Этика футурородителя

Сергей Бондаренко, для "Хвилі"

Мотивом к написанию этики футурородителя стала дискуссия вокруг ранее написанной мной статьи «Футурородитель». В частности, был поставлен вопрос об аналогии «родительского подхода» с принципом недоминации Тараса Бебешко, а также вопрос о практическом применении «парадигмы рядоположения» в повседневной жизни человека, включая те ситуации, когда человек сталкивается с доминатором и недоминация, по утверждению самого Бебешко, принципиально не работает.

Тарас Бебешко: «Большой ошибкой (если не самоубийством) станет применение принципа недоминации к существу, являющемуся проводником доминационных принципов» (Тарас Бебешко. Влада проти Ладу. Сучасна синахія – Київ, 2014).

Может ли родительский подход или парадигма рядоположения преодолеть «предел Бебешко» и решить проблему насилия полностью? Как это повлияет на концепцию и инструменты прямой и представительской демократии?

Чтобы ответить на эти вопросы, рассмотрим, что именно представляет собой этика в парадигме рядоположения.

  1. ПРОБЛЕМА ОПРЕДЕЛЕНИЯ ЭТИКИ

Изначально древнегреческого ethos понималось как звериное логово, гнездо птицы, место совместного проживания, дом, жилище. Первоначальный инструментальный смысл этики, заимствованный из этоса, предполагал тип поведения (характер, нрав) отдельного человека относительно других членов группы, в последующем нормированный в обычай данной группы.  В конце концов, понятие этики обрело значение правил морали, моральных отношений в обществе, нравственного сознания и нравственных ценностей человека, где латинское слово moralis (от слова mos) изначально использовалось в смысле характера, традиций в одежде, обычая.

В прикладном смысле этика сегодня понимается как система норм нравственного поведения человека, какой-либо общественной или профессиональной группы.

В теоретическом, общем смысле этика – это философское учение (или наука) о морали, изучающее условия возникновения морали, ее сущность, моральный идеал, ценности и требования, особенности их функционирования, нравственность с точки зрения социальной жизни и жизни личности.

На мой взгляд, это не инструментальные определения этики, что затрудняет их использование для анализа, модернизации и создания новой усовершенствованной этики.

Поэтому читателю предлагается временное инструментальное определение этики:

Этика – это система представлений человека о том, как ему следует относиться и действовать в отношении себя и других людей, а также всего, что относится к их личному миру, для сохранения этих отношений.

Такое определение этики уже в самой его формулировке дает нам цель и объект возможных изменений:

1) цель изменений: предельно оптимальный баланс между отношением к себе и своему миру и отношением к другим и их личным мирам для предельно длительного и стабильного их поддержания;

2) объект изменений: представления человека о возможностях его деятельности и последствиях их реализации.

  1. ПАРАДИГМАЛЬНЫЕ ОСНОВАНИЯ ЭТИКИ

В статье «Футурородитель» мы уже рассмотрели парадигмы футуростроительства, разделяя их на онтологические конструкции, определяющие отношение субъекта действия (футуроагента) к объекту действия (футуроинструменту) и другим субъектам действия (участникам футуростроительства). Всего их две:

1) «парадигма отрицания» представляет двухэлементную конструкцию управленческих отношений «субъект действия – объект действия» (или «футуроагент – футуроинструмент»);

2) «парадигма рядоположения» представляет трехэлементную конструкцию управленческих отношений «субъект действия – объект действия – другой субъект действия» (или «футуроагент – футуроинструмент – другой футуроагент»).

Главное различие этих парадигм состоит в том, сводит ли субъект действия другого субъекта действия к статусу объекта собственного управления? Иными словами, рассматривает ли человек другого человека как вещь, не имеющую собственной воли и потому вынужденную подчиниться?

Таким образом, этический смысл предложенного парадигмального деления вплетен в саму конструкцию обоих парадигм, то есть в онтологические представления человека о мире и своем месте в этом мире – фактически в его мировоззрения. И уж если речь идет о фундаментальных мировоззренческих установках, то вместе с тем мы говорим и о соответствующем поведении человека, движимого тем или иным представлением о мире и себе. А это уже чистая этика в современном ее определении.

Как следствие имеем две парадигмальные этические системы:

1) этика отрицания (она же этика насилия), предполагающая мировоззренческую установку на сведение к статусу объекта действия и подавление воли всякого другого субъекта действия.

2) этика рядоположения (она же этика уважения), предполагающая мировоззренческую установку на признании неустранимости влияния других субъектов на объект действия и необходимости влиять на объект действия совместно.

Иными словами, в этике насилия человек воспринимает мир и действует в нем, отрицая волю другого человека, то есть действуя против воли другого – совершая насилие. В этике уважения – человек воспринимает мир, и не мыслит ни о каких результатах в нем вне сотрудничества с другими людьми, которое снимает проблему стремления других к тому же самому. Поэтому в этике уважения человек не отрицает волю других, а полагает ее в один ряд со своей собственной волей к тому же самому и пытается прийти к соглашению.

