Социопатизация личности – источник угроз для национальной безопасности

Александр Костенко

Человечество давно ищет ответ на вопрос: существуют ли такие свойства человека, лишь имея которые он совершает преступление? В Средневековье, например, считалось, что сам по себе человек таких свойств не имеет, а совершение человеком преступления — это проявление беса, вселившегося в него. Из этого и исходили в борьбе с преступностью в Средние века. Чезаре Беккариа противопоставил этому доктрину, в соответствии с которой человек сам совершает свое преступление — он является его автором, а не вселившийся в него бес. Это была прогрессивная криминологическая идея, приведшая к революции в сфере противодействия преступности, в частности, в применении уголовного наказания.

Однако, Ч. Беккариа, указав на то, что криминальное поведение — это проявление свойств, принадлежащих самому человеку, не раскрыл сущности этих свойств. Попытку определить эти свойства сделал Чезаре Ломброзо. Предпринятое им исследование привело его к выводу о том, что это такие свойства, которые человек получает при рождении (теория прирожденного преступника: «преступниками рождаются»). А поскольку рождение человека — это биологический акт, то и получаемые при рождении человеком свойства являются биологическими. Только тот, кто получает их при рождении и совершает преступление.

Теория прирожденного преступника не нашла подтверждения, а вопрос о свойствах человека, порождающих его криминальное поведение остается без надлежащего ответа. При этом, однако, само неподтверждение теории прирожденного преступника имеет большое научное значение, потому что исключает гипотезу о биологической сущности свойств человека, порождающих преступления. В результате остается гипотеза о социальной сущности свойств человека, порождающих совершение им преступления. Сегодня именно в этом направлении осуществляется научный поиск в криминологии. Известно, что результат научного исследования определяется тем методологическим инструментарием, которым пользуется исследователь. В современной криминологии накопились проблемы, решение которых возможно лишь с помощью нового методологического инструментария.

По нашему мнению, плодотворным для научного исследования в данном случае может быть использование так называемого принципа социального натурализма. Использование его нами в исследованиях с 1990 года помогло по-новому решать научные и практические проблемы, возникающие в нашем обществе. В соответствии с этим принципом социальные явления, в том числе и человеческие поступки, следует рассматривать как такие, что существуют по законам Природы. Для всего сущего Природа есть Высшим Законодателем. Это вытекает из идеи природной целостности мира, в соответствии с которой все, что существует в мире должно существовать по законам Природы.

Дуалистическая формула «природа и общество» является опасным заблуждением, потому что выводит общество за пределы «природы» и таким образом отрицает, что общество — это тоже «природа», хотя и иная, чем физическая и биологическая. Общество есть высшей формой развития «природы», которая наслаивается на физическую и биологическую формы «природы». Оно отличается от физической и биологической «природы» не тем, что оно не является «природой», а тем, что это высшая форма «природы», которая возникает в результате развития физической и биологической форм «природы» и при этом находится в генетической связи с последними.

Социальный натурализм дает возможность увидеть, что существует, образно говоря, не две «природы» — физическая и биологическая, а три «природы»: физическая, биологическая и социальная. И эта «третья природа» (то есть, социальная) не опускается к первым двоим, а, наоборот, поднимается над ними как высшая за них и существует по своим, присущим только ей природным законам. Образуя иерархическое наслоение «физическая природа — биологическая природа — социальная природа», эти три «природы» генетически связаны между собой, ибо биологическая является результатом развития физической, а социальная — результатом развития биологической. Таким образом, в соответствии с принципом социального натурализма социальные явления не являются внеприродными — они природны, как и любые другие в этом мире. Но признание их природными не означает, что они этим самым опускаются до физической или биологической природы. Поэтому социальный натурализм не есть «физикализацией» или «биологизацией» социальных явлений, как это может показаться на первый взгляд, то есть он не ведет к редукционизму.

