Виталий Кулик: Олигархический консенсус и картельная партия

Виталий Кулик

Виталий Кулик2

Операционной системой олигархического консенсуса выступает классическая «картельная партия» в виде «стратегической семерки» и альянса БПП и «Народного фронта».

Когда мы говорим об «олигархическом консенсусе», следует помнить о его первоначальной дефиниции. Речь идет осоздании такой конфигурации политических сил и перераспределения властных полномочий, которая разрешает основным ФПГ при минимальных рисках для себя провести новое перераспределение собственности в государстве.

Консенсус выживания

Если мы посмотрим на результаты стратегических для государства голосований в Верховной Раде, например за назначение правительства Владимира Гройсмана, за назначение нового генпрокурора, за изменения в Конституцию Украины в части судебной системы, то увидим, что результативность была обеспеченна совместными усилиями фракций, которые аффилированы с ведущими олигархическими группами.

Наличие взаимопонимания между олигархами прослеживается и в экономике. За последний год все крупные корпоративные конфликты происходили на периферии ФПГ. Никто из основных игроков не нарушил перемирия.

При этом мы постоянно слышим о деолигархизации экономики и преодолении влияния ФПГ на политические решения. Вроде как государство у кого-то что-то «отжимает», кто-то теряет активы и влияние… Но стоит только посмотреть на прибыль корпораций, на финансовые потоки и сразу все становиться на свои места. Нет никакой деолигархизации. Нет даже ее имитации.

Неужели наши олигархи научились договариваться между собой? Нет. Это вынужденный союз, где доверие основывается скорее на авторитете третьей стороны. В данном случаи — Вашингтона.

Как бы парадоксально это ни звучало, именно американцы выступают сейчас ко-спонсорами украинского олигархического консенсуса, усматривая в нем меньшее из зол на данном этапе. Естественно, что в Белом доме понимают, что олигархат не может быть локомотивом реформ. Однако за океаном считают, что они владеют магической палочкой, которая может принуждать вора делиться.

Но как верно отмечает Вадим Еремейчук, собственность и капитал с непрозрачным прошлым, как основной ресурс удержания власти олигархического консенсуса не даёт возможности развивать государственные институты, опирающиеся на доверие общества, которые очевидно, лишат олигархов, как собственности и капиталов, так и элитарного положения.

В украинской экспертной среде существует расхожее мнение, что можно решить проблему легитимности собственности путем приятия некого юридически-правового акта. Одни видят его в виде «компенсационного налога на олигархов», другие — «в законе о реприватизации», третьи пишут «новый общественный договор» между властью и бизнесом. Это все равно, что найти волшебный переключатель, щелкнув которым можно было бы разом перевести ситуацию из режима нелегитимности в режим легитимности. Попытка изобрести формальное решение проблемы, которая по своей природе является неформальной.

В свое время российский эксперт Ростислав Капелюшников утверждал, что британский опыт джентельменского пакта о «честной игре» между властью и бизнесом (windfall profit tax) для постсоветских стран мало приемлем. У нас олигархи не джентльмены, у них другой жизненный опыт. Они никогда не играют «по-честному».

Но главная опасность консервации олигархического капитализма — это то, что он может существовать только за счет государства, эксплуатируя политическую ренту, работая на «откатах», воспроизводя коррупцию. Олигархия — это вечное догоняющее развитие без шанса вырваться из постсоветского прозябания.

В условиях угрозы своему положению в стране олигархат пошел на заключение договора о консенсусе в отношении пределов реформ в Украине. И эти пределы ограничены незначительными изменениями в госаппарате, устранением ключевых «аллергенов» из публичной политики и с должностей, согласие на налоговые издержки. Вот, собственно, и все.

«Картельная партия» на семерых

Операционной системой олигархического консенсуса в нашем случае выступает классическая «картельная партия» в виде «стратегической семерки» и альянса партий БПП и «Народного фронта».

Под «картельной партией» нужно понимать субъект, действующий на основе межпартийной договоренностей (внутриуровневые связи) и взаимодействия со значимыми элементами государственного механизма (межуровневые связи) с целью создания благоприятных условий функционирования для партий — участников картеля перед конкурирующими субъектами политики. «Картельная партия» сращивается с госаппаратом и выстраивает отношения  доминирования в пределах существующей партийной системы.

Этим, собственно, и занимается «стратегическая семерка». Обеспечивает условия доминирования в политической системе Украины двум политическим группировкам.

Бизнес-интересы ключевых игроков практически не пересекаются, а в точках возможных пересечений уравновешиваются кадровым представительством групп на уровне профильных замов министерств и ведомств.

Еще важной особенностью «картельной партии» является концентрация власти вне легитимных институций и процедур. Это приводит к тому, что смыслы уходят не только из политического пространства, но из парламента и правительства.

Кабмин превращен в классическую технократическую машину реализации воли «стратегической семерки».

Нынешнее состояние дел можно описать словами социолога Дмитрия Громакова, которые он написал в январе 2013 года: «отличительной чертой сегодняшнего Кабмина является практическое отсутствие самостоятельных игроков, представляющих собственные бизнес-группы или политические организации, способные построить самостоятельную игру или заявить какие либо права на собственность. Кабмин сформирован из бывших топ-менеджеров, представляющих крупные ФПГ, обладающих гипертрофированной лояльностью, реально представляющих стратегические интересы групп и конкретные задачи, которые им необходимо решить на своих постах».

Это было сказано в январе 2013 года! Потом был Майдан…

Чем все закончится?

Обычно олигархический консенсус нарушается одной из сторон договоренности после того, как она получает возможность установить доминирование в системе. Иначе говоря, когда союзники больше не нужны.

Это может произойти в ситуации сильного ухудшения социально-экономической ситуации или громкого коррупционного скандала, когда президенту придется сдать кого-то из ключевых деятелей «стратегической семерки».

Возможно, что «олигархический консенсус» нарушит какой-то «черный лебедь» в виде наступления на фронте или потери режима благоприятствования со стороны Запада.

В любом случае «олигархический консенсус» не долговечен, как и существование «картельной партии». Она должна трансформироваться в новую архитектуру в преддверии внеочередных парламентских выборов.

«Олигархический консенсус» по своей природе не способен мирно перерождаться в плюралистические конструкции. Его демонтаж — это всегда кризис. Будет ли это возобновление корпоративных войн, обрушение рынков, внеочередные выборы или новый Майдан.

Важно создать условия, чтобы после перехода в новое качество политического режима в Украине в нем не было места для олигархического консенсуса, а желательно, чтобы не осталось и самих олигархов в политике и экономике.

Источник: Главред




Комментирование закрыто.