Говоря простым языком, если мы не можем использовать другого человека как свой ресурс для решения наших личных или условно общественных задач, то единственным способом решить организационный вопрос – договориться с другим человеком.

  1. КОНСТРУИРОВАНИЕ ЭТИКИ

Приступая к конструированию этики уважения, следует понимать два аспекта:

1) необходимость установления отношений вытекает из организационного кризиса человека как субъекта действия;

2) невозможно предвидеть всё многообразие содержания отношений человека к самому себе и с другими.

Организационный кризис человека по своей природе не только динамичен, требуя решения все новых и новых задач выживания, но и постоянно усложняется, охватывая с каждой новой задачей все больше отношений. А учитывая произвол человеческих желаний и фантазии, будущее содержание человеческих отношений нам принципиально недоступно.

В этом смысле содержание человеческих отношений для нас, конструирующих новую этику, является чем-то трансцендентным, вроде запредельного «вне-бытия» Александра Снагощенко или «иного» Сергея Дацюка, Владимира Никитина и проч. Согласно обоим, «находящееся вне данного бытия отношений» является основанием не только решения организационного вопроса в бытии отношений, но и основанием подлинной свободы, проникающим в отношения человека из иного и творящим новое свободное бытие из вне-бытия.

Выделяя этическое содержание в область запредельного и принципиально непостижимого, нам остается то известное, создаваемое и управляемое нами как инструмент, которое мы можем применить ко всякому проникающему к нам из вне-бытия.

Таким образом, мы выходим на возможность разработки «устойчиво известного» этического инструментария, позволяющего управлять «запредельным неизвестным» в момент его перехода из неизвестного непостижимого в известное постигаемое этическое содержание.

Развертывание этики уважения

Для того чтобы развернуть этику уважения из парадигмы в повседневность нам нужно построить как минимум несколько переходных этических моделей, например:

1) структурная модель – структурированное представление об отношениях между человеком и его личным миром, между людьми и их личными мирами, человеком и обществом;

2) инструментально-правовую модель – описание инструмента реализации структурной модели на практике;

3) инструктивную модель – обобщенное представление о совмещении структурной и инструментально-правовой модели, описанное в виде алгоритма  построения сбалансированной системы управления.

Структурная модель

Структурная модель этики уважения, разработанная в сотрудничестве с аналитиком и философом-практиком Степаном Литвиновым в 2005 году, состоит из четырех последовательно развертывающихся отдельных этик, охватывающих 16 условий формирования общества в контексте существования человека в формируемом им обществе. Так:

1) «Этика пользования» – определяет условия пользования миром вообще и отношения человека с собственным духовным и материальным миром;

2) «Этика партнерства» – определяет условия сосуществования человека с другими людьми и решения проблемы насилия;

3) «Этика деятельности» – определяет условия управления социальной средой обитания человека;

4) «Этика мироустройства» – определяет условия стабильности и социального развития, преодоления уже установленных границ и экспансии, освоения и создания новых социальных территорий.

При этом целесообразно представить структурную модель этики уважения в двух форматах:

1)  формальный – предназначен для критики предложенной этической системы на предмет ее полноты и непротиворечивости;

2) популярный – предназначен для обыденного понимания предложенной этической системы и формирования у человека новой картины мира.

Инструментально-правовая модель

Инструментально-правовая модель этики уважения, разработанная харьковским философом Александром Снагощенко в 1998 году и потом совместно с ним доработанная, предполагает минимальный необходимый набор инструментов реализации структурной модели, который состоит из четырех  прав и обеспечивающих реализацию каждого из них четырех обязанностей.

В пределах этики уважения, представленные права и обязанности являются фундаментальными и не подлежащими упразднению или изменению. Поскольку любое их уменьшение в составе или объеме ведет, во-первых, к противоречию парадигме рядоположения, а во-вторых, к невозможности практической реализации структурной модели этики уважения.

Инструктивная модель

Инструктивная модель этики уважения определяет алгоритм  организации и управления социальными группами, а также алгоритм распространения (экспансии) предлагаемой этической системы на любые отношения, как в парадигме рядоположения, так и в парадигме отрицания.

При этом инструктивную модель также целесообразно представить в двух форматах:

1) формальном для критики на предмет ее полноты и непротиворечивости;

2) популярном для обыденного понимания и формирования новой картины мира.

  1. СОДЕРЖАТЕЛЬНОЕ ОСНОВАНИЕ МОДЕЛИ

Упомянутая выше дискуссия также подняла вопрос о необходимости раскрытия методологии перехода от парадигмы непосредственно к этике и практических проверяемых оснований последней для ее дальнейшей конструктивной критики, выявления противоречий и неполноты.

