Реформа украинской армии: изнанка странного эксперимента

Борис Такаев

Напомним: разработанная Минобороны реформа Вооруженных сил предполагает сокращение численности украинской армии в течение ближайших 5 лет с нынешних 192 тысяч (из которых 144 тысяч военнослужащих и 48 тысяч гражданского персонала) до 70 тысяч человек. Именно такой показатель установлен проектом Концепции реформирования и развития Вооруженных сил Украины до 2017 года, предлагаемым Дмитрием Саламатиным. Кроме того, до 2017 планируется отменить срочную службу в ВС Украины, полностью переведя их на комплектование военнослужащими по контракту.

Одним из главных приоритетов предлагаемой Концепции является выполнение армией боевых задач без дополнительной мобилизации. Хотя полностью идея мобресурса авторами документа не исключена — предусмотрено сохранение способности ВС Украины наращивать боевой потенциал в случае опасности масштабной войны. При этом на реализацию запланированной министерством обороны реформы до 2017 года планируется выделить 155 миллиардов гривен (около 19,5 млрд долл), из которых 40,3 миллиарда — дополнительно привлеченные средства. Авторы концепции ссылаются на европейскую практику и обещают довести уровень военных расходов до 1,4% ВВП (в последние годы в Украине они составляли менее 1%).

Предлагаемая Саламатиным реформа, предусмотренная упомянутой Концепцией с «конечным результатом» в виде 70-тысячной армии должно было бы логично завершить и без того уникальную в мировой истории эпопею сокращения Вооруженных сил Украины. Стоит вспомнить, что с развалом СССР Украина стала обладательницей мощного обломка Советской Армии. В частности, на территории страны осталась инфраструктура трех военных округов — Киевского, Прикарпатского и Одесского. В составе этих округов находились ракетная армия, три общевойсковые и две танковые армии, один армейский корпус, четыре воздушные армии, отдельная армия Противовоздушной обороны (ПВО), Черноморский флот ВМФ СССР. Вся группировка войск и сил насчитывала около 780 тысяч человек личного состава, 6,5 тысячи танков, около 7 тысяч боевых бронированных машин, до 1,5 тысяч боевых самолетов, более 350 кораблей и судов обеспечения, 1272 стратегических ядерных боеголовок межконтинентальных баллистических ракет и почти 2,5 тысячи единиц тактического ядерного оружия.

И после отказа от ядерного статуса у Украины оставалась хорошая возможность и без ядерного оружия создавать мощную, одну из самых сильных в Европе армию на основе советского наследия — этому способствовали и международные договоренности. В частности, согласно Договора об обычных вооруженных силах в Европе (ДОВСЕ), Украина может иметь (данные, действующие на сегодня): 450 000 человек личного состава Вооруженных сил; 4080 танков (в т.ч. 3130 в составе регулярных частей); 5050 боевых бронированных машин, ББМ — боевых бронированных машин (в т.ч. 4350 — в регулярных частях); 4040 артиллерийских орудий калибра более 100 мм (в т.ч. 3240 — в регулярных частях); 330 ударных вертолетов; 1080 боевых самолетов.

Однако Киев пошел по иному пути, доходя уже сегодня в своих сокращениях до одной из самых слабых армий в Европе по соотношению численности населения к Вооруженным силам.

Интересно, что де-факто «идеологическая» подготовка предложенного реформатором Саламатиным столь кардинального сокращения армии в Украине велась фактически с момента прихода к власти Виктора Януковича. Из уст представителей высшего военного руководства страны, а также провластной Партии регионов частенько звучали заявления о том, что на сегодня для Украины не существует актуальных масштабных военных угроз (в первую очередь —  виде вооруженной агрессии какой-либо из соседних держав), а для выполнения внутренних задач и участия в мелких пограничных конфликтах достаточно небольших Вооруженных сил.

