МВД плюс МЧС: что стоит за созданием монстра?

Борис Такаев
МВД плюс МЧС: что стоит за созданием монстра?

То есть, надо полагать, речь идет о том, чтобы входящие в состав МЧС пожарную охрану и Гражданскую оборону передать МВД, сделав его «сверхсиловой» структурой. А структуры, выполняющие спасательные функции, мониторинг окружающей среды и занимающиеся делами «чернобыльцев», передать на баланс других ведомств — иного варианта «дерибана» МЧС не придумать.

Заметим, что в данном случае, как известно, речь не идет о начавшейся «войне» Минюста с МЧС, поскольку еще в конце прошлого года о такой ликвидации первым заговорил министр чрезвычайных ситуаций Виктор Балога. По его мнению, объединение МЧС и МВД должно быть подчинено «созданию новой конфигурации государственных функций в сфере национальной безопасности». По мнению Балоги, цель предложений МЧС заключается в том, чтобы реформирование двух министерств проходило «по примеру ведущих стран Европы и новейшему практическому опыту в этой сфере», поскольку пока что в Украине в этом плане процветает «совок».

[include id=»9″ title=»advert 5″]

Кстати, озвучивая эту бесценную мысль, господин Балога ненароком проговорился и об, надо полагать, истинных причинах такой реформы. «Кое-кто считает, в том числе и в Министерстве чрезвычайных ситуаций, что речь идет о нехитрой манипуляции со структурой, кадрами и финансами двух органов. Это упрощенное, если не сказать, примитивное представление», — указал министр.

Сразу укажем, что о каком опыте Европы идет речь — не совсем понятно. В Латвии на случай, когда нужна «грубая полувоенная сила», есть формирование Zemessardze — аналог национальной гвардии, не подчиненный МВД, а являющийся самостоятельным формированием. Остальными чрезвычайными ситуациями ведает Государственная пожарно-спасательная служба Valsts ugunsdzesibas un glabsanas dienests которая отвечает за тушение пожаров, проведение спасательных работ, а также оказание помощи в различных чрезвычайных ситуациях. Такая же пожарно-спасательная служба действует в Эстонии. А равно в Венгрии или Чехии.

И это — не фантазии отдельных держав, а всего лишь последствия их интеграции в ЕС. Подобные пожарно-спасательные службы действуют во многих европейских странах, единственным их различием является уровень централизованного подчинения. То есть в небольших европейских государствах, как правило, они имеют статус национальной или государственной службы, а в «федерализированных» державах замыкаются на местном уровне. Например, такая ситуация в Германии, где пожарно-спасательные службы есть не только в отдельных землях, но и городах. Так, пожарно-спасательная служба Гамбурга насчитывает свыше 2000 служащих и около 20 пожарных отрядов, которым оказывают помощь 95 дружин добровольной пожарной охраны. Их задача — не только действия в случае пожара, но и другого чрезвычайного происшествия.

Есть и смешанные системы, по типу США, где параллельно с местными пожарными бригадами функционирует и единое Федеральное агентство по управлению в чрезвычайных ситуациях (Federal Emergency Management Agency — FEMA), которое включается при ликвидации последствий аварий и катастроф, с которыми не способны справиться местные власти.

Но куда более интересен пример соседней Польши, к которому, очевидно, и пытаются апеллировать инициаторы ликвидации МЧС Украины.

Здесь создана Национальная пожарно-спасательная служба (NFRS), которая начала функционировать с 1 января 1995 года, но и даже отдельная «чрезвычайная скорая помощь» со статусом отдельной национальной службы  — Ratownictwo Medyczne, аналог европейских EMS, которая призвана немедленно реагировать на чрезвычайные вызовы и оказывать доврачебную помощь.

Да, действительно, Министерство внутренних дел и администрации Польши имеет к этим структурным подразделениям прямое отношение. Но нельзя проводить прямую аналогию между этой структурой и МВД Украины. Хотя бы потому, что Министерство внутренних дел и администрации Польши осуществляет надзор полиции, но, например, не контролирует уголовные расследования, которые проводятся исключительно под контролем судебных органов. То есть сама система государственных органов и распределение их полномочий — совсем другие.

{advert=4}

В Украине же предлагают не перераспределять структуры и функции, а объединить их максимальное количество «под крышей» МВД, порождая таким образом монстра, эдакое государство в государстве. Или, раз уж речь идет о Европе, инициаторы ликвидации МЧС Украины готовы делать «все как у них», подчинить МВД пожарные и спасательные службы, но лишить функции уголовных расследований? Уверен, что нет — слишком «жирная» это функция, позволяющая МВД иметь свой нынешний вес в структуре государства. В то же время, «европейский путь» заставил бы вместе с переформированием МВД и МЧС реформировать и судебную систему, что уж никак не входит в планы власти, поскольку тут косметической реформой «под себя» явно не отделаться.