В соответствии с принципом социального натурализма социальный прогресс происходит путем так называемой «натурализации» социальных институций. Эта натурализация состоит в том, что все социальные институции (внедряясь посредством воли и сознания людей) все более и более должны согласовываться людьми из законами социальной природы. Это закон социального прогресса, вытекающий из принципа социального натурализма. Таким образом, можно предположить, что существует закон натурализации общественной жизни, состоящий в том, что развитие общества возможно лишь путем согласования воли и сознания людей, образующих общество, с законами социальной природы.

Исходя из изложенной доктрины социального натурализма, человек — «трехмерное» существо: он состоит их трех слоев — 1) слой «физическая вещь»; 2) слой «биологическая особь»; 3) слой «социальная личность». Этот вывод очень важный для понимания механизма поведения человека. В поведении человека проявляются все эти три слоя. Но криминальный (то есть, социально значимый) характер поведению человека может задаваться лишь свойствами слоя, называемого «социальная личность». Иными словами, криминальный характер поведения человека определяется свойствами его «социальной личности» (а не физическими или биологическими свойствами человека). Сущность «социальной личности» человека составляют его воля и сознание, именно они образуют у человека слой «социальная личность». Таким образом, можно сделать вывод: каковы воля и сознание человека — таково и его социальное поведение как проявление его воли и сознания.

Этот вывод, в свою очередь, указывает на то, что криминальное поведение — это проявление определенных свойств «социальной личности», то есть свойств его воли и сознания, придающих поведению криминальный характер. По нашему мнению, «социальную личность», имеющую такие свойства воли и сознания, которые могут придавать поведению человека характер социальной патологии следует называть «социопатической личностью».

Какие же свойства воли и сознания делают личность социопатической, то есть способной при определенных условиях проявиться в виде поступка, представляющего собой социальную патологию? Ответ на этот вопрос тоже, по нашему мнению, нужно искать с помощью методологического инструментария, основанного на принципе социального натурализма. Однако, ответ на этот вопрос зависит от решения с помощью принципа социального натурализма так называемого «основного вопроса этики и криминологии», который может быть сформулирован следующим образом: «Преступление — это нарушение законов природы или уголовного законодательства, сформулированного людьми, или того и другого?».

Этот вопрос в соответствии с принципом социального натурализма имеет следующее решение: «Преступление — это нарушение законов социальной природы, воплощенных людьми в уголовное законодательство». Если преступление — это нарушение законов социальной природы, то это значит, что воля и сознание, проявляющиеся в виде преступления, имеют свойства, противопоставляющие их законам социальной природы. Такими свойствами обладает воля, находящаяся в состоянии своеволия, и сознание, находящееся в состоянии иллюзий, образуя единый комплекс, который можно назвать «комплексом своеволия и иллюзий». Этот комплекс, образующийся в структуре «социальной личности», является «зародышем» поведения, нарушающего законы природы и поэтому признаваемого нарушением социальных норм (религиозных, моральных, правовых и т.д.). Любое нарушение социальных норм на свете, совершавшееся, совершаемое или которое совершится в будущем, — это всегда проявление комплекса своеволия и иллюзий.

Таким образом, в соответствии с принципом социального натурализма социопатия личности — это несогласованность воли и сознания человека с природными законами социальной жизни. Эта несогласованность приводит волю в состояние своеволия, а сознание — в состояние иллюзий, образующие так называемый «комплекс своеволия и иллюзий». Именно этот комплекс и делает человеческую личность «социопатической личностью». Другими словами, «социопатическая личность» — это «личность с комплексом своеволия и иллюзий». Этот комплекс является общим «зародышем» для всех проявлений социальной патологии, только одной из которых и есть преступность. Поэтому искать какие-нибудь специфические «криминогенные» свойства личности, являющиеся «зародышем» только преступности было бы методологической ошибкой. Отсюда следует также, что до совершения преступления не существует у личности «криминогенных» свойств, но существуют «социопатические» свойства, которые при определенных условиях могут проявляться в виде преступления. Исправление этих «социопатических» свойств обеспечивает предупреждение всех проявлений социопатии личности, в том числе криминальных проявлений.

