Виктор Небоженко: Олигархам потребуется государственный переворот

Беседовал Юрий Романенко, "Хвиля"

Виктор Небоженко

Наша последняя беседа с Виктором Небоженко была в апреле прошлого года. Тогда Виктор Сергеевич спрогнозировал ряд процессов, которые сегодня стали реальностью. Сегодня мы попытаемся посмотреть политические процессы в Украине с учетом тех изменений, который существенно изменили правила игры. Вместе с Небоженко мы рассмотрим тенденции превращения института Президента в суперинститут, увидим, как ограничиваются возможности игры олигархов в этих условиях, а также поглядим на перспективы контрсистемных сил, которые все активнее заявляют о себе в Украине.

Ю.Романенко. Сегодня складывается впечатление, что даже в самой Партии регионов не знают, кто придумал админреформу. Зачем все это? Любое подобное действие подразумевает цели, решив которые для организаторов должна возникнуть ситуация лучшая, чем до нее.

В. Небоженко. Я вспоминаю литературу, которая вышла через 5-10 лет после перестройки, где точно такие же были выражения экспертов, политологов, историков в духе «что это было, что мы натворили». Слава Богу, что наша рефлексия позволяет буквально в режиме рабочего времени задать вопрос «что это было» касательно текущих политических событий в Украине.

Вообще, я часто встречаюсь с разного рода народными депутатами, но есть самая пострадавшая группа. Это так называемые дети лейтенанта Шмидта. Так я называю депутатов нынешнего парламентского большинства, которые годами не видят своего Президента и, видимо, уже никогда не увидят. Про оппозицию я не говорю, потому что они живут в своем мире, им там легко и удобно. Они не видят Януковича и ждут от него ударов по всем законам психоанализа. Как говорят, если нет ударов, значит, нужно их изобрести или самим напроситься.

А вот хуже всего тем, о которых «забыли». Сейчас они тоже спрашивают у меня, вот, мол, объясните смысл, что происходит.

Ю.Романенко. Изгнание нерадивых детей от отца….

В. Небоженко. Даже не изгнание, а такое ощущение, что отец с матерью оставили многодетную семью на платформе поезда, а сами куда то уехали. Правда, кто отец, а кто мать, трудно пока что сказать, но факт в том, что какого-то понимания, что с ними делать не имеется. Отсюда, чисто психоаналитическое желание не участвовать в процессе, смысл которого они не понимают. Обратите внимание, что они уже не ходят на всякие заседания парламента. Там сидит 10-15 человек

Ю.Романенко. Принимающие Налоговый кодекс.

В. Небоженко. Знаете, как принимают? Они выделили демиурга, такого себе экстрасенса, способного телекинезом нажимать на кнопки. Я смотрю на Михаила Чечетова…Знаете, я помню после 1991 года большое количество безработных и нищих людей непенсионного возраста, которые развили в себе экстрасенсорные способности. А здесь я вижу доктора экономических наук, открывшего способности нажимать на кнопки. Он изменяет реальность прямо на наших глазах.

Кроме того, обязательно должно быть присутствие того, кого в западной культуре называются «простаком». В нашем случае, это председатель Верховной рады, который невинно оглядывается по сторонам и говорит: Ого, ничего себе!

Ю.Романенко. Надо же, пустой зал, а сколько голосов! (смех)

В. Небоженко. И он должен это регулярно повторять. Литвин как бы психологизирует, превращает виртуальную реальность в политический закон. Ух, ты, говорит он, — ну что же, идем дальше….

Это очень интересное зрелище, когда сидит 15 человек, подскакивает руководитель, что-то делает руками, посылает пасы, как Кашпировский, говорит какие то безобидные фразы, вроде «ми згодні і это правильно» и….вдруг появляются какие то цифры. Это к вопросу о том, что происходит.