Уже одни эти заявления повергали в недоумение экспертное сообщество и заставляли глубоко задуматься над жалкими перспективами Украины в сфере обеспечения собственной обороноспособности. Ведь данный подход, являющийся сугубо обывательским, безумно далек от профессиональных взглядов на сферу национальной безопасности и обороны, которые существуют во всем мире. Согласно им, при формировании военных доктрин и обликов своих вооруженных сил, державы ориентируются не на актуальные, а на самые масштабные возможные военные угрозы, вне зависимости от степени их вероятности.

Яркий пример такого подхода демонстрирует сегодня сосед Украины в лице России, выступающей против развертывания в Европе системы ПРО НАТО при отсутствии юридических гарантий со стороны США, что эта система не направлена против РФ. В частности, понятно, что попытки нивелирования ядерного стратегического арсенала России со стороны Запада вовсе не означают, что НАТО уже сейчас вовсю готовит ядерный удар по РФ, и пытается заранее обезопасить себя от ответного удара. Более того: ядерную войну между Западом и Россией сегодня можно считать возможной с очень небольшой долей вероятности. Однако Москва прилагает серьезные усилия по нейтрализации этой маловероятной угрозы, допуская проведение со своей стороны соответствующих мероприятий — стоит хотя бы вспомнить анализ этой проблемы в программной статье Владимира Путина «Быть сильными: гарантии национальной безопасности для России». Известно и о реальных планах российского руководства относительно ответа на ПРО — например, по размещению в Калининградской области оперативно-тактических комплексов 9К720 «Искандер». Какой ни есть, но все же ответ на действия, которые Москва считает угрозой для себя.

В нашем случае — точно такая же картина. Например, даже в свете постоянно озвучиваемых румынским руководством территориальных претензий к Украине, можно считать весьма маловероятной вооруженную агрессию Румынии с целью «забрать» Северную Буковину и Бессарабию. Тем более, что Румыния является членом НАТО, где далеко не все будут приветствовать войну за территории в Европе, а значит, явно окажут серьезное давление на Бухарест с целью заставить его умерить свои территориальные аппетиты и не до пустить вооруженный конфликт. Но, тем не менее, вероятность такого конфликта все равно существует, а значит, Украина должна быть готова к участию в нем.

Стоит также оценить соотношение численности вооруженных сил к населению, а равно способы обеспечения обороноспособности со стороны некоторых соседей Украины.

Беларусь при численности населения всего в 9,5 млн чел содержит армию в 62 000 человек. Однако в плане обороноспособности этой страны сделана и серьезная ставка на военное сотрудничество с Россией. А это значит, что в случае вооруженной агрессии на Беларусь, Минск резонно рассчитывает на вооруженное вмешательство РФ, что позволяет говорить об обеспечении оборонной способности державы. Союзнические соглашения между Беларусью и Россией закреплены многими двусторонними документами, а также участием Минска в многосторонних военных инициативах, предлагаемых Москвой — в частности, в Организации Договора о коллективной безопасности (ОДКБ). Здесь можно вспомнить, например, Соглашение между Республикой Беларусь и Российской Федерацией о совместной охране внешней границы Союзного государства в воздушном пространстве и создании Единой региональной системы противовоздушной обороны Республики Беларусь и Российской Федерации, или совместные действия по Плану оснащения КСОР ОДКБ вооружением, военной и специальной техникой, специальными средствами.

При этом с 1995 года белорусские военнослужащие участвуют в учениях войск ПВО «Боевое содружество», которые проводятся обычно на российских полигонах Ашулук и Телемба. С 2003 года в учениях на территории Беларуси принимают и российские подразделения. Кроме того, с 1998 года действует программа «Подготовка белорусских военнослужащих в военно-учебных заведениях Российской Федерации». Финансирование этой и некоторых других программ осуществляется из бюджета Союзного государства Беларуси и России, в котором на совместную оборону и военно-техническое сотрудничество выделяются многомиллионые средства. Также согласно подписанному в Москве в 2009 году договору о развитии военно-технического сотрудничества Россия и Беларусь должны поставлять друг другу вооружение по ценам, которые действуют для национальных ВС. Кроме этого, договор предполагает, что продукция военного назначения освобождается от таможенных пошлин и сборов. И это — лишь некоторые примеры развивающегося военного сотрудничества между двумя странами.