Структурная модель

Структурная модель этики уважения как и парадигма рядоположения основана на личном человеческом опыте его повседневного существования, который свидетельствует нам о четырех основополагающих фактах его собственного бытия.

Первый факт.

Человек воспринимает свой мир (внутренний и внешний) лично, – исключительно в своих ощущениях и только своими органами чувств. Чтобы человек не ощущал, переживал или мыслил, это ощущает, переживает и мыслит этот человек. И поскольку влияние связано с восприятием его самого или его результатов, то человек также влияет исключительно на свой собственный мир, воспринимаемый им в ощущениях.

Как результат, воспринимаемый человеком мир, несмотря на его противоречие и нарушение в нем причинно-следственных связей, никуда не исчезает, а находится в сознании человека постоянно на протяжении всей его жизни. Измененное или нарушенное сознание, для человека, переживающего их, остается его сознанием, его миром, к какому бы расслоению это их не приводило. Иными словами, во всех изменениях воспринимаемого человеком мира единственной неизменной стороной отношений «человек – мир» есть воспринимающий этот мир человек.

Второй факт.

Несмотря на замкнутость человека в пределах собственного феноменального поля и невозможности влияния человека на что-либо вне этого поля – воспринимаемого им мира, – человеческий опыт указывает, что некоторые изменения его мира происходят не по его воле, а иногда и вопреки ей. Такие изменения принято называть объективными.

Третий факт.

Человек и его мир не одно и то же. Между ними происходит постоянное взаимодействие, и они разделены неустранимой смысловой границей. Как результат, человек и его мир, как и многое различаемое в самом мире, конструктивно локализованы вне друг друга.

Вопрос о том, является ли внешняя позиция (локализация) одного по отношению к другому свойством самого мира или восприятия мира человеком, относится к сфере построения гипотез. Мы же рассматриваем факт, суть которого в том, что всякий «изменяющий» конструктивно локализован вне как самого «изменяемого», так и производимого им «изменения», включая случаи, когда речь идет о внутрисистемных изменениях.

Четвертый факт.

Поскольку человек не только влияет на свой мир, но и познает его через активное восприятие, формируя представления о мире через приоритеты и фильтры, постольку человек в отношении своего мира всегда выступает источником действия. Исходя из этого, человек является субъектом действия в отношении воспринимаемого и управляемого им мира как объекта действия.

Более того, субъектами действия являются также источники всякого изменения в мире человека, которые происходят не по его воле. Из повседневного личного опыта мы знаем, что некоторых из этих субъектов действия мы идентифицируем как других людей.

Инструментально-правовая модель

Инструментально-правовая модель этики уважения основана на повседневном социальном опыте человека и двух фактах его собственного бытия:

1) диалог между людьми реализуется посредством трех видов сообщений:

— утверждение (сообщение автора о себе, своих представлениях и своем отношении к чему-либо);

— предложение (запрос на отношение адресата к чему-либо);

— вопрос (запрос на представления адресата о чем-либо);

2) человек может ошибаться при кодировании своих и декодировании чужих сообщений.

Из последнего факта следует, и это также подтверждается повседневным социальным опытом человека, что:

1) невозможно иметь какое-либо достоверное суждение о человеке, его представлении или отношении, пока он сам не засвидетельствует это в своем сообщении о предмете суждения;

2) невозможно достоверно узнать о несогласии человека с чем-либо и, таким образом, о вероятности или факте совершения над ним насилия в случае его несогласия, иначе как посредством сообщения человека о своем несогласии.

Инструктивная модель

Инструктивная модель этики уважения основана на повседневном человеческом опыте управления окружающей его действительностью и таких фактах его бытия, как:

1) безответственность порождает неисполнение соглашения;

2) выполнение обязанности невозможно без доброй воли ее исполняющего;

3) отсутствующее или отмененное соглашение ни к чему не обязывает;

4) без соглашений мир неуправляем.

  1. ФОРМАЛЬНАЯ СТРУКТУРНАЯ МОДЕЛЬ ЭТИКИ
  2. Этика пользования

1.1. Общество состоит исключительно из конкретных людей и их личный нематериальный и материальный мир.

1.2. Человек имеет возможность знать и влиять только на свой личный мир.

1.3. Человек имеет возможность познавать свой личный мир, только влияя на него.

1.4. Человеку принадлежит его личный мир в целом или в какой-либо его части только через влияние человека на свой мир и познание им своего мира целиком или в любой его части.

  1. Этика партнерства

2.1. Человек имеет в своем личном мире лишь то, что он согласовал и принял в свой мир совместно с другим человеком.

2.2. Человек имеет возможность принять что-либо в с совместно с другим человеком через согласование того, что принимается, с другим человеком.

2.3. Человек имеет возможность согласовывать что-либо с другим человеком, не принимая в свой личный мир того, что согласовывается.

2.4. Человек имеет возможность согласовать и принять в свой личный мир совместно с другим человеком свой личный мир в целом или любую его часть.