Понимание преступления как проявления комплекса своеволия и иллюзий, образующего социопатическую личность, приводит к следующему выводу. Все, кто совершает преступления имеют комплекс своеволия и иллюзий, но не все, кто имеет комплекс своеволия и иллюзий совершают преступления — люди могут проявлять этот комплекс в других видах социальной патологии, так и не совершив никогда в жизни преступление, если для криминального проявления комплекса своеволия и иллюзий не наступили условия.

Комплекс своеволия и иллюзий проявляется в виде «противоестественного» (социопатического) поведения лишь при наступлении для этого определенных условий, а не в любом случае при совершении носителем этого комплекса того или иного поступка. Человек, имеющий комплекс своеволия и иллюзий может, например, если для этого не наступят подходящие условия, прожить всю жизнь, не совершив преступления, а совершая иные социопатические поступки. У него этот комплекс может проявляться в виде таких противоестественных (то есть нарушающих законы социальной природы) феноменов как грех, аморальность, некриминальные правонарушения, волюнтаризм, утопизм, мистицизм, экстремизм и т.п.

Рассмотрение комплекса своеволия и иллюзий как фактора социопатизации личности может способствовать познанию социологических и психологических корней того кризиса «здравого смысла», искажающего природу вещей, который поразил современное общество. Драматизм этого кризиса состоит в том, что с каждым днем становится все труднее различать добро и зло, истину и неистину, справедливость и несправедливость, красу и некрасу, героизм и преступление, свободу и своеволие, предпринимательство и псевдопредпринимательство, действительность и иллюзии, порядок и анархию, право и неправо, демократию и псевдодемократию, моральность и аморальность, людей хороших и людей плохих и т. д. Утратив критерий для различения этих феноменов, человечество сегодня оказалось перед угрозой гуманитарной катастрофы. Еще философ Антисфен предупреждал, что государства погибают тогда, когда перестают различать людей хороших и людей плохих. Из-за отсутствия этого критерия становится недоступным познанию такой феномен как социопатия личности, проявлением которого есть различные социальные патологии, могущие привести к гуманитарной катастрофе. Принцип социального натурализма открывает возможность обнаружить этот критерий. В соответствии с указанным принципом все, что согласуется с законами социальной природы есть добро, а все, что противоречит им — зло. В свете этого социопатия личности — это зародыш всякого социального зла. Именно в ней кроются социологические и психологические корни кризисов, поражающих общество как национальное образование.

Распространение кризисных явлений в современном обществе, в частности коррупции, также объясняется социопатизацией личности. Проявлением социопатии личности есть чрезвычайно распространенное обогащение людей в нарушение природных законов экономики, то есть путем псевдопредпринимательства, в том числе имеющего криминальные формы. Это, в частности: фальсификация товаров и услуг, реализация некачественной продукции, обман покупателей и потребителей, искусственное завышение цен (например, на квартиры), недобросовестная реклама, уклонение от уплаты налогов, необоснованные льготы, эксплуатация человеческих слабостей (например, привычки к курению, употреблению алкоголя, азартным играм, или нездорового интереса к изображению обнаженного тела, или человеческих иллюзий и суеверий и т. д.), злоупотребление правом и многие другие псевдопредпринимательские «штучки», которые идеологи, оправдывающие псевдопредпринимательство, пытаются выдать за норму экономической жизни. Обогащение противоестественным образом, то есть не путем получения своей доли (определяемой рыночной конкуренцией) от участия в создании нового общественного продукта, а путем неэквивалентного присвоения того, что создали другие, — это проявление социопатии личности, угрожающее сегодня национальной безопасности. Таким может быть социологическое и психологическое объяснение псевдопредпринимательства, являющегося препятствием на пути к национальному возрождению. Нацию не могут образовывать люди, личность которых социопатизирована и проявляется, в частности в виде псевдопредпринимательства или другой социальной патологии.

