Предварительные стратегические ласки от Кириленко

Алексей Копытько

сурки

14 апреля Министерство культуры обнародовало предварительный вариант Долгосрочной стратегии развития украинской культуры. Этот документ уже успел получить с десяток разгромных комментариев. Многие замечания к тексту я считаю обоснованными, но бессмысленными. И вот почему.

Первое. Сам факт публикации стратегии для обсуждения является позитивным. Потому что дает возможность организовать дискуссию, сравнить подходы, собрать лучшие идеи, и т.д.

Второе. На этом очевидные позитивы заканчиваются. Потому что общее направление мысли, предложенное Минкультом, оставляет для дискуссии очень маленькое пространство. Ибо обсуждать нечего.

Разберем по порядку.

Во-первых, надо уяснить статус этого документа.

Как я уже отмечал ранее, до 1 июня, согласно плана имплементации Соглашения об Ассоциации с ЕС, Минкульт должен представить Стратегию развития сферы культуры до 2025 г. В то же время к 30 сентября он должен подать в Кабмин Стратегию культурной политики Украины. А к 30 ноября – Стратегию украинской гуманитарной политики.

Итого, в нормативных актах есть три разных названия документа, ни одно из которых не совпадает с тем, что обнародовал Минкульт. С бюрократической точки зрения это странно.

Плюс на уровне формулировки заложены разные концепты: «культурная политика» несет иной смысл, нежели просто «развитие сферы культуры». Культурная политика – это влияние на граждан, формирование нужных свойств личности и общества. А развитие культурной сферы – это улучшение рациона питания животных в цирке, артистов балета и музейных работников, чтоб они были бодры и веселы.

Предположим, что Стратегия культурной политики Украины и Стратегия развития сферы культуры до 2025 г. в понимании власти – это одно и то же, и одновременно являются Долгосрочной стратегией (ДС), проект которой обнародован. Стало быть, для окончательной доработки текста есть как минимум полтора месяца – как максимум 4.

Во-вторых, надо понять, как авторы видят миссию своей разработки. Из текста документа следует, что задача данной ДС, на реализацию которой отводится 10 лет – заложить основание под новую культурную политику (?) Украины, как «демократического государства европейского уровня». Я не знаю, что это значит, но так написано в документе.

Получается, что стратегия – это некая прелюдия к полноценной культурной политике. А сейчас нам предложен для обсуждения первый набросок этой прелюдии.

Поэтому вчитываться в детали и зарываться в мелочи на данном этапе особого смысла нет. Надо прояснить, какой общий вектор задекларирован властью.

В-третьих. Уже на этапе определения общего вектора лично у меня возникли сложности. Очевидно, были завышены ожидания. Поскольку я по простоте душевной считал, что Минкульт приложит максимум усилий, чтобы представить качественный концептуальный документ, дабы пристыдить кремлёвских приспешников и грантоедов.

Я не знаю, какую задачу ставили перед собой авторы на данном этапе, но после прочтения документа лично у меня сложилось впечатление, что данная стратегия на 95% составлена с помощью генератора случайных фраз, в который были залиты давно заезженные лозунги обо всём хорошем против всего плохого.

Я ожидал, что стратегия будет представлять собой примерно следующее:

  • Сначала будет дан некий анализ ключевых вызовов, стоящих перед украинским обществом в целом и культурной сферой в частности. Будет показано, куда движется мир, каковы основные тренды.
  • Затем будет дана некая оценка состояния отечественной культуры и сделаны выводы относительно того, как происходящее в Украине соотносится с происходящим в меняющемся мире. И чем это нам грозит. Например, превращением в культурное захолустье. Или засильем чуждых ценностей и образов. Мы ж как бы идём в Европу, ведь так? Чем живёт эта Европа? Какие задачи она формулирует на тот же период? И способны ли мы двигаться в неком общеевропейском процессе? И надо ли оно нам? А что думают и собираются делать в этот же период в России? Ведь она никуда не делась и будет оставаться серьезным фактором влияния.
  • После чего будут сделаны выводы: в целом картина такая-то. Наша точка во времени и в пространстве здесь. Мы хотим переместиться отсюда — сюда за такое-то время. У нас есть такие-то ресурсы, а нужны – такие-то. Учитывая весь этот комплекс факторов, мы будем действовать так-то. Вот наш план на первый этап (2-3 года).

Тогда можно было бы оценить: то, что предлагает Минкульт, оно отвечает потребностям страны или нет? Оно реалистично или нет? А после этого можно было бы вгрызаться в детали из серии «На данном этапе мы должны закрыться, удариться в изоляционизм». Или наоборот – «мы должны раствориться в глобальных процессах».

Например, в конце декабря 2014 г. в России были утверждены Основы государственной культурной политики. На мой взгляд, это достаточно качественный документ, с которым имеет смысл ознакомиться (детальнее я его разбирал здесь). Там четко написано, чем будет заниматься российская власть. Кремль, используя все гуманитарные инструменты, будет формировать новое поколение, приспособленное для жизни в осажденной крепости.

Базовые посылы – культурная политика является неотъемлемой частью стратегии национальной безопасности РФ. В России богатейшие традиции, есть русский язык и русская культура как цементирующий фактор для многонациональной и многоконфессиональной страны. На этой основе будет формироваться гражданская идентичность крымнашей, с которыми у нас 2300 км общей границы.

Поскольку в документе украинского Минкульта вступительной части нет, невозможно объективно оценить весь последующий текст. В нем содержится уйма правильных деклараций. Но если провести в тексте автозамену и вместо слова «Украина» вставить слово, скажем, «Бурунди», документ останется актуальным. Настолько он абстрактный.