  1. Этика деятельности

3.1. Человек имеет возможность познать и влиять на личный мир другого человека через познание и влияние на собственный личный мир в той части, которую эти оба человека совместно приняли в свои личные миры.

3.2. Человек имеет возможность согласовать и принять в свой личный мир совместно с другими разными людьми один универсальный или отдельный множественный и разный свой личный мир – мир в целом или любую его часть.

3.3. Человек имеет возможность в пределах того, что он согласовал и принял в свой личный мир совместно с другим человеком, согласовывать и принимать что-либо в свой личный мир совместно с этим другим человеком или другими сторонними людьми.

3.4. Человек имеет возможность согласовать и принять в свой личный мир совместно с другим человеком что-то, что исключает другие согласования и принятия чего-либо другого или того же самого с этим другим человеком или другими сторонними людьми.

  1. Этика мироустройства

4.1. Человек имеет возможность не влиять на свой личный мир и не иметь его как в целом, так и в любой его части, которую человек согласовал и принял в свой личный мир совместно с другим человеком.

4.2. Человек имеет возможность численно неограниченно познавать и влиять на свой личный мир в целом  или в любой его части, которую человек согласовал и принял в свой личный мир совместно с другим человеком.

4.3. Человек имеет возможность познавать и влиять на свой личный мир в целом  или в любой его части, которую человек согласовал и принял в свой личный мир совместно с другим человеком и которую человек  не имеет по воле этого другого человека, через согласование и принятие того же самого в свой личный мир совместно с другими сторонними людьми.

4.4. Человек имеет возможность не согласовывать и не принимать совместно с другим человеком в свой личный мир или не влиять на свой личный мир в той его части, которая исключает влияние человека на другие части его личного мира или другие согласования и принятия чего-либо другого или того же самого в свой личный мир совместно с другим человеком или другими сторонними людьми.

  1. ПОПУЛЯРНАЯ СТРУКТУРНАЯ МОДЕЛЬ ЭТИКИ
  2. Этика пользования

1.1. «Всякое общественное творят исключительно конкретные люди, живущие своей личной жизнью».

1.2. «Каждый знает и управляет лишь своей собственной жизнью, и вмешаться в чужую жизнь невозможно».

1.3. «Собственная жизнь понятна лишь тому, кто ею управляет».

1.4. «Собственная жизнь принадлежит тому и в той мере, кто и в какой мере ею управляет».

  1. Этика партнерства

2.1. «Все, о чем не договорено с другим человеком, этим другим будет нарушено, разрушено или отобрано».

2.2. «Без согласования с другим человеком ни о чем и никак договориться невозможно».

2.3. «Само согласование чего-либо с другим человеком не означает неизбежного принятия согласуемого и договоренности о нем».

2.4. «Предмет договора с другим человеком может охватывать любую часть жизни человека, вплоть до всей жизни целиком».

  1. Этика деятельности

3.1. «Влезть в жизнь другого человека можно только и только с его согласия».

3.2. «Возможно одновременное и раздельное существование как единой жизни для всех, так и множества разных отдельных жизней для каждого».

3.3. «Ограничить отношения человека с кем-то еще невозможно».

3.4. «Согласовано можно установить любые запреты и ограничения».

  1. Этика мироустройства

4.1. «Односторонне можно отказаться от чего угодно, включая и собственную жизнь».

4.2. «Жизнь человека и всё, чем она наполнена, по договоренности могут быть нерушимыми».

4.3. «Запреты, установленные внутри группы, не распространяются на отношения членов группы со сторонними людьми вне этой группы».

4.4. «Любой запрет или ограничение может быть не принят и даже не обсуждаться, а уже принятый может быть односторонне проигнорирован и не исполнен».

  1. ИНСТРУМЕНТАЛЬНО-ПРАВОВАЯ МОДЕЛЬ ЭТИКИ

Фундаментальные права

  1. Высказать личное мнение.
  2. Задать любой вопрос.
  3. Сделать любое предложение.
  4. Принять или отказаться от принятия предложения.

Фундаментальные обязанности

  1. Принять к сведению высказанное личное мнение.
  2. Ответить на заданный вопрос.
  3. Рассмотреть сделанное предложение.
  4. Принять принятие или отказ от предложения.

  1. ПОЯСНЕНИЕ К ИНСТРУМЕНТАЛЬНО-ПРАВОВОЙ МОДЕЛИ

Если принять, что фундаментальные права и обязанности это лишь форма наполняемого содержанием сообщения, то инструментально-правовая модель этики уважения может быть выражена в виде двух максим:

  1. «Уважение есть соблюдение формы диалога с Другим».
  2. «Форма для всех одна, а содержание у каждого своё».

Решение проблемы подмены воли

Согласно инструментально-правовой модели этики уважения, представленные в ней права и обязанности могут быть реализованы и исполнены исключительно человеком. Поскольку их реализация и исполнение группами людей, как коллективными субъектами действия, противоречит не только предлагаемой этической системе, но и парадигме рядоположения.

