Еврореформирование Украины: ценности имеют значение

Валентина Киселева, Олена Українець, Аналитический центр «Обсерватория демократии», для «Хвилі»

Украина_ЕС

«Только привыкшее к свободе население может поддерживать жизнь институтов свободы», — написал немецкий философ Юрген Хабермас в статье «Гражданство и национальная идентичность». Речь идет в первую очередь о том, что любого рода конституционные нормы могут стать эффективными общественными практиками только тогда, когда, по словам философа, они «образуют единство с мотивами и убеждениями граждан».

Развивая тезис Хабермаса, следует отметить, что в процессе государственного управления потенциал и роль ценностей зачастую явно недооценивается. И весьма напрасно. Поскольку ценности – это своеобразный «серый кардинал», который в конечном итоге определяет результат создания или реформирования политических институтов. Именно они содержательно заполняют институты, определяют логику и специфику их функционирования.

Разрыв между формальной оболочкой реформ и их ценностным содержанием в настоящее время характеризует процесс еврореформирования Украины, который, в связи с этим, приобретает затяжной характер. В результате, создается ситуация, которую наглядно иллюстрирует небеизвестный принцип, который гласит: «чем больше вещи меняются, тем больше они остаются прежними».

Другими словами, «построить Европу в Украине» невозможно, если заимствовать одни лишь формальные институты и игнорировать ценностный компонент. И здесь логика достаточно простая. В основе демократических институтов лежат демократические европейские ценности. В то время как «начинка» неопатримониальных институтов современной Украины — это постсоветские или традиционные ценности. Чтобы инициированные «еврореформы» и созданные в их результате новые институты не были отторгнуты в качестве инородного тела, необходимо целенаправленно и основательно работать с ценностями.

Ценности – этика или правила игры?

Безусловно, когда речь идет о человеке как разумном существе и «объективной цели», мы имеем дело с классическим пониманием ценностей, предложенным Иммануилом Кантом. Здесь ценности – это прежде всего моральные и этические принципы правильного, должного поведения. Ценности предписывают, что следует относиться к другому человеку как к цели, а не средству. Или, например, наиболее известная максима Канта гласит, что необходимо поступать так, чтобы твои действия могли стать всеобщим законом действия для всех.

Прагматическое определение ценностей, их институционально структурирующее значение, в свою очередь, отсылает к работе Макса Вебера «Протестантская этика и дух капитализма». В отличие от Канта, Вебер рассмотрел ценности с точки зрения их практической значимости, исследовал, каким образом ценностные установки определяют сущность создаваемых институтов. Показал, каким образом этические требования протестантизма повлияли на формирование «хозяйственного мышления» (развивают черты трудолюбия, расчетливости, бережливости, материализма) с последующим становлением устойчивых институтов западноевропейского конкурентного капитализма.

«Ибо в такой же степени, как от рациональной техники и рационального права, — пишет Вебер, – экономический рационализм зависит и от способности и предрасположенности людей к определенным видам практически-рационального жизненного поведения». В таком подходе важно то, что определенные психологические факторы (веберовский «дух» или то, что сегодня принято называть менталитетом или идентичностью) могут выступать как катализатором общественных изменений, так и противодействием, если они вступают в диссонанс с ценностями.

Исходя из этого, недостаточно рассматривать ценности лишь в кантовском понимании — как что-то абстрактное, составляющее личные идеалы каждого человека или же мораль общества. Ценности – это, по сути, прагматические и в этом смысле — рациональные правила игры, которые определяют, как следует вести себя в тех или иных жизненных ситуациях конкретного социума.

Невыносимая легкость европейского бытия

Хотя чешский писатель Милан Кундера вкладывал несколько иной смысл в метафору невыносимости легкости бытия, идею современной Европы можно охарактеризовать именно так. Легкость «европейского бытия», в этом смысле, составляет унормированный социальный порядок, который создает комфортные условия жизни, комплементарные для человека и возможностей его самореализации. И, соответственно, повышает «привлекательность» идеи Европы.

Концепт и перечень европейских ценностей прописаны в Маастрихтском договоре – уставном нормативно-правовом акте 1992 года, юридически учреждающем Европейский Союз. В частности, к таким ценностным универсалиям относятся: уважение человеческого достоинства, свобода, равенство, соблюдение прав человека, включая права меньшинств, а также принципы плюрализма, недискриминации, терпимости, справедливости, солидарности, равенства женщин и мужчин (статья 2).

