Георгий Почепцов: Сегодня не информационная, а пропагандистская война

Георгий Почепцов, для "Хвилі"

propaganda3

Пропаганду старались не изучать до совсем недавнего времени, считая, что это феноменом далекого прошлого. Он должен был исчезнуть с арены с уходом со сцены тоталитарных режимов. Но все оказалось не так просто. Новые информационные возможности дали новый всплеск развитию пропаганды, поскольку она может мимикрировать под любые типы информационных и виртуальных продуктов.

Отметим и некоторые терминологические замечания. Информационные войны — это термин от военных прошлого или от журналистов сегодняшнего дня. Американские военные используют теперь термин информационные операции, объясняя это тем, что войной можно заниматься только в военное время, а что же делать в мирное.

Пропаганда, пропагандистская война направлена на массовое сознание, а информационные войны/операции могут быть направлены на индивидуальное. Отсюда следуют разные акценты. В случае информационных операций идет работа с рациональным материалом, в случае пропагандистских войн — с эмоциональным. То есть для пропаганды базовым является автоматическая реакция, для информационных операций — рациональная. И последний вариант различия — степень трансформации базовой модели мира. Информационная операция не меняет модель мира, а лишь ее небольшой фрагмент, чего нельзя сказать о пропагандистской коммуникации, которая направлена на удержание своей модели мира и разрушение чужой.

Мы можем построить следующую схему разницы информационной операции и пропагандистской войны:

Информационная операция Пропагандистская война
Аудитория Индивидуальная Массовая
Тип реакции Рациональная Эмоциональная
Трансформация модели мира Минимальная Максимальная

К примеру, перестройка была направлена на максимальное изменение модели мира у массовой аудитории в первую очередь с помощью генерирования эмоциональных реакций путем опоры на рассказы о репрессиях, пустых прилавках и под. На все это происходит автоматическая реакция индивидуального и массового сознания.

Почему информационное пространство стало столь значимым именно сегодня? Кстати, вероятно, следует говорить о коммуникативном пространстве, подобно тому, как в советское время пытались одно время заменить средства массовой информации (СМИ) на средства массовой коммуникации (СМК), поскольку информация — это однонаправленный процесс, а коммуникация — двусторонний. Информационное пространство надо отдать в ведение кибернетиков в погонах, которые создают защиту, стену от проникновения чужого. И это удается сделать только на определенное время, а потом хакеры вновь разрушают теперь уже новую стену. Коммуникативное пространство нельзя защитить стеной, а только сильным собственным продуктом, который и удерживает в голове фильтры, которые не пускают чужие сообщения, если они противоречат имеющейся модели мира.

Если информационное пространство прошлого формировалось книгами и газетами, возникшими в результате изобретения книгопечатания, то это влияние практически помогло созданию современного мира, поскольку прямо и косвенно породило и национальные государства, и науку, и образование, и демократию, поскольку реформация смогла разделить церковь и государство.

Коммуникативное пространство сегодняшнего дня формируется соцсетями, благодаря созданию Интернета. Если в прошлом число авторов было невелико, то сегодня все поменялось: у каждого есть возможность проявить себя. Соответственно, чтение новостей идет именно в соцсетях. Это серьезным образом продемонстрировали две последние кампании: по выходу Британии из ЕС и президентская кампания в США, когда именно соцсети стали основным источник информирования для некоторых социальных групп.

Если пропагандистская война — это война мировоззрений, то отсюда понятно, почему столь значимыми становятся телевизионные новости и политические ток-шоу, кино и телесериалы, а также любые варианты чужой массовой культуры. Именно последние являются «питательным бульоном», где произрастает модель мира. Кстати, первые разработки в сфере информационных войн видели ее как войну мировоззрений, как войну знаний, как эпистемологическую войну. То есть речь шла о действии на самом высоком уровне в системе «факт — информация — знания». И сегодня мы вновь возвращаемся к этой же тематике.

Пропагандистская война влияет сквозь физическое пространство (например, памятник), информационное пространство (например, отбор событий для освещения в новостях и их интерпретация) и виртуальное пространство (например, телесериалы, которые всегда базируются на определенной модели мира). Все это направлено на влияние на когнитивное пространство массового и индивидуального сознания.

На Донбассе присутствуют и реальные информационные операции, когда на мобильные телефоны находящихся там украинских солдат поступают SMS-сообщения другой стороны или передвижения войск должны вызвать ту или иную реакцию украинского командования. Но массовое сознание находится в системе пропагандистской войны, единственной защитой от которой стало закрытие телеканалов и поступления печатной продукции. Это чисто физическая защита информационного и виртуального пространства, которая, как показывает опыт СССР, не является достаточно эффективной. В этой сфере адекватно работает только потребление своего собственного качественного информационного и виртуального продукта, который способен выдержать конкуренцию с чужим продуктом.




Комментирование закрыто.