Исключение возможности превращения социальных групп в «живых» субъектов действия решает одну из главных проблем этики насилия – подмены воли конкретного человека абстракцией воли группы. Такая подмена позволяет транслятору групповой воли (руководителю, лидеру, политику) придавать своей собственной воле значимость объективной групповой ситуации и, таким образом, не только подавлять волю других людей волей, но и одновременно сбрасывать на абстракцию групповой воли собственную ответственность за последствия подавления воль других.

С другой стороны, воля конкретного человека всегда и неизбежно растворяется и подавляется в абстракции групповой воли – усредняется и, в случае отклонения от среднего нормального значения, сбрасывается в пропасть несущественного допустимого отклонения или статистической ошибки. Это не касается тех случаев, когда решение группы (ее воля) единогласно и конкретно. При единогласном конкретном решении воля группы является конкретной волей каждого из ее участников и поэтому исключает любые виды подмены и исключений. В этом случае, социальная группа никакого статуса самостоятельного субъекта действия не обретает, но становится свойством каждого участника группы, которое и определяет ее (группы) существование как социального объекта.

А поскольку согласование воль каждого участника группы крайне трудоемкий процесс, то обычно прибегают к этике насилия и подмене воли участника группы волей группы, немыслимым образом приобретшей субъектность.

Именно эту проблему трудоемкости согласования и решает инструментально-правовая модель, структурируя и переформатируя любой диалог в конструктивный и ненасильственный еще на этапе формулирования (кодирования) сообщений.

Исключение оправдания насилия

Кроме того, инструментально-правовая модель этики позволяет занять так называемую «сильную позицию» в случае внешней агрессии. Сильная позиция человека основывается на том факте, что насилие совершается тогда и только тогда, когда есть преодоление несогласия. А там, где есть преодоление, там есть воля к преодолению и его оправдание. Поэтому единственно эффективный способ не допустить насилия со стороны оппонента (противника) – это не дать ему оправдать свое насилие.

Оправданием насилия для агрессора является любая неправота жертвы. Поэтому человеку стоит иметь и использовать инструмент контроля, чтобы его собственные действия не были расценены как обман, предательство, вероломство и повод для насилия. А также инструмент контроля того, не дает ли человеку повода для насилия кто-либо другой.

Сильную позицию человек может занять, высказывая личное мнение, задавая вопрос, делая предложение и отказываясь от принятия чьего-либо предложения. Это обусловлено бессмысленностью насилия в ответ на реализацию человеком своих фундаментальных прав.

  1. Насилие в ответ на личное мнение не имеет смысла, поскольку даже физическое уничтожение его носителя не изменит ситуации. Во-первых, высказанное личное мнение – это факт истории, и его уже нельзя изменить без доброй воли его автора. Во-вторых, личное мнение – это всего лишь мнение, не имеющее никакого отношения к реальному положению вещей. И в-третьих, возможность изменения личного мнения – это предмет торга и гарантия безопасности его автора.
  2. Насилие в ответ на вопрос также не имеет смысла, поскольку вопрос – это всего лишь вопрос и ни чего более. В нем нет ни оскорбления, ни намека на природу отвечающего, только ожидание недостающей или подтверждения уже имеющейся информации. Спрашивающий по определению не знает того, чего он не знает. А ответить за спрашиваемого он не может, поскольку это будет подавлением воли и актом агрессии против спрашиваемого.
  3. Предложение аналогично вопросу, с той лишь разницей, что человек ожидает в ответ не информацию, а решение. Поэтому насилие в ответ на предложение также не имеет смысла. Предложение – это всего лишь предложение и также ни чего более. В нем нет ни оскорбления, ни намека на природу, только ожидание решения об отношении предлагаемому. Предлагающий, как и спрашивающий, по определению, не знает того, чего он не знает, а именно: какова будет воля решающего? И ответить за решающего предлагающий не может, поскольку это будет подавлением чужой воли и актом агрессии с его стороны.
  4. Насилие в ответ на отказ от принятия предложения также бессмысленно. Во-первых, решение принимается в пространстве личного мира человека, куда никому другому кроме его самого нет доступа. Во-вторых, никакое предложение не имеет смысла, если оно не допускает отказа от его принятия. В-третьих, требование принятия предложения неправомерно (является обманом), если человек ранее не взял на себя такого обязательства. И, в-четвертых, насилие аннулируют любую целесообразность принятия связанного с ним предложения. Отказ от принятия предложения часто осложняется тем, что от человека требуют аргументы отказа. Но, если не было взято обязательство аргументации, то требование объявить препятствия, мешающие принятию предложения, – это дополнительное предложение, от принятия которого также можно отказаться.

В итоге, следование инструментально-правовой модели этики независимо от волевых качеств человека выстраивает его путь к перехвату инициативы и управлению любым агрессором, как внутри, так и вне системы уже установленных уважительных (ненасильственных) взаимоотношений. Таким образом, инструментально-правовая модель преодолевает «предел Бебешко».