Однако помимо ценностей в этическом кантовском понимании, Маастрихтский договор устанавливает и сугубо институциональные правила игры. А именно важность функционирования таких институтов как: демократия, правовое государство, правосудие без внутренних границ, конкурентоспособная социальная рыночная экономика, которая стремится к полной занятости и искоренению бедности, сбалансированный внутренний рынок (статья 2 и 3). Таким образом, универсальные европейские ценности представляют собой не только гуманистическое наследие Эпохи Просвещения, но и основанные на них эффективные социально-политические институты.

Более того, современная Европа постматериалистична. Об этом, к примеру, свидетельствуют результаты Всемирного обзора ценностей (World Values Survey), исследования, которое проводится Ассоциацией Всемирного Обзора Ценностей каждые четыре года. В основе данного измерения ценностей лежит знаменитый методологический принцип пирамиды Абрахама Маслоу, согласно которому более высокие человеческие потребности (уважения, признания, самореализации) актуализируются только тогда, когда удовлетворены базовые физиологические нужды (еда, безопасность, сон).

В соответствии с этой «отправной точкой» Ассоциация Всемирного Обзора Ценностей проводит в странах мира измерение так называемых материалистических и постматериалистических ценностей. Типологически материалистические ценности характеризуются преобладанием традиционализма (важное значение семьи, религии; конформизм, патернализм) и стремления к «выживанию» (базовые потребности, по Маслоу). Постматериалистические ценности, в свою очередь, состоят из стремления к самовыражению и секулярно-рациональных принципов (индивидуализм, рациональность, незначительная роль религии).

kulturnaya-karta-mira-soglasno-rezultatam-vsemirnogo-obzora-tsennostey-raund-6-2010-2014-ggКультурная карта мира согласно результатам Всемирного обзора ценностей, раунд 6, 2010-2014 гг.

*Источник: World Values Survey

Результаты последнего исследования ценностей в мире, проведенного Ассоциацией Всемирного Обзора Ценностей в течение 2010-2014 гг., демонстрируют, что большинство государств, входящих в состав Европейского Союза (так называемое «ядро ЕС»), имеют максимальные показатели наличия постматериалистических ценностей. При этом, такая ситуация характерна как для стран протестантской, так и для государств католической Европы. Что, конечно, вполне подтверждает связь постматериалистических ценностей, прежде всего, с эффективной экономикой государств.

В данной связке вполне очевидна также их симметричная взаимообуславливающая роль: постматериалистические ценности укрепляют открытый рынок, обеспечивая дальнейшее развитие изначально «промышленных» европейских ценностей, в первую очередь за счет расширения пространства свободы, толерантности и инклюзивности.

Таким образом, европейские ценности выступают не просто этическими ориентирами поведения граждан. Фактически это прагматические принципы, основная практическая значимость которых состоит, в первую очередь, в способности поддерживать и наращивать эффективность демократических институтов, создавая тем самым привлекательный «ландшафт» для приобщения к «европейскому бытию».

Построение капитализма без капиталистов

В современной Украине значительную роль играют неформальные (так называемые «неопатримониальные») институты. К ним относятся, в частности, политические партии-субституты, которые создаются для реализации интересов отдельных бизнес-групп или влиятельных политических игроков, но не избирателей, парламент в роли закрытого клуба, «неправосудная» судебная система и т.д. Именно подобные неформальные институты наполняют формальную (фасадную) демократическую оболочку государства и деформируют его сущность.

В основе поддержания устойчивости неформальных институтов, начиная с момента возникновения Украинского государства, лежат традиционные ценности, характерные, в том числе, и для советской эпохи. Тем не менее, за годы независимости украинскому обществу удалось частично трансформировать традиционные постсоветские ценности, приобретая и развивая модерный (в том числе постматериалистический) ценностный компонент. Немаловажную роль в этом сыграли революционные события 2004 и 2014 годов.

Если проанализировать место Украины на культурной карте мира согласно результатам Всемирного обзора ценностей, проведенного в течение 2010-2014 гг., на первый взгляд, очевиден весьма сильный компонент традиционных и материалистических ценностей (стремление к «выживанию»). Что связано, в первую очередь, с нестабильной экономической ситуацией, когда украинцы действительно больше всего озабочены вопросом «как прокормить семью».

Однако, исследование также демонстрирует и достаточно высокий уровень секулярно-рациональных, постматериалистических ценностей, характерных для современной Европы – рациональность поведения, отсутствие социального конформизма, стремление отстаивать и защищать собственные права, недискриминация и терпимость. В данном контексте, например, стоит отметить результаты эксперимента художницы Мариам Найем, во время которого девушка в течение недели специально носила хиджаб, чтобы посмотреть на реакцию киевлян. Реакция оказалась более чем толерантна.