Польша на 38 млн населения имеет армию численностью порядка 150 тыс чел — при том, что эта страна является членом НАТО, а значит, имея гарантии коллективной безопасности, при нейтрализации военных угроз полагается на весь военный потенциал Альянса, а не лишь на собственные силы. В январе 2012 года Минобороны Польши утвердило планы развития вооруженных сил на обозримую перспективу, при этом, исходя из оборонной достаточности, определена численность Войска Польского на уровне 120 тыс. штатно-должностных единиц (в том числе 20 тыс. должностей для национальных сил резерва). К концу 2012 года костяк ВС Польши составят 23,5 тысячи офицеров, 43,2 тысячи хорунжих и сержантов, 48,8 тысяч рядовых. Планируется сократить количество генеральских должностей и увеличить численность женщин, проходящих военную службу. В текущем году будет разработана программа развития ВС Польши в 2013-2022 годах, которая должна обеспечить развитие боевых способностей войск, а также осуществлена реорганизация структуры национальных сил резерва, способной укрепить обороноспособность государства и создать подготовленный мобилизационный резерв.

В Румынии (тоже член НАТО), на менее 22 млн чел населения, армия и флот до 2007 года составляли столько же военных, как и в Украине на прошлый год — 200 000 чел, на нынешний же момент с отказом от призыва и переходом на контрактную службу ВС Румынии сократились до 90 000 чел (из них 75 000 военнослужащих). При этом если говорить о финансировании в привязке к численности вооруженных сил, то сравнение совершенно позорно для Киева. Так, Украина на нынешнюю армии в 192 000 чел тратит в последние годы менее 1,5 млрд долл, тогда как  Румыния на свои 90 000 — от 2,5 млрд долл до более 3 млрд долл. Т.е. Румыния, являясь членом НАТО, при численности населения более чем в 2 раза меньше, чем в Украине, содержит армию на 20 тыс чел больше, чем те Вооруженные силы, которые предлагает Саламатин для Украины.

Венгрия, имея население всего в 10 млн чел, до вступления в НАТО содержала армию в 130 тыс чел. Затем Вооруженные силы страны постепенно сокращались до 30 тыс чел, с обеспечением высокого уровня их финансирования и боевой подготовки. В условиях кризиса, начавшегося в 2008 году, министр обороны Венгрии Ференц Дьюхач объявил о сокращении численности Вооружённых сил с 30 тысяч до 22 тысяч. При этом военное руководство страны отмечает, что перед венгерской армией не стоит цель быть способной отразить вооруженную агрессию, поскольку держава имеет коллективные гарантии безопасности, а потому главная задача Вооруженных сил — быть способными нейтрализовать угрозы участием в небольших конфликтах, и противостоять терроризму внутри страны.

Потому в этих условиях Украина, заведомо отказавшись с объявлением Виктором Януковичем внеблоковости державы от участия в каких-либо военно-политических союзах, с осуществлением Концепции Дмитрия Саламатина оказалась бы в совершенно непонятной ситуации, имея одну из самых незначительных в мире армий по соотношению к численности населения. Внеблоковый статус не дает ответа на главный вопрос: каким образом страна с огромной территорией и большим по европейским меркам населением, намерена обеспечивать свою обороноспособность, имея микроскопическую армию?

