Итоги парламентских выборов в Ирана: победа умеренных консерваторов

Е.В.Дунаева

Это было первое событие подобного масштаба после президентской избирательной кампании 2009 г., которая оказала огромное воздействие на развитие внутренних политических процессов. В этой связи духовный лидер ИРИ Али Хаменеи неоднократно подчеркивалась его историческую значимость.

Усиление международного давления на Иран путем ужесточения санкций и угроз применения военного сценария поставило ИРИ перед необходимостью продемонстрировать единство народа и власти. Эта задача была успешно решена. Несмотря на попытки внешних и внутренних оппозиционных сил провести протестные акции и объявить бойкот выборам, население страны откликнулось на призывы руководства ИРИ проявить патриотические чувства, прийти на избирательные участки, тем самым продемонстрировать свою поддержку режиму и дать решительный ответ внешним врагам республики. Явка на выборы (64% всех, имеющих право голоса) была одной из самых высоких за всю историю выборов в меджлис и сравнима лишь с показателями участия в выборах 2-го меджлиса – 1985 г.- 65% и 6-го меджлиса (реформаторского) – 67%. Отдельные эксперты говорят о том, что эти цифры преувеличены, так как изначально были занижены данные относительно общего числа имеющих право голоса, искажены цифры участвующих в выборах в районах национальных меньшинств. Сыграли свою роль особые меры по стимулирования участия(2). Однако все эти факторы в большей или меньшей степени имели место и в предыдущих кампаниях, а во внутренних паспортах иранских граждан всегда существовала страница для отметок об их участии в выборах.

Активное участие иранцев в избирательной кампании можно по праву расценить как вотум доверия исламской республике.

Религиозно-политическое руководство страны, призывая иранцев к участию в выборах, декларировало необходимость подать соседним арабским государствам достойный пример и показать преимущества исламской демократии. Очевидно, что идея пропаганды иранской модели государственного устройства нашла отклик у некоторых слоев, испытывающих чувства собственного превосходства от осознания того факта, что Иран стал первопроходцем на пути построения исламской республики. На консолидацию иранского общества также работают идеи оказания прямой поддержки исламским силам на Ближнем Востоке, поднявшимся на борьбу с деспотией, западным влиянием и сионизмом, и в этом смысле являющимся продолжателями исламской революции, а также пропаганда достижений ИРИ во всех сферах жизни.

Анализ результатов голосования показал, что избиратели, как и на предыдущих парламентских выборах, оказали доверие консерваторам умеренного толка, которые противостоят президенту М.Ахмадинежаду. По итогам первого тура, в ходе которого было избрано 225 депутатов(3), они получили более 60% голосов. В отсутствие реформаторов основная борьба развернулась между Объединенным фронтом консерваторов – ОФК (традиционные консерваторы) и Фронтом верности исламской революции (неоконсерваторами), который можно отнести к правому флангу консервативного лагеря. Аналитики рассматривают Фронт верности как коалицию сторонников линии правительства и президента, хотя его представители и пытаются замаскировать свои связи с М.Ахмадинежадом. Тем не менее, очевидно, что кандидаты этого объединения будут в новом меджлисе представлять интересы правительства. Однако их позиции пока слабы, так как Фронту удалось получить только 6 мест в провинции и одно в Тегеране. Их доля в новом меджлисе оценивается в 3 -3,5%. В то же время нельзя не отметить, что совпадение кандидатур в списках этих и других выборных коалиций, составляющее по Тегерану 50-60%, а в провинциях до 80-100%, нивелирует различия между группировками консервативного лагеря и демонстрирует их условность. Основную роль в размежевании консерваторов играют личные предпочтения или антипатии. Так, буквально в последние дни перед выборами, несколько представителей консервативного лагеря, известных своей критикой правительства, не попавшие в список Объединенного фронта, вышли из него и сформировали несколько новых коалиций – «Голос народа», «Большая коалиция консерваторов» и другие.