  1. ФОРМАЛЬНАЯ ИНСТРУКТИВНАЯ МОДЕЛЬ
  2. Только сам человек вправе распоряжаться своей, жизнью, телом и талантами.
  3. Договориться можно о чем угодно.
  4. Что бы ни обсуждалось или говорилось, сделать можно только то, о чем договорено.
  5. Все, что еще не договорено, является предложением, которое можно либо принять, либо отказаться от его принятия.
  6. Всякое предоставление права имеет силу, если оно сопровождается принятием на себя также и обязательств.
  7. Всякая договоренность имеет силу, если включает в себя санкции (вознаграждение и наказание) за исполнение и неисполнение обязательств.
  8. Всякое требование исполнить договоренность является предложением, принятие или непринятие которого запускает санкции со стороны требующего.
  9. Всякое исполнение договоренности считается завершенным после исполнения предусмотренной договоренностью санкцией.
  10. Реализация прав и исполнение обязательств не является насилием.
  11. Насилие запускает санкции адресата насилия в отношении автора насилия.
  12. Неприятие санкций автором насилия означает отмену всех ранее принятых с ним договоренностей.
  13. Возврат к отмененным договоренностям означает возврат в ситуацию их отмены и прерванного исполнения обязательств и санкций.
  14. Отсутствие договоренности освобождает от ограничений на насилие.
  15. Санкция применяется только к исполнителю действующей договоренности.
  16. Права и обязанности должны быть одинаковы для всех сторон договоренности.
  17. Содержание прав и обязанностей сторон договоренности могут различаться масштабом и специализацией.

  1. ПОПУЛЯРНАЯ ИНСТРУКТИВНАЯ МОДЕЛЬ
  2. «Я (ты/он/она) и только я (ты/он/она) вправе распоряжаться своей, жизнью, телом и талантами».
  3. «Мы можем договориться о чем угодно».
  4. «Что бы мы друг другу не говорили, делать будем только то, о чем договорились».
  5. «Если мы об этом не договорились, значит, это предложение, от которого можно отказаться».
  6. «Ни у кого нет права без обязательства».
  7. «Ничего не стоит договоренность без вознаграждения и наказания».
  8. «Исполнение договоренности не рабская повинность, а добрая воля выполнить то, о чем договорились».
  9. «Договор не завершен и обязательства не выполнены, пока исполнение не вознаграждено и неисполнение не наказано».
  10. «Слова и действия за пределами прав и обязанностей – насилие по определению».
  11. «Всякое насилие наказуемо, но не более чем договорено».
  12. «Отказ от наказания отменяет всё, что договорено, и открывает бездну неопределенности».
  13. «Возврат отмененных договоренностей возможен только чрез наказание виновного в их отмене».
  14. «В отсутствие договоренности насилие наказывается любым недоговоренным способом».
  15. «Наказание за неисполнение преследует только первого нарушителя, все следующие невиновны».
  16. «Нет такой договоренности, в которой стороны неравны в своих права и обязанностях».
  17. «Но даже равные в правах и обязанностях стороны выполняют разную работу».

  1. ПОЯСНЕНИЕ К ИНСТРУКТИВНОЙ МОДЕЛИ

После ответов на вопросы «что мы можем себе позволить?» (структурная модель) и «каким способом мы можем это реализовать?» (инструментально-правовая модель), инструктивная модель этики уважения отвечает на вопрос о том, «как выстроить предельно оптимальный и стабильный баланс отношений?»

Свобода

Исходным пунктом этики уважения является личная и социальная свобода человека. Обе проходят красной линией через структурную модель (в этике пользования, деятельности и мироустройства), инструментально-правовую модель (в праве на вопрос, предложение и отказ от предложения) и инструктивную модель (в праве распоряжаться своей жизнью и договориться о чем угодно).

Личная свобода человека состоит в том, что никто, кроме его самого, не только не вправе решать, как ему поступить с самим собой, но и не в силах этого сделать в принципе. Такое представление об объективно существующей личной свободе человека обусловлено нашим знанием о субъекте принятия решений в судьбе человека, то есть обусловлено вышеупомянутым четвертым фактом из оснований структурной модели этики уважения.

Отсюда очевидно, что все решения о том, чтобы, к примеру, быть внимательным, определять приоритеты, думать над происходящим, планировать будущее и действовать или, наоборот, что-то из этого всего не делать – все эти решения принимает только и только сам человек, руководствуясь своей личной мотивацией.

Многие возразят, что не все решения человека определяют его судьбу из-за столкновения человека с объективностью среды обитания и обстоятельств непреодолимой силы. На это мы можем заметить тот факт, что вся эта наша беспомощность перед случайным и неизбежным происходящим обусловлена исключительно нашей социальной ограниченностью, поскольку «все, о чем не договорено с другим человеком, этим другим будет нарушено, разрушено или отобрано». Лишь единицы владеют своей социальной свободой настолько, чтобы «договориться о чем угодно» и обезопасить себя на достаточно долгий период времени.