Можно возразить: в предлагаемой Минобороны Концепции реформирования и развития Вооруженных сил Украины до 2017 года, собственно, лишь предлагается законодательно «закрепить» те процессы, которые и без того происходят в сфере украинской обороноспособности. Действительно, Вооруженные силы Украины сокращались и прежде, — за время правления Януковича последний подал в парламент и затем утвердил уже три закона, согласно которым Вооруженные силы «урезаются». Последний был подписан октябре 2011 года. Это Закон Украины №3742-VI «О численности Вооруженных Сил Украины на 2012 год», согласно которому общая численность Вооруженных Сил Украины в течение 2012 года уменьшится на 8 тыс. человек, в том числе 5 тыс. военнослужащих. Всего в украинской армии по состоянию на 31 декабря 2012 года, и без ныне предложенной Концепции, будет 184 тысяч человек, в том числе 139 тысяч военнослужащих.

Но на самом деле в происходящих при Януковиче сокращениях есть очень интересный момент, на котором почему-то не заостряют внимание эксперты. А именно, стоит проанализировать следующие цифры. Так, к приходу к власти Януковича, на начало 2010 года, численность Вооруженных сил Украины составляла 200 тысяч человек (штатная численность — 159 тыс. военнослужащих и 41 тыс. гражданского персонала).  В том числе, согласно официальному изданию МО Украины «Белая книга-2009»:

Сухопутные войска — 73 тыс. человек, в составе — 735 танков, 2155 ББМ, 892 арт. систем калибра более 100 мм, 72 вертолета.

Воздушные силы (ВВС плюс ПВО) — 49 тыс. человек, 208 боевых и 39 транспортных самолетов.

ВМС — 15 тыс. человек, 26 боевых кораблей и катеров, в составе частей береговой обороны — 39 танков, 177 ББМ, 52 арт. систем калибра более 100 мм, 8 противолодочных вертолетов, 4 самолета.

На начало 2012 года Структура Вооруженных сил Украины выглядит следующим образом. Территориально страна разделена на зоны ответственности Западного и Южного оперативных командований и Территориального управления «Север». В составе Сухопутных войск — 3 армейских корпуса (в каждом по 2 механизированные бригады и 1 артиллерийская бригада, в одном из корпусов — отдельная аэромобильная бригада, и в одном — отдельная воздушно-десантная бригада, плюс части обеспечения).  Непосредственно командованию Сухопутных войск подчиняются ракетная бригада и отдельная аэромобильная бригада. В общей сложности это 68 тыс чел личного состава, 735 танков,  2155 ББМ, 72 вертолета, 892 артсистемы калибром более 100 мм.

В составе Воздушных сил на данный момент — три Воздушных командования (ВК), в каждом из которых находятся части ВВС и ПВО. В первом ВК — 2 бригады тактической авиации, 2 зенитно-ракетных полка и радиотехническая бригада. Во втором — 2 бригады тактической авиации, тактическая группа, 2 зенитно-ракетные бригады, 2 зенитно-ракетных полка и 2 радиотехнические бригады. В третьем ВК — 2 бригады тактической авиации, 2 зенитно-ракетные бригады, 2 зенитно-ракетных полка, 2 радиотехнические бригады. Плюс в каждом ВК части и подразделения обеспечения. В непосредственном подчинении командования Воздушных сил находится 2 бригады транспортной авиации, полк дистанционно управляемых летательных аппаратов (БПЛА), Государственный научно-испытательный центр, Объединенный учебный центр и части непосредственного подчинения. Это 43 100 чел личного состава, 208 боевых самолетов, 39 транспортных самолета.

В составе ВМС — Центр морских операций (в него входят 2 бригады надводных кораблей), 2 военно-морские базы, морская авиабригада, Центр войск береговой обороны (отдельная бригада береговой обороны, отдельная береговая артиллерийская группа, части обеспечения). Это в общей сложности 14 700 чел личного состава и 26 боевых кораблей и катеров, 8 противолодочных вертолетов и 4 противолодочных самолета. Также в частях береговой обороны — 41 танк, 177 ББМ, 52 артсистемы калибром более 100 мм.