В то же время, глава МЧС Украины рассказывает нам о совершенно иной реформе МВД. «Например, МВД нужно лишить несвойственных ему как правоохранительному и силовому органу задач по водительскому всеобучу или предоставлению разрешений на охотничье оружие. Паспортный контроль можно передать тому же Минюсту. Также целесообразно сосредоточить полномочия контрольных органов, которые занимаются безопасностью жизнедеятельности, в едином центре», — вещает Балога.

Да нет же, как мы указали выше, в Европе идут как раз по прямо противоположному пути — не сосредотачивают в МВД «силовые» функции, а распределяют их между другими структурами! И выдача всевозможных разрешений — это и есть основная функция МВД в странах, где под крылышком этого министерства сосредоточены пожарные и спасатели. А если МВД ориентируется исключительно на защиту правопорядка, то к чему ему спасательные и пожарные бригады? Как раз выдача разных бумажек — это первая функция МВД Польши (откуда в названии министерства и появилось слово «администрация»), раз уж Балога намекает на эту страну.

В Украине, кстати, давно и политики, и чиновники, пытаясь протолкнуть нужные им решения государственной важности, оперируют неким «европейским опытом» в расчете лишь на то, что никто не будет интересоваться, как в действительности обстоят дела в Европе. В данном случае нам предлагают европейскую картинку, не сосредотачивая внимания на деталях. А в них-то и суть.

Рассказывая о необходимости расформирования МЧС, Балога употребил слово «совок» — мол, Украине нужно отказываться от стереотипов времен Советского Союза. Это — лицемерие высшей пробы, поскольку, как известно, именно при СССР не было никакого МЧС и спасателей как таковых (их заменяли армия и Внутренние войска), а пожарная охрана входила в состав МВД — именно так, как и предлагает сделать сейчас глава МЧС. Именно предлагаемый им вариант расформирования МЧС с передачей пожарных милицейскому ведомству — самый что ни на есть «совковый». И именно от него бежала в свое время Украина, пытаясь идти по европейскому пути и создав МЧС, отобрав таким образом у МВД часть функций.

Остается понять, зачем и кому нужна ликвидация МЧС. Давно ходили слухи, что сам Виктор Балога положил глаз на должность главы МВД. Пока она была занята Анатолием Могилевым, имеющим определенный вес, шансов потеснить его не было. Но сейчас, когда на министра внутренних дел назначили чиновника без серьезной политической «крыши», это стало вполне реальным. Но зачем просто уходить на эту должность из МЧС, когда можно под предлогом «европейской реформы» привести с собой большую часть этого ведомства, дав МВД новые функции (а значит, и вес), а заодно, конечно же, и дополнительное финансирование?

А последнее немаловажно. Сегодня Виктор Балога возглавляет структуру с относительно скромным бюджетом. Так, МЧС в 2010 году получило из госбюджета 3 млрд 918 млн 275,5 тыс грн, в 2011 году — 4 млрд 654 млн 193 тыс грн, а на нынешний 2012 год бюджет ведомства составляет 5 млрд 332 млн 578,1 тыс грн. То ли дело МВД с его бюджетом в 2011 году в 13 млрд. 858 млн. 393 тыс. грн, а в 2012 году — 14 млрд. 434 млн. 644 тыс. грн. А если «прикрепить» к МВД самые «серьезные» структуры МЧС с их финансированием — получается и вовсе неплохо.

Что такое финансирование госструктур — дураку понятно. В первую очередь, это многочисленные тендеры на закупку всевозможных товаров и услуг, на которых чиновники «поднимают» многие миллионы. А как эти самые тендеры проводить с пользой для руководства, у МВД опыт есть, и немалый. По прошлому только году стоит вспомнить и «жемчужные ванны» для «лечения раненых милиционеров», и «VIP-автозаки», и кожаные куртки для гаишников по 4,6 тыс грн. Чем больше структура, тем, понятно, больше объем закупок, а значит, «откатов». В итоге очень неплохие суммы получаются.

Таким образом, создание мега-структуры в виде МВД с влившимися в него частями МЧС — это и серьезная власть, и политический вес (а потребности нынешнего украинского руководства в милицейской силе для удержания власти все выше и выше), и прямые многомиллионные доходы. И если сам Виктор Балога такие расклады называет «примитивным мышлением» — очевидно, кроме этих «бонусов» есть еще какие-то, о которых мы, простые украинцы, даже не догадываемся. Ну что ж, Балоге виднее.

Остается добавить, что глава МВД Виталий Захарченко выдвинул свое видение «поглощения» своим ведомством МЧС. Он также предлагает основные полномочия МЧС и его личный состав передать МВД, увеличив список задач «расширенного» министерства с 81 до 126, включая довольно неожиданные — например, предлагается наделить МВД правом «представлять Кабинет министров в международных организациях и при заключении международных договоров».

Суть всего вышесказанного при этом не меняется, но сам факт такой инициативы Захарченко может свидетельствовать о том, что он не собирается так просто отдавать свой пост Балоге. А потому вместе с расформированием МЧС мы можем смело ожидать большой драки министров за право возглавить новоявленный монстр под названием МВД.

[include id=»7″ title=»advert 10″]


Комментирование закрыто.