И если личная свобода дана нам от рождения, которую мы отстаиваем с переменным успехом всю свою жизнь, то наша социальная свобода требует от нас обретения не известного нам навыка – договариваться с миром обо всём, что в нем было, есть и может произойти. А для этого нам нужно научиться находить баланс своих и чужих интересов, прав и обязанностей, научиться быть справедливыми, чтобы стать социально экспансивными и, наконец, обрести безопасность.

Баланс и справедливость

Основой справедливости в этике уважения является баланс между всяким приобретаемым правом и обязанностями приобретающего это право.

Самый простой пример это приобретение права пользоваться чьим-либо продуктом с одновременным наложением на этого пользователя обязанности пользоваться этим продуктом так, как определил автор продукта. Исполнение или неисполнение пользователем взятых на себя обязательств предполагает применение со стороны автора в отношении пользователя продукта санкций – вознаграждения и наказания соответственно.

Тот же баланс прав и обязанностей применим и к автору продукта. Получив, в рамках оплаты за продукт, право распоряжаться деньгами пользователя, автор продукта вместе с правами берет на себя обязательство применить на цели, определенные пользователем. Таким образом, пользователь переходит из статуса банального потребителя в статус одного из инвесторов и партнеров автора продукта, имея такие же рычаги управления исполнением обязательств, как и любая другая сторона сделки.

Но этого ничего не произойдет, если сделка не будет иметь рычагов управления исполнением и неисполнением обязательств, а именно – вознаграждения и наказания соответственно. Учитывая незыблемость принципа личной свободы, человека невозможно заставить выполнить свои обязательства иначе, кроме как посредством его доброй воли к их выполнению. Отсюда бессмысленность всякой сделки, всякого устанавливаемого между людьми отношения без мотивационной вилки «вознаграждение – наказание», какими бы они ни были – материальными или нематериальными. И поскольку никакая сделка без вознаграждения и наказания не имеет смысла, сделка не может считаться завершенной, пока не выполнены все обязательства по вознаграждению или наказанию противоположной стороны сделки.

Таким образом, выполнение справедливого вознаграждения и наказания в этике уважения является конечной целью всякой сделки (договоренности). Сделка становится одновременно и реализацией социальной свободы, и инструментом построения собственной системы социальной безопасности, основой которой является репутация «ответственной стороны отношений» – ответственного партнера. Поскольку неисполнение обязательств и не завершение сделки – отказ от ответственности – ведет не столько к разрушению выстроенной системы безопасности, сколько к появлению законного никак неконтролируемого источника насилия в отношении нарушителя.

Этот механизм применим и к любой другой договоренности (сделке), которая только возможна в фантазии человека. В результате происходит упомянутая выше  взаимная социализация сторон отношений и установление безопасной среды обитания каждого в окружающем его самоорганизующемся пространстве диалогов каждого с каждым.

Ответственность и насилие

Поскольку «мы можем договориться о чем угодно», то содержание договоренности не может выступать в качестве инструмента выявления фактов совершения насилия, как это принято в современном праве. В этике уважения таким инструментом являются фундаментальные права и обязанности инструментально-правовой модели, которые исключают вероятность именно ответного насилия. Иными словами, хотя насилие всё же и может произойти, оно принципиально не может быть ответным на реализацию или исполнение фундаментальных прав и обязанностей из-за бессмысленности такого насилия.

Поэтому всё, о чем договорено в ходе реализации и исполнения фундаментальных прав и обязанностей, договорено исключительно по доброй воле сторон и не является насилием по определению. Следовательно, взаимные права и обязательства, принятые в пределах договоренности, включая их реализацию и выполнение, также не являются насилием по определению.

Отсюда всё, что выходит за пределы реализации и исполнения договорных прав и обязательств, определяется как насилие одной стороны договоренности над другой. Если договоренностью не предусмотрено наказание за насилие одной стороны над другой, то такое насилие не наказуемо вообще. А если наказание предусмотрено, то оно не может быть больше чем договорено, каким бы чудовищным насилие не было бы. Поэтому наказание следует предусматривать адекватным возможному насилию, если и не по содержанию, то хотя бы по степени его чудовищности.

Поскольку наказание является частью предложения исполнить договоренность, то нарушитель имеет законное право отказаться. Отказ от исполнения даже самой незначительной части договоренности формально является «отказом от исполнения договоренности» и, таким образом, отказом от исполнения договоренности как таковой.

Такой отказ ввергает стороны в исходное состояние отношений – «тьму внешнюю» и бездну неопределенности, угрожающей неконтролируемыми взаимными попраниями воли, разрушениями и потерями. Более того, все, что совершено вне договоренностей, ничем как насилие не определяется и наказание за него нигде не предусматривается.

