Батурин как зеркало оранжевой революции

Комрад Галина, для

Попутные заметки

Дорога из Киева в Батурин занимает чуть больше двух часов. Ехать по ней – одно удовольствие: слева и справа захватывающие «краевиды». Смешанными рядами стоят сосны и березки. То и дело темным ковром расстилаются поля, засыпанные по краям желтыми листьями. ОПУПЕТЬ, как красиво!

Трасса сама по себе шикарная. Может конкурировать со Столичным шоссе на Кончу Заспу. И через каждые 500-1000 м. новенькие деревянные домики. Перекусить можно. По нужде сбегать. Пейзажи сфотографировать. Видно, что места для стоянок выбирали не случайно. Все для человека и блага человека. Причем, без труда угадывается имя этого человека – Виктор Андреевич Ющенко, и вспоминается ставшая уже темой для анекдотов его страсть к фотографированию природы.

Поэтому когда говорят, что Батурин отстроен за деньги меценатов, напрашивается  вопрос: меценаты ли проложили такую замечательную дорогу «союзного значения» к средних размеров селу возле Бахмача? Почему-то мне кажется, что это сделали за средства госбюджета.

Впрочем, дороги – хорошо в любом случае. Потому, что любая дорога, даже, если она не ведет к храму, это вклад в инфраструктуру страны. Другое дело, что в будний день, на идеальной батуринской трассе мы были практически одни. Кроме нашего «каравана» из двух иномарок, умиротворение природы иногда будили редкие фуры дальнобойщиков с глуховской таможни. Очень редкие…

Таким образом, не тревожимые ни кем, мы остановились на подъезде к городу-музею, и зажевали предусмотрительно закупленные в пироговой «Николай» пироги. Если бы не этот придорожный ланч, могли бы упасть в голодный обморок. Ибо заведений общепита в Батурине ровно два. Это кафе «Сейм» в мотеле на въезде в город и кафе «Старый Батурин» в самом населенном пункте. И если в «Сейм» еще заворачивают редкие подорожные, то в «Старом Батурине», похоже, за целый день не было ни одного посетителя. Во-первых, потому, что туристов, мягко говоря, негусто. Во-вторых, потому, что каждый понимает: при такой посещаемости кафе смысла ежедневно готовить у повара нет. Я бы даже сказала, и еженедельно тоже…

Конечно, как любой населенный пункт, освященный вниманием первых лиц страны, Батурин обрел не только звание города (ранее он был поселком), центральную дорогу (одну), газ и АТС, но и собственный супермаркет. Даже два. Один уже закрыли. А второй еще работает. Большой такой, просторный супермаркет, очень цивильный, даже с банкоматом. Видимо, кто-то из местных или черниговских бизнесменов неосмотрительно швырнул инвестицию.

В супермаркете сидели кассирша и продавщица в ватниках, и больше не было никого. Хотя полки ломились от коробок конфет, на витрине стояли консервные банки с икрой, на полках вино-водочного отдела просматривался широкий ассортимент алкоголя. В чем прикол мы поняли, когда дети попросили сладости конкретного сорта: оказалось, что коробки конфет – пустые. Это просто декор. Украшение полок. А в наличии были ровно две шоколадки. Последние. Мы их купили и с трудом разгрызли. Видимо, они ждали нас еще с визита Ющенко, в августе 2009-го.

Беглый взгляд на город-музей показал, что деловая жизнь в Батурине, которая взорвалась после Майдана, закончилась здесь с окончанием строительства исторических объектов. Что заработали и не пропили – за то и живут. Из действующих коммерческих объектов –  две похоронные конторы и кассы по продаже билетов для туристов. Из состоятельных жителей города – матери с маленькими детьми: они получают так называемый материнский капитал, и могут себе позволить делать покупки в магазинах. Остальное население традиционно выживает за счет огородов.

Фатальный дворец

Естественно, первым делом мы рванули ко дворцу Разумовского. Представьте себе такое зрелище: едите вы едите по селу, заворачиваете за угол и тут перед вами открывается шикарный вид на три двухэтажные виллы в английском парке: одну достроенную, две – замороженные. Это и есть дворец Разумовского. Вход в парк бесплатно. В сам дворец – только с экскурсией не менее пяти человек, в сопровождении сотрудника музея и исключительно в бахилах.  Эрмитаж отдыхает.

Причем, центральный вход (что меня особо позабавило) почему-то расположен с черного входа. Т.е. здание надо обойти кругом. А на центральную аллею он смотрит «задницей», а не фасадом. Видимо, это придумали уже в последний момент, чтобы официальные лица и высокие иностранные гости не отвлекались от красоты неземной видами сельских хибар за забором и криками неугомонных сельских петухов. Такой себе «местный Версаль», которого не встретишь в живописи Бенуа. Ну не повезло реставраторам со вкусом!

