Война близко, или все же нет?

Владислав Сердюк, для "Хвилі"

voyna-blizko

Гуляя по центру Киева тяжело не обратить внимание на выставку Олеся Кромпляса «Война близко», которая изображает привычные для мирного города силуэты (например, девочку с шариком) прошитые дырками от пуль.

Акция, созданная при поддержке «Национального Музея Революции Достоинства» призвана напомнить гражданам о том, что война находится не «где-то далеко», но совсем рядом. «Полтора дня езды на танке», — говорит сам Кромпляс.

Бесспорно, акция великолепна и имеет благую цель: напомнить о том, что война продолжается, все мы в одной лодке и «отсепарироваться» от происходящего сидя дома не получится. Именно таким образом я интерпретирую увиденное лично.

Но вот в этом месте и возникает первая проблема. Искусство глубоко субъективно и персонально. Да, даже настолько очевидное.

Олесь говорит: «Мені вже сказали, що на Льва Толстого хтось підійшов до скульптури і кульочками почав закривати рани. Мені здається, хотів перев’язати».

А, если он хотел скрыть эти дырки, чтобы даже не вспоминать о происходящем? Вдруг его решение скрыть «раны» основывается на триггерах, связанных с любой другой войной? А может и не войной вовсе?

Естественно, все это зависит от интерпретации, которую мы примем. Но факт остается следующим, восприятие искусства персонально.

Хочу также заметить и поделиться первыми наблюдениями. Доминирующее число проходящих даже не замечают этих скульптур и крайне редки случаи, когда люди к ним подходят. Почему? Потому что, желание тактильно ощутить войну должно быть спровоцировано осознанием того, что она идет.

Тут мы встречаемся со второй проблемой. В доминирующей степени акция призвана не напомнить, что идет война, а дать новые ощущения для осознающих войну. В чем собственно признается и сам Кромпляс: «А ось тактильних відчуттів ще ніхто не торкався. І народилася ідея створити проект, до якого можна було б підійти і доторкнутися».

Осознание того факта, что сегодня в Украине идет война, где участвует регулярная армия, где гибнут как солдаты, так и простые люди, где фактически решается судьба Украина – это уже невероятное умственное усилие со стороны гражданина, правительство и медиа которого усиленно внушают ему обратное.

Таким образом, акция передает осознающим войну людям новые эмоции и новый опыт, который они могут передать своим близким.

Но, что же тогда с теми, кто не определился в своем истолковании событий на Донбассе? Переубедить их посредством искусства будет практически невозможным, по той лишь причине, что государство заставит их чувствовать себя шизофрениками.

Я объясню свою мысль следующим образом: поскольку акция организовывается не художником самостоятельно, а при поддержке «Музея Революции Достоинства», который является единицей, подчиняющейся «Украинскому Институту Национальной Памяти», то фактически это не авангардный протест против «гиперинфляции впечатлений» со стороны одинокого художника, а шизофреническая акция государства.

Государство никаким образом не дает гражданину понять, что в стране идет война. Политики используют термин «война» в своих длительных и скучных спичах. После чего на законодательном уровне называют это «Антитеррористической операцией», латентным «конфликтом», а в конечном итоге «Операцией Объединенных Сил», которая, естественно, проходит в зоне «АТО».

Оно ежедневно передает сводки из АТО, сообщает о погибших, о неудачах и успехах. Но делает это таким образом, что жертвы теряют свою ценность, а значит и сеют в головах у людей сомнения касательно их необходимости. Можно ли винить кого-то за его неосознание происходящего на Востоке Украины? А за желание «вырваться» из этого хаоса? Конечно же, нет. Ведь голова гражданина, его сознание – это цель для оружия массового поражения бьющего 24/7 из телеэкранов, новостных интернет ресурсов и т.д.

Взращенное на дрожжах аморфизма (бесформенности) понимание конфликта создает в головах «широкого гражданина» диссонанс. Одно не клеится с другим. Война не клеятся с Днем Молодежи, проведенным в том же парке Т. Шевченка 24 июня, с финалом ЛЧ, с фестивалями, концертами и т.д. Точно также акция государства, пускай и организованная художником не клеится с законодательными актами.

Если бы Олесь организовал акцию абсолютно самостоятельно, это имело бы куда больший смысл. Это был бы действительно реальный одиночный протест против всех, кто не с ним, кто не думает также как он. Протест против безразличия к самому страшному вымыслу человека – войне. Ведь фактически эта акция должна была быть протестом против самой политики нашего правительства в отношении событий на Донбассе, которое и есть причиной «гиперинфляции впечатлений». Мне определенно нравится идея такой акции, но я повторю вопрос, если она направлена против безразличия и бессознательности, то тогда, как можно было организовывать ее совместно с правительством?

Вместо этого, был создан еще один повод для прохождения гражданином через внутренний конфликт, раздирающий и полный неопределенностей. Ведь на улице он видит напоминание о войне, а дома с экрана телевизора слышит об антитеррористической операции. Тогда с кем же борется наше государство с организованной преступностью, или с армией противника?

Государство должно быть четким в своих действиях и решениях, а тем более в критических моментах, когда нет места неопределенностям. Оно не должно проводить авангардные акции, расходящиеся со своей политикой, иначе это просто компрометация и признак некого раздвоения личности. Государство не должно быть «художником», или «общественным движением», которые занимаются установкой подобных скульптур. Оно выдает указ, что делать и куда идти. Кто враг, а кто друг. Это главная и едино-отличающая функция государства.

Вам понравился текст? Вы можете монетизировать вашу благодарность на карту ПриватБанка 4149 4391 0519 0437. Сердюк В.В.

[print-me]
Загрузка...


Комментирование закрыто.