«Не лезет еда в несвободную глотку»: Савченко рассказала про камеру-гроб и белый крест в палате

Московский комсомолец

Савченко 9

Украинская летчица Надежда Савченко рассказала, что сама попросила вернуть ее из больницы обратно в тюрьму, так как там был «ад невыносимый».

Об этом она сообщила в интервью «Московскому комсомольцу». 

«Я сама раньше никогда не лежала в больницах, но ходила навещать близких. И я имела представление о том, что это такое. Все белое, окна большие, за ними деревья видны. А меня поместили в камеру во много раз хуже, чем в «Матросске». Крошечное узенькое окошко у самого потолка (до него не дотянуться даже, не то что заглянуть). Черная дверь. Нет даже туалета. Я так понимаю, что сюда помещают только тех, кто уже под себя ходит, кому «утку» приносят. Ни телевизора, ничего. Только голые стены и потолки, решетки и охранники. Камера-гроб для лежачих. В этом месте умирать надо, а я еще не собираюсь. Вечером, когда выключают свет, блики из крошечного окошка падают на эту черную дверь и получает огромный белый крест. Представляете? Я прямо хохотала. После лечения в этой больнице надо сразу направлять в психушку в «Бутырку». Это ад невыносимый», — рассказала она.

Кроме того, по словам Савченко, ее держали прикованной наручниками:

«Сначала меня поместили почему-то в реанимацию (хотя я ведь не при смерти, зачем я там чье-то койко-место занимала?). Лежала там прикованная в наручниках. Со мной в палате был еще один заключенный дедушка, который был при смерти, но ни наручники, ни охрану не снимали, будто он сейчас встанет и убежит».

По ее словам, ей не лезет еда из-за всей этой ситуации с похищением и заключением.

«Поскольку эта тема стала своего рода предметом торга, я так скажу. У меня просто нет аппетита. Не лезет в несвободную глотку еда. Потому когда совсем плохо, я что-то в себя пихаю, когда нормально – пью воду и чай. Сегодня я съела яблоко. Я точно знаю, что здесь мне умереть не дадут, но не хочу чтобы дошло до принудительного кормления», — говорит Савченко.




Комментирование закрыто.