Экскурсия – очень важный элемент программы, поэтому не жалейте 25 грн. на брата, чтобы послушать местного экскурсовода. На эти должности по конкурсу набрали самых образованных и умненьких девочек со всей округи. Но по наивности, они часто не знают, насколько символичные вещи  говорят. Например, от экскурсовода мы узнали следующее:

Гетьман Кирилла Разумовский не успел тут пожить, потому, что умер…

Его дети тут тоже не жили, потому, что дворец сгорел.

Полусгоревшее здание за долги переходят в собственность государства. Дворец достается военному ведомству. Он стоит бесхозным. Батуринцы понемногу растягивают строение. Выкапывали даже глину из-под фундаментов. Наши люди!!!

В XIX веке военные не знали, что делать с дворцом. Стреляют по нему из пушек, испытывают заряды пороха из Шосткинского завода.

В 1911 году дворец передают Обществу защиты и сохранения в России памяток искусства и древности. Реставрацию начинали пять раз. И каждый раз ничего не получалось.

Получилось только в 2009-ом. Виктор Андреевич старался для себя. Начиная с февраля 2005 года, возит сюда всех крупных бизнесменов, отдавая предпочтение иностранцам, случайно завернувшим на инвестиционные форумы «Оранжевой эпохи». Показывает, рассказывает. Раскручивает на деньги.
Экскурсовод с энтузиазмом показывает нам мебель XIX века, антикварную; картины (90% — копии современных художников с полотен XVII-XIX вв); люстры (современные итальянские), паркет (очень дорогой); мрамор (итальянский), штукатурку – венецианскую.

В этом месте у меня началась смеховая истерика. Жаль, что снимать во дворце не разрешили. Это чудо надо было видеть.Так уж сложилось, что накануне батуринской поездки я затеяла ремонт на балконе. А поскольку балкон – это любимое место пребывания моего кролика Туса, малярам была дана задача: отделать стены так, чтобы этот пушистый скот, точа когти, не пообрывал все и сразу. Маляры предложили венецианскую штукатурку. Но экскурсовод, по всей вероятности, свято верила, что венецианская штукатурка – это не вид малярных работ, а нечто, привезенное непосредственно из Венеции.

С такой же детской наивностью, она поведала нам, что Марьинским дворцом Батуринскому были подарены стулья с красной бархатной обивкой в количестве 25 штук. Это завершило ощущение того, что здесь, в древней гетьманской столице, Виктор Андреевич обустраивал себе дачу. И, как водится, свозил на дачу то, что уже не годилось для городской резиденции.

Но фатализм этого места «накрыл» и его. Как не удалось тут пожить гетьманам, так не «погетьманил» и Ющенко.  С момента открытия дворца до его сокрушительного проигрыша на выборах прошло менее полугода.

Ода карликам

Фиаско патрона, тут же сказалось на судьбе памятников Батурина. Что успели достроить и реставрировать – хорошо. Что не успели – то не успели. На территории дворца печально «подгнивают» два законсервированных здания, в одном из которых планировали делать гостиницу.

Пустыми глазницами смотрит на нас «входная брама» возле домика Кочубея.

Сам дом –небольшое сооружение, похожее, на провинциальный магазинчик почему-то находится на старом городском кладбище. Рядом могилы известных людей города. Тут же памятная доска гетьманам в таком же могильном стиле. Чуть подать – уже начавшее разрушаться «спивоче поле», где планировали устраивать концерты и козацкие шоу. Это по-нашему: тут тебе и кладбище, тут и ночной клуб.

Когда мы подъехали, возле музея никого не было. Только двое ребятишек младшего школьного возраста крутили педали велосипедов, да одинокая коза, оставленная пастись на «спивочем поле», пыталась заглянуть в окошко и лизнуть воскового Кочубея.

Такое, у них, у батуринских коз, тут видимо развлечение.

Мы же, обойдя красивый кочубеевский парк минут за 10, задержались у обязательной достопримечательности ющенковской эпохи – пасеки Петра Прокоповича. Величайшего бджоляра всех времен и народов. Пасека забавная: вход туда строго воспрещен. Святое капище…

Не попали мы в Воскресенскую церковь возле цитадели. Цитадель – это главный и самый яркий памятник Батурина. Козацкая крепость. Новодел. Но построен интересно. Есть ров, есть пушки по периметру, есть дом козацкого страшины. Все вместе это напоминает уменьшенную копию Каменец-Подольского замка. Правда, вход на «ярусы» закрыт. И в дом-музей тоже. А исторический колорит портит похоронный гранитный крест – памятник жертвам «меньшиковской резни». Очень сильно напоминающий постамент жертвам Голодомора. Правда — косой, как пизанская башня.