В этом смысле запущенный процесс еврореформирования Украины можно сравнить с тем, что венгерские социологи Иван Селеньи, Гил Эял и Элеонор Тоунсли назвали «построением капитализма без капиталистов» (применительно к Венгрии, Чехии, Польше). А именно – переход от социалистической экономики к рыночным механизмам в условиях фактического отсутствия класса частных собственников. Другими словами, инициированные радикальные изменения в посткоммунистических странах Центральной Европы тоже определенным образом противоречили устойчивой «логике бытия» большинства населения, не соответствовали сложившимся институциональным правилам игры. При этом отсутствовали даже основные «носители» капиталистических ценностей.

Анализируя Украину в этом ключе, можно провести, как минимум, две параллели. Во-первых, попытки демократической «реанимации» политических институтов (с помощью судебной, административной реформ, децентрализации и т.д.) осуществляются в условиях очевидного дефицита европейских ценностей, которые составляют сущность демократических институтов.

Во-вторых, в странах Центральной Европы активную роль в построении капитализма сыграла технократическая интеллигенция – альтернативный носитель капиталистических, рыночных ценностей. Украинские интеллектуалы в настоящее время также выступают основным «драйвером» политического продвижения модерных (европейских) ценностей, которые призваны стать внутренним наполнением заимствованных демократических институтов. Имеет смысл говорить и о роли интеллектуалов в постепенной модернизации всего украинского общества за счет «взращивания» в нем запроса на формирование эффективных демократических институтов.

От ценностей выживания к ценностям развития

«Мы все согласны, что убивать нехорошо, и закон, который преследует за убийство, достаточно эффективен. Но мы совершенно не склонны считать, что дать взятку – плохо», — такая характеристика украинских ценностей экономистом, членом-корреспондентом Академии технологических наук Украины Александром Пасхавером всецело отражает наследие «постсоветсткости». Действительно, принцип «дашь взятку – получишь более качественное обслуживание, продвинешься по карьерной лестнице и т. д.» в течение многих десятилетий оставался нерушимой аксиомой рационального поведения граждан, на фундаменте которого возводились постсоветские институты.

Советские и, автоматически, постсоветские институты были основаны таким образом, чтобы воспроизводить ценности выживания (или, возвращаясь к исследованию Рональда Инглхарта, — материалистические ценности). Подобные ценности позволяют человеку адаптироваться в условиях скудной ресурсной базы, хотя, одновременно, воспроизводят и идентичную данным ценностным принципам экономику дефицита.

Так, например, согласно результатам опроса домохозяйств Украины (лица, совместно проживающие в одном жилом помещении, ведущие общее хозяйство и совместно распоряжающиеся средствами), проведенного Государственной службой статистики Украины в январе 2017 года, 9 из 10 семьям доходов хватает только на еду. Что, безусловно, сразу же отсылает к чистому «неевропейскому» материализму, в контексте которого, к примеру, карьера рассматривается с точки зрения «заработать на пропитание», а не достигнуть цель самореализации.

Помимо этого, по итогам данного исследования основной ценностью украинцев (для 75,9 % респондентов) является здоровье. Второе место среди ценностных приоритетов с достаточно большим разрывом занимают семейные отношения и дети (18,8 %). Наконец, общую оставшуюся сумму (чуть больше 5 %) составляют ценности благосостояния (2,3 %), уверенность в завтрашнем дне (1,4 %), работа, карьера, образование (1,2 %), социальная справедливость (0,4 %). Именно в подобном традиционализме украинцев с элементами материализма (своеобразном стремлении приспособиться к неблагоприятным условиям «окружающей среды») проявляется воспроизводство консервативных или постсоветских ценностей.

С другой стороны, Революция Достоинства, подкрепленная «отрезвляющей» и мобилизирующей ситуацией вооруженного противостояния на Донбассе, инициировала определенную ценностную трансформацию украинского общества, задав вектор формирования ценностей развития (постматериализма). На данный момент подобная трансформация имеет прерывистый и неустойчивый характер. Хотя, в перспективе даже постепенно формирующиеся ценности развития позволят украинскому обществу создать условия для развивающейся экономики.

О наращивании ценностей развития свидетельствует, к примеру, рост числа украинцев, которые готовы нести ответственность за свою жизнь наравне с государством. Отвечая на вопрос «кто виноват, что жизнь плохая», согласно результатам упомянутого исследования Госстата, 60 % респондентов ответили, что виноваты как государство, так и они сами. И лишь 18 % опрошенных ответили, что виновно прежде всего государство, тогда как 8 % — «взяли вину» на себя. Очевидно, что данные показатели демонстрируют тенденцию роста самосознания украинцев. И, соответственно, развитие новой модерной ценностной компоненты.