Я думаю, что самое плохое для любой страны, когда она входит в изменения позитивные или негативные в бессознательном состоянии. Представьте себе, на страну напал враг, а элита не знает, что это враг или, что это нападение. Представляете, что творится тогда? Совсем другой вопрос, когда элита и власть знают, что на страну напал кто-то. Или, наоборот, стране сильно повезло. Я так говорю, потому что мы на самом деле не знаем то, что происходит – это нам сильно повезло или на нас напал враг…Самое худшее, что все это пока происходит в бессознательном состоянии.

Ю.Романенко. У Джареда Даймонда есть книга «Коллапс», где он очень впечатляюще разобрал причины социальных катастроф, через которые прошли самые различные общества в самые различные исторические эпохи. Так вот, он предлагает набор факторов, обуславливающих принятие решений той или иной общественной группой и делит эти факторы на четыре категории. Во-первых, группа может не предвидеть проблему до ее появления. Во-вторых, когда проблема возникла, группа может оказаться неспособной ее увидеть (то, о чем вы говорите). Затем, если проблема обнаружена, то группа может оказаться неспособной ее решить. Наконец, когда группа пытается решить проблему, она терпит неудачу. Так вот, если говорить о нашей элите, то ей, судя по всему, присущи все четыре фактора. Вернемся к админреформе.

В. Небоженко. Если мы говорим об административной реформе, нужно было принять закон о чиновнике. Это понимал Петр Первый, который плохо разбирался в политтехнологиях, но он понимал, что для создания государственной бюрократической структуры нужно сначала сделать чиновника субъектом каких то функций, а не просто носителем власти и собственности. Отсюда ему нужно было дать какие-то регалии, ранги, чем-то ему угрожать и создать иммунитеты. Нужно было выписать в этом законе политические, технические и административные функции. Ничего этого не было. Сразу приступили к административной реформе, которая, на самом деле, является сильной радикальной политической реформой. Она заключается в том, что после того, как КСУ перевел нас в режим Конституции 1996 года. Он ее приватизировал, раскрыл в Конституции 1996 года, не имея политических противников и конкуренции, потенциал личной президентской власти.

Здесь мы переходим к формулировке о режиме личной власти Януковича. Что она собой представляет?  Для этого нужно, чтобы ты лично руководил исполнительной властью. Поэтому ее сегодняшняя реорганизация привела к тому, что резко упала роль премьер-министра. Его место может занять даже «ди-джей» или человек, который технически организует работу маленьких кабинетов министров. У нас появилось как минимум четыре кабинета министров в одном правительстве. Произошла конфедерационалиазация Кабинета министров:

Во-первых, появилось суперминистерство Колесникова, который занимается сладкими вещами (инфраструктура) плюс Евро-2012.

Во-вторых, бюджетный микрокабмина Клюева, который занимается экономикой.

В-третьих, микрокабмин, который занимается всей энергетикой.

Наконец, в четвертый слили всех министров, чьи статус и функции приблизительно равны. Здесь решаются проблемы связанные с любым видом социалки.

Ю.Романенко. Вам не кажется, что это и есть реальная демонстрация того, какие группы влияния сегодня сложились в Украине и влияют на политический процесс?

В. Небоженко. Да, они формализовались. Получается, что есть группа Фирташа, которая контролирует гиперминистерство энергетики, группа Колесникова-Ахметова, группа Клюева, которая сама по себе и четвертая группа, состоящая из людей принявших присягу лично Януковичу.

Ю.Романенко.Так называемые государевы люди.

В. Небоженко. Более того, эта административная реформа не только более политическая, потому что Янукович теперь уничтожил пост премьера. Посудите сами, теперь Клюев разве уйдет на пост премьера, если ему придется терять суперминистерство? Нет. А захочет ли Бойко переходить на премьер-министра, если потеряет контроль над энергетикой? Нет. Янукович становится эпицентром власти, а не Азаров или кто-то другой. Этого не было в 1996 году. Тогда была борьба между Кабмином, Верховной радой и Администрацией Президента, которая создавала устойчивый украинский треугольник. Сейчас мы имеем чисто президентскую власть.

