Bloomberg: Амбиции Китая стать глобальной экономической суперсилой под угрозой

ZN.ua

Китай

Обозреватель пишет, что правительство до сих пор не решается отпустить рынки.

Упадок китайского холдинга Anbang Insurance Group становится все глубже. Еще не так давно загадочная компания преследовала одну иностранную сделку за другой, став символом глобальных экономических амбиций Китая. Но теперь, похоже, правительство пытается давить на Anbang Insurance Group, заставляя ее избавиться от иностранных активов.

Об этом на страницах Bloomberg пишет Майкл Шуман. Он добавляет, что если давление окажется правдой, тогда у иностранных бизнесменов появится еще одна причина бояться сотрудничества с китайскими компаниями. Неопределенность нестабильного и навязчивого государства, которое вмешивается в частные финансовые операции, может отпугнуть их.

«Однако, случай с Anbang Insurance Group — это часть чего-то большего, а с точки зрения китайского экономического будущего — страшного. Речь идет об остановке роста Китая как мировой экономической силы на всех фронтах. И китайское правительство в центре проблемы», — говорится в статье.

Автор добавляет, что большинство людей в мире до сих пор верят, что китайский подъем будет неизбежным. Последний опрос, проведенный Pew Research Center, показал, что большинство опрошенных до сих пор видят главной экономикой мира США, но Китай очень быстро сокращает разрыв. Лидер КНР Си Цзиньпин усиливал положительное впечатление от своей страны, описывая ее как лидера глобализации, торговли и экономического прогресса.

Но автор замечает, что статистика говорит про обратное. Традиционное представление о Китае говорит, что он наполняет мир всем: от мобильных телефонов до стали и кроссовок. На самом же деле китайская экспортная машина распыляется. С 2006 до 2011 года китайский экспорт товаров почти удвоился, позволив стране справиться с большой рецессией. С того времени экспорт вырос менее чем на 11%. Об этом свидетельствуют данные Всемирной торговой организации.

Такой же тренд наблюдается и для китайской валюты. В 2014 году юань вошел в пятерку валют, которые чаще всего используются для осуществления глобальших платежей. На него приходилось 2,2% операций. Казалось, Китай на правильном пути к воплощению своей мечты превратить юань на главного конкурента американского доллара. Но вдруг этот прогресс начал двигаться в обратном направлении. В июне, согласно данным Swift, на юань приходилось 2% расчетов. Китайскую валюту обогнал канадский доллар.

Похожая ситуация прослеживается на китайских рынках капитала. Несмотря на то, что правительство открыло свои рынки акций и облигаций для иностранных инвесторов, они все равно отдают предпочтение покупке акций китайских компаний в Гонконге или Нью-Йорке, а не в Шанхае или Шэньчжэне.

Частично ситация меняется потому, что Китай переживает напряжение, как и любая страна, которая теряет преимущество дешевизны. Столкнувшись с конкуренцией со стороны Индии и Вьетнама, где зарплаты работников ниже, Китай теряет позиции в экспорте одежды и текстиля в США. Кроме того, китайская экономика не заменяет этот традиционный экспорт новым, более ценным и качественным. К примеру, в 2016 году Китай экспортировал 708 тысяч пассажирских транспортных средств и грузовиков. Но если взглянуть на данные о том, что в 2014 году страна продала за рубежом 910 тысяч своих машин, можно сделать вывод, что произошло значительное сокращение.

Автор отмечает, что вместо того, чтобы поддержать глобальную экспансию китайских компаний, правительство КНР своей политикой сдерживает его. Юань до сих пор не закрепился должным образом на валютных рынках, потому что государство никак не может отказаться от вмешательства в определение его цены. В мае центральный банк Китая отказался от провозглашенной политики либерализации торговли юаня и ввел больший контроль. Инвесторы не забыли, как Пекин жестко пытался сохранить фондовую биржу от краха в 2015 году.

Поэтому они с опаской относятся к китайским ценным бумагам. Однако, самым большим противоречием между китайскими глобальными амбициями и нынешней политикой страны стало вмешательство правительства в зарубежное прямое инвестирование. Какое-то время Пекин поощрял большие компании к оживлению активности заграницей. Это вылилось в рост международных соглашений, которые заключали фирмы вроде Anbang Insurance Group. А это, в свою очередь, повлекло стремительный рост покупки долгов. Создав проблему, правительство решило вступить в игру, чтобы ее «решить», резко изменив свой курс и затормозив заключения международных соглашений.

Согласно данным American Enterprise Institute, китайское оффшорное инвестирование все же выросло на 9% в первом полугодии 2017 года. Но это произошло лишь благодаря одной гигантской сделке. Государственная компания China National Chemical Corp поглотила Syngenta AG. Если не учитывать эту сделку, зарубежное китайское инвестирования будет меньше на треть.

Обозреватель считает, что ключевой проблемой для китайского глобального роста стала неспособность Пекина позволить «рынкам быть рынками». Вмешательство в распределение финансов делает так, что необходимый капитал обеспечивается политическими решениями, а не конкурентностью. А потом, когда возникают проблемы, правительство пытается решить их еще большим регулированием.

Источник: ZN.ua




Комментирование закрыто.