Одновременно с этим, когда речь идет о восприятии европейских ценностей украинцами, наиболее важными граждане считают мир (56,6 %), ценность человеческой жизни (42,7 %) и права человека (33,3 %). Об этом свидетельствуют результаты социологического исследования «Украинское общество и европейские ценности», проведенного в апреле-июне 2017 года Институтом Горшенина в сотрудничестве с представительством Фонда Фридриха Эберта в Украине и Беларуси. По словам директора представительства Фонда Фридриха Эберта Маттеса Бубе, показатели приоритетности ценности человеческой жизни среди украинцев намного выше, чем в целом по Европе. И причина этому, безусловно, постоянные жертвы вооруженного конфликта на Донбассе.

Таким образом, состоянием на 2017 год в украинском обществе превалируют традиционные ценности выживания. Ценности развития формируются непоследовательно и «вынужденно» под влиянием давления интеллигенции и гражданского общества, а также в условиях вооруженного противостояния на Донбассе. В связи с этим, демократические ценности не имеют устойчивого характера и, что наиболее важно, — общественного консенсуса по поводу их «необходимости». Сохраняется высокая лояльность населения по отношению к коррупции и патрон-клиентская логика управления государством. Поскольку это традиционные составляющие привычной логики жизни в системе постсоветских координат. Ценности имеют значение, а для построения современного государства их значение фундаментально.

Выводы и рекомендации

1. Ценности лежат в основе социально-политического развития. Более того, ценности непосредственно составляют содержание политических институтов, определяя тем самым их цель и логику функционирования, жизнеспособность и эффективность. Другими словами, принятый закон (например, антикоррупционный) будет выполняться лишь в тех условиях, когда большинство граждан будет видеть в нем необходимость. Ни одна из норм не будет полноценно действовать, если она не соответствует пониманию справедливости основной части населения.

Соответственно, ценностный компонент может выступать как катализатором общественных изменений, так и осуществлять им противодействие, в случае, когда инициированные преобразования диссонируют с устойчивыми ценностными принципами.

Исходя из подобного практического понимания, европейские ценности важно рассматривать не просто с точки зрения этических ориентиров поведения граждан. В первую очередь, европейские ценности – это прагматические принципы, одна из главных функций которых состоит в способности поддерживать и наращивать эффективность демократических институтов. Соответсвенно, без формирования европейских ценностей построение демократических институтов невозможно.

2. Текущий процесс еврореформирования в Украине происходит в условиях очевидного дефицита европейских ценностей, что позволяет проводить аналогии с так называемым процессом «построения капитализма без капиталистов».

Тем не менее, имеет место неустойчивая и прерывистая ценностная трансформация, в результате которой формируются элементы демократических ценностей. Постепенно модернизирующиеся ценности украинского общества имеют потенциал изменить («исправить») сущность существующих политических институтов, наполнить их демократическим содержанием.

Неконфликтность украинских ценностей с постматериалистическими европейскими ценностями создают дополнительную основу для сравнительно быстрой трансформации первых, «коррекции» консервативного традиционного компонента.

3. Несмотря на то, что естественным путем ценности трансформируются в достаточно долгосрочной перспективе, все же ценностный компонент – весьма пластичен. Именно поэтому в процессе реформирования политических институтов ценностная составляющая требует наиболее предметного внимания и прорабатывания.

Во-первых, формальное создание оболочки новых институтов без должного ценностного наполнения не будет способствовать эффективности реформ. Во-вторых, с ценностями следует работать в качестве отдельного направления реформирования, в частности, в рамках образовательной, культурной и информационной политик.

4. Приоритетом в процессе модернизации украинских ценностей должен стать переход от патерналистской политической культуры к партисипаторной культуре участия, которая предусматривает активное участие экспертного и гражданского сообществ в обсуждении и принятии политических решений, создание системы общественных взаимоотношений на основе принципов открытого доступа, прозрачности и подотчетности.

5. Особое значение в контексте задач трансформации постсоветских ценностей украинского общества приобретает институт гражданского образования – в качестве инструмента, способного сформировать демократический ценностный фундамент для эффективного реформирования политических институтов.

Материал подготовлен в рамках проекта, реализуемого при финансовой поддержке Европейского фонда демократии (EED) и Правительства Канады

european-endowment-for-democracy




Комментирование закрыто.