Ю.Романенко. Можем ли мы говорить, что Януковичу удалось разорвать порочный круг зависимости президентского института от ситуации в парламенте, следовательно, зависимости от крупного капитала, который создавал погоду в Раде, начиная с конца 90-х и все нулевые годы. Тогда это означает, что мы уже перешли за рамки кучмовской модели.

В. Небоженко. Да. Расширили ее гораздо.

Ю.Романенко. И переходим в неизведанное гиперпространство, качественно иное состояние.

В. Небоженко. Но все это в бессознательном состоянии. Это бессознательный план концентрации политической власти, который привел страну к необычному состоянию.

Ю.Романенко. В Януковиче интуитивно проснулся ярый почитатель Макиавелли, но, в то же время, общение с людьми, которые находятся «за кулисами», указывает, что во многом эти ходы придумывает и разыгрывает группа Левочкина-Фирташа. Как вы считаете, Левочкин сегодня играет как Медведчук, пытаясь через Президента отодвинуть другие группы.

В. Небоженко. Я не думаю, что Янукович допустит формирование института вице-президентства со стороны фаворита. Да, АП в связи ослаблением Кабмина и садомазохистским уничтожением парламента, сегодня находится на высоте, но только при конфликте с другими институтами, а не реализации общенациональных целей. У них ничего нет такого, чтобы делало их сильнее и привлекательнее, как инструмент продвижения страны. Что касается олигархов, то Янукович унизив парламент, уничтожил старинный олигархический инструмент влияния на государство. Причем, стоит отметить, что этот инструмент возник в результате рефлексий олигархов, а не эволюционным путем. Это произошло в 2000 году, когда начался кассетный скандал. Тогда олигархам стало ясно, что нельзя Президента делать эпицентром власти.

Ю.Романенко. Скорее это было следствием, а сам по себе кассетный скандал проявлением принятого решения олигархами играть на ослабление института Президента.

В. Небоженко. Им важно было создать свою структуру власти и такой структурой стал парламент. Они создали свои партии, СМИ и десять лет чувствовали себя, как рыба в воде. Сегодня фактически неизбежен конфликт между Януковичем, который концентрирует власть и олигархами из-за мирового кризиса. Все тащат ресурсы друг у друга, времени ни у кого нет и даже у самых богатых включен счетчик. Чтобы не думали о себе Ахметов, Коломойский или Пинчук всем тяжело. Поэтому они должны что-то делать – либо объединяться вокруг украинского государства — конкордат (договор), а для этого должны быть субъекты договора, то есть представитель от олигархата и представитель от власти. Янукович позиционирует себя как представитель власти, а у олигархов никак не выявится то лицо, которое будет суперолигархом, готовым подписать и выполнить такие соглашения

Ю.Романенко. Мы в апреле, когда с вами разговаривали эти модели конфликтов по линии президент-олигархи; олигархи-олигархи (борьба за место под солнцем между собратьями по олигархическому цеху); наконец, олигархи против мелкой и средней буржуазии, которую крупный капитал принес в жертву ради своих интересов – все они проявились в полной мере.

В. Небоженко. Да, Майдан-2 как раз является следствием этого — выяснением отношений между государством, олигархами и мелкой буржуазией. Когда мне говорят, что Майдан не состоялся, не получился, то я объясняю – при такой концентрации власти будет много попыток давления на власти. Как вода точит камень или скалу, а власть одна. Это неправильно. Почему люди на западе создают размытую власть, начиная от микровласти Фуко до обычной разделенной структуры власти. Так удобнее, поскольку нет единого источника социальной критики. Поэтому большая проблема для Януковича — что делать дальше. Он практически разрушил парламент и что теперь дальше делать с этим большинством? Теперь он не знает, что делать с Партией регионов, которая тоже зависает, ее тоже нужно куда-то девать.

Ю.Романенко. Ему Партия регионов в этих условиях не нужна, поскольку проще работать с атомизированными депутатами, каждый из который более подвержен влиянию президентской администрации. В этом плане, попытки сделать систему выборов смешанной пример четкого понимания необходимости именно таких характеристик у депутатов ВР.