Выдвижение кандидатур от почти 20 объединений консервативной направленности – свидетельство того, что политика объединения всех течений и групп для консолидации нового меджлиса не увенчалась успехом. Попытки консерваторов опереться на религиозно-политические организации, которые активно проявили себя накануне и в первые годы после революции, и восстановить роль этих партий духовенства в обществе, закончились неудачей. В то же время нельзя отрицать тот факт, что обеспечение поддержки умеренным консерваторам во многом заслуга аятоллы Махдави Кяни, который в качестве руководителя Совета экспертов и Общества борющегося духовенства, обязал настоятелей мечетей пропагандировать списки кандидатов этого объединения.

Анализ итогов выборов показал, что на политические процессы в стране все большее воздействие оказывают новые силы и новые факторы, которые требуют ухода старых сил и обновления традиционных политических институтов. Эти выводы подтверждает сокращение количества голосов, поданных за кандидатов «старых» партий консерваторов — «Исламская коалиция» (Моталефе), Союз инженеров. В целом электорат, голосуя за ОФК, отдал предпочтение более либерально настроенным кандидатам.

Не представляется возможным объективно оценить успех коалиции «Фронт стойкости», представляющей прагматический спектр консерваторов. Они заявляют о проведении в парламент 78 кандидатов, однако большинство из избранных кандидатов входят в списки других объединений. Хотя предстоит второй тур выборов, который пройдет 20 апреля, уже можно говорить о том, что в новом меджлисе будет представлено три основных течения консерваторов: прагматики (их в Иране называют тахаввольхах), традиционалисты и радикалы. Необходимо подчеркнуть, что различия между ними проявляются лишь по вопросах экономического и внутриполитического развития страны, а также тактики действий во внешнеполитической сфере. При этом не затрагиваются основы исламского режима и его основополагающие установки в области международных отношений.

Особенностью нынешней выборной кампании стало избрание большого количества независимых депутатов – почти 30%. Предполагается, что именно от идейной ориентации этих депутатов и будет зависеть расклад сил в 9-ом меджлисе. Хотя «независимые» образуют в парламенте отдельную фракцию, но при принятии важных решений обычно присоединяются к той или иной более многочисленной группировке. На этот раз «беспартийные» депутаты могут составить конкуренцию разобщенным консерваторам.

В политических кругах Ирана высказываются опасения, что среди независимых депутатов может оказаться большое количество сторонников президента, представляющих его ближайшее окружение из группы Машаи. Кандидаты, проходившие по спискам коалиций, представлявших это течение, не получили поддержки избирателей, и пока можно говорить лишь об избрании 3-4 депутатов этого толка, однако некоторые депутаты » из числа независимых также могут примкнуть к президентскому лагерю.

Участвовавшие в кампании прореформаторские силы завоевали около 10 мест в парламенте. Несомненно, такой малочисленной группе придется координировать свою внутрипарламентскую деятельность с другими фракциями. Однако это небольшое количество депутатов предоставляет реформаторам шанс вновь закрепиться на политическом пространстве. Весьма вероятно, что именно с этой целью М.Хатами принял участие в голосовании, тем самым, подтвердив законность выборов и продемонстрировав интерес к взаимодействию со своими политическими оппонентами.

Представленные выше результаты были сделаны на основе анализа голосования в целом по стране и в провинции. Однако электорат Тегерана преподнес много сюрпризов. Нельзя не отметить достаточно высокую явку на избирательные участки в Тегеране (48% — по городу, 52% — по остану Тегеран), который рассматривается как оплот протестных настроений. Однако эти цифры показали, что население города не восприняло призывов оппозиционных сил к бойкоту и решило продемонстрировать свою поддержку коалиции … радикалов. Именно так оценили СМИ страны итоги выборов по Тегерану. Столицу представляют в меджлисе 30 депутатов, которые обычно и определяют соотношение сил между парламентскими фракциями. На них равняются и остальные депутаты. В этом году на эти 30 мест претендовало более 540 кандидатов, которые представляли 20 с лишним предвыборных объединений. В результате необходимые 25% голосов набрали лишь пять кандидатов – трое из них были представлены Фронтом верности исламской революции(4). Во втором туре бороться за места будут 50 кандидатов, 23 из которых также представляют Фронт верности, 22 – ОФК и 5 – «Голос народа».