Еще одно уморительное зрелище – это огромный бронзовый  памятник пяти самым знаменитым гетьманам Украины на площади перед цитаделью.

Идея неплохая. В Будапеште есть подобный мемориал. Правда, затея недешевая, особенно, есть учитывать, сколько бронзы потрачено на эту «групповуху». Но дело даже не стоимости, а в эстетической ценности монумента. С пропорциями у гетьманов явно что-то не то. Ноги, как у таксы: по отношению к размерам тела просто коротюсенькие. А головы – слишком массивные. Госзаказ сыграл плохую шутку со скульпторами: в результате получилось пятеро каких-то гномов. Очень больших и сильно бронзовых…

Памятник эго одного человека

Вообще, Батурин в комплексе производит четкое зрелище старательной, но наивной фальшивки. Попытка заставить мир поверить, что у нас было королевство, собственная государственность и какая-то полутайная столица в провинции, превратилась в украинскую версию «мещанина во дворянстве».

Многие туристические города создаются под какой-то миф. Но у нас это не вышло. Никаких вещественных доказательств собрать не удалось. Картины-копии. Мебель-копии. Мифы-копии.

Позднее я отыскала репортаж «Интера» об открытии музея, где некая Наталья Сердюк, заведующая отделом национального заповедника «Гетманская столица» (куда уж пафоснее!), так же наивно, как и ее сотрудницы, жаловалось на обиды, нанесенные конотопским музеем: «Дійсно, навіть Конотопский музей крісло Розумовського нам не віддає. В нас є тільки копія. Львівська галерея нас просто врятувала. Тому що 2800 квадратних метрів палацу треба було чимось заповнювати!».

Но даже, если бы зловредный Конотопский музей и отдал бы кресло, экспозицию это не спасло бы. Как не спасли и две оригинальные работы – портреты родственниц Разумовского «стибренные» из музея Русского искусства Киева и знакомые многим с детства.
Правда, с другой стороны, Батурин – единственное место, где у Ющенко есть шанс стать президентом: если бы существовала  должность президента Батурина, он бы получил на выборах 99% голосов.

Но главная ошибка Ющенко заключалась именно в том, что не до конца понял: его избрали не президентом Батурина, а президентом Украины. И увлекшись, доказыванием самому себе и всему миру «королевской родословной» украинской нации, создавая искусственные символы и мифы якобы великого прошлого, он совершенно забыл о злободневности настоящего. Так у народа сначала украли эйфорию, потом – победу, а потом сделали такую надежную прививку от доверия к лидерам, что самой популярной графой в избирательных бюллетенях становится «против всех».

Конечно, жаль, что Батурин не станет туристической Меккой, как аналогичный проект грузинского президента Михаила Саакашвили – Сигнаги. Построенная, как памятник эго одного человека, гетьманская столица не имеет ни коммерческой, ни исторической ценности. Сигнаги – это тоже миф, но без поисков «утерянной государственности»: просто «кукольный» туристический городок, с фантастическими видами на кахетинскую долину, с собственной картинной галереей и приманками вроде круглосуточной регистрации брака в местной мэрии. Поэтому в Сигнаги наблюдались пусть еще не массовые, но все же частые группы туристов из Америки, Европы и «косоглазии» (японцы, китайцы, корейцы – кто их разберет). А в Батурине кроме нас, и привезенной из Бахмачского района экскурсии доярок на страшно дымящем автобусе, не было никого.

Мы уезжали под вечер. Совершенно пустая стоянка, рассчитанная на сотню машин, резала глаз.

Садилось осеннее солнышко. Шелестели желтые листочки. Возле дворца Разумовского сиротливо маячили на фоне заката два деревянных туалета без освещения внутри: единственные объекты туристической инфраструктуры в городе.

Было смешно и горько: стоянку отгрохали, а про туалеты забыли. Хорошо, что туристов нет. По столичной привычке мы обошли эти милые сооружения вокруг и спросили у молодцеватого охранника, пробегавшего мимо, где тут М, а где Ж?

«Та воны унисекс», — произнес охранник заученную фразу. И потрусил дальше…

По теме:

Обаяние казацкой провинции. Путешествие в Козелец, Нежин и Батурин

Обаяние казацкой провинции. Круты и Батурин




Комментирование закрыто.