и отношения с обоими соседями ухудшились. По их мнению, настоящим другом Польши были только Соединенные Штаты.

Лех Качиньский пытался создать антироссийский альянс бывших советских республик к востоку от Польши: от Литвы на Балтике до Украины после оранжевой революции и Грузии на Кавказе. Во время короткой российско-грузинской войны в 2008 году Качиньский даже прилетел в грузинскую столицу на собрание региональных лидеров, чтобы оказать поддержку критикуемому Михаилу Саакашвили – долг, который грузинский президент погасил, став одним из немногих лидеров, которые, несмотря на облако вулканического пепла, осмелились полететь в Польшу на похороны Качиньского в прошлом году.

Наряду с тем, что Лех создал репутацию Польши как антироссийского оплота, его брат Ярослав прицелился на западную часть Европейского континента.

Ярослав вступил в борьбу с ЕС по поводу Лиссабонского договора, документа, который обновлял европейские институты. В непростых переговорах, которые наконец завершились ратификацией договора в 2007, Ярослав потребовал, чтобы Польше было предоставлено дополнительное право голоса в органах ЕС, поскольку во время Второй мировой войны Германия уничтожила много польских граждан, нарочито нарушая европейское табу не наказывать Берлин за его военные грехи. Каждое положение договора Ярослав Качиньский рассматривал как предвестника геополитического насилия, которое оставило шрам на Польше в 20 веке; он даже увидел угрожающие (если не сказать абсурдные) планы Берлина, который агрессивно пытается вернуть части западной Польши, принадлежащие Германии до 1945 года. Наглость Польши в эру Качиньских вызвала реальное чувство надвигающейся опасности.

Позиция Польши резко изменилась с избранием Туска и его центристской партии «Гражданская платформа» в 2007 году. Политика Туска мотивировалась скорее возобновленным доверием, чем старыми страхами. Он также отметил растущее польское недовольство, присущее и многим полякам, односторонними польско-американскими отношениями. Вторжение в Ирак было очевидным провалом, а торговые договоры, обещанные польским компаниям, не были реализованы. Разрешение ЦРУ на полеты в Польшу открыли страну для международных расследований и обвинений в разрешении пыток на ее территории.

Наряду с этими существуют и более давние раздражители. Несмотря на частые обещания Вашингтона изменить политику, Польша остается единственным членом свободной от паспортного контроля Шенгенской зоны ЕС, которой необходима виза для поездки в Соединенные Штаты. Вашингтон заявил, что Польша не отвечает требованиям конгресса по программе безвизового въезда (в соответствии с которой 3 процента прошений о выдаче виз отклоняются), и тема остается открытой раной. В ходе недавнего визита в Соединенные Штаты Миколай Довгилевич, польский министр по европейским делам, дипломатически вежливо ответил, когда ему задали вопрос на эту тему: «Возможно, в один прекрасный день люди в Вашингтоне посмотрят на Польшу как на надежного и важного партнера в Европейском Союзе, а не только как на некую страну с сентиментальными связями». (В интервью один американский дипломат в Варшаве просто умолял: «Не говорите мне о визах»).

«Очевидно, что Польша является одной из наиболее проамериканских стран в Европе, только температура этого проамериканизма упала», ‑ заявил Радослав Сикорский, министр иностранных дел Польши в интервью газете «Rzeczpospolita» на этой неделе.

На вопрос, почему Польша не в восторге от Америки, Сикорский ответил: «Это происходит из-за американских ошибок. Администрация президента Буша раздавала всевозможные обещания [социал-демократическому правительству, которое работало с 2002 по 2005 годы] в обмен на наше участие в операции в Ираке, но ничего не выполнила. Теперь мы видим последствия».

Администрация Обамы продолжала портить отношения с Варшавой, внезапно отказавшись от решения в 2009 году выйти из плана по строительству части системы противоракетной обороны в Польше и Чехии, проекта, который вызвал ярость Москвы. Проект поддерживался политической элитой в обеих странах как оплот против российской агрессии, но он так и не нашел широкой поддержки среди польской общественности. Хуже того, Вашингтон объявил о своем выходе из проекта 17 сентября, в день 70-й годовщины нападения Советского Союза на восточную Польшу в первые недели Второй мировой войны.

При Туске и Сикорском Польша согласованно улучшила отношения с Брюсселем и Берлином. Большинство польских эмигрантов в настоящее время едут в другие страны по Европе, а не через Атлантический океан. А Германия теперь является основным зарубежным политическим и экономическим партнером Польши. Польские фабрики стали неотъемлемой частью немецкой цепочки поставок и получают прибыль от экспортного бума в Германии.

Варшава также в определенной мере достигла разрядки с Москвой, хотя зависимость Польши от России в поставках почти всех запасов нефти и двух третей потребляемого газа все еще вызывает беспокойство. (Тем не менее, в остальном в своей сегодняшней большой стратегии Польша, не колеблясь, приглашает американские компании для поиска возможных месторождений природного газа на своей территории).

Однако политики Польши приняли решение связать свою судьбу с Европой; а Европа все больше связывает свою судьбу с растущим влиянием Польши. Тесные связи и взаимное уважение демонстрируются все чаще, как в случае, когда Сикорский и его немецкий коллега Гвидо Вестервелле прибыли в декабре прошлого года в Минск для того чтобы убедить (безуспешно) белорусского президента Александра Лукашенко провести свободные президентские выборы.

«После периода американизации, некоторых иллюзий, поддержка которых граничила с потерей суверенитета, во внешней политике Польши произошли изменения», ‑ заявил Роман Кузняр, советник Коморовского по вопросам внешней политики. «Сейчас мы сосредотачиваемся на наших реальных интересах, а не на раздутых амбициях».

Обама получит удовольствие от мероприятий, которые проведут в его честь на этой неделе, но было бы ошибкой трактовать их как знаки почтения или зависимости. Это время для Польши закончилось.

Оригинал: The Polish Tiger


Комментирование закрыто.