Представители ОФК, признавая недостатки своей пропагандистской кампании в Тегеране, обращают внимание на то, что из пяти избранных депутатов трое выдвигались по двум спискам, и таким образом каждое из соперничающих объединений провело по одному своему кандидату. Пока сохраняется паритет. Во втором туре ОФК делает ставку на привлечение прореформаторски настроенного электората.

Обращает на себя внимание и тот факт, что тегеранцы не выразили большой поддержки представителям прореформатоских сил и группе А.Мотахари, наиболее резко критикующей правительство, которой прогнозы отдавали не менее 5 мест. Сам А.Мотахари, инициатор вызова президента в меджлис, хотя и был включен в списки более десяти объединений, прошел во второй тур под № 9.

Очевидно, что из неучаствовавших в выборах 50 с лишним процентов, большинство представляет электоральный ресурс реформаторов. Основную массу голосовавших составили жители южных районов – малоимущие, менее образованные, более религиозные, менее политизированные. В течение последнего года в связи с отменой государственных субсидий они получают существенную материальную помощь от правительства и выступают на его стороне. Очевидно, что речи исламских радикалов, таких как ходжат–оль эслам Ага Техрани и Р.Хосейниян им оказались ближе, чем политика умеренных консерваторов, выступающих против правительства.

Политика нового меджлиса во многом будет зависеть от личности его руководителя и членов президиума. Их выборы новый меджлис проведет лишь в конце мая. Пока на пост спикера меджлиса выдвигают Г.А.Ходад-Аделя (по некоторым данным ему оказывает поддержку сам духовный лидер), А.Лариджани, за которым стоит кумское духовенство, и М.Ага Техрани, которого называют «учитель нравственности» при правительстве. Они представляют три течения, которые уже наметились в новом меджлисе. От того, кто займет кресло спикера, будет зависеть, как будут развиваться далее взаимоотношения между парламентом и правительством, находящиеся в настоящее время в кризисном состоянии. В случае сохранения этого поста за А.Лариджани, противостояние меджлиса и М.Ахмадинежада, который еще 14 месяцев должен выполнять обязанности президента, продолжится. Меджлис постарается предотвратить попытки президента расширить полномочия исполнительной власти и взять под контроль деятельность правительства. Однако большинство умеренных и даже прагматично настроенных консерваторов, несмотря на резкую критику действующего президента, не считают целесообразным ставить на обсуждение вопрос об его импичменте. Приход Г.А.Ходад- Аделя, которому удавалось ладить с президентом практически до конца полномочий 7-го меджлиса (2005 -2008 гг.), ослабит остроту этого противостояния.

На взаимодействие двух властей будет оказывать влияние и расклад сил в меджлисе. Мало вероятно, что консерваторы сумеют консолидироваться в единую фракцию. Сохранение многофракционности ослабит высший орган законодательной власти, обострит отношения внутри лагеря консерваторов в преддверии президентских выборов 2013 г.

Основная политическая линия парламента проявится после проведения довыборов, формирования фракций и руководящих органов.

****

15 марта СМИ ИРИ опубликовали указ духовного лидера ИРИ о формировании нового состава Совета по определению целесообразности принятых решений под руководством А.А.Хашеми Рафсанджани на следующие пять лет. Как представляется, на решение лидера продлить полномочия Рафсанджани, в определенной степени повлияли и результаты выборов. Умеренные консерваторы всегда оказывали ему поддержку и считали необходимым возвращение этого авторитетного и многоопытного деятеля на политическую сцену.

1) На информационно-аналитических персоязычных сайтах проводлся опрос относительно значимости следующих важных для политической жизни страны событий уходящего года. Лишь 7% голосующих посчитали парламентские выборы наиболее выжным событием. 60% участников голосования на первое место поставили дело о трех миллиардной коррупции, 30% — 11-ти дневный отход М.Ахмадинежада от дел в мае 2011г.

2) См. www.dw-world.de.

3) 5 депутатов были избраны от национально-религиозных групп: 2- от армян христианского вероисповедания, 1- от иудейской общины, 1 – от зороастрийцев. 1 – от ассирийцев.

4) На выборах в 8-ой меджлис в первом туре по Тегерану было избрано 19 депутатов.

Источник: Институт Ближнего Востока




Комментирование закрыто.