Украина взорвется за 1 доллар

Дмитрий Тымчук

Такая ассоциация была вызвана еще и тем постепенным падением уровня жизни, который мы наблюдаем сегодня.

 

Если первый год нынешней власти в душе ее сторонников еще теплилась надежда, что речь пока идет лишь о сложном периоде необходимых реформ, который надо пережить, и начнется благоденствие, то сегодня ни у кого (может быть, за крайне редким исключением) подобных иллюзий нет. В то же время, сравнение с 90-ми, конечно же, некорректно: если тогда едва зародившееся государство (точнее, его чахоточные ростки) просто самоустранилось от выполнения своих соцобязательств перед гражданами, то сегодня откровенный грабеж и есть суть нынешнего государства.

Но именно понимание процессов, зародившихся в 90-х и происходивших в Украине прошедшие два десятилетия, дают понимание сегодняшней взрывоопасной ситуации. Мы не говорим о каких-то глобальных стратегиях, макроэкономике и прочих высоких материях. Речь о психологии и взаимоотношениях общества с государством, о «шкурном» интересе и выработавшемся алгоритме выживания граждан нашей неуспешной страны, их приобретенных инстинктах и реакции на внешние события. Речь о том, что думает и чувствует «маленький украинец», и чего в упор не понимает и не хочет понимать нынешняя власть. А ведь именно с этого непонимания и рождается взаимное отторжение, неприязнь, и, в конечном итоге, взаимная ненависть гражданина и власти.

Эксперты и исследовательские структуры заметили резкое «отторжение» власти от общества в конце прошлого года. Показателем, как помним, тех событий, которые тогда только легонько встряснули Украину год назад — это принятие Налогового кодекса и «налоговый Майдан».

Тогда эксперты констатировали: в Украине изменились отношения власти и общества. Так, аналитический центр «Открытая политика» изложил свое видение, согласно которому если в развитых демократических странах общество и власть действуют как равноправные партнеры, то украинская власть генетически не воспринимает такой тип и модель взаимоотношений, а потому строит свои отношения с обществом по какому-то собственному видению. Таким образом, мы увидели некий каток, который ставит перед собой цель и она должна быть достигнута любыми средствами. Это превратилось в новое властное кредо. Но такая система обречена на ошибку, поскольку нет обратной связи с обществом, с гражданами, и это как раз и доказал Налоговый кодекс.

Можем также вспомнить те долгие и бурные дискуссии (впрочем, ажиотаж этот был вполне искусственным и получал толчок сверху) о гражданском обществе в Украине, которые сотрясали воздух на берегах Днепра пару лет назад. Сейчас эти тупиковые дискуссии реанимируются весьма интересным способом. В частности, о них вспоминают сегодня чиновники Януковича, которые еще вчера рассматривали проблему в качестве общественных экспертов.

{advert=4}

Так, буквально неделю назад заместитель руководителя главного управления по вопросам конституционно-правовой модернизации Администрации Президента Украины Виталий Кулик во время конференции «Развитие гражданского общества» (в рамках Программы развития ООН в Украине) в Киеве заявил, что главной проблемой взаимодействия власти с общественностью является отсутствие новой законодательной базы регулирования деятельности общественных организаций и гражданского общества. «В Украине устаревшие законы об общественных объединениях и о благотворительности, а также много других законодательных актов, которые не отвечают современным реалиям и потребностям гражданского общества», — отметил эксперт. Он также сообщил о том, что сейчас на рассмотрении в Верховной Раде находятся два важных законопроекта об общественных организациях и благотворительной деятельности, принятие которых позволит решить ряд проблем и откроет новые возможности для диалога между властью и гражданским обществом.

Давайте сразу честно скажем: отношения власти и общества не строятся и не могут строиться на основании законов. Такие отношения складываются под воздействием многих факторов сами по себе, а законодательная база может лишь «легализировать» складывающиеся отношения и предлагать инструменты для их развития. Что-то откорректировать, облегчить диалог или, наоборот, усложнить его с помощью законов можно. Но кардинально изменить — нет.

Вот на той же конференции руководитель программ Украинского независимого центра политических исследований Максим Лациба констатировал: сколько бы представители власти не отчитывались в своих достижениях в законодательном поле, все то, что сегодня происходит за стенами их кабинетов, доказывает обратное: противостояние власти и гражданского общества в стране не заканчивается. На смену налоговому майдану и пенсионерам, приходят афганцы, медики, учителя, шахтеры, студенты. «Между властью и гражданским обществом, по-прежнему нет ни доверия, ни понимания. Они не умеют слушать, поэтому не слышат друг друга», — констатирует он.

