После Сирии Путину нужна новая картинка для пропаганды, — The Economist

ZN.UA

Владимир Путин25

Если судить по телевизионной картинке, Владимир Путин одержал славную победу в Сирии на этой неделе, «превратил в оружие» беженцев, которые массово отправляются в Евросоюз, а также «переиграл» президента США Барака Обаму на Ближнем Востоке. Но если присмотреться пристальнее, то станет ясно, что российская победа — пустая.

Об этом сегодня пишет The Economist, передает ZN.UA.

«Исламское государство» никуда не делась. Даже оптимисты считают, что переговоры в Женеве, скорее всего, провалятся. И самое важное — Путин исчерпал важный источник пропаганды. Российский президент использовал изображение войны для того, чтобы убедить своих соотечественников в том, что их страна снова «суперсила». И для этого сначала ему понадобилась война в Украине, а затем в Сирии. И большим вопросом для Запада остается, где он разожжет свою следующую геополитическую драму.

В то же время, путинская Россия более хрупкая, чем он пытается изобразить. Экономика все больше обваливается. Пока цена на нефть дорожала с 2000 года, у Путина был триллион нефтяных долларов, которые он мог тратить, как хотел. Но теперь цена барреля сократилась на три четверти от топового значения. Россияне вынуждены затягивать пояса все туже из-за санкций, которые Запад ввел против России после вторжения в Украину. Стандарты жизни до сих пор ухудшаются. А средняя зарплата, которая в 2014 году составляла 850 долларов, теперь составляет 450 долларов.

Издание пишет, что Путин терял легитимность еще до того, как экономика начала сокращаться, напоминая о протестах на Болотной площади в 2011-2012 годах. В ответ российский президент аннексировал Крым и объявил о восстановлении «могущества России», которую она потеряла после распада СССР, назвав последнее «величайшей катастрофой 20-го века». В его план входила модернизация армии и перевооружение, на что он собирался потратить 720 миллиардов долларов. А также он начал использовать СМИ в России, чтобы изобразить свою страной бастионом, который якобы «обороняется от враждебного Запада».

Вторгшись в Украину и Сирию, Путин смог создать видимость, что Россия теперь равносильный соперник США. Эта идея не просто популярна среди россиян, но и содержит в себе серьезный сигнал. Путин боится, что Россия, ослабев, может захотеть свергнуть его режим. И в распространении стремлений к построению демократии он обвиняет США. Как в Украине, так и в Сирии Путин верит, что Америка опрометчиво призвала к свержению правительств, при этом не будучи способной справиться с хаосом, который наступил потом. И он вторгся в Украину и Сирию потому, что боится увидеть протесты в своей стране. Во всяком случае, план Путина сработал. С помощью государственных СМИ он убедил россиян, что стоит пожертвовать благополучием ради национальной гордости. Однако, кажется, действие пропагандистского «наркотика» начало заканчиваться. С октября число россиян, которые убеждены, что Россия движется в правильном направлении, сократилось с 61% до 51%. Россияне устали от Украины. Теперь Сирия достигла кульминации. Рано или поздно камеры снова будут требовать сюжетов. И украинцы снова замерли.

Что все это означает для Запада? Во всяком случае, Америка ошибалась в том, какие цели перед собой ставит Путин. В конце осени Обама предполагал, что Сирия станет «трясиной» для России. А в недавнем интервью The Atlantic он еще раз сказал, что агрессия России вызвана ее слабостью. Это правда, но не потому, что это сказал Обама. Очевидно, Путин не может достигнуть своих внешнеполитических целей только убеждая всех в этом. Для него боевые действия — это самоцель. Ему нужны кадры с бомбардировщиками, чтобы наполнить свои пропагандистские новости.

В Сирии Россия не попадет в трясину, потому что она не участвует в строительстве нации. Обама думает, что Россию просто надо оставить в покое, чтобы она сама довела себя до неизбежного обвала. Он верит, что Путину, как малому ребенку, нужно внимание США. Однако, война в Сирии показала, что Обама допустил ошибку, когда решил, что региональные лидеры должны решать конфликты, а США следует избавиться от роли «мирового полицейского». Однако этот вакуум быстро заполнили такие разрушители, как Иран, «Исламское государство» и Россия, которая ищет новый источник пропаганды. Поэтому Западу надо быть готовым ко всему.

Самым большим вызовом станет Украина, на которой сосредоточено внимание России и которая сама больше похожа на Россию. Если Украина сможет стать успешной страной Европы, она покажет россиянам, что путь к либеральной демократии существует. Если же она станет «провальной страной», это только усилит аргумент Кремля, что Россия принадлежит к собственному «православному» миру, которому незачем учиться в либеральной демократии. В то же время, Америка и ЕС позволили себе устать от Киева. Вместо того, чтобы делать все возможное, чтобы помочь Украине, они ждут, что украинские политики докажут свою способность провести реформы самостоятельно. Это ошибка. Запад должен предложить финансовую помощь и технические советы. Он должен помочь искоренить коррупцию и быть терпеливым.

В конце концов, российский глубокий кризис ограничит агрессию Кремля. Но в настоящее время вооруженный ядерным арсеналом Путин навис над старой «советской сферой влияния». В течение последнего президентского срока Обамы Путин, который обновил свою поддержку «успехом» в Сирии, может устроить испытание для Запада еще раз.




Комментирование закрыто.