Сирия — возможный сценарий геополитического ответа Западу

Мартин Кукша

Современные войны, несмотря на их схожесть с боевыми столкновениями прошлого, имеют совершенно иную стратегию действий. Они происходят между сторонами, сильно отличающимися друг от друга не только по уровню ресурсообеспечения, но и по технологическому уровню вооружений. Да и цели существенно изменились. Редко когда задача агрессора состоит в расширении своей территории за счет завоеванной страны или колонизации оной. Поэтому лобовые столкновения противоборствующих сторон больше не определяют исход войны. Сегодня победа или поражение зависят от иных факторов.

Чужой кровью на чужой территории

В 30-е годы ХХ века одним из популярных определений возможной будущей войны Советского Союза было «малой кровью на чужой территории». Такая установка была утопией — прежде всего, потому, что технический и ресурсный уровень вероятных противников не уступал, а временами и превосходил возможности Красной армии. К тому же войны ХХ века были ориентированы в основном на использование военной силы против военной силы и лишь в малой степени велись в информационной плоскостях.

Нынешняя война стран Запада против Сирии и ее народа характеризуется определением «чужой кровью на чужой территории». При этом, кроме непосредственных боевых действий, огромное значение в войне против Сирии имеет использование информационных технологий.

Противники Сирии располагают также возможностями проводить и экономическую войну, истощая ресурсы сирийского режима не менее успешно, чем это могла бы сделать армия, вторгшаяся на ее территорию. Поэтому любые успехи правительственных войск на театре военных действий недостаточны не только для того, чтобы выиграть войну, но даже для того, чтобы вынудить противника к миру или перемирию. Любое перемирие лишь ухудшает положение сирийской армии, давая возможность сконцентрировать на границах Сирии все новые боевые подразделения, обученные западными инструкторами в военных лагерях сопредельных Сирии государств.

Военные успехи сирийской армии, демонстрируемые ею в последнее время, приведут лишь к тому, что на смену нехитрым столкновениям лоб в лоб противник перейдет к маневрам, суть которых состоит в избегании прямых столкновений с воинскими частями и использовании преимуществ террористически-диверсионных действий. Против терроризма же у регулярной армии эффективных мер защиты нет.

Кроме того, каждый успешный теракт против объектов инфраструктуры Сирии и/или руководства страны и армии резко сужает возможности Башара Асада и уменьшает его ресурсную базу, в то время как воюющая против него коалиция может себе позволить покупать или готовить все новых и новых террористов.

Любое продолжение военных действий исключительно в логике войн ХХ века неминуемо приведет к уничтожению Сирии как государства.

Перевод войны на геополитический уровень

Одним из возможных сценариев, которые способны изменить существующий баланс сил и дать Сирии стратегическое преимущество, является переход к нетрадиционным методам вооруженного противоборства и перенос войны на территорию стран-агрессоров. Например, в Европу, учитывая, что в роли союзника Сирии здесь может выступить Иран… В случае принятия политического решения о таком переносе военных действий Сирии и ее союзникам пришлось бы решать несколько групп тактических задач:

1. Создание паники в рядах политического класса европейских стран.

2. Адекватный ответ в Европе на действия против Сирии террористов, финансируемых НАТО и монархиями Персидского залива.

3. Информационное сопровождение всей кампании.

Иран, по оценкам аналитиков, в состоянии помочь Сирии после каждого террористического акта, направленного против высшего руководства Сирии, дать зеркальный ответ по отношению к европейским политикам, составляющим «партию войны». Демонстрация неотвратимости быстрого и персонального возмездия за принимаемые политиками решения в пользу войны с Сирией может оказаться весьма эффективной.

Если одновременно будет обеспечена анонимная или полуанонимная финансовая поддержка тех политиков на Западе, которых относят к «партии мира», использование обеих тактик может вызвать кризис европейских элит. Кризис усугубится еще больше, если перешедшая в контрнаступление сторона организует диверсии против объектов инфраструктуры тех стран, которые активнее всего выступают за войну и поддерживают ее финансами либо с помощью экономических санкций. Нетрудно предугадать информационный эффект таких действий: общественное мнение в Европе начнет сплачиваться вокруг лозунга «Война в Сирии – это не европейская война!», инициируя серьезную антивоенную кампанию в Европе (возможно, схожую с аналогичной кампанией против войны во Вьетнаме, проходившей в США в последней трети ХХ века). Исключительную роль в этих условиях приобретут информационные ресурсы сторон, их умение организовать целенаправленную работу в социальных сетях, блогосфере и т.д.

Возможные контрмеры Запада

Ответом на реализацию подобного сценария может стать прямая военная агрессия НАТО против Сирии. Однако и в этом случае у Сирии есть ресурс нетрадиционного противодействия нападению. Организованный благодаря заранее принятым мерам (подготовка транспортных кораблей и др.) поток сирийских беженцев в Европу может многократно превзойти наплыв в Европу беженцев из Ливии после нападения НАТО на эту страну в 2011 году. По некоторым оценкам, число беженцев в таком случае может достичь 2-3 миллионов человек. Трудно предположить, что в этих условиях европейские силы НАТО рискнут топить корабли с беженцами без согласия на такую меру США. А в ситуации, когда до выборов президента США осталось всего два месяца, не менее трудно представить, что Барак Обама ввяжется в войну, результат которой заведомо не прогнозируем. То есть сирийские беженцы доберутся до материковой Европы. Само по себе появление в Европе нескольких миллионов бедствующих людей другой цивилизации в течение нескольких месяцев способно катализировать острые кризисные процессы, которыми охвачен в настоящий момент Евросоюз.

Подобный сценарий куда реалистичнее, чем кажется. Адекватный ответ противников Сирии, скорее всего, растянется на срок от одного года до нескольких лет, поскольку современная история еще не знала случая, когда государство «третьего мира» – пусть и при поддержке союзников – выходило бы на столь высокий уровень стратегического противостояния!

В то же время этот сценарий – лишь один из возможных вариантов изменения существующего баланса сил. Он относительно маловероятен, так как предполагает наличие у сирийского руководства опыта международной координации очень высокого уровня.

И однако же, не прибегая к новым стратегическим моделям ведения войны, у Сирии нет шансов выстоять в противостоянии с коалицией тех сил, которые воюют против нее и ни при каких условиях не намерены завершить конфликт почетным для сирийцев миром. Использование новой модели ведения войны является для Сирии вопросом выживания. Успешная же реализация описанного или близкого к нему сценария не только даст Сирии (а вслед за ней и Ирану) возможность выжить, но и вполне способна прервать ту линию развития международных событий, которая прямиком ведет сейчас к третьей мировой войне. Прервать, может быть, не навсегда, но, по крайней мере, на время.

Источник — Фонд стратегической культуры
Постоянный адрес статьи




Комментирование закрыто.