Или вот голос чиновника. Заместитель директора, заведующая отделом коммуникаций с общественностью Департамента информации и коммуникаций с общественностью секретариата Кабинета министров Наталья Окша отмечает, что за последние несколько лет было «немало примеров, когда дельные предложения общественных организаций были уместны в формировании законопроектов, а также в организации работы консультационных центров на местных уровнях». В то же время, она отмечает, что есть еще одна большая проблема: чиновники еще не умеют общаться с представителями общественности, не всегда соответствуют своим должностям, а потому проявляют беспомощность и нежелание заниматься дополнительными проблемами. «Нам нужно воспитать новое поколение госслужащих, которые будут понимать проблемы гражданского общества. И воспринимать его не как оппонентов, а союзников, у которых одна общая цель — создать богатую и процветающую державу», — заявляет Окша. По ее мнению, в отношениях обеих сторон прослеживается определенная «неадекватность»: чиновники воспринимают общественные организации, как нечто, что мешает им работать, а те, в свою очередь, имеют предвзятое мнение, что со стороны госслужащих будет оказываться сопротивление. «А такое недоверие и неумение слышать друг друга также мешают диалогу власти и гражданского общества», — подчеркивает представительница секретариата Кабмина.

Короче, у Азарова считают, что нужно напринимать красивых законов, установить красивые правила, воспитать хороших чиновников, и под вселенским давлением этой красоты народ полюбит власть, начнет с ней что-то там конструктивно обговаривать и без лишнего мордобоя решать вопросы. Последнее в Кабмине, очевидно, воспринимают как полный карт-бланш на какие угодно решения и «реформы» при бурном одобрении перманентно затягивающего пояса и вымирающего народа.

Хорошая мечта, ничего не скажешь. Но есть в ней один изъян: она несбыточна. И трижды несбыточна — именно для этой власти. Но именно байками о «построении гражданского общества», о каком-то доверии к власти и ее «диалоге» с обществом сама власть и тешит себя. Не понимая, что она в глазах простого украинца вышла из зоны доверия, и его уже себе не вернет.

В чем же дело?

Казалось бы, ни при Ющенко, ни при Кучме, ни тем более при Кравчуке украинцы не жировали. В роскоши если купались, то, как и сейчас, — единицы. Остальные выживали. Точно как сегодня. Так от чего же именно Янукович с Азаровым и компанией сумели в сжатые сроки сделать личными врагами практически все украинское общество?

{advert=1}

Ответ, думается, прост. Два десятилетия государство, по большому счету, плевать хотело на простого украинца. Власть предержащие были сосредоточены на своих проблемах — «подстраивая» под себя экономику, оперировали глобальными масштабами, снимая пенки и предоставив народ самому себе. Государство мало чего давало обществу, не стремясь решать социальные проблемы граждан, но и особо не влезая в их дела.

Правила не честные, но понятные. И 20 лет украинцы под них подстраивались. Платили налоги с части своих доходов, получали зарплату в конвертах, держали в чулках валюту и совершая на них «стратегические» покупки вроде дач и машин. Государство корчило из себя социально-правовое образование, а в ответ украинцы корчили из себя добропорядочных законопослушных граждан. По большому счету, ничего хорошего в этом не было, но это как бы всех устраивало.

Янукович с Азаровым совершили роковой шаг, когда нарушили это негласное социальное соглашение между государством и обществом.

Украинец и ранее никогда не упускал возможность обворовать государство, если таковая возможность выпадала — этот инстинкт нашему человеку привит со времен СССР («все вокруг колхозное — все вокруг мое»). Но заводы либо приватизированы, либо закрыты, колхозов нет, а потому простому гражданину обворовать государство не так-то просто, сегодня государство само грабит себя руками чиновников. Это государство не много давало простому гражданину, но и не сильно шарило у него по карманам. Что дал — и слава Богу.

Нынешней власти такие правила не подошли. И это понятно: олигархическая верхушка, правящая сегодня Украиной, не настроена на то, чтобы что-то отдавать. Ее задача — брать. Освободив себя от налогов, а попутно из жадности уничтожая мелкий и средний бизнес, олигархическая власть пришла к единственно возможному выходу добывания средств в условиях резко пустеющего бюджета, являющегося кровью самого государства. Она залезла в карман украинца.

Стремление власти контролировать все финансовые потоки до последней копейки, жесткая работа налоговой, контроль мельчайших доходов граждан, управление оборотом валюты — все это именно из этой оперы. И для нормального цивилизованного государства это было бы как раз нормальным, более того — жизненно необходимым. Но то — нормальные державы, а тут речь об Украине. У нас, забирая у граждан, государство ничего взамен не отдает и отдавать, ясное дело, не собирается. А с этого как раз и начинается главное противоречие между обществом и державой в понимании простого гражданина.

В этих условиях — борьбы с зарплатой в конвертах, тотального контроля налоговой, бурной деятельности НБУ на рынке валюты — ухудшение социального положения граждан заводит взрывную реакцию, которую мы и наблюдаем.

И вот в августе 2011 г. в Украине средняя зарплата снизилась на 2% — до 2 тыс. 694 грн. в месяц, — сообщила Государственная служба статистики Украины. Прошло три месяца, и в ноябре отмечалось снижение на 0,3% по сравнению с августом.

0,3% — это мелочь, сущий пустяк. Если переводить на «живые» деньги, то всего-то 8 гривен. Казалось бы, 8 гривен — это такие копейки, о которых и говорить смешно. Но эти 8 гривен играют эффект мощного катализатора весьма серьезных процессов, о которых мы говорили выше. В условиях жестко попранного властью социального соглашения с обществом, 8 гривен (один доллар) — это именно та сумма, которая взорвет Украину.




Комментирование закрыто.