Как свидетельствует исторический опыт, деградация нации — результат социопатизации личности. Это — закономерность. Поэтому защитить нацию от деградации можно единственным способом — с помощью формирования социальной культуры у граждан предотвратить их социопатизацию. Нациообразующими могут быть только люди, не имеющие социопатии, то есть обладающие надлежащей социальной культурой, которая обеспечивает согласованность их воли и сознания из законами социальной природы, свойственными для данного национального образования.

Понятие «социопатической личности» как «личности с комплексом своеволия и иллюзий» имеет не только теоретическое, но и практическое значение. Оно нацеливает практику на радикальный способ противодействия преступности: а именно на устранение комплекса своеволия и иллюзий, поражающего социальную личность, как корня любой социальной патологии, в том числе криминального поведения. Устранять этот корень, — в соответствии с принципом социального натурализма, — можно лишь формируя у людей состояние согласованности их воли и сознания с законами социальной природы. Такое состояние называется социальной культурой человека. Она — радикальное средство против социопатии личности, проявляющейся, в частности, в виде преступности. Все, что способствует формированию социальной культуры человека способствует тем самым созданию у него иммунитета против комплекса своеволия и иллюзий — корня всякого зла, в том числе и преступности. Образно говоря, из этого можно вывести следующую «формулу зла»: свобода минус культура. «Формула добра» соответственно такая: свобода плюс культура. Исходя из этого, афоризм Чезаре Беккариа «лучше предупредить преступление, чтобы не быть вынужденным наказывать за него» можно перефразировать так: «лучше с помощью культуры устранить комплекс своеволия и иллюзий, чем наказывать за проявление этого комплекса в виде преступления». Конечно, формирование социальной культуры, будучи радикальным средством противодействия преступности, не исключает применение наказания за уже совершенные преступления как паллиатива.

Существующая сегодня преступность, в частности коррупция и псевдопредпринимательство, имеющее форму криминальной эксплуатации человека человеком, — это симптом распространенности сегодня в нашем обществе феномена социопатизации личности, являющейся, по нашему мнению, основным препятствием на пути к национальному возрождению. Только люди, обладающие развитой социальной культурой способны образовывать нацию: будет эта культура — будет и нация. Социальная культура людей — основа развития всякого национального образования. Национальное развитие несовместимо с социопатизацией личности, проявляющейся в различных видах социальной патологии. Если идеология национализма будет основываться на этих положениях, вытекающих из принципа социального натурализма, то она будет способствовать национальному развитию. Иначе — национализм будет проявлением «комплекса своеволия и иллюзий» в виде национального экстремизма и других проявлений социальной патологии. Например, социопатия личности в условиях межнационального конфликта проявляется в виде терроризма. И любой терроризм — это всегда проявление социопатии личности, в этом сущность терроризма. Непревзойденным исследователем терроризма остается Ф.М.Достоевский, который гениально обнаружил эту его сущность в романе «Бесы». Террористы — всегда социопаты, а терроризм — это всегда социопатическая реакция на социальные проблемы.

С помощью изложенной концепции социопатии личности можно объяснить феномен атрофии национальных чувств у людей. Например, нечувствительность к родному языку — это социальная патология, в которой проявляется социопатия личности. Для социопата нет национальности. Чувство национальной принадлежности ему чуждо, также как и патриотизм.

По нашему мнению, противодействие различным социальным патологиям, в том числе преступности, как проявлению социопатии личности, угрожающей национальной безопасности, должно осуществляться по формуле: «социальная культура людей плюс репрессия». Эта формула может стать основой для так называемой «культурно-репрессивной концепции обеспечения национальной безопасности», разрабатываемой с помощью принципа социального натурализма. И поэтому актуальной является идея американского теоретика разведки Джорджа Пэтти: «Как война, так и мир по природе своей «тотальны» и это требует от разведки чрезвычайного расширения форм и методов своей работы, в том числе использования всех последних достижений социальных наук». Сегодня становится все более очевидным, что для государства, его органов и спецслужб, обеспечивающих национальную безопасность, именно социальные науки, способные предложить средства противодействия социопатизации личности, являются наиболее эффективными инструментами обеспечения национальной безопасности.




Комментирование закрыто.