Украинская жаба и социальный контракт

 

Например, бесконечная подозрительность, благодаря которой каждый, кто пытается решить какие-то проблемы общества или кому-то бескорыстно помочь, – считается злобным карьеристом, желающим использовать чужую беду для собственного возвышения.

И не важно, что, например, я и мои друзья никуда не баллотируемся и не занимаем никаких должностей в исполнительной власти. Если непонятно, как вообще на этом можно нагреться – это вдвойне подозрительно!

Как говорил трактирщик в «Человеке с бульвара капуцинов», «Если человек говорит, что ему ничего не нужно – ему нужно всё». Убеждение старухи Шапокляк, что хорошими делами прославиться нельзя, намертво впечатано в подкорку обывателей. И доказать, что ты не верблюд, а тем более не гималайский, даже со справкой невозможно (поэтому я и не напрягаюсь).

Причём, даже то, что человек давно знает вас лично, не означает, что он будет вам доверять. Меня один из моих соратников-активистов, спустя два года совместной работы, несмотря на многократно демонстрируемый альтруизм, спросил: «А всё-таки, только честно, как ты собираешься воспользоваться результатами своего труда?»

И как ему объяснить, что альтруист получает отсроченную и неявную выгоду в виде снижения социального напряжения и уличной преступности, повышения культуры общения, просто хорошего отношения десятков и сотен знакомых людей?

Я даже не хочу трогать вопроса, что плохого, если человек, оказавший вам помощь, получит от этого какую-то свою опосредованную выгоду (не за ваш счёт)? Как раз это понятно – в обществе «конкуренции» любой успех другого неизбежно воспринимается как личная неудача, а зависть становится одной их сильнейших мотиваций.

Но даже если вам каким-то чудом удастся преодолеть подозрительность, то наступает следующая фаза – от вас начинают требовать гарантий.

Честно, каждый раз, когда от меня требуют каких-то гарантий, я стараюсь не смотреть на этих людей, как на клинических идиотов. Честно стараюсь.

Люди взрослые, зачастую прожили уже не один десяток лет, а всё ещё ищут в этой жизни каких-то гарантий. В нашей переменчивой жизни НЕТ ничего гарантированного, и никогда не было. Банки нарушают гарантии сохранности вкладов, страховые компании не выплачивают гарантированных страховых выплат, Президент не гарантирует исполнение Конституции (а зачастую именно он её и нарушает), а вот именно Роджерс должен гарантировать честность и неподкупность, причём не только себя лично (что проще), но и всего движения! Гарантии можете требовать от жены или от мужа в ЗАГСе или при венчании (вот только и там от 60 до 90% «отказов»).

Доходит до маразма: я уже несколько раз сталкивался с тем, что мои единомышленники спрашивают меня «А где гарантия, что мы не скурвимся?». Я не Бог, особенно чтобы отвечать за других. Единственное, что я могу гарантировать, так это то, что если кто-то идущий рядом скурвится, я приложу все усилия, чтобы отвернуть ему бошку на затылок.

Если гарантий никто дать не может, то что можно предложить взамен? А предложить можно МЕХАНИЗМЫ ОТВЕТСТВЕННОСТИ. Систему кнута и пряника – поощрения за верность идее, и наказания за отход за неё.

Что по-умному называется «позитивные и негативные селективные стимулы». Во, какие я умные слова иногда вычитываю!

Процитирую статью с «Хвыли» же: Подобное сосуществование добра и зла, когда группы людей объединяются при помощи насилия или угрозы применения насилия – это и есть использование негативных селективных стимулов. Если не находится достаточных позитивных стимулов для того, чтобы большие сообщества людей производили общественные блага, соблюдали правила, поддерживали неформальные институты, то этим начинают заниматься организации, которые имеют преимущество в осуществлении насилия. Наиболее мощной такой организацией является государство – ближайший родственник мафии.

В идеале должно присутствовать и то, и другое. Именно поэтому я – сторонник орденских систем, с чёткими уставами, в которых прописаны самые жёсткие наказания за отступничество и предательство (вплоть до не предусмотренных законодательством). И соглашаться на это люди должны добровольно, при вступлении в организацию.

Я сверну голову любому отступнику, но, в свою очередь, свернут голову мне, если отступлю я. Справедливо? Однозначно! Будет работать? Всегда работает!

Один из основателей УНСО в личной беседе рассказал мне, что в 92-93 годах у них было введено правило: любой, донесший на другого члена организации, получал оружие и лично должен был привести приговор в исполнение (и это вне рамок законодательства). Таким образом, организация решала сразу две проблемы: избавлялась от предателей и предотвращала безосновательные наветы.

Доверие завоёвывается исключительно совместными делами. Единственный способ влиять на процессы – участвовать в них. Единственный способ контролировать организацию – быть в ней самым активным и принципиальным. Никакие обещания, гарантии, обязательства и даже контракты не работают, если вы лично не можете контролировать процессов.

Другого пути попросту не существует. Обязанность лидеров – блюсти чистоту рядов. Если же лидеры оказываются недостойны – члены организации имеют полное право (и даже обязаны) их свергнуть (или уйти). Я знаю целые организации, оставившие своих проштрафившихся «лидеров» в одиночестве (например, СПУ).

В государстве точно также. Если власть оказывается антинародной – создаётся Сопротивление и её свергают. Если новая власть оказывается антинародной – создаётся новое Сопротивление и её свергают. Без вариантов.

Александр Роджерс, «Хвиля»

14-12-2010 01-44




Комментирование закрыто.