Поэтому ответственность за насилие несет только и только тот, кто первым нарушил и отменил договоренность. Вторая сторона после отмены договоренности, вследствие отказа первой стороны от наказания, никакой ответственности за насилие не несет.

Возврат к отмененным договорным отношениям в случае необдуманного отказа от исполнения договоренности и получения заслуженного наказания возможно только через возврат сторон к моменту отказа от наказания. Это значит, что договоренность снова вступит в силу лишь тогда, когда условно виновный начнет нести предусмотренное договоренностью наказание за совершенное им насилие.

Следует также понимать, что в состоянии неопределенности отношений, то есть отсутствия (или отмены) договоренностей, ответ на любое непредусмотренное фундаментальными правами и обязанностями действие может быть неадекватно разрушительным, на который только способна человеческая фантазия.

Преодоление «предела Бебешко»

Парадокс ответной агрессии в состоянии неопределенности отношений состоит в том, что она формально «законна», какой бы неадекватной она не была. Суть в том, что всё, о чем не договорено, является предложением. Следовательно, любое агрессивное действие является предложением с равными для противостоящих сторон правами на агрессию и обязательством ее принять.

Поэтому, как бы странно это не звучало, этика уважения позволяет, не покидая ее пределов, ответно «дать в морду» агрессору, соблюдая при этом его фундаментальные права и выполняя перед ним фундаментальные обязательства. Тем более что в пакет обязательств предложения об агрессии входит обязательство принять ответ «дать в морду» независимо от степени его адекватности.

Военный контекст

В случае организованной масштабной агрессии со стороны другого государства, корпорации или социальной группы, такая агрессия также рассматривается как предложение, предполагающее ответные агрессивные действия.

Однако, помимо ответа на агрессию непосредственного ее исполнителя, в этом случае правомерен также предельно неадекватный агрессивный ответ всей цепи исполнителей, включая исполнителей распоряжений совершить агрессию (принятие решений, планирование, организация, управление), вплоть автора самой идеи акта агрессии.

Если же с агрессором до этого были какие-то договоренности и в них агрессия предусматривает наказание, то последнее должно быть применено ко всей упомянутой цепи исполнителей без исключений.

Пассионарная экспансия

То, что всё, о чем не договорено, является предложением, имеет и другую сторону реализации, в основании которой лежит неизбежность столкновений человека с окружающим его миром и другими людьми.

Так, в пределах этики уважения, чтобы человек не делал, его действия всегда являются либо исполнением уже принятой договоренности, либо предложением установления новых отношений. В результате, договорное пространство непрерывно и неизбежно будет расти, оплетая сетью личных и групповых отношений все больше и больше ранее неизведанных физических и социальных территорий.

При этом предполагается, что, несмотря на исходное разнообразие людей и неустранимое противостояние их позиций, остановить эту договорную экспансию будет невозможно. Основанием такого дерзкого предположения является заложенный в этику уважения механизм смягчения позиций, согласно которому договоренности будут исполняться, несмотря на противоречие позиций. Просто потому, что сами договоренности изначально обоюдны и добровольны, несмотря на все прочие недоговорные противоречия сторон.

Поэтому, что бы стороны не говорили друг другу, включая угрозы и оскорбления, в рамках этики уважения они будут делать только то, о чем договорились. Это не только укрепляет договорную сеть, но и делает ее привлекательной с точки зрения безопасности для всех в нее не вошедших.

РЕЛИГИОЗНЫЙ КОНТЕКСТ

В завершение посмотрим на этику уважения с точки зрения уже традиционных для западной цивилизации религий, – христианства и ислама.

Первое, что бросается в глаза, как этика уважения легко ложится на концепции «рая» и «ада», описывая способ их реализации в повседневности человеческого мира здесь и сейчас. В этике уважения и «рай», и «ад» рассматриваются как абсолютизация предельных противоположных позиций социума при реализации фундаментальных прав в отношении отдельного индивида.

Так, под термином «рай» подразумевается абсолютная безусловная любовь каждого члена социума к индивиду и, таким образом, полное принятие всякого его предложения и установление с ним всякого, инициированного им совместного бытия, то есть договоренности.

Под термином «ад» подразумевается абсолютное неприятие индивида, кроме его соглашения о пребывании в данном «адском» социуме. Все, что предлагает, пребывающий в «аду», отвергается, и этот процесс тотального отвержения является наказанием для отвергнутого.

В этом смысле индивид, преодолевший свое «адское» одиночество, становится героем в представлении социума – полубогом, открывшим в себе тайное знание и силы к творению собственной договорной вселенной, собственного «рая» посреди «ада» отчуждения и неприятия.

Новая идея, команда, стартап, рынок, сеть – вселенная. Новые возможности, самореализация и удовлетворение – райский ангельский труд.

Как-то так.

[print-me]
Загрузка...


Комментирование закрыто.