Юрий Романенко: Журналисты несут прямую ответственность за деградацию украинского общества

беседовал Ростислав Буняк

Юрий Романенко

6 июня — День журналиста. Оксана Соколова, Юрий Романенко, Соня Кошкина — герои трех интервью, с которыми «Факты» говорили о стандартах профессии, пропаганду, эпатаж, блогерство, ошибки дискурса, ТВ, ответственность журналистики перед обществом. Ниже — разговор с Юрием Романенко. Главред «Хвыли» объяснил ошибку украинских журналистов.

— Вам интересно читать умозаключения украинских журналистов?

— Практически нет. Они скучны и часто оторваны от действительности, лишены логики, а иногда построены на джинсовых основаниях. Я практически не читаю украинские СМИ, но читаю заголовки. Есть буквально несколько человек, тексты которых читаю с интересом.

— Например?

— Допустим, Рахманин, Мостовая, Коля Воробьев, который сейчас в Штатах. У него есть эксклюзивная информация. Вечатлен профессионализмом Антона Подлуцкого.

В целом, для меня большая загадка, зачем в Украине существуют различные медиахолдинги, включающие десятки изданий.

Профессионалы конечно же есть, но общая картина достаточно плачевна.

— Если говорить о текстах на тему геополитики, мне кажется, украинские журналисты путаются в главном: Украина — субъект или объект геополитики?

— У них пробелы на уровне образования. Многие, возможно, догадываются о таких понятиях как объект, субъект, система международного права и т.д.

Журналисты и аналитики являются выразителями социума, который находится в глубоком кризисе. Кризис корнями уходит в прошлое столетие. Сегодня мы переживаем его апогей с точки зрения нашего поколения. На лицо серьезная проблема восприятия украинцами действительности, себя в этой действительности. А когда люди неправильно себя оценивают относительно окружающих, то нет ничего удивительно в неправильной оценке отношения государства с остальным миром.

— Журналисты ставят Украину в центре мировых интересов?

— Абсолютно правильно. Они не понимают, как устроена мировая система, какие дисбалансы, движущие силы процессов. Как следствие – украинский «пупоцентризм». Не осознания, что Украина сегодня периферийное государство в ряду десятков других периферийных государств. Потом мы искренне удивляемся, почему нам Штаты не дали оружие или почему Европа не давит на Россию.

— Вы не удивились?

— Практически все, что происходит сейчас, я прогнозировал 7-8 лет назад.

— Что происходит сейчас?

— Я говорил еще в 2008 году, что новый передел мира неизбежен. Это будет связано с изменением баланса сил: произошли серьезные изменения в социумах, экономиках Азии, Штатов, Европы, Африки, Ближнего Востока и т.д. Все это создает условия и факторы, которые делают недееспособной модель Второй Украинской Республики. Возникло давление, которое будет усиливаться, пока мы не изменимся и не сможем играть субъектно, рационально, маневрировать, исходя из взаимоотношений из основными актерами мировой системы. Либо мы будем раздавлены, исчезнем, как уже неоднократно исчезали, потому что не могли субъективироваться, мобилизовать ресурс социума и проиграем состязание тем, кто будет более организован и более ресурсен.

— Кроме «Хвыли», вы читали тексты-прогнозы о политике, войне, которые свершились?

— С лету сказать сложно. В каких-то интервью, наверное, читал. Я помню, как мы общались в 2008 году с нынешним замглавы СНБОУ Александром Литвиненко и он сказал: Будет война. Т.е. кулуарно здравомыслящие люди хорошо понимали тенденции.

— Интервью с экспертами как Илларионов вы доверяете?

— Я никому не доверяю в этой сфере. На все смотрю исходя из интересов и мотиваций, которые есть у субъекта, с которым веду разговор или которого я хочу понять.

Мы должны отучиться доверять внешним субъектам или иметь представление о мире, в котором есть добрые внешние субъекты. Нет в мире волшебников, все действуют в рамках своей логики и своих интересов. Если что-то выглядит как помощь Украине, то за этим всегда есть интерес.

Возможно, логика и интерес обусловлены идеологически и в них есть некая гуманитарная составляющая, но всегда есть базовые вещи: борьба за ресурсы, за позицию, за то, чтобы позиции твоего социума как минимум не ухудшались.

Вот вы знаете, кто такой Илларионов?

— Из «Википедии».

— Сегодня, в течении недели, можно создать виртуального субъекта с десятками тысяч подписчиков…

— СЕР-3М?

— СЕР-3М – реальный персонаж, я его знаю. Виртуальный персонаж может «сливать» все, что угодно. Поскольку украинцы находятся в ощущении магического, какой-то блоггер, рассказывая о сумасшедших победах украинской армии, может иметь огромную популярность. Но это никак не влияет на соотношение сил, на действительность, кроме того, что у людей искажается представление о реально происходящем. Как следствие, они являются заложниками тех сил, которые имеют реальное представление о ситуации, и которые распоряжаются ресурсами для реализации своей политики.