В-четвёртых. Я не воспринимаю стратегические документы без цифр или хотя без указания динамики этих цифр.

Например, сейчас мы примерно представляем, какую долю в бюджете культурных учреждений составляют прямые дотации государственного и местных бюджетов. Много сказано о том, что необходимо привлекать инвестиции, частные пожертвования, повышать собственные заработки учреждений культуры. Хотелось бы понимать, на какие пропорции из разных источников рассчитывает Минкульт и как эти пропорции должны меняться по мере реализации стратегии?

Исходя их этого, можно будет оценить, достаточно ли тех инструментов, которые предполагается использовать, для наполнения бюджетов и изменения баланса. Или нужны какие-то радикальные шаги?

Или вот. Одной из долгосрочных целей стратегии задекларировано усиление роли культуры в социально-экономическом развитии Украины. Тезис верный, кто бы спорил. Но как видится его реализация?

Это изменение доли в структуре ВВП? Это рост числа занятых? Это изменение доли в балансе прямых иностранных инвестиций? Если это повышение экспорта культурного продукта, тогда нам нужно вкладывать в то, что конкурентоспособно за границей. Если нам просто важны объемы внутреннего рынка, то нам надо больше концертов Михаила Поплавского.

Также мне не очень понятно, как можно оценить эффективность реализации этой стратегии. Не будем говорить о KPI, просто хотелось бы каких-то внятных критериев. Я, например, не смогу оценить выполнение этой позиции: «Системне реформування музейної галузі, музеї та заповідники мають стати відкритим універсальним простором, який об’єднує минуле, сучасне й майбутнє через виконання основних функцій за такими напрямками діяльності, як науково-дослідна, культурно-освітня діяльність, комплектування музейних зібрань, експозиційна, фондова, видавнича, реставраційна, виставкова, пам’ятко-охоронна робота, а також діяльність, пов’язана з науковою атрибуцією, експертизою, класифікацією, державною реєстрацією та усіма видами оцінки предметів, які можуть бути визначеними як культурні цінності».

Это может означать, что угодно. А хотелось бы понимать: если вдруг реализация стратегии окажется успешной, что изменится в стране? Например, если сейчас наши школьники пьют, курят и сквернословят, то через 10 лет они будут курить, пить, сквернословить, но при этом глубоко разбираться в творчестве Т.Г.Шевченко, современной украинской музыке и живописи.

В-пятых. Я понимаю, что разработка стратегических документов во время войны – не самое благодарное занятие. Документ просто обязан быть гибким и учитывать реалии.

Например, из этой стратегии мне не понятно, она написана на основе гипотезы, что через 10 лет мы вернём Крым и реинтегрируем Донбасс? Или нет?

Очевидно, что в любой гуманитарной деятельности в обозримом будущем отдельный блок должен быть посвящен восстановлению единства страны. Очевидно, что инструменты культуры должны быть использованы для преодоления раскола, который глупо игнорировать.

Янукович сбежал, Симоненко ходит на допросы, но миллионы их избирателей никуда не делись. Миллион перемещённых лиц – это тоже не шутки. Можно от них отмахнуться. Но тогда нет смысла жаловаться, что эти граждане Украины заглядывают в рот российским пропагандистам. Выбор простой – либо эти люди так и будут потреблять российские смыслы и образы, либо их нужно возвращать в украинский культурный контекст.

Слов «децентрализация» и «комплиментарная субсидиарность» не  достаточно.

И последнее. Все стратегические документы и декларации власти в гуманитарной сфере наполнены ритуальными фразами о необходимости повышения роли культуры, о государственной поддержке, об удовлетворении потребностей человека и т.д. Обычно это ничем не заканчивается, поскольку не затрагивает глубинных механизмов функционирования государства и социальной системы.

Есть совершенно конкретный способ, который покажет, что украинское общество действительно настроено на культурную модернизацию и готовится совершить скачок из 19 века в 21-й.

Вся социальная сфера Украины держится на краеугольном камне под названием «прожиточный минимум». Именно от него «танцуют», устанавливая размеры минимальных пенсий, зарплат в бюджетной сфере, социальных выплат и т.д.

Этот минимум представляет собой набор товаров и услуг, по мнению власти, необходимых для физического выживания и сохранения человеческого облика. Нынешний прожиточный минимум рассчитан по методикам 1960-х гг. Последний раз методика его расчета существенно менялась в 2000 г.

Соответственно, там нет никаких упоминаний об Интернете, мобильной связи. По-прежнему считается, что условной семье достаточно 12 раз за год соприкоснуться с услугами культуры – сходить в кино, театр или купить книгу. При этом расчеты стоимости этих услуг оторваны от сегодняшних реалий.

Если Минкульт инициирует пересмотр методики расчета прожиточного минимума, чтобы добавить туда расходы на широкополосный Интернет, мобильную связь, вычленить как отдельные позиции покупку бумажных и электронных книг, можно будет говорить о том, что Украина готовится к переходу на новый технологический уклад.

Тогда совершенно новое звучание получит обозначенная в стратегии цель – «Обеспечение поддержки инноваций, новых знаний, креативных индустрий, которые соответствуют вызовам 21 века».

… В общем, пока мы имеем дело с документом, где за фразами типа «Визнання центрального місця культури в загальнонаціональному розвитку та унікальності української національної ідентичності, на яку спирається українська культура» спрятано отсутствие понимания, а к чему мы, собственно, должны прийти.

Источник: Музейный портал




Комментирование закрыто.