В. Небоженко. Президентская партия может быть, но как приращенная форма административной вертикали, но не больше. Как суды, как бандиты, как налоговая, но не как партия. В этом смысле, Партия регионов в дурацкой ситуации. Либо им нужно сохранять себя, а они не умеют это делать, либо превращаться в обычный инструмент власти. Это тяжело, т.к. этот инструмент не доходит до народных глубин.

Ю.Романенко. На ваш взгляд, можно ли говорить о том, что у Ахметова, Клюева и более менее мелких олигархов появляется мотивация создавать собственные политические инструменты. По сути, у них есть три варианта выбора: смириться с тем, что делает Янукович, такой себе путинский вариант, когда олигархов вмонтировали в административную вертикаль и они стали наемными менеджерами; второй путь – формирование альтернативной повестки дня через создание своих политических сил; третий – уходить отсюда, диверсифицировать риски. Есть информация, что тот же Ахметов скупает сейчас активы за рубежом, что может быть инструментом ухода от рисков, которые несет в себе возвышение Януковича. На ваш взгляд, политическая «повестка 2011» какой она будет, учитывая, что есть три движущие силы политических процессов а) президент и его администрация б) олигархи в) мелкая и средняя буржуазия.

В. Небоженко. Понимаете в чем дело…. Вы говорите о движущих силах, а я хочу напомнить о движущих формах политической активности – выборы. Мы все привыкли постоянно играть в выборы.

Вторая форма – это Майдан, такое наше изобретение, хепенинг в 2004 году.

Третья – многочисленные политические соглашения в Верховной раде, которые сопровождались выбросами черного пиара и сменой правящей группы, но не политического режима.

Все эти элементы уже мало работают. Обратите внимание, выборы забирают социальную активность, идет выхлоп негатива, но 31 октября местные выборы эту функцию не выполнили. Одна из причин появления Майдана-2 заключается в том, что власть себе назло закрывает все возможные каналы социального выхлопа. Поэтому, вместо того, чтобы где-то была утечка пара, они добиваются того, чтобы пар выходил с огромной скоростью и не так как хочет власть или тот, кто открывает пробку.

В этой ситуации роль улицы возрастает, но ряду с ней увеличивается роль того, через что Украина еще не прошла – перевороты. Это, то, что в России было в 1993 году, а в Европе в 20 веке, а страны третьего мира проходят через них регулярно.

Поэтому четвертый выход для олигархов – попытка государственного переворота. То ли в виде политического убийства фаворита, то ли смещение власти с использованием майданных и уличных форм. Я думаю, что четвертый путь будет активно разрабатывать олигархами. Когда Фирташ говорит, что я ухожу, а в это время создается мегаминистерство с чудовищными энергетическими возможностями, то это, наоборот, чудовищная концентрация власти и собственности.

Когда Коломойский кокетливо говорит, что, мол, да, национал-социалисты это неплохие ребята….С 1945 года ни один уважающий себя еврей не хвалил фашистов, такого не было. Знаете, почему с 1945, а не 1939, когда они еще шутили по поводу национал-социалистической революции в Германии. Никогда такого не было, а тут он говорит: Ну что же, мы имеем цивилизованную форму национал-социализма. Это все не от хорошей жизни. Тут вы правы – олигархи будут искать создание новых политических сил, потому что старая оппозиция закончила свое существование не в связи с преследованиями Тимошенко, а в связи с тем, что им не удалось соединить уличную активность майдана-2 с институциональной оппозицией. А это кому то смерть…. Майдану это не смерть точно! Завтра опять выйдут 5 тыс. человек и им не нужна никакая история. Они будут считать, что это чистый лист бумаги и они наступают на власть.

Ю.Романенко. Да, у них нет влияния на массы. В этом плане Тимошенко перестает быть выгодной олигархам, потому что она все-таки выполняла эту функцию — канализилировала массовую активность, снимая с повестки дня угрозу неуправляемого социального взрыва.