— Почему украинцев так легко обдурить?

— Потому что у них нет соответствующих практик. Их этому не учат. Более того, за последние 24 года та системность, которая присуща советской системе образования, развалена. Она была сильнее нынешней, потому что создавала определенный тип людей. Да, этот тип людей анахроничен по отношению к сегодняшнему времени, но он был системен.

В Украине не было системы. Нами правили люди с системным советским образованием, но с перевернутыми, извращенными ценностями, которые характеризуют одичалость наших территорий.

Возможно, это одно из самых феноменальных событий в мировой истории, когда 1/6 часть суши в течении жизни одного поколения превратилась в территории одичалых, где доминировали и доминируют социумы с перевернутыми ценностями. Где черное – белое, белое – черное. Где в течении дня можно поменять черное на белое и говорить, что это правильно.

Как следствие, кризис доверия на всех уровнях и не умение мобилизовать огромную социальную энергию.

Украинцами легко манипулировать, потому что нет институтов, которые создают доверие и формируют адекватное представление о мире, более того – у нас делается все, чтобы адекватное представление о мире размывалось. . Например, с помощью передач о шаманах, экстрасенсах и прочих гадалках. Такие темы привывают чувство, что человек находится во власти могучих страшных сил. Поэтому, когда вы слышите от украинца: “Да, что я могу”, то не забудьте напомнить журналистам СТБ, что они причастны к феномену этой социальной и индивидуальной слабости. Люди идут к экстрасенсам, которые якобы могут сказать, почему у тебя болеют дети. А дети болеют не потому что тебя сглазили, а потому что выгребная яма в пяти метрах от колодца. Это реальный случай, который у меня был перед глазами. Этим бредовым состоянием проникнуто все наше общество.

  • Журналисты несут ответственность за социум?

— Прямую.

— Вопреки тому, что люди не хотят сами думать?

— Да, ведь если хотите, чтобы вас окружала среда, которая характеризуется каким-то уровнем рефлексии и адекватности, журналисты должны делать все, чтобы эту среду создавать.

Как мы делали с «Хвылей». Понимали, что в идиотическом медийном пространстве Украины нужно создать свой островок, отталкиваясь от которого можно продуцировать внятные, адекватные представления о мире.

— «Хвыля» — пропаганда или журналистика?

— Это не журналистская, а смысловая площадка для всех, кто способен системно смотреть на мир. А я никогда не ощущал себя журналистом… Просто в Украине журналисты любят маркировать людей, чтобы было проще понять с кем имеешь дело.

— Тексты на какую тематику читаются лучше всего на «Хвыле»?

— Зависит от текущего момента, от силы автора, ожиданий социума. Один и тот же текст с разными заголовками может набирать аудиторию в десятки раз отличающуюся. Можно на спор поставить правильный заголовок, который соберет 200 хостов и искажающий, у которого будет миллионная аудитория.

— Вы какие ставите чаще всего?

— Зависит от текста. Заголовок ставим понятный роботам, агрегаторам типа «Яндекса», «УкрНета»; отображающий суть текста.

— Вы подключены к «УкрНету»?

— Да. Ко всем ключевым агрегаторам.

— В России тоже проблема с аналитикой?

— Нет. Там все для нас хуже. В России есть старые аналитические школы, поэтому у них в этом плане лучше ситуация. Но там тоже кризис перевернутых ценностей.

— Перевернутые ценности правильно «упакованы» в текст?

— Как они могут быть правильно «упакованы»? Они противоречат здравому смыслу и логике процессов. Рано или поздно, вы ударитесь головой о стену. Сейчас русские отказываются от своих спецназовцем. Вся страна должна врать по Холмогорову ради “святых целей Русского мира”. К этому даже нацисты не пришли. Это доведение кризиса ценностей до логического конца. Когда вся страна врет – возникает коллапс социальных отношений на всех уровнях, поскольку вы не можете никому доверять.

— Россия выигрывает информационную войну?

— Конечно. У нее есть аппарат и инструментарий. У нас этого нет. А как можно выиграть войну, не имея армии?

— #МинСтець – армия?

— Вы сами знаете ответ.

— Где заканчивается журналистика и начинается блогерство? Простыми словами, как сильно вы редактируете посты в Facebook перед публикацией на «Хвыле»?

