Wyborcza: В КНДР продолжается тихая революция

ZN.ua

Ким Чен Ын3

Диктатор Северной Кореи Ким Чен Ын делает то, чего от него давно хотел мир: пытается изменить экономику социалистической страны по китайскому примеру. В ней уже существует приватизация, появились олигархи, а также гигантская коррупция.

Об этом пишет польское издание Gazeta Wyborcza. Фотограф Кристиан Петерсен-Клаусен во время прошлогодней поездки в Пхеньян был удивлен абсолютным отсутствием мобильных телефонов. Когда он вернулся в северокорейскую столицу в этом году, то заметил, что «мобильники» были уже везде, а у некоторых людей их было даже по два.

«Хотя со стороны кажется, что в КНДР время застыло на месте, но на самом деле за железным занавесом проходят большие изменения. Впрочем, они не касаются политической системы, а лишь экономической», — говорится в статье.

В апреле в Пхеньяне с помпой открыли бульвар Лимджон, который сверкает новыми небоскребами. Его называют также «биунгджин» или «параллельное развитие»: ядерного оружия и экономики.

Открытие бульвара проводил Пак Пон Джу, который в 2007 году потерял должность премьер-министра за то, что поддерживал рыночные реформы. Сейчас он снова в правительстве и руководит экономикой.

«Северная Корея перешла от жестко контролируемой социалистической экономики к рыночной», — сказал Financial Times эксперт южнокорейской организации «Свобода в Северной Корее» Сокеел Пак. Его организация помогает тем, кто смог сбежать из КНДР.

«Они делают два шага вперед и один назад, но эти изменения будет трудно перечеркнуть и вернуться к централизованному управлению», — сказал он.

В середине 90-х годов, после полной потери помощи с СССР и катастрофических наводнений в КНДР стала очевидной нефункциональность экономики. Начался голод, система продуктовых карточек окончательно потерпела крах. И северные корейцы впервые после корейской войны в 50-х годах начали массово передвигаться в поисках пищи. Одни начали заниматься скупкой продовольствия в селах, другие — бартерной торговлей или импортом из Китая. Появились первые киоски с едой, частные столовые. Появились также ростовщики, поскольку в КНДР нет банков, которые бы обслуживали частный бизнес.

Власти было тяжело догнать реальность. Она пыталась проводить хаотичные реформы, которые чуть ли не сразу же сворачивались. Пхеньян боялся потерять контроль над обществом. К примеру, разрешалась торговля на базарах, но вскоре вводились и запреты. Крестьянам к тозволяли продавать излишки продуктов, то конфисковывали их.

Однако, силы рынка и инстинкт выживания оказались сильнее. Издание пишет, что сегодня КНДР отличается от той страны, какой она была 10 лет назад. И не только из-за успехов в развитии ядерного оружия.

«Ким Чен Ын решил сделать то, чего боялся его отец: ввел значительные элементы рыночной экономики. Он объявил, что можно вести бизнес без политической либерализации», — сказал эксперт по Северной Корее профессор Андрей Ланков.

Десять лет назад первыми ласточками проникновения капитализма были цветная одежда и темные очки, привезенные из Китая. В Пхеньяне в 2008 году появились первые билборды с рекламой вместо информации об успехах партии или отваге армии. Рекламировались автомобили марки «Звезда», которую производила компания «Авто-салон». Она появилась благодаря южнокорейским инвестициям. Хотя на улице автомобилей было не много.

«Сеул уже отказался от сотрудничества с Севером, но несмотря на это на улицах Пхеньяна можно увидеть… Audi A6. Движение становится все более интенсивным, милиция больше не машет жезлом на пустой дороге. Когда-то это был стандартный «мем» из Северной Кореи. Все больше в обиход входят кондиционеры и солнечные панели, а в магазинах можно купить бытовую технику и сумки», — пишет польское издание.

Но все это, конечно, касается столицы Северной Кореи, где живут только привилегированные граждане. Провинции более отсталые и о них не так много известно.

Раньше элитой в КНДР были в основном родственники государственных чиновников и военных. Привилегированность была обусловлена рождением и политической лояльностью. В 90-х годах судьба улыбнулась персоналу магазинов, которые могли что-то скрыть под прилавком, водителям, которые развозили товар, и даже кондукторам поездов, которые брали взятки от «зайцев». В конце концов в КНДР появилась каста «донью» или «владельцев денег».

«Они, как российские олигархи. Большинство из них входят в систему официальной коррупции. Точнее, это мы ее считаем корупцией, а они считают, что так просто ведут бизнес, торгуя властью», — сказал Майкл Мадден из Института американо-корейских исследований в Университете Джона Хопкинса.

Порой трудно отличить, где заканчивается государственный и начинается частный сектор. Предприятия сугубо частные существуют неформально, на «черном» или «сером» рынке. Чаще частные фирмы прикидываются государственными: министерство фактически создает компанию, но на самом деле она принадлежит тайному бизнесмену, который для прикрытия работает в государственной структуре. Такие формальности организуются через взятки. Государственные ведомства забирают около 30% дохода, но с остального бизнес не платит никаких налогов.

Андрай Абрахамян из фирмы Choson Exchange, которая учит северокорейских бизнесменов, сказал Financial Times, что в КНДР даже зарождаются корпорации. К примеру, фирма Masikryong управляет горнолыжным курортом, производит питьевую воду в бутылках, занимается транспортным бизнесом и организовывает туристические поездки. Государственный авиаперевозчик Air Koryo руководит и службой такси, а в последнее время начал продавать тушеное мясо фазана.

Эксперты говорят, что условная приватизация экономики привела к повышению уровня жизни в КНДР. За последнее десятилетие средняя зарплата в государственном секторе выросла до эквивалента 2000 гривень, а в частном еще больше. Директор разведки Южной Кореи Ли Бйон Хон говорит, что около 40% населения КНДР работают на какой-то частный бизнес. Согласно опросам среди беженцев из Северной Кореи, 85% северных корейцев покупают продукты на рынке, а лишь 6% — полагаются на государственные выдачи.

Источник: ZN.ua




Ответить