В. Небоженко. Сама оппозиция, включая «Свободу», а «Свобода» — это «свежак», она хорошо работает в телевизионном режиме, когда есть аудитория, телешоу, большие и маленькие «шустеры». Когда есть манипуляция общественным мнением, скандалы, когда можно пойти и дать три десятка интервью, а работать непосредственно с самоорганизующейся и плохо оформляющейся активностью они не умеют. И не умели с самого начала. Они работали с выборами на уровне политических закрытых договоров, они работали с интригами и они работали с ТВ. Оказывается, все разучились все! Это касается и власти, если вы заметили, то все обратили внимание, что старая оппозиция не нашла язык с майданом. Но я скажу и обратное – «трехмиллионная» Партия регионов тоже оказалась немой и способной что-либо предложить. Значит, это точно не партия.

Ю.Романенко. Мы же прекрасно знаем, что и Фирташ, и Клюев пытались играть на майдане предпринимателей.

В. Небоженко. На уровне защиты собственных олигархических перспектив.

Ю.Романенко. Но это означает, что они видят в этом перспективу, ищут ее

В. Небоженко. Раз выборов и парламента не существует, где возможно как олигархическое влияние, так и демократическое, где возможно появление новых лидеров и они там появлялись, то, значит, лидеры радикализируются и появляются только в толпе.

Значит, лидеры радикализируются и появляются только в толпе. И олигархи понимают, что у них нет будущего. Их будущее в силе социального взрыва, а не в силе политической интриги. У нас лидеры будут появляться в течение нескольких месяцев, думаю, буквально полугода мы будем иметь человека с обычной фамилией. Социальный запрос требует лидера немедленно и эти лидеры будут возникать везде и нет никакой гарантии, что они захотят проявляться на Майдане. Может они пожелают сразу идти на Верховную раду и там сесть. Это все будет нетрадиционно, потому что у нас раньше этого не было. Никто не может предсказать, как будет реагировать улица. Толпа из 5 тыс. человек может идти из пункта А в пункт Б, вдруг, посередине остановиться и то ли будет взрыв мусорного бачка, то преградит какой то ОМОН, то ли понравится здание Кабмина. В результате мы будем иметь масштабное событие, которое тут же через увеличительное стекло мировых СМИ будет подано населению.

Ю.Романенко. Как это с Манежной площадью произошло.

В. Небоженко. Да, мы забываем еще одного игрока, который играет по схеме, но является точно игроком – мировые СМИ, которые обладают в отличие от всех остальных игроков (политиков, олигархов, журналистов, политологов и т.д.) неприкосновенностью. Любое западное СМИ может залезть туда, где никакой спецназ ничего ему не сделает. А какая будет картина — одному Богу будет известно. Я считаю, что кроме попытки лечь под Януковича, создать собственное политическое влияние, что трудно, т.к. исчезла площадка – парламент.

Ю.Романенко. Опять-таки об этом мы еще весной говорили.

В. Небоженко. Да. Третье, а куда вы сейчас уйдете, когда ваши политэкономические ресурсы относятся к третьему укладу, т.е. старая металлургическая промышленность, шахты и т.д. Попробуйте это продать.

Ю.Романенко. Более того, олигархи отсюда получают главную прибавочную стоимость.

В. Небоженко. За счет обычной марксовой эксплуатации, а не за счет инноваций, технологий и т.д.

Ю.Романенко. Таким образом, олигархи оказываются перед выбором отправиться на почетную пенсию, либо попытаться сохранить контроль над своими активами.

В. Небоженко. Возьмем, допустим, анонимную корпорацию, которая собирается купить фирташевские или ахметовские активы. Фирташевские проблемные и будут таковыми еще лет 50, а, значит, купить их нельзя. Попробуйте взять ахметовские, где еще работает третий уклад 19-начала 20 века, включить в состав корпорации, которая производит электронику, играет на бирже в Гонконге и т.д. Это невероятно сложно, поскольку требует опустить свою организацию на уровень капиталистического развития в Украине.

Продолжение здесь

P.S. В следующей части будет рассмотрены геополитические факторы, сценарии развития ситуации на 2011 год, роль корпораций в политическом процессе.




Комментирование закрыто.