— 95% постов рождаются исключительно при взаимодействии с аудиторией. Для меня пост в Facebook не способ донесения мыслей, а инструмент ее выработки. Это коллективный мозг, расширяющий ваши реальные возможности. Ключевым является понятие ядра твоей аудитории. У меня жесткие правила модерации. В бане тысячи людей находятся. Баню за слово «бред», фразу, не относящуюся к теме, за проявления «ватничества» и «вышеватничества». Для меня непринципиальное количество друзей и подписчиков, потому что огромная масса людей ничего не могут тебе дать, кроме того, что тебя читают. Но это тоже неплохо.

Друзья и подписчики выполняют три функции: либо информируют, либо критикуют, либо шерят твои материалы. «Фе» на посты должно быть обоснованно. Тогда «фе» становится полезным. Поливанием грязью человек рождает эмоциональную реакцию, начинается «срач», дискуссия теряет управляемый характер и, как следствие, в таком потоке информации сложно поймать что-то для себя. Потому нужно жестко контролировать ход дискуссии на своем блоге. Очень быстро аудитория понимает правила и придерживается их, генерируя нужные смысл и полезную информацию.

— Вам, как Виталию Сычу, звонили известные политики из-за критики в Facebook?

— Нет, не звонили. Предлагали разместить за деньги.

— Если на месяц отключить Facebook, что изменится?

— Ничего. Что такое Facebook для 35-миллионого государства? Те, кто сидят в Facebook, уйдут в другие соцсети. Но вот если в Украине отключат на месяц электричество, тогда многое изменится (улыбается). Пока оно есть – все будет в порядке.

— Нужно ли критиковать власть во время войны?

— Если она не эффективна, допускает ошибки, тогда почему не критиковать?

— Журналистика в Украине – «четвертая власть» или «древняя профессия»?

— Это четвертый придаток финансово-промышленных групп. Кто-то работает на работает на россиян, кто-то конкретно на американцев, получая поддержку через грантовую систему.

Возможно, нет ничего страшного в том, чтобы получать гранты. Но не всегда люди, которые их получают, понимают мотивацию спонсоров. Не важно, российские, европейские, турецкие или американские гранты.

— Если журналисты-грантоеды стали нардепами – это не лучшая карьера для страны?

— Это логика в духе черное-белое. Вопрос не в том, что кто-то получал гранты, а потом стал нардепом, а в том, что он продуцирует и в том, насколько он адекватен на своей новой позиции.

Ключевая проблема этой страны – проблема масштабов личности: когда кто-то поднимается по карьерной лестнице, он должен соответствовать уровню, требующему присующую этому уровню отвественность. Позиция президента или нардепа – это огромные возможности с точки зрения влияния на процессы и на будущее социума.

— Возможно ли в Украине создать медиапроект, который не будет зависеть от олигархов?

— Какого масштаба?

— Чтобы приносил прибыль и имел влияние на социум.

— В интернете это возможно, потому что там есть конкуретная среда и меньшие затраты. Печатные СМИ в Украине практически умерли, либо скоро умрут. Однако, властителем большинства остается телевизор, который требует больших капиталовложений. Это определяет феномен оболванивания людей в Украине, когда большинство воспроизводят информационный контент олигархических телеканалов.

— Сколько человек работает на сайте?

— Ядро – 5-6 человек. Те, кто выполняет техническую работу и следят за лентой. И есть десятки авторов, которые делятся своими размышлениями с аудиторией ресурса.

Большинство украинских СМИ работают как заводы. Собирают офис, где должны сидеть какие-то рабы и что-то писать. Это неправильно. Наша ниша не новости. Мы не можем соревноваться в этом с «Интерфаксом». Наша ниша – контент аналитический, размышления.

— Сколько тысяч знаков вы пишите в месяц?

— Наверное, около 100 тысяч. Не важно, сколько ты пишешь. Важен охват аудитории. Допустим, Манифест среднего класса, написанный в 2008 году, за неделю охватил около полутора миллиона человек. Проникновение мы просчитывали на уровне социологии – 30% через месяц и 40% через два месяца.

— Чему должны учить студентов-журналистов в университетах?

— Логике и базовому представлению о том, как устроен мир, социум, экономика.

— Практики или теоретики?

— Какая разница, кто вас правильно научил? Когда я учился в университете, понимал, что процентов 80 знаний в будущем не пригодятся. Не особо заморачивался, как их воспринимать. Но я понимал, что могут пригодиться знания из социальной психологии, теории международных отношений, политологии. Я делал упор на это, ходил на различные курсы. У человека должна быть мотивация. Если ее нет, то его никто не научит. Даже самый гениальный практик или теоретик.

Будущее людей должна определять школа. Там надо учить коммуникативным способностям. В современном мире от этого зависит, насколько человек будет успешен, даже если он глупый. В мире услуг – а мы идем к этому – роботы будут вытеснять людей из производства и в конечном итоге все будут перемещены в сферу услуг. А там будет успешен тот, кто умеет коммуницировать.

Источник: fakty.ictv.ua

 




Комментирование закрыто.