Как видим, при существенном уменьшении количества личного состава по сравнению с началом 2010 года, комплект вооружений и военной техники (ВВТ) в армии и флоте практически не изменился. В Сухопутных войсках личного состава стало меньше на 5 тыс чел, но ВВТ остались в прежнем количестве. В Воздушных силах количество личного состава уменьшилось на 5 900 чел, количество самолетов не изменилось. В береговых частях ВМС стало на 300 чел личного состава меньше, но стало больше на 2 танка, остальные вооружения и техника остались в том же количестве.

Как это понимать? Отчего количество личного состава в войсках уменьшается, а количество ВВТ остается прежним, а в случае с береговой обороной даже растет? Неужели украинскому военному руководству удалось сократить армию, т.е. выполнить чисто политический и далекий от здравого смысла план, но при этом полностью сохранить боевую мощь армии и флота, не снизив их боевые возможности?

Очевидно, именно это и пыталось сделать до последнего времени руководство Минобороны и Генштаба. Т.е. воинские части вообще практически не сокращались, подразделения в их составе сокращались в очень редких случаях, а в основном при очередной волне сокращений «резались» клеточки в организационно-штатной структуре подразделений (т.е. отдельные должности), причем как правило «пустые», вакантные, поскольку в армии наблюдается перманентный некомплект, в первую очередь младшего офицерского состава. Это и позволяло сокращать Вооруженные силы, но де-факто оставлять комплект частей прежним.

С предлагаемой ныне Минобороны Концепцией этот фокус не пройдет — здесь речь идет об активном расформировании частей, и по-иному не получится. Согласно данным автора этих строк из источников в Генштабе ВС Украины, предлагается сократить в ближайшей перспективе как минимум две механизированные бригады и артбригаду. Что куда актуальнее (учитывая, что и на сегодня небо Украины, в т.ч. над важными стратегическими объектами и промышленными районами, прикрыто ПВО лишь фрагментарно), будет сокращена четверть подразделений Воздушных сил — как ВВС, так и ПВО. И это только на первом этапе. В дальнейшем армия превратится в набор подразделений, представляющих различные рода войск, но не способных выполнять масштабные задачи по нейтрализации военных угроз.

Что касается критики предлагаемых реформ, то аргументация оппонентов Дмитрия Саламатина, как мы писали раньше, проста. Предлагая в сжатые сроки сократить армию в 2,5 раза, Саламатин совершенно не учел давно известную истину: если говорить о сиюминутной нагрузке на госбюджет, армию всегда в 3-4 раза дешевле содержать, нежели сокращать. Сокращение военных структур — а это выплаты немалых по украинским меркам компенсаций каждому офицеру и контрактнику при увольнении, расходы на расформирование частей и учреждений, создание условий для социальной адаптации военнослужащих и т.д., — требует колоссальных затрат. Тем более, когда расформировываются сразу целые воинские части, и «на гражданку» выгоняются табуны военных.

Необходимые на реализацию запланированной реформы до 2017 года 155 миллиардов гривен — это 31 млрд грн в год плюс поточное финансирование армии. И это при том, что весь «повышенный» военный бюджет на 2012 год составляет 16 млрд. 387 млн грн. И при том, что на предвыборной волне власть нынче судорожно ищет средства, необходимые на так называемые социальные инициативы Януковича. Понятно, что выделить указанные миллиарды на сокращение ВС Украины означает не только сорвать инициативы президента, но и нанести зубодробительный удар по и без того лихорадящей украинской экономике.

…Пока что «пацифистским» планам Минобороны Украины, судя по всему, придется обождать. Но вовсе не факт, что предложения Саламатина все же не получат «зеленый свет», превратив в итоге украинскую армию в «парадную», способную к выполнению очень ограниченного круга задач.

Автор — ведущий эксперт Центра военно-политических